Ломая стены

Пристально разглядывая себя в зеркало, Себастьян досадливо поморщился. Разбитые губы напоминали сплошную корку, которая только каким-то чудом не срослась вместе. Проведя языком по коросте, мужчина втайне порадовался, что мальчишка был меньше ростом и некрепко сложен физически, иначе ему было бы не миновать сломанного носа или выбитого зуба. Почистить зубы и побриться. У брюнетки не оказалось ни щеток, ни одноразовых станков. С первым, несмотря на предельную осторожность, с самого начала не заладилось. Сначала зацепил щеткой губу, обронив пару непечатных слов, потом раздраженно шипел – паста попала в ранки и, как ни странно, это было больно. Хорошо хоть со вторым не возникло никаких проблем. Саркастически что-то крякнув своему уже неизменно гладко выбритому отражению, мужчина отлепил со лба пластыри. Ну что ж, как на собаке - ни воспалений, ни припухлостей. Обработать поджившие порезы антисептиком и наклеить на них новые пластыри много времени не заняло. Плечо уже не беспокоило, колено ныло только при боковых нагрузках и перенесении всего веса на одну ногу. Он лишний раз убедился в этом с помощью пары махов согнутой в локте руки и нескольких незамысловатых движений ног и корпуса. Себастьян щелкнул пальцами, указав ими на свое отражение. Смоляные пряди, дизайнерски неровно остриженных волос, качнулись вперед, скрывая пластыри, четко очерчивая узкое лицо и выделяющиеся на нем темно-карие, почти черные глаза. Стоит заняться излишней худобой и все – красавчик, как ни крути! Оставалось самое сокровенное и кропотливое, то, что он откладывал до последнего и зря, как оказалось вчера. Себастьян со вздохом приспустил штаны, уставившись на двойной ампаллинг. Он, на всякий случай, попробовал открутить шарики еще раз. Намертво. В прошлый раз не удалось, даже с помощью прихваченного с кухни орехокола, которым он пытался зажать скользкий металл. Пары попыток и прищемленной чувствительной кожи хватило, чтобы понять, что ненайденный инструмент придется просить у Сиэля. Тот, как раз, громко топал к чердаку, в сопровождении ударных ноток какой-то финской или норвежской (все эти европейские языки одинаковые) фолк-метал группы и неизменного нетбука, раскуривать очередную сигарету. Странная привычка – слушать весь день треки группы, что бы понять нравится она или нет. - Принеси мне, пожалуйста, кусачки или плоскогубцы, – Себастьян выглянул в коридор второго этажа, застав парня врасплох. Удивленный, даже ошарашенный взгляд запнувшегося на шаге юноши, который оторвавшись от маленького монитора, с трудом сфокусировал взгляд на высунувшемся из двери лице в обрамлении черных прядей. - Зачем? - Нужно. Сиэль подозрительно нахмурился, но молча направился под лестницу, потянув на себя увесистый ящик. Нужно будет запомнить. Погремев инструментами, парень выудил из ящика тонкие бокорезы. Лучше и не придумаешь. - Пойдут? - Более чем, - шепелявя из-за разбитой губы отозвался Себастьян, выхватывая у парня из рук искомую вещицу. Тот с недоверием покосился на долговязого, заглянув в ванную комнату ему через плечо. - Я надеюсь, проводка и шланг душа останутся целыми. Самая милая улыбка и закрытая перед носом дверь сделали норвего-финов потише, а Сиэля и вовсе заставили умолкнуть. Достойный ответ. Собравшись с духом, мужчина принялся доводить до логического завершения начатое. Откусить наглухо защелкнутые шарики на упругом медицинском металле оказалось проще простого, благо инструментами в этом доме, видимо, никогда не пользовались и присутствовали они исключительно на случай «вдруг понадобятся». Бокорезы казались новыми, металл блестел на свету хромом, а лезвия оказались острейшими, было такое впечатление, что Себастьян не приложил абсолютно никаких усилий, перекусывая штанги. Проблемы возникли, когда пришлось вытаскивать остатки пирсинга с заостренными теперь лопаточками концами. Тяжело дыша, он поднял руку с зажатым между пальцами металлическим штифтом на уровень глаз. Сцепив зубы от боли, проколы, как оказалось еще не до конца зажили, он все-таки