Ломая стены

Спирс не заставил себя долго ждать, явившись буквально по секундной стрелке. Сиэль едва успел принять душ, натянуть чистую футболку и спортивного кроя бриджи, как в ночной тишине дома раздалась пронзительная трель звонка. На ходу запихав ногой отвратительные ботфорты на каблуках под нижнюю полку вешалки, он повесил на мокрые волосы яркое полотенце с рыбками и поспешил к двери. За то время, что он бегал по дому, на улице начался настоящий ливень. Подозрение на непогоду у него было еще за завтраком, но тогда шквальный поток воды с неба так и не обрушился на столицу, обрекая его на путешествие в сопровождении любвеобильного блондина. - Чудесная ночка, не правда ли? – с порога полюбопытствовал высокий плечистый мужчина, который пытался укрыться от проливного дождя под узким козырьком. Ну, ясно. Так рад видеть, что даже не в состоянии скрыть сарказм. Мокрые пятна расплылись по плечам и рукавам расстегнутого светло-коричневого плаща. За все это время он ничуть не изменился. Темные волосы, как обычно, зализаны назад. Строгий костюм шоколадного цвета. Тяжелый, холодный взгляд зеленых глаз из-за стекол квадратных старомодных очков в широкой оправе. - Сейчас не до приветствий, - сощурил глаза Сиэль, глотая ответную колкую реплику. Не время вступать в словесные перепалки. Мужчина с ног до головы смерил парня внимательным взглядом. Входная дверь распахнулась настежь, пропуская ночного визитера. Врач не торопясь переступил порог, не прерывая тираду. - Полагаю, Фантомхайв, вы или перебрали с друзьями и расхлебывате последствия алкогольной интоксикации, или в вашем чудном семействе намечается пополнение и вы не знаете, что теперь с этим делать? - Я тоже рад видеть твое неизменное остроумие, Уильям, - вымученно растянул губы парень, нервно теребя маленькую серьгу. С улицы потянуло холодным ночным воздухом, заставив поежится. Он поспешил закрыть дверь. - Ваше, - невозмутимо поправил его врач, вернув съехавшие на нос доисторические очки. Тот самый жест, над которым он частенько смеялся в детстве, когда недавнему выпускнику с этим неизменным атрибутом, доводилось бывать в их доме. Он действительно не менялся. - Ты получил мое сообщение? - ВЫ, - с нажимом еще раз исправил врач, - поверьте, Фантомхайв, получив его, я предпочел бы выключить телефон и забыть о вашем звонке. Интонация непонятна. Сиэль стащил с головы яркое полотенце и, памятуя об аккуратности в отношении раны, невозмутимо вытер мокрые волосы. Оставалось надеяться, что внимательный Уильям не усмотрит крови или чего-то подобного. Реагировать на упреки Тайлера Спирса - равно как подливать масла в огонь. - Внесешь это в мой счет, - бесцветно отозвался парень, повесив полотенце себе на шею. Он по-босяцки засунул руки в карманы светлых бриджей и пошел к ступеням, ведущим наверх, оставив мужчину разуваться и снимать верхнюю одежду в прихожей самостоятельно. - Это крайняя степень неуважения. Счетом отделаться не выйдет, у меня группа стажеров и… Спирс заметил, что Сиэль уже скрылся на втором этаже и, недовольно поджав губы, последовал за ним, по пути приглаживая пятерней влажную шевелюру. - Впрочем, как всегда, - расслышал хозяин дома, уже подходя к двери в спальню, где оставил недавнего знакомого. Тот так и остался сидеть на самом краю широкой кровати, хотя он сказал ему лечь. Подъем по лестнице отобрал у его непрошенного гостя последние силы. Он и так хватался за резные перила, как утопающий в открытом океане за обломки досок, а потом шел, придерживаясь за стену и в итоге, чуть не упав в коридоре. Сиэль выдал ему свой широкий балахон, который пришелся мужчине почти впору, не считая коротковатых рукавов, и серые растянутые штаны, которые не прикрывали щиколотки и больше походили на бриджи. Сверху всего этого он, зачем-то, снова накинул халат. Заметив, что хозяин дома уже на пороге, мужчина понурил плечи и тихо кашлянул в кулак. Видимо, ему стало еще хуже. Цвет лица медленно близился к белому. Напускная грация куда-то подевалась, на смену ей пришла сутулость и хриплое дыхание. Сиэль нахмурился, задумчиво теребя сапфировый гвоздик. Приглушенные ругательства за спиной свидетельствовали о том, что врач споткнулся о ворох сброшенной возле порога одежды. - Свинарник! – тихо чертыхнулся Спирс, переступая через вещи в дверях спальни Сиэля. - Вот этому человеку срочно нужна ваша помощь, док, - сделал ударение на обращении парень, не поддаваясь на провокации со стороны врача. Он прекрасно понимал, что это может вылиться в длинную дискуссию и бессмысленные препирательства, которые в итоге ни к чему хорошему не приведут. Один раз так уже было. С Алоисом, который не хотел огласки. С кем же еще. В итоге врач вызвал скорую и, так и не взяв денег, удалился. Сиэль тряхнул головой, отгоняя неприятные воспоминания. Оставалось надеяться, что его фразу не истолкуют превратно. Спирс оглядел сидящего на кровати мужчину, изучая его с ног до головы. Тот равнодушно разглядывал Уильяма в ответ. А он молодец. Обычно под этим взглядом из-под микроскопов, по досадной оплошности названных очками, все тушевались. Нескольких секунд хватило, чтобы врач повернулся к хозяину дома и до бесцеремонности прямо спросил: - Кто это? - Вопрос неуместен, – резковато ответил парень и, выдержав паузу, добавил. – Знакомый. Он понимал, что Уильям не возьмется за очередную авантюру без должных разъяснений. Это его емкое «знакомый» должно было предупредить все дальнейшие расспросы. Главное не перегнуть палку. Врач подозрительно косился на сидящего и, спустя несколько мучительно долгих секунд, тяжело вздохнул, опуская свой чемоданчик на столик возле встроенного в стену зеркального шкафа. Сиэль, в отражении на дверцах, имел прекрасную возможность рассматривать стоящего к нему спиной мужчину. Уильям достал блокнот, с прикрепленной к нему ручкой, повесил на шею стетоскоп и выудил из саквояжа фонарик. - Смотрим вверх, не моргаем, – холодно отчеканил Тайлер Спирс, обращаясь к сидящему на кровати мужчине. Тот неуверенно кивнул, запрокидывая голову. Врач придержал веко, несколько раз включая и выключая миниатюрный фонарик. Густые брови сошлись на переносице. Его случайный гость комкал пальцами теплое покрывало. Кадык судорожно дернулся, когда тот тяжело сглотнул. – Показываем горло. Тот послушно открыл рот. Пока Ти Спирс хмурился, что-то там разглядывая, Сиэль усиленно делал вид, что его здесь нет. Увлеченно перекладывая записные книжки на комоде с места на место. Кстати, надо будет их убрать в рабочий кабинет. Мало ли. - Оголите спину. Парень обернулся через плечо, исподтишка наблюдая за мужчиной. Что же он прячет, раз выгнал его из ванной, а теперь не решается раздеться здесь? Тот колебался. Несколько раз переводил взгляд то на врача, то на хозяина дома. Дернулся, порываясь встать, потом снова сел. Наконец, произнес, пытаясь придать тону твердой решимости: - Можно обойтись без этого? Спирс всего лишь глубоко вдохнул, но эта мелочь означала крайнее раздражение. Проследив за немигающим взглядом пациента, тот обнаружил на ком сосредоточено все внимание. Сиэль сделал вид, что не вникнул в происходящее. - Будьте добры подождать меня внизу, - нарочито спокойно процедил врач, развернувшись к нему вполоборота. О, да. Уильям зол. Редкое зрелище, он ни разу его таким не видел. Неужели, правда, его звонок оторвал врача от чего-то столь важного или это он с долговязым уже успели его так достать? Тайлер Спирс демонстративно