One Night too Early

       — Да. Я был его наставником.       Тандзиро и Незуко уставились на Урокодаки, как только он произнес эти слова. На мгновение воцарилась тишина. — Вы... были его наставником? — Тандзиро, наконец, нарушил молчание, посмотрев на человека в маске, стоящего перед ними. Урокодаки кивнул в ответ. — Да. Томиока Гию, Столп Воды из корпуса Истребителей, был одним из моих бывших учеников. — Заговорил мужчина в хаори с узором из облаков. Так вот его полное имя… Томиока Гию. — ...Столп? Что такое Столп? — Спросила Незуко, посмотрев на мужчину. Старик фыркнул. — Столпы – сильнейшие мечники в корпусе. Чтобы стать одним из них, вы должны, по крайней мере, обезглавить 50 демонов или победить одного из 12 Бесовских Лун в одиночку. — Тандзиро удивленно моргнул. 50 демонов? Это... много, и Гию был одним из этих Столпов? Он, должно быть, был невероятно силен! — Урокодаки-сан, кто это 12 Бесовских Лун? — пришёл черед Незуко. Урокодаки задумчиво хмыкнул. — Двенадцать Бесовских Лун – сильнейшие из демонов. Они уничтожили сотни невинных людей, а шестеро из них, Молодые Луны, способны сровнять с землей целые города с помощью своей Магии Крови. — Тандзиро почувствовал, как по спине пробежала дрожь. Целый город? Уничтоженный одним-единственным демоном, такое бывает? — Магия Крови – это особые или множественные способности, которыми может обладать демон. Они могут варьироваться от яда до стихий, таких как вода или пламя. — Урокодаки, казалось, почувствовал, что Незуко задаст еще один вопрос, как только она открыла рот. — Я предполагаю, что вы двое хотите стать истребителями демонов, — сказал человек через некоторое время. — А как вы… — но Тандзиро не успел закончить говорить, как последовало объяснение. — Многие люди, потерявшие своих близких из-за демонов, ищут мести, охотясь на них. К сожалению, не многие выживают. — Ответил Урокодаки. — И прежде чем принять ученика, - он встал, - я всегда проверяю его. — Он просто… оставит нас здесь? – спросила Незуко, когда они остались в туманном лесу. Воздух здесь был намного разреженнее, чем в хижине Урокодаки и в деревне у подножия горы. Он вел их на гору, а после его фигура растворилась в тумане. Он велел им найти дорогу обратно к его хижине до захода солнца, даже когда солнце стояло высоко в небе, было действительно трудно что-либо разглядеть из-за густого тумана, окружавшего их. И, как они вскоре поняли, это было не просто блуждание по лесу. Там были ловушки. Их были десятки. Незуко сделала один шаг, и ее утянуло вверх, Тандзиро пришлось помочь. В следующий миг уже Тандзиро чуть не свалился в глубокую яму. Единственная причина, по которой этого не произошло, заключалась в Незуко, она вовремя схватила его. — Я почувствовала, что там что-то не так: груда листьев выглядела подозрительно. — Ее интуиция была выше всяких слов, и она не могла ошибиться. *** — Как мы доберёмся туда… вовремя? — Незуко тяжело дышала. — Прошло уже восемь часов! — добавила она. Тандзиро взглянул на нее снизу вверх, опираясь руками о колени. — Такое ощущение, что прошла целая вечность уже! — выдохнул мальчик, снова выпрямляясь. Временами ему было трудно совладать с дыханием. — Значит, солнце сядет через час... — предположил он, и по его лицу потек пот, прежде чем он вытер его, а затем глубоко вздохнул. В воздухе витал слабый-преслабый запах. Пахло так же, как в хижине Урокодаки. Возможно, это были ловушки! Он мог бы использовать их как ориентир, указывающий, куда идти! Тандзиро взял сестру за руку. — Следуй за мной, Незуко, и делай, что я говорю! — сказал он с улыбкой на лице, несмотря на то, что его легкие протестовали. Они вдвоем побежали по лесу, солнце с каждой секундой приближалось к горизонту, и свет начал медленно угасать…       Урокодаки