справился. Восхитительное чувство избавления почти от всех металлических имплантатов. Почти, потому как «Принца Альберта» он решил оставить. Тот ему даже нравился. Немного переведя дыхание, брюнет обработал проколы все тем же антисептиком, вроде не кровит. Самое неприятное осталось позади – вместе с железками, казалось, стерлись все далеко не самые лучшие воспоминания, рассыпались, как пепел сожженной отвратительной страницы жизни. Еще раз окинув себя критическим взглядом, мужчина вышел в коридор, где широким жестом протянул, как раз возвращавшемуся назад Сиэлю, бокорезы, радостно щуря глаза и улыбаясь насколько позволяли разбитые губы. - Ты больной! – Парень с зажатым подмышкой нетбуком внезапно отшатнулся, даже не удосужившись забрать протянутый в его сторону инструмент. Эээ. Себастьян взглянул на бокорезы – вроде протер и пирсинг не зажат между лезвиями. Взгляд упал ниже на серые домашние брюки. Черт!!! На светлой ткани медленно расплывалось алое пятно. Теперь можно представить, что подумал мальчишка. *** Сиэль чуть не уронил нетбук с колен и едва успел захлопнуть крышку, когда рядом с ним опустилась кружка с горячим чаем. Он засиделся в гостиной, тестируя работу взломщика, и увлекся настолько, что не заметил появления Себастьяна. Можно допустить, что тот подкрался умышленно, но тогда придется дружить еще и с диагнозом «паранойя». - Чего тебе? - недовольно потянул парень, искоса глядя на вновь облаченного в его вещи Себастьяна. Светло-серые домашние брюки были заменены на бежевые льняные, которые не закрывали даже щиколотку, но выглядели до того уместно и естественно, что не знай парень, что это его собственные – в жизни бы не догадался. - Я… - На обед – баварская сарделька? Или франкфуртская сосиска? Брюнет издевки не понял, даже когда взгляд Сиэля красноречиво задержался на ширинке, что явно не осталось незамеченным. Мужчина лишь поспешно оглядел себя, удостоверяясь, что никакого конфуза в этот раз не произошло. - Я хотел объяснить… - Я занят! Вышло достаточно резко, чтобы Себастьян стиснул зубы и сухо кивнул. Сиэль хотел было добавить что-то вслед о неуместной заботе, но мужчина уже поднимался по лестнице, осталось досадно цокнуть языком, открывая крышку нетбука. Устройство тихо пикнуло, оповещая о выходе из спящего режима. Отладка почти завершена. Можно перекочевать за барную стойку. Он с нетерпением смотрел на строку процесса, понимая, насколько тяжело в этот раз ему далось написание. Все действительно казалось детской игрушкой в сравнении по сравнению с происходившим в имении Блэквуда. Чай. Себастьян даже запомнил, что сахара нужно ровно три ложки. Лупоглазая рыбка в аквариуме-шаре лениво водила плавниками, подплывая к пальцам юноши, когда тот касался недомытого стекла. В довершение, он даже иконку сделал с дверкой. Все. Полвторого ночи. Теперь можно отдыхать перед завтрашним совещанием. Юноша подхватил нетбук и, так и не сняв с головы капюшон своей любимой пайты, направился в кабинет, который в последнее время служил ему еще и спальней. Еще покоя не давала неустановленная личность этого «хирурга-самоучки». Сначала тот сам вырезал вживленные под кожу на лбу конусы-рожки, теперь… Стоп. ТАМ тоже что-то было? Фантазия с трудом рисовала какие-то нелепые кольца, пришлось открыть гугл, тот естественно показал больше. Вот как такое можно… Это же… Пффф. Ужас. Фу. Закрыть гугл. Он со стоном повалился на диван, не выпуская нетбук из рук. В голову неожиданно пришла мысль, что он не искал Себастьяна Бернса в международных базах пропавших без вести. Сиэль еще не до конца обдумал эту мысль, а пальцы уже стучали по клавишам. Четыре совпадения в открытой базе. Парень даже дыхание задержал, открывая фотографии. На них никто, даже отдаленно, не был похож на Себастьяна. Вот же Мюнхгаузен! Скорее всего, никакой он даже не Себастьян, раз его и здесь нет. Сиэль прикрыл глаза, вспоминая их разговор в полумраке каминной залы. Он не мог так идеально играть. Или мог? Быть может, в неверном лунном свете он не рассмотрел все эмоции на лице его