Влюбленная

Эшли поразительно быстро семенила рядом, продолжая перечислять все "против". Конечно же, подруга решила, что у меня поехала крыша, и я бы с ней согласилась. Другая я, та, что, к счастью своему, никогда не видела мистера Новака, но я-новая тряслась от негодования и желала, во что бы то ни стало, добиться своего. А это самое "свое" заключалось в простейшей истине - знаю я эту биологию! Ворвавшись в кабинет, заполненный детьми, тихонечко шуршащими листами книг на перемене, что было бы просто удивительным и аномальным для любого другого предмета, кроме биологии, я в очередной раз досчитала до десяти про себя и постучала в закрытую, белую дверь. Эшли покрутилась рядом и потрясла кулаком в знак поддержки, быстро сливаясь с учениками. Я снова постучала, сама не знаю, зачем, и вошла, невольно открыв рот. Довольно уютная каморка. Напротив двери - шкафчик с разными веществами в склянках, другой шкаф был с тетрадями и журналами, видимо, теми, которыми уже никто не пользовался, но Новак, по какой-то неведомой причине, ими дорожил. Стены были покрыты нежно-бежевыми обоями с простенькими коричневыми ромбиками, потолок побелен, на полу - стертый линолеум. В углу, у двери, стояла вешалка, на ней покоился бежевый плащ учителя, рядом же стоял черный, явно кожаный, портфель. Новак сидел за письменным столом с микроскопом и наблюдал за чем-то с явным интересом. - Мистер Новак? - обратилась я к учителю, переминаясь с ноги на ногу. - Добрый день, Амелия, - тихо произнес он, что-то записав в тетради. - Я хотела записаться на олимпиаду по биологии, сэр, - внезапно Новак посмотрел на меня как на дурную, а после заинтересовался стеной напротив. - Не хочу задеть Вас, но, сдается мне, олимпиада не для учеников с Вашим уровнем знаний, - он по-прежнему смотрел куда-то в сторону, чуть сощурившись, будто подозревал стену в заговоре. - Мне кажется, я так, наконец, смогу проявить себя. Я знаю биологию намного лучше, чем Вам кажется, - у меня дернулся глаз и пришлось немного помолчать, чтобы остыть, когда мне ответили. - ... Чем мне кажется? - переспросил он, сделав непроницаемым лицо, но я заметила, что прежде он поморщился, как от зубной боли. - Вы не первая моя ученица, которая так заявляла. В итоге, все они имели в последствии ужасающе низкие результаты, вдобавок, опозорились и опозорили меня. Поэтому могу Вам заявить, что к олимпиаде Вы не допущены. Представьте мои чувства. Мало того, что мне в завуалированной форме преподнесли, что я дура, так ещё и этот гад командует. Мои деньги - где хочу, там и участвую. Я развернулась на каблуках, чувствуя, что краснею от злости, и вышла, прикрыв за собой дверь. Уверена на все сто, что Новак продолжил свои исследования, даже не задумавшись о моем состоянии, тоже мне, педагог. Внезапно для меня дверь открылась, и биолог хмуро взглянул на меня, а потом кивнул: - Зайдите-ка ко мне, Амелия. Я тихонечко юркнула за ним, дверь плавно закрылась сама собой. Учитель тяжело вздохнул, роясь в бумагах на столе и протянул мне листок. - Раз Вы так хотите, что ж, но учтите, если все будет, как я предвидел, на моих занятиях Вы будете нежеланным посетителем. Я забрала документ и подняла на него свой взгляд, всматриваясь в эти синие глаза, будто ища объяснение резкой смене настроения. Оказывается, этот человек может-таки дать ещё один шанс. Зрительный контакт я разорвала первой, видимо, Новак любитель игры в "гляделки" или же знает, что его взгляд - сам по себе пытка для нерадивого ученика, вроде меня. Я достала из сумки ручку и вписала свое имя в нужную колонку, Новак расписался, что ознакомился с заявкой на участие. Я достала кошелек и протянула купюры, которые тут же были взяты и аккуратно сложены в папку к документу с надписью, сделанной аккуратными, округлыми буквами "Отнести к секретарю". - Спасибо, - я уже чувствовала всю тяжесть ответственности, и она меня