встал, делая шаг к двери, намереваясь поторопить хозяина дома. Чтобы не дошло до выпихивания из собственной комнаты, он невозмутимо подхватил все записи со стола и шагнул за порог, от души хлопнув дверью. Видимо перестарался – в комнате упало что-то увесистое. Губы Сиэля расползлись в злобной ухмылке. Вокруг творился театр абсурда. Он не хотел подслушивать. Это было крайне недостойно, постыдно, неправильно. Врач же не должен от него ничего скрыть, за один такой «визит» получая больше, чем за четверть года работы в своей частной клинике. Уже через секунду, он прильнул ухом к деревянной перегородке. За дверьми послышался голос Спирса. Врач сказал его непрошеному гостю оголить торс до пояса и сделать вдох. Скрип кровати и тишина. Короткие вопросы о самочувствии. Такие же недлинные и расплывчатые ответы. Скукотища. Сиэль широко зевнул, - ужасно хотелось спать. Простенькие настенные часы в коридоре показывали половину третьего. Смысла торчать здесь и дальше не было – Уильям ему все расскажет. Конечно, тот умел хранить врачебную тайну, если в сумме за услуги было верное количество нулей. Тогда Спирс просто могила. Спустившись на кухню, Сиэль включил приглушенный свет боковых светильников. Те выхватили из темноты бежевые стены и блестящую столешницу барной стойки. Первым делом парень щелкнул кнопкой простенького электрочайника из матовой нержавеющей стали, потом подхватил с мойки чашку. Поболтал недопитое содержимое и выверенным движением вылил все в раковину. Четыре ложки сахара, две растворимого кофе. Оставалось надеяться, что этот адский коктейль поможет не вырубиться в ближайший час. Чайник закипел, жалобно тренькнув. Сиэль лениво потянулся за ним, доверху наполнив кипятком внушительную кружку, и уселся на один из высоких барных стульев. Рыбка, медленно нарезающая круги по стеклянному шару, усыпляла. Свою лепту вносили еще и монотонно тикающие настенные часы. Юноша пару раз зажмурился, стараясь не клевать носом. В итоге, все равно упустил момент и успел открыть глаза лишь когда скрипнула деревянная лестница под ногами Спирса. Напустив на себя невозмутимый вид, Сиэль все же отхлебнул из кружки и сдавленно зашипел, обжегшись горячим напитком. Видимо, прошло не так уж и много времени. - Не знаю, в какие игры вы играете, Фантомхайв, но я сделал все, о чем говорилось в сообщении, - Уильям умостил свой чемодан на стуле, облокачиваясь на стойку. Сиэль опасливо покосился на лестницу. - Он спит? - Сном младенца. Проспит еще часов шесть, если не дольше, - мужчина снял очки и устало потер переносицу. - Если его перенести в другую комнату, он не проснется? Спирс одарил его нечитаемым взглядом, скорее всего предназначенным для нерадивых студентов. - Нет. Оба умолкли, размышляя о чем-то своем. - Кофе? – флегматично предложил парень, кивая на собственную кружку. Не из вежливости, скорее чтобы нарушить повисшую тишину. На лице врача, по обыкновению, было сложно что-то прочитать, но поджатые губы можно трактовать, как брезгливость. Начисто проигнорировав предложение хозяина дома, он невозмутимо нахлобучил очки на прежнее место. - Я осмотрел его и взял все необходимые анализы, точный диагноз сообщу не ранее, чем завтра пополудни. - Мне нужен предварительный, - твердо заявил Сиэль, встречаясь решительным взглядом с колючими зелеными глазами. На лице Спирса явно читалось снисхождение. - Одного взгляда на него достаточно, чтобы обо всем догадаться. - Я не люблю догадки, Уильям. Раздражение брало верх, особенно после того, как пришлось лицезреть торжествующе вздернутый подбородок. Пришлось срочно хмуриться, чтобы скрыть его под маской нетерпения. Хотелось наговорить этому самодовольному удаву уйму гадостей, о которых он наверняка пожалел