случайного гостя. Если все так – то он встретил гениального человека, играющего лучше него. Но в это верить категорически не хотелось. Стоп. А что если искать не в международных базах, а взломать закрытую базу данных ФБР? Сиэль вытянул кабель домашнего интернета и извлек из валяющейся на полу сумки портативный модем. Уж что-что, а тревожить Федеральное Бюро – ой, как не хотелось. Была у него одна интересная программа-невидимка, которую когда-то заказали написать, но заказчик, по словам Лау, так и не появился, чтобы расплатиться и забрать заказ. Со временем Сиэль ее доработал и усовершенствовал, а протестировать все не было подходящего случая. И вот он неожиданно подвернулся. Теперь главное только смотреть, ничего не трогать, не видоизменять и не копировать, надежно запутать следы, выйти через спутник Швейцарии, и самое важное – сделать все быстро. Рискованно, конечно, но с недавних пор риск приобрел для него немного другое значение. На часах было полпятого утра, когда программа уже заканчивала перебирать последние гигабайты по пропавшим без вести. Заодно получилось прошерстить и базу данных Национальной информационной палаты США по усыновлению, просто потому, что она оказалась на том же сервере, можно было сказать – за компанию. Еще через десять минут компьютер показал все найденные результаты и подробный отчет по проделанным действиям в сети. Хм, около миллиона фунтов стерлингов, так он бы оценил стоимость этой программки. Она того стоит. За весь процесс поиска не наблюдалось ни единого стороннего вмешательства в работу программы, судя по отчету. А это значило, что шпиона-невидимку не засекли, даже в защитных оболочках ФБР. Миллион, не меньше. Угу, а вот и они. Себастьяны Бернсы. Сиэль развернул окно результатов поиска. Девять совпадений: один младенец, пара чуть постарше. А вот и Гулливер. Числится уже два года пропавшим без вести. Образования нет, безработный, три привода в полицию по каким-то мутным делам, которые так и не были возбуждены. Уже что-то. Что там по усыновлению? Бинго. Нужно было с этого и начинать. Не узнать его было просто невозможно. Все те же карие глаза, ехидная ухмылка, короткие волосы цвета воронового крыла. Щуплое сложение, острые ключицы, торчащие из широкого выреза футболки, почти сошедший синяк на шее. Себастьян Берри. Что за дурацкая фамилия? Первая усыновившая его семья вернула мальчика обратно в приют. Вот как. Сиэль сцепил пальцы в замок и поставил на них подбородок, задумчиво разглядывая сухо изложенный текст. Стоп. А приемные родители, супруги Бернс, и ныне здравствуют? Сволочь. «У меня никого нет». Эти слова настойчиво вертелись у него в голове. Планка доверия стремительно упала почти до нулевой отметки. Зачем было лгать? Возможно, на то были какие-то причины. Он не хотел, чтобы нашли его родственников? Или тут что-то другое? Столько вопросов и ни единого вразумительного ответа, задавать их мужчине не хотелось, предварительно со всем не разобравшись. До этого же времени стоило относиться к Себастьяну с повышенной осторожностью. Сиэлю казалось, что он читал американца, как раскрытую книгу, но чем дальше заходило их знакомство, тем больше появлялось вокруг него вопросов. Парень ухмыльнулся – становилось до боли любопытно. Мужчина преподносил все больше сюрпризов. Сиэль задумчиво закусил губу, устало потирая переносицу. Пять утра. До совещания оставалось несколько часов, он приляжет ровно на час, этого должно хватить, чтобы не уснуть прямо в конференц-зале. С экрана нетбука на не него смотрели добрые глаза круглолицего, уже слегка поседевшего мужчины и рядом фото его жены с выкрашенными в рыжий цвет волосами, которые должны были по идее идеально сочетаться с ее зелеными глазами, но почему-то лишь старили ее. Свиду, супруги Бернс – весьма приятные люди. Довольно подробные данные благодаря опекунскому комитету. Стоп. Сиэль еще раз перечитал предложение. Старшенький пропал и супруги, не выдержав потери, усыновили еще одного ребенка? Юноша откинулся на спинку стула, задумчиво потирая подбородок. Приступ ностальгии по утерянному сыну? Они вообще в курсе, что старшенький жив-здоров и его благополучно земля носит? Пожалуй, стоило это проверить и, он даже знал как. В голове рождался очередной хитроумный план. Но это все чуть позже, а теперь – законный час сна. *** Сиэль рвал и метал. Как так могло произойти? Синие цифры на электронных часах показывали без четверти двенадцать, будильник на айфоне он, естественно не услышал и на совещание, соответственно, не попал. Теперь строил из себя оскорбленную невинность, одновременно разговаривая с Альфредом и выискивая брошенную где-то пачку сигарет. - Ты проверил его? – спокойно спросил Танака. Хорошо хоть старика его не было рядом, иначе бы он стал свидетелем того, как книжную полку с раритетными печатными изданиями со всей силы пнули ногой только от одного воспоминания об этой проверке, из-за которой проспал сегодняшнее совещание. - Наш потеряшка числится в базах ФБР, - сухо отозвался Сиэль, подхватывая со стола остро заточенный карандаш и бездумно нарисовав на чистом листе какие-то паутинки. – Еще я нашел его в Информационной Палате. - Прости, где? С этого ракурса он заметил случайно отброшенную к дивану заветную черно-золотую пачку. Радостно подняв ее с пола, юноша сообразил, что молчание затянулось, и поспешно ответил: - В США они занимаются опекой и усыновлением. - Ооо. Это уже занимательно. Продолжай, - Альфред не был настроен на шутки, значит и правда слушал предельно внимательно. - Его так называемые «родственники» спокойно живут себе под звездно-полосатым. - Вот как. Хм. Кстати, базы ФБР говоришь… Наркотики? - Сутенерство и вовлечение в занятие проституцией. - Прелестно. - В остальном, пока придется прислушаться к его речам, - задумчиво почесал кончик носа Сиэль, прижимая телефон ухом к плечу и выуживая из пачки Джона Плеера сигарету. Поход на чердак успокоит нервы и заставит собраться. – Ранее, я не замечал за тобой привычки верить людям на слово, - поучительно отозвался Танака. – Переходя к делу. Мы подписали контракт с торговой сетью Нью Касл. Сиэль фыркнул, зло хмуря брови. Он терпеть не мог, когда опекун вот так менял тему, еще и подчеркнуто-вежливым тоном указывал на промахи. - Альфред, давай ты при встрече расскажешь мне обо всем поподробнее? *** Очень хотелось кофе. Себастьян бы не отказался от пары кружек. И желательно, покрепче. Малолетний тиран всю ночь напролет слушал ударные мотивы очередного, в этот раз немецкого, (с этим языком у него проблем не возникало) фолк-метала. Еще в ванной он различил какую-то возню на кухне и, спустившись вниз по лестнице, уже было хотел громко пожелать Сиэлю доброго утра, но тихий голос мистера Танаки заставил его замереть на месте. - Сиэль, она прождала тебя в офисе все совещание. В ответ лишь раздраженное фырканье, лязг отодвигаемого стула и стук кружки о гладкую поверхность стола. - Мальчик мой, игнорировать леди Миддлфорд – весьма невежливо с твоей стороны, - продолжил опекун, так и не дождавшись ответа юноши. Леди Миддлфорд? Кто это? Родственница, одногруппница, фанатка или секс-френд? Или он что-то неправильно понял? Себастьян затаил дыхание, жадно ловя каждое слово, доносящееся с кухни. - А с ее стороны вежливо ежедневно преследовать меня? – Сиэль раздражен, казалось каждое слово пропитано тройной порцией смертельного яда. - Значит, ей есть, что тебе сказать, Сиэль, - предположил опекун, на что парень лишь пренебрежительно фыркнул, демонстрируя все свое отношение к данной ситуации в целом. - Она мне уже все сказала, Танака, больше я слышать ничего не желаю, - жестко отозвался юноша, видимо стукнув кулаком по столу. – Я понимаю, что она тебя попросила, но давай закроем эту тему. Теперь уже тяжело вздохнул сам опекун. - Она хочет извиниться перед вами, молодой человек, для леди – это… Себастьян прокрался к своей комнате и громко хлопнул дверью, привлекая внимание находящихся на кухне. Голоса снизу и правда смолкли и он, не забыв взлохматить волосы и, сонно потирая глаза, спустился вниз по лестнице. - О, доброе утро, - виновато заулыбался