угнетала, поэтому, у меня появилось желание свалить отсюда, и как можно быстрее. Выйдя из кабинета, я поведала историю Эшли, во всех красках, не забывая упомянуть, что Новака хлебом не корми, дай поиздеваться над бедной мной. Да, признаться, нервы он трепать умеет. Подруга уже выложила кучу версий, почему наш учитель такая сволочь, каждый краше предыдущего. Отчего-то беднягу Новака стало даже жалко, но я в этот же день поклялась никогда больше его не жалеть, да и вообще, стать президентом и вышвырнуть этого гада из страны. Ничто не предвещало беды, только вот сирена "скорой" нас очень удивила, и весь класс, включая преподавателя литературы, явно заскучавшего с такими идиотами как мы, вышли в коридор посмотреть, что да как. Наша классная руководительница, в полуобморочном состоянии, была взята под руки и уводилась фельдшерами. Вокруг копошились завучи, наперебой спрашивающие у врачей, когда же бедняжка сможет вернуться в строй. Ответ был неутешительным: "Нескоро". Урок был сорван. У учителей было срочное собрание, а мы все гадали, что же там случилось с нашей старушкой, в прямом смысле. Естественно, подняли галдеж. - Не стоит ли вам всем немного убавить звук? - как гром среди ясного неба раздался голос Новака посреди нашего гомона. - Спасибо. Мы не сводили с него любопытных глаз, а он не торопился говорить, встав у первой парты второго ряда, как на зло передо мной и Эшли, в кои-то веки, решивших сесть вперед. Передо мной раскачивался этот синий галстук, и руки чесались дернуть учителя за эту тряпку, сама не знаю, почему. Может, день был тяжелым. А может, я не терплю этого человека настолько, что вид его задыхающегося от слишком туго затянутого галстука был моей мечтой. Кто знает... А пока я смотрела на галстук, как на врага народа, и не собиралась поднимать взгляд на лицо учителя. - Думаю, от вас не удалось сокрыть, что миссис Пэйн заболела и попала в больницу. Она будет долго отсутствовать, так как с сердцем не шутят. Как и с другими внутренними органами, - Кастиэль Новак оглядел нас всех, будто надсмотрщик заключенных. - Это он так пошутил или что? - шепотом на ушко спросила Эшли у меня, тут же улыбнувшись учителю, так, на всякий случай. - Так же, к своему сожалению, я вынужден признать, что меня поставили вашим классным руководителем вместо миссис Пэйн. Все дружно моргнули, нервно сглотнули и переглянулись. Некоторые даже ущипнули себя, не веря в происходящее. - И да, мне будет нужен помощник, в виде старосты. Знаю, миссис Пэйн предпочитает не загружать обезьян трудом, поэтому у вас старосты нет. Ничего, я назначу ее, - он снова окинул класс взором своих синих глаз и вздохнул, когда вдруг опустил голову и узрел меня, не выдержавшую напряжения и шумно выдохнувшую прямо на Новака, точнее на его живот. - Мисс Амелия! В моей голове это прозвучало как: "Ага! Попалась!" - Ваша успеваемость и старания могут стать примером для других, - "я посмеюсь над Вашими попытками справиться с новой ролью. Это будет уроком для остальных идиотов в Вашем классе." - А как же мои дела с биологией? - попыталась выкрутиться я. - Ничего страшного в этом я не вижу, - "нет уж, не отвертишься." - Биологию можно и подтянуть. Пара дополнительных занятий, и Вы сможете постоять за себя на моих уроках. В голове моей что-то щелкнуло, и я расплылась в самой сладкой из своих улыбок, одновременно выставляя зубы напоказ. Там как раз клыки видны на фоне ровных передних зубов, если что, пусть напугается. Но Новак и бровью не повел, только потер ладони, как муха перед тем, как окунуться в дерьмо, и нас всех охватил ужас. А я была готова заменить миссис Пэйн на больничной койке, только бы не быть в этом кабинете и не смотреть на учителя, точнее на его галстук. А идея с удушением неплоха. *** Всем спасибо за отзывы к прошлой главе. Надеюсь не разочаровала)) Работа получила кристаллик, спасибо за это моей драгоценной бете))