бы в дальнейшем. - Абстинентный синдром, вторая фаза… - А нормальным языком? – устало проронил Сиэль, уткнувшись взглядом в свою кружку, словно она представляла для него большую ценность, чем стоящий перед ним собеседник. Врач хмыкнул. Наверняка, он специально начал нести эту медицинскую трахомуть. Вон как смерил его уничижающим взглядом, который парень предпочел не увидеть. - Героиновая ломка, в районе тридцати часов, - мужчина выдержал паузу, наблюдая за не выказавшим ни единой эмоции «заказчиком», - крайняя степень истощения, обширные повреждения кожного покрова. - Все? Уильям вопросительно приподнял бровь, наблюдая за парнем, изучающим содержимое своей кружки. - Остальное – мелочи, либо побочные эффекты вышеперечисленного. - Сколько потребуется времени, чтобы поставить его на ноги? - Это колоссальная работа, четкий контроль и уйма… - Я пока только спрашиваю о времени, - перебил его Сиэль, не желая выслушивать грозных предупреждений о том, какими бывают наркоманы во время ломки. - Дней пять как минимум, чтобы снять физическую зависимость, - нехотя отозвался врач, - и еще пару недель глубокой депрессии. Дальнейшее будет зависеть только от него. Сиэль потер пальцами подбородок, углубившись в мысли. Не так уж и много. Меньше, чем он предполагал. Тактичное покашливание напомнило, что стоит оперативнее определиться с ответом. - Я согласен, - решительно произнес парень, встречая колючий взгляд Уильяма, - мне нужно, чтобы ты поставил его на ноги. - Медикаменты я отправлю завтра после полудня с курьером. Тон такой, словно ему было наплевать на решение хозяина дома. Услышь он «нет» - с таким же равнодушием пожал бы плечами и отправился к двери. - От меня еще что-то требуется? Преисполненное сарказмом хмыканье было прекрасным ответом. - Кроме переведенных наличных и неукоснительного соблюдения ценных указаний, - добавил Сиэль, особо подчеркнув слова «наличных» и «ценных». Уильям пропустил его слова мимо ушей – снял со стула свой чемодан и уверенно направился на выход, в дверном проеме все же замер и сухо обронил: - Нет. Сиэль, отчаянно стараясь скрыть зевоту, попросту стек со стула, зашлепав босыми ногами по полу. Подхватив кружку с кофе, он поплелся провожать Ти Спирса до двери. Тот обулся, не торопясь надел светлый плащ, не забыв педантично разгладить все складки, и только потом критически оглядел себя в зеркале. - Не в вашем духе приводить в дом… подобных, - неожиданно обронил врач, даже не повернувшись к нему и сосредоточенно поправляя за ухо выпавшую из зализанных назад волос прядь. Началось. Сиэль все гадал, когда же того прорвет. Дождался. Он поначалу закатил глаза, потом прямо посмотрел на Уильяма. - Обойдемся без критики. - Ваши родители бы этого не одобрили, - Сиэль свел брови на переносице и, хотел было ответить, но врач распахнул входную дверь и пикнул брелком, снимая свою строгую серую Тойоту с сигнализации. Можно подумать, что ее кто-то будет угонять в три ночи под проливным дождем. Да хороший хозяин собаку не выгонит в такую погоду, не то, что… А кстати, дождь все-таки кончился, оставив в напоминание о себе просто колоссальную влажность. Уильям прав. Родители наверняка бы поседели, узнай, что сын привел «такого» домой. Вот только, поставив блюдо в духовку, его не вынимают и не выбрасывают потому, что сомневаются, придется ли оно по вкусу. Толку от мужчины в ближайшие пять дней, если не больше – никакого, хоть просчитывай, хоть нет. Придется ждать. Это напрягало. Этого чудилу будут искать, как он понял, а прятать его от преследователей придется именно ему - Сиэлю. Парень отчего-то чувствовал себя виноватым, хоть логического объяснения этому не было. Он же не бросил этого типа на растерзание охране, не