он, нацепляя на лицо легкое удивление при виде Альфреда с кружкой чая. Даже волосы пригладил для приличия. - Доброе, молодой человек, - улыбнулся старик, правда, глаза выражали некоторое недовольство. Опекун был бы не против продолжить беседу с Сиэлем. Последний же был более чем рад неожиданному появлению мужчины, как способу удачно увильнуть от неприятного разговора. Хоть никаких эмоций на тонких чертах лица так и не появилось. Юноша лишь кивнул ему в знак приветствия. - Себ, кофе будешь? Мужчина робко кивнул, краем глаза отмечая удивленное выражение лица сэра Танаки. - Ладно, молодежь, я пошел греть машину, - старик решил оставить нравоучения на потом и облокотился о стол, поднимаясь с места, чтобы в следующую секунду замереть с каменным лицом. Естественно это не укрылось от обоих. - Альфред?! - Мистер Танака? *** Они стояли перед кованой решеткой в лесопарковую зону с золотистой табличкой, извещающей о том, что здесь находится частный конный клуб. Небо успело затянуть тучами, намекая на неизбежность дождя, что крайне беспокоило Себастьяна. Только иностранец мог настолько циклиться на постоянных капризах погоды, замечая даже мелкий дождь или внезапное похолодание. - У тебя там жеребец? – спросил Себастьян, прежде чем подумать. - Нет, у меня ТУТ жеребец, а там - ахалтекин, - бесцветно отозвался юноша, оставив мужчину недоуменно глазеть по сторонам и плестись за ним к пропускному посту. Сиэль протянул золотую карту постоянного клиента. - Ох, Сиэль! Давненько ты не заглядывал! – донесся из окошка приятный, хоть и немного скрипучий, голос пожилой леди. - Здравствуй, тетушка Роберта, сегодня вот решил заглянуть, - милая улыбка заставила долговязого вытаращиться на него как на экземпляр живого стегозавра. Американец чувствовал себя явно не в своей тарелке, но кто его просил тащиться до ворот вместе с ним? - Мальчик мой, я же просила тебя – просто Берта! А этот молодой человек… - А этот молодой человек со мной, - Сиэль ткнул пальцем в маячащего за плечом мужчину. - Добрый день, - учтиво поздоровался Себастьян, наклоняясь, чтобы его можно было рассмотреть. Всегда элегантно и со вкусом одетая, не выглядевшая на свои годы старушка, охнула. Да уж, Гулливер умел производить впечатление, он на всех стариков странно влиял, моментально располагая к себе. Как Альфред так легко доверил везти его, Сиэля, в конный клуб и на чем! На собственном додже, за рулем которого ему доводилось сидеть всего однажды и то, когда сам Танака этого не видел. Немыслимо! - Какие у тебя очаровательные друзья, Сиэль! И где мои двадцать лет? Торжествующую улыбку Себастьяна хотелось стереть наждачкой. Безусловно, он сегодня – герой, всех мыслимых и немыслимых баллад. И Альфреда домой отвез и с левосторонним движением справился великолепно. - Это – не друг. Это сводный брат отца. – Недовольно отозвался парень, не сводя уничижающего взгляда со спутника. И чтобы напомнить тому, что с ним флиртует дама преклонного возраста, елейным тоном добавил, подмигивая: - Кстати, Альфред передавал вам «привет». - Он не смог приехать? – Роберта явно расстроилась, да и не знала, как отреагировать на новоиспеченного родственника, которым Сиэль, судя по тону, был не доволен. - У него схватило сердце и… - Все нормально? Где он сейчас?! Женщина взволнованно вскочила, заламывая кисти и в панике прижимая их к груди. Вышел совсем не тот эффект, который ожидался, точнее – не совсем тот. Искусственно-трагическое лицо Гулливера открыто подтверждало этот факт. - Все в порядке, мы отвезли его домой. Думаю, он будет рад, если вы его навестите, - пожилая леди беспомощно переводила взгляд то на него, то на долговязого и, в конце концов, неуверенно кивнула. - Это будет удобно? - С его стороны будет кощунством отказать такой очаровательной леди, - Сиэль приободряюще улыбнулся смутившейся женщине. - Мне передать Вустеру, чтобы седлали двух? - Нет, - спокойно ответил Сиэль, расстегивая пуговицу на воротнике рубашки, - Себастьян подождет меня в машине. Долгий взгляд был отличным завершением беседы.