Раз мутант, два мутант...

Предложение спать голышом под одним одеялом было высказано таким равнодушным голосом, что Тау засомневался. Либо Рой предлагал только то, что сказал, либо… В этом месте мысли парня начинали буксовать. Хочет ли сам Тау, чтобы Рой к нему приставал? Слишком сложный вопрос, а времени на размышления никто не предлагал. Мужчина, не став дожидаться сомневающегося Тау, старательно подоткнул одеяло и улегся спать. Мутант неуверенно покомкал синтеткань в руках и решился. Выглядеть слабым и пугливым не хотелось при любом раскладе. А то Рой так и будет его за ребенка держать. Тау лег рядом с Роем, и вдвоем им удалось сделать из своих одеял что-то вроде кокона, в котором можно было провести ночь. Сначала парень лежал напряженный, как струна, стараясь даже случайно не коснуться мужчины, но Рой улегся на спину, закинул руку за голову и не обращал на мутанта никакого внимания. Тау лежал рядом и чувствовал себя полным идиотом. Он-то всерьез готовился, если понадобится, пустить в ход свое главное оружие – зубы, а объект его нравственных переживаний просто заснул. А еще было прямо-таки иррационально на что-то обидно. Рой, без его глупых шуточек и ухмылочек, был очень даже ничего. Мог бы хоть чуточку воспользоваться предоставленной возможностью. - Ну, хватит уже вертеться, - не открывая глаза, буркнул Рой. – Одеяла разойдутся. Мужчина повернулся к Тау, обхватил его за плечи и прижал к своей горячей груди. Парень уткнулся носом куда-то в ключицу Роя и приготовился, на всякий случай, кусаться. Но большая ладонь несколько раз прошлась по тощенькой спинке с выпирающими косточками позвонков и замерла где-то на талии. Прикосновения были такими ласковыми и приятными, что Тау решил – Роя он, конечно, укусит, но чуть-чуть попозже. Мужчина прекратил поглаживания, и парень даже немного поерзал, надеясь на понятливость Роя. Вот только уютное сопение в макушку на продолжение нежностей никак не намекало. Тау оставалось только закрыть глаза и тоже попробовать заснуть, тем более, что рядом с горячим Роем, сделать это было легче легкого. Просыпался Тау, как всегда рано и постепенно. Сознание неспешно выныривало из сладкой патоки сна. Маленькому мутанту было хорошо, голодно, как обычно, но хорошо. И сон такой приятный снился… Что-то сладко-стыдное, от чего в паху разливалась приятная тяжесть. Рядом завозился вислобрюх, и Тау резко распахнул глаза. Какая уж тут утренняя дрема, когда просыпаешься в такой позе? Ночи на пустошах холодные, но не будешь же это объяснять Рою, когда тот проснется? За ночь Тау умудрился обвиться вокруг гарда всеми своими худыми конечностями. Мужчина был горячим и мягким, но это же не повод вольготно укладываться у него на груди и так недвусмысленно прижиматься пахом к бедру? Чего уж тут удивляться, что такие жаркие сны снятся? Тау мучительно покраснел, представив реакцию Роя на свою несдержанность. Все возбуждение схлынуло, как не бывало. Как будто у Роя мало поводов над ним смеяться, а теперь еще это… Тау постарался аккуратно выпутаться из одеяльного кокона. Чувство стыда резко сменилось злостью на Роя, себя и даже ворочающегося вислобрюха. Тау порядком запутался в своих эмоциях и ничего с этим поделать не мог. Первый раз в жизни ему хотелось одновременно противоположных вещей: чтобы Рой отстал от него со своими шуточками и одновременно не отставал. Вот что ему стоило вчера хоть немножко подомогаться? Неужели действительно Тау совсем ребенком считает? Да и как не считать, если парень и сам не знает, чего хочет? Мутант поплотнее завернулся в свое одеяло и мстительно пихнул вислобрюха ногой. Хотелось на ком-нибудь выместить скопившееся недовольство, и тут взгляд Тау привлек планшет Роя. Чужие вещи всегда неприкосновенны на пустошах. Если ты берешь чужое без спросу, готовься ответить перед владельцем. Законы пустошей надо уважать, и парень никогда бы себе не позволил оскорбить воровством Роя, но можно только одним глазком глянуть. Гард не узнает, а Тау получит моральное удовлетворение. Прихватив добычу, мутант уселся чуть в сторонке и, повернувшись спиной к лагерю, принялся изучать планшет. Ничего нового там не было, просто десятки набросков, которые Рой делал буквально на ходу, и несколько тщательно проработанных