Я слишком беспомощен перед этими чувствами

Времена перед камбэком считаются самыми сложными, так как слишком много сил уходит на запись альбома и на танец, доведённый до автоматизма. И это ещё не считая съёмок клипа! В этот период вообще можно забыть, что такое свободное время и сон. И самое ужасное, что всё это требуется совместить со всеми остальными мероприятиями, запланированными по давно составленному графику. Очередная тренировка. Через неделю намечена уже съёмка, поэтому у нас есть всего лишь семь дней, чтобы довести нашу хореографию до совершенства. Наконец-то всё. Ложусь на пол, раскинув конечности в разные стороны, и пытаюсь перевести дух. Всё-таки, я уже не в том возрасте, чтобы спокойно переносить пятичасовую тренировку. Если уж я так выдыхаюсь, то боюсь представить, что же тогда ощущают хёны, некоторым из которых уже за тридцать. Через пять минут уже нужно будет собираться. Тренировки тренировками, а вот съёмки шоу ещё никто не отменял. Хорошо, что до студии ехать около получаса, и это значит, что мне будет даровано целых тридцать минут на сон. - Устал? Не замечаю, как ты подсаживаешься ко мне, жадно глотая воду из бутылки. Водичка... Как же я тебя хочу, но между нами расстояние и моя лень сходить за тобой. Словно читая мои мысли, ты неизвестно откуда достаёшь вторую бутылку и протягиваешь её мне. Невнятное "спасибо" исчезает в горлышке бутылки, к которой я сразу же присосался, как пиявка. Моя жадность, как всегда, до добра не доводит, и половина жидкости просто стекает на мою и так уже мокрую от пота майку. Не напился, да и ещё в придачу почти весь промок - я всегда знал, что я просто победитель по жизни. - Ты ещё такой ребёнок, Кю, - произносишь ты, с улыбкой глядя на меня. Ну да, конечно, молодец, Кюхен. Ты снова показал себя таким взрослым и зрелым перед Сонмином. Так держать! Он так очень скоро увидит в тебе достойного мужчину! - Хён, вообще-то, мне уже двадцать пять! - пытаюсь хоть как-то улучшить свою позицию. - Совсем дитя ещё, - состроив милую моську и подперев её с двух сторон руками, снова подтруниваешь меня. Просто не нахожу, что сказать, а точнее, у меня просто не хватает на это сил. Как полная амёба распластываюсь по полу и чувствую тяжесть в районе живота. Приподняв голову, наталкиваюсь на твоё лицо, ты внимательно смотришь на меня, не отводя взгляда. Такого положения не выдерживаю ни я, ни моя шея. Принимаю своё первоначальное положение и стараюсь не реагировать на постороннее присутствие. Хотя, сделать это довольно сложно, когда совсем рядом находится объект твоей многолетней любви. - Никогда не замечал этой родинки у тебя, - проговариваешь ты, и я чувствую чужое прикосновение к моей шее. Твои пальцы касаются кожи около кадыка и ведут дальше вниз к ключицам. Закрываю глаза и стараюсь не дышать. Что же ты творишь? А главное - зачем? А ты не останавливаешься и, когда достигаешь полоски выреза майки, очерчиваешь её контур. - Хён... - вымученно произношу я. Как бы мне не было приятно, лучше остановить всё это, пока я снова всё не испортил. Твои пальцы замерли, и я догадался, что ты прекрасно понял, что я хотел сказать. - Я просто так хочу, Кю, - лишь тихий шёпот слышится, но ты всё же встаёшь с меня и садишься рядом. - Ты должен меня понять, - тоже принимаю сидячее положение. - Я понимаю. Flashback Моё бурное пьянство было остановлено Сонмином в тот же вечер. На следующий день, когда я вернулся после репетиции, в комнате не было ни одной бутылки с жидкостью выше градуса обычной воды. Как потом выяснилось, в пределах общежития их тоже не было. Сонмин нажаловался всем, что вот я, скотина такая неуравновешенная, совсем от рук отбился и в пьянство ушёл. Ну, клевета чистой воды же! Я просто рану промывал! Душевную. Алкоголем. Безрезультатно... Я, конечно же, мог и купить выпивку где-нибудь в магазине, но Сонмин, зараза, взял с меня обещание больше не пить. И вот почему я всегда и во всём с ним соглашаюсь? Результат - ни алкоголя, ни Сонмина. Снова он ведёт себя как старший брат. Сейчас уже не игнорирует. Находится рядом, но некую дистанцию всё равно сохраняет. Взгляд всегда взволнованный, движения осторожные, чтобы я не принял простую заботу за что-то большее. Но со временем я начал замечать, что вид у него какой-то странный. Ходит весь растерянный и помятый, часто не появляется дома. Можно было бы всё скинуть на забитый график, но на этой неделе у него не было ничего, кроме общих репетиций. На вопрос, что у него случилось, он лишь натянуто улыбался и говорил, что просто устал. Я начал ловить его на слишком частом употреблении антидепрессантов. Мне действительно стало страшно за него. Однажды ночью я проснулся от шума в коридоре. Как можно тише подобравшись к двери и немного приоткрыв её, я смог разглядеть около выхода Сонмина, разговаривавшего с кем-то по телефону. Расслышать слова мне, к сожалению, не удавалось, всё-таки, расстояние между моей комнатой и прихожей было достаточно ощутимое, поэтому до меня доходили лишь отголоски