оставил под дверьми клуба, вместо промозглого хостела привел к себе домой и в довершение всего – собирается избавить его от пагубной зависимости. Так с чего эти угрызения совести? Сиэль слишком ценил свободу, а вот у его нежданного гостя ее-то как раз и не будет, если ему удастся провернуть план. Желания самого «пленника» в расчет не брались, тут он был не волен выбирать. Когда машина врача скрылась за поворотом, Сиэль захлопнул дверь, закрывая на все замки. После количества сегодняшних гостей, у соседей наверняка появятся вопросы, особенно у бдительного мистера Чемберли. Радует лишь то, что дождь не зарядил на всю ночь. Ошеломляющая влажность окатывала не хуже водной взвеси возле фонтана. Он потер ногу о ногу. Холодно. Снаружи, сто процентов, где-то в районе нуля. Задумчиво отхлебнув из кружки, парень направился в спальню, чтобы лично убедиться в правдивости слов Уильяма. Незнакомец, закутавшись в халат, поджал под себя длинные ноги и чуть ли не свернулся в клубок. Завершали эту картину подложенная под щеку ладонь и тихое сопение. Сосредоточенное выражение лица исчезло, складка между бровей разгладилась. Таким, он выглядел намного моложе. Не ровесник, конечно, но и трех десятков ему не дашь. Сиэль постоял пару минут, разглядывая мужчину, потом тихо вздохнул и погасил свет. Он прикрыл дверь, глотнув едва теплый кофе. На очереди – важный звонок и мелкие доработки. Узкая лестница на чердак жалобно заскрипела под его вроде небольшим весом. Это неимоверно бесило, хотя прятаться сейчас было не от кого. Маленькое холодное помещение с косым потолком поприветствовало его слабым сквозняком. Свет включать не было смысла – месяц вновь показался из-за грозовых туч, взрезав ночную мглу бледным светом. Дурацкие тапки стояли на том же месте, где он их и бросил в спешке, когда подкатил Алоис. Он обулся в серое пушистое нечто с розовыми ушами, усами и прочими заячьими причиндалами. Только, девчонки считали умилительным разгуливать по дому в подобном, а ему казалось, что он натянул себе на ноги по кролику, причем через весьма неоднозначное место. Мерзость, но не идти же за ботинками вниз, в конце концов. Узкое окошко открылось наружу. В лицо тут же ударил порыв ветра, заставив зябко передернуть плечами. За всю зиму ни разу не было так холодно. Мерзкая погода для начала марта. Иссиня-черная пачка с гербами и золотистыми буквами «Джон Плэйер» лежала нетронутой на подоконнике. Он вытянул зубами сигарету и нашарил зажигалку. Холодный, сырой воздух от едва прекратившегося ливня немного развеял сонливость. Парень стоял, обхватив себя руками, и с каждой затяжкой все больше сомневался в правильности своего решения. Можно ли было назвать его действия жалостью? Вряд ли. В уме сложился нехитрый паззл, но как можно быть уверенным, что мелкие кусочки не начнут рассыпаться, если что-то пойдет не так. Сизый дым бесследно исчезал за окном. Будет ли его внезапный пленник безоговорочно подчиняться, когда придет время? У незнакомца нет документов, он под наркотой пытался сбежать из частного гей-клуба. Вряд ли у этого человека есть другой выбор, но все же не хотелось быть недальновидным. Юноша тряхнул головой, пытаясь не строить беспочвенных предположений. И только не спеша потушив окурок о стеклянный бортик пепельницы, он собрался с мыслями и взял в руки свой айфон. - Альфред, это я, - четко выговорил Сиэль, отодвигая пепельницу в сторону. Оставалось закрыть узкое окно и не уронить прижатый к уху плечом телефон. – Да, в курсе, начало четвертого. Слушай внимательно - «красный». Услышал? «Красный». С собой возьми старую куртку и обувь. Не позже шести утра. Да. До встречи. Дождавшись пока на том конце подтвердят сказанное, он нажал кнопку отбоя.