рисунков растений, встречавшихся на пустошах. Тау уже был готов вернуть на место чужую вещь, когда заметил несколько необычных рисунков. На них был изображен сам Тау, бредущий по пустоши, помешивающий кашу в котелке или просто сидящий на пригорке. Ни на одном из рисунков Тау не смотрел прямо, видно, Рой делал наброски пока мутант его не видел. Парень недоуменно разглядывал рисунки, и улыбка его становилась все шире и шире. Не надо было быть гением, чтобы понять, почему Рой столько раз рисовал его. Уж никак не из любви к науке. Может за его шуточками стоит что-то побольше, чем желание позлить несдержанного мутанта? Эти мысли были, как целительный бальзам на пострадавшее самолюбие Тау. Осталось только подтвердить догадку, желательно, не затягивая. Тау вернул планшет на место, пощупал почти высохшую одежду и прямо в одеяле принялся готовить кашу. Запах еды разбудил Роя лучше холодного душа. Парень сквозь густую челку поглядывал, как мужчина собирает свою просохшую одежду и одевается в ближайших кустах. Что ж, настало время проверить кто здесь охотник, а кто - жертва. - Неплохо пахнет, - сказал Рой, заглядывая в котелок через плечо Тау. – После вчерашнего даже твоя бурда аппетитной кажется. Тау промолчал и лишь расчетливо-небрежным движением позволил одеялу соскользнуть с плеча. Увы, глаз на затылке у мутанта не было, но судя по тому, как резко втянул воздух Рой, удар попал в точку. Угловатое белое плечико, показавшееся перед самым носом гарда, произвело нужный эффект – мужчина чуть ли не шарахнулся в сторону. Тау, изо всех сил сохраняя равнодушно-невозмутимое лицо, встал и начал собирать свою одежду. Не целый день же в одном одеяле щеголять? Вот только ни в какие кусты парень уходить не собирался. Отошел в стороночку и начал одеваться, не забывая придерживать коварно сползающее одеяло. Что происходило у Тау за спиной, он не знал, но старался, для предполагаемого зрителя, вовсю. Надевал футболку, изящно прогибая спину; позволял одеялу распахнуться, чтобы показалась нога; и, как апофеоз спектакля, «коварное» одеяло попыталось соскользнуть, на миг приоткрыв худенькую попу, когда Тау натягивал штаны. Что творилось при этом с Роем, так и осталось загадкой, но лицо у него было подозрительно красным. - А когда ты его резать будешь? – спросил Тау, ткнув в сторону вислобрюха ложкой. - Я его с собой заберу, - ответил Рой, невозмутимо уплетая кашу. - И как? Уговаривать будешь или очаровывать? – хихикнул Тау. – А может, на спине понесешь? Он, между прочим тяжелый, как ты, наверно, весит. - На веревке отведу, - пожал плечами гард. – Вон он какой смирный. Тау удивленно посмотрел на вислобрюха. Больше всего эта тварь напоминала шестиногую табуретку. Куда тут можно было приладить поводок, было совершенно непонятно. У этого существа даже головы-то нет, не то, что шеи. - Я думал, ты на пустоши тайком ходишь. Не хочу тебя расстраивать, но, боюсь, кто-то может удивиться, если ты вернешься в Полис с таким «подарочком». - Какие мы язвительные с утра, - передразнил Рой, откладывая в сторону миску. – Я просто оставлю его в нужном месте, а потом «случайно» найду. Кстати, это хорошая идея… - А?.. - Ему нужно имя. Такой красавчик не может жить без звучного имени. Как он будет девчонок кадрить? Тау на всякий случай принюхался к остаткам каши в собственной миске. Вроде красной пыльцой не пахло, но фантазии Роя его подчас пугали. - Назови его «тварь», «уродец» или «вислобрюх», - предложил Тау. – К тому же, это может быть самка. Рой только с укором глянул в ответ. Похоже, в этот раз он не шутил. - Будет Геб. И прекрати смеяться, глазастик. Ты его обижаешь. И никакая он не самка, ты посмотри какая стать! Настоящий самец! Это утро было, пожалуй, самым веселым для Тау за много-много лет. Сначала смущенный Рой, потом Геб, у которого, оказывается, есть «самцовая стать», а теперь еще и попытки «взнуздать» этот образчик мужской красоты. Роя не смутило отсутствие у вислобрюха шеи. Пару раз обойдя Геба по кругу в поисках головы, гард махнул рукой и сделал две аккуратные дырочки в одной из костяных пластин зверя. Похоже, Рой думал, что это будет самое сложное, но Геб сумел его удивить. У Тау уже болел от хохота живот, и началась икота, а мужчина все никак не мог