его голоса. Его тон, так скажем, был не из милейших, поэтому не сложно было догадаться, что разговор не приносит ему явного удовольствия. Понять, что Сонмин снова куда-то собирается уйти, мне удалось сразу, как только он начал натягивать на себя лёгкую куртку, явно не соответствующую прохладной погоде на улице. Недолго думая, я натянул на себя первые попавшиеся брюки и свитер и быстро прошмыгнул в коридор, как только услышал звук запирающейся двери. Нагнать его на улице мне удалось сразу. Слава богу, что он решил пройтись пешком, а не ехать на машине. Проследовав за ним к парку, я спрятался за деревом, когда он остановился около одной скамейки, где его кто-то поджидал. Фонарь в этом месте не работал, поэтому было сложно разглядеть лицо. Но женскую фигуру я разобрать сумел. Их действия, как и слова, понять было сложно, поэтому я постарался приблизиться к ним как можно ближе. Оказавшись всего лишь в нескольких шагах от них, я притих, внимательно слушая их разговор. - Ты же прекрасно знаешь, что я люблю тебя! – от этих слов Сонмина, предназначенных другому человеку, сердце в груди болезненно сжалось, а глаза стала щипать подступающая влага. Стараясь ненароком не всхлипнуть, я закрыл рот руками, спиной прислоняясь к стволу дерева. - И что мне с этого? Я хочу стать популярной, а ты отказываешься официально заявлять о том, что мы встречаемся. Я чувствую себя ущемлённой. - Ты только недавно развелась с мужем и хочешь, чтобы виноватым в этом сделали меня? Ты же прекрасно знаешь, как у нас работает пресса. Я просто навлеку большой скандал на группу, на ребят. Вот это да! Так ты исчезал, чтобы встречаться с этой замужней особой? Вот почему ты так боялся моих чувств. Почему же я чувствую себя преданным? - Вот видишь! Для тебя какие-то парни намного дороже, чем я! - Подожди совсем немного, и я… - Я не хочу ждать! Мне это абсолютно не выгодно. Поэтому я нашла кандидатуру получше тебя. - Что? - Он бизнесмен, к тому же, моложе тебя. И главное, я для него - всё. Так что теперь ты мне не нужен. И да, не звони мне больше, иначе мой будущий муженёк будет ревновать. Я ошарашенно наблюдал за тем, как эта женщина уходит, оставляя Сонмина одного. А тот даже не сдвинулся с места. Было огромное желание догнать ту особу и просто влепить ей пощёчину. У неё была любовь моего самого дорогого человека, а она так просто её растоптала. Во мне боролось несколько чувств. Было какое-то облегчение, что всё закончилось именно так, и мой Сонмин теперь свободен. Но видя его в таком состоянии, представляя, что он сейчас чувствует… Я готов был сделать всё, лишь бы унять эту его боль. Я боялся подойти к нему, хотя прекрасно знал, что ему сейчас нужна поддержка. Но вряд ли он захочет, чтобы кто-то знал об этом инциденте. Особенно я – человек, который приносит ему немало хлопот. Поэтому я просто следовал за ним, с болью в груди наблюдая, как он напивается в какой-то неприметной круглосуточной забегаловке. Но когда он уже начал приставать к другим посетителям и кричать, что все - сволочи, мне пришлось вмешаться. Заплатив за его выпивку (хорошо, что в кармане брюк оказались деньги), я, подхватив Сонмина под руку, поволок его обратно в общежитие. По пути мне пришлось сделать остановку всё в том же парке, с которого и началось это ночное приключение. Посадив Сонмина на скамейку и расположившись с ним рядом, чтобы хоть немного перевести дух, я посмотрел на предмет моего воздыхания. Все волосы взлохмачены, взгляд никак не может сфокусироваться на одной точке, сам он весь помятый и истрепанный. Но, несмотря на всё это, я не перестаю любить его. Даже в таком состоянии он кажется мне самым лучшим. Самым идеальным. Похоже, я уже сошёл с ума. Но его присутствие рядом, растерянный взгляд, съёжившееся от холода тело - всё это, как магнит, притягивает меня. Хочется прижать его тело к себе и согреть своим теплом. Но вместо этого я просто снимаю с себя пальто, которое ложится на мощные плечи Сонмина, и заматываю шарфом его шею. - Кююю… - протяжно тянет Сонмин, смотря куда-то сквозь меня. Сердце ёкает, а в груди разливается что-то тёплое и приятное. Он зовёт меня, именно меня! - Да, хён? - Это же ты, правда, Кю? – его рука ложится на мою щёку, а я просто замираю от неожиданности. - Да, хён. Это я. Больше Сонмин ничего не говорит, а только зажимает моё лицо своими руками и заставляет смотреть ему прямо в глаза. Кажется, что он пытается что-то разглядеть в моём взгляде. А я, как преданный щенок, смотрю ему в глаза, стараясь разглядеть там хоть чуточку любви ко мне. - Ты же меня любишь, Кю? - хоть он и пьян, но в его голосе слышна серьёзность. - Люблю, хён, люблю... - Почему? - Просто так... Сам не могу понять, почему, - честно отвечаю я. - Просто люблю. Он продолжает смотреть мне в глаза, а потом просто обнимает, утыкаясь носом мне в шею. Я слышу тихое "спасибо", и через несколько минут до меня уже доносится его посапывание. До общежития я его дотащил еле как. Уставший. Замерзший до чёртиков. Но счастливый!