заглянул в комнату, где было открыто окно. Он сидел в одной из двух комнат своей хижины. В одной из них не было окна, поэтому Гию сейчас спал на футоне, а не в тесной корзине. Любопытно, что, пока он спал, он снова вернулся к своему истинному размеру. Урокодаки нерешительно поднял руку, прежде чем положить ее на лоб Томиоки. — Мне так жаль, Гию, — тихо прошептал он, несмотря на то, что никто его не слышал. Его единственный выживший ученик… был превращен в демона. Он прошел через ужасы встречи с Кибуцудзи Мудзаном. Старик сжал кулак, который не касался головы его бывшего ученика. Это существо когда-нибудь заплатит. Он был уверен в этом. Его взгляд снова остановился на Гию. Он не мог смириться с мыслью о том, что потеряет его… за последние несколько лет они почти не общались, особенно после того, как его повысили до Столпа, но он по-прежнему держал Томиоку близко к сердцу, независимо от того, отвечали на его письма или нет. Он слегка наклонил голову, прислушиваясь к пению птиц в лесу.       Урокодаки шел по лесу. Он, как обычно, охотился в лесу на каких-то диких животных. Сабито простудился, немного супа определенно помогло бы, а в деревне все закончилось. Мужчина повернул голову. Ему показалось, что он что-то заметил краем глаза… Он подошел к поляне. Как и весь остальной лес, она была покрыта слоем снега, и с каждой снежинкой, падавшей с неба, он становился все глубже. Сакондзи остановился, уставившись на фигуру. На снегу лежал мальчик, его кожа покраснела от холода. Волосы цвета воронова крыла были покрыты мягкими снежинками. Он явно был без сознания, темно-красное кимоно, которое было на нем, явно не подходило для такой погоды. Он быстро опустился на колени перед ребенком и осторожно поднял его. Мальчик определенно был на грани. Тогда он взял его на руки и, крепко прижимая к себе, быстрыми шагами направился к своей хижине. Урокодаки открыл дверь и увидел Сабито, который сидел у небольшого костра посреди комнаты и грелся. Его ученик обернулся. — Что случилось с ним?! — спросил он, бросаясь на помощь, несмотря на то, что его самого била дрожь. Саконджи закрыл за собой дверь, чтобы внутрь больше не попадал снег. — Я не знаю. Я нашел его в лесу без сознания. Нам нужно согреть его, иначе он не выживет. – Сабито быстро кивнул, достал из шкафа запасной футон и положил его поближе к огню, но не слишком близко. Сакондзи осторожно положил мальчика на футон, глядя на него. — Вероятно, за ним охотились демоны. — Сабито фыркнул, прежде чем чихнуть в свой локоть. — Тебе тоже следует поспать сегодня у огня, Сабито, это поможет тебе справиться с простудой. — Урокодаки решил понаблюдать за гостем, пока того не начала бить дрожь. Сабито кивнул и тоже устроился на своем футоне. — Спокойной ночи, Урокодаки-сан, – зевнул его ученик, забираясь на футон. — Спокойной ночи, Сабито. – Ответил он тихо, не желая будить спящего рядом с ними. Саконджи не спал всю ночь, наблюдая за детьми. Казалось, что у черноволосого появился жар, но это не было его главной проблемой. Истребитель надеялся, что переохлаждение не нанесло непоправимого ущерба его организму.       Дверь открылась, и в нее ввалились двое запыхавшихся детей, у обоих были красные лица и явно измученные лица. Последний луч солнца скрылся за горизонтом. — Мы… вернулись... — выдавил из себя Тандзиро в перерывах между вдохами. У обоих были царапины и ушибы тут и там. Рука Урокодаки вернулась и легла на колени, а не на лоб Гию. Некоторое время он молчал, прежде чем заговорить. — Я принимаю вас обоих в качестве своих учеников. Теперь вы оба можете идти отдыхать. — Сказал он, наблюдая, как брат и сестра, несмотря на усталость, счастливо улыбались друг другу, явно гордясь своим достижением. Хорошо. Они имели полное право гордиться собой.