справиться со своим приобретением. Геб проигрывал в силе, но у него было шесть ног, которыми можно было замечательно упираться, лишь бы не идти. Рой перепробовал и уговоры и угрозы, но вислобрюх попался несознательный и добровольно идти в Полис отказался. В конечном счете, победило человеческое упорство – в какой-то момент Геб смирно потрусил за вспотевшим, но очень довольным Роем. - Если тебя выгонят из Полиса, так и быть, могу тебе на полу в мастерской постелить. Будете с Гебом спать на коврике, - продолжал подтрунивать развеселившийся Тау. Вид Роя, тащившего на веревке вислобрюха, не мог оставить мутанта равнодушным. - Глазастик, я начинаю ревновать. Геб, конечно, хорош, но я-то гораздо мягче. Неужели ты предпочтешь мне этого костяного краба-переростка? – не остался в долгу Рой. - Ну, даже не знаю… - задумчиво протянул Тау. – Я, вообще-то, предпочитаю мужчин с внутренним стержнем, а мягкостью, я бы на твоем месте, не хвастался. Сомнительное достоинство. - Ах ты, маленький засранец, - Рой безуспешно попытался хлопнуть ловко извернувшегося Тау пониже спины. – Сейчас я тебе покажу, как над старшими смеяться. - Расскажи о Полисе, Рой. Как вы там живете? А то у нас только слухи ходят, одни невероятнее других, - неожиданно серьезно спросил мутант. - За Геба волнуешься или за меня? – улыбнувшись, спросил Рой. – Если серьезно, мы живем по правилам, и этим все сказано. - Каким еще правилам? - Их столько, что всех не перечислить, - как-то грустно ухмыльнулся Рой. – Таких поселений, как Полис, всего три, и только в них живут люди без трансгенных мутаций. Как-то так повелось, что над чистотой генотипа трясутся, как над залежами иридия. По мне так лучше приспосабливаться к окружающему миру, а не делать вид, что все в один прекрасный день станет так, как раньше. - А как было раньше? - Раньше было скучно, малыш. Никаких тебе вислобрюхов. Без обид, Геб. Все люди были чистокровными и жили, где хотели. - Действительно, скучно. Я и не представляю мир без пустошей, - протянул Тау. - Вот теперь в Полисе изо всех сил стараются сохранить остатки того мира. Вся наша жизнь подчинена строгим законам. За нас решают, когда мы родимся, кем будем работать, на ком женимся и сколько детей заведем. - Глупость какая. Причем тут дети? - А ты сам подумай. Полис не так уж и велик, если позволить населению бесконтрольно расти, через некоторое время мы просто не сможем всех прокормить. Брачный партнер тоже выбирается не просто так. На основании генетической карты подбираются оптимальные пары родителей, и вперед – делать новых жителей Полиса, - как-то совсем невесело закончил Рой. - А у тебя кто-нибудь есть? – робко спросил Тау. - Нет, меня вывели из репродукционной программы. Чем-то мои гены не приглянулись, но я не в обиде. Просто когда-то у меня был любимый человек… - Рой, прищурившись, глянул на небо. – Его отдали в другой Полис, нашли пару там. - Извини… - пробормотал Тау. – А почему детей искусственно не выращивают в лабораториях? Это было бы проще и вернее. - Дети из пробирки рождаются слабыми, болезненными и частенько бесплодными. Природа мстит нам за ошибки наших предков. Знаешь, Тау, раньше люди держали животных не только ради мяса, молока или шкур. Некоторые жили в человеческих домах просто ради красоты. Выводили необычные породы, насмехаясь над эволюцией. И, разумеется, эти создания не могли выжить без человека. Все эти животные погибли, когда разразилась катастрофа. Иногда мне кажется, что мы такие же. Сидим за куполом в искусственной среде и лелеем свои, никому не нужные, гены. В конечном итоге, мы так же обречены. Будущее за такими, как ты, Тау. - Что-то тебя совсем развезло, - попытался пошутить Тау. – Наверно это что-то старческое. Эй-эй, без рук… Будущее за такими, как Геб. А мы так, самоуничтожившаяся ветвь эволюции. Так что не бери в голову и наслаждайся жизнью, старичок! Вдали замаячили окраины Города. Помня совет Гронта, Тау старался расставаться с мужчиной задолго до людных мест, тем более, с ними был почти ручной вислобрюх. Рою надо было «случайно поймать» Геба, а Тау готовился к повторному рейду в бункер. Они договорились встретиться через три недели, чтобы отправиться вдвоем на пустоши, не зная, что этот совместный рейд не состоится.