Раз мутант, два мутант...

За прошедшие дни в бункере ничего не изменилось, что, конечно, не могло не радовать. Пыль, грязь, затхлый воздух с характерным запахом плесени – все было, как в любом уважающем себя заброшенном бункере. Тау представил, как стал бы над ним потешаться Рой, и невольно улыбнулся. Перепугаться и сбежать, когда ты самый сильный на много миль вокруг, было, действительно, нелепо. Парень задумчиво прошелся вдоль границы завалов. Пока Тау был в Городе, он старался найти хоть какую-нибудь информацию об оружии прошлого. То, что этот бункер предназначался отнюдь не для мирных целей, было и так понятно. Чего стоит до сих пор работающий аварийный контур. Это же какой запас прочности закладывали неведомые проектировщики, когда это строили? Разумеется, Тау почти ничего не нашел о жизни до катастрофы. В Полисе, наверно, было больше информации, но выпрашивать у Роя не хотелось. Он и так что-то подозревает, а Тау пока не собирался делиться своей тайной. Так что все найденное маленьким мутантом ограничивалось несколькими голографиями. Инфо-кристаллы оказались нестойкими к сильному электромагнитному излучению, которое просто зашкаливало в первые годы после катастрофы. Данные не исчезали, но срок службы носителей сократился в разы. Поэтому, в первую очередь, после катастрофы спасали информацию, необходимую для выживания. Многие технологии оказались навсегда утеряны. И вот теперь у Тау был шанс найти что-нибудь по-настоящему ценное. «Жук» отлично справился со своей задачей, обойдя защиту аварийного контура бункера. Тяжелые бронированные двери открылись, и стайка легких телезондов ринулась внутрь - изучать первый этаж бункера. В ожидании предварительных отчетов Тау собрал свой брошенный лагерь и аккуратно упаковал все вещи. Мутант не мог спокойно усидеть на месте, в этот раз его съедал охотничий азарт, а не безотчетный страх неведомого. У парня был великолепный набор снаряжения и лучшее оружие, которое можно было купить на черном рынке Города. Плазменная винтовка хороша только на открытом пространстве. Попробуешь из нее выстрелить в помещении, где даже окон нет, в лучшем случае заработаешь контузию. Плазменные винтовки – безотказное и простое в эксплуатации оружие, да и убойная сила разряда такая, что и живоглота убить можно. Только сила отдачи у винтовки такова, что приходится использовать амортизаторы. При каждом выстреле в нем происходит микровзрыв, компенсирующий отдачу плазменного разряда, и реактивная струя бьет из-под руки стрелка. И тут главное - не оказаться в этот момент прижатым спиной к стене, можно и компрессионный перелом позвоночника схлопотать. Тау взял с собой обычный полуавтоматический пистолет, вот только заряжался он экспансивными пулями. Эти «крошки» при попадании в тело раскрывались как цветок, превращая жертву в фарш. Официально такого оружия в Городе не было. В Городе оружие легально было только у трапперов и ищеек, для остальных все было под запретом в соответствии с законами Полиса. Вот только Тау не собирался идти в бункер с пустыми руками. Страхи страхами, но можно было наткнуться на что-то действительно опасное. Первые отчеты от телезондов высветились на комме Тау, и он не утерпел. Прямой опасности нет, а заблудиться парень не боялся. Впереди его ждало его богатое, сытное будущее, а остальное мелочи. Воздух внутри был теплый и сухой. Приятное разнообразие после сырого тоннеля, похоже, системы жизнеобеспечения продолжали работать все эти годы. Даже аварийное освещение трепыхалось маленькими островками, толку от этого было мало, но Тау окончательно успокоился. Это всего лишь старый бункер, который бросили много лет назад. Здесь давно нет живых, только глупая электроника продолжает работать, как будто это кому-то нужно. Пыль, коридоры, заклинившие двери и эхо шагов – больше не было ничего. Технические помещения, забитые непонятными машинами, комнаты отдыха для персонала, пультовые. Тау брел все дальше, дальше пока не попал в огромный ангар. Химический «светлячок» не мог осветить столь огромное пространство. Потолок терялся где-то в вышине, а противоположная стена угадывалась только благодаря аварийному освещению. Может, когда-то потолок этого ангара мог раскрываться, как бутон цветка, может, это был только склад, но Тау было на все плевать. Парень не мог избавиться от ощущения, что заснул и видит чудесный сон. Бункер, на который маленький мутант возлагал столько надежд, оправдывал их. Все помещение было заставлено разнообразной военной техникой. Тау не знал ни то что названий, даже назначения большинства аппаратов: планетарные катера, гравилафеты, кибертанки. Парень такую технику только на инфо-кристаллах Гронта видел, а тут это сокровище стояло, как на прилавке в магазине. Совершенно непонятно работает ли здесь хоть что-нибудь, или вся электроника давно выжжена каким-нибудь электромагнитным импульсом, но это и неважно. Тау, как зачарованный, переходил от одной машины к другой, восхищенно поглаживая их по пыльным бокам. Это была чистая мощь в своем материальном проявлении. Человеческий гений создал это оружие много лет назад, и до сир пор одного взгляда хватало, чтобы ощутить его затаенную силу. - Что же вы такого натворили, с чем справиться не смогли?.. – прошептал Тау, зачарованно разглядывая старую технику. Надо было двигаться дальше, но парень не удержался и заглянул в кабину одного-не-понятно-чего. Это был маленький летательный аппарат, рассчитанный на одного пилота и состоящий практически из одного стекла. Тау вольготно уселся в кресло и представил, что темнота ангара – это ночное небо, а светящиеся вдали лампочки – звезды далеких галактик. Парень еще бы и на кнопочки какие-нибудь понажимал, но впереди не было даже приборной панели, просто стеклянная гладь. - Ну и как? – непонятно кого спросил Тау. В кабине не было ничего, кроме кресла пилота и громоздкого шлема. Пришлось вылезать, так и не поиграв в пилота космических войск. После ангара мутант нашел шахту лифта, ведущую на нижние уровни. Надо было дождаться отчетов зондов, поискать лестницу вниз, а не лезть сломя голову в неизвестность, но Тау не готов был ждать. Его манили тайны, которые столько лет хранил бункер. Какая уж тут осторожность? Кабины лифта не было, и Тау спускался вниз по скобам, торчащим прямо из стены шахты. Лифт ходил только между определенными уровнями, и мутанту пришлось довольно долго спускаться, прежде чем он добрался до следующих дверей. Вдобавок они еще были на противоположной стороне лифтовой шахты, пришлось пройти по узенькому карнизу, держась за поручень, чтобы выбраться, наконец, в помещения. Боязнью высоты Тау не страдал, но ползать, как осмемуха по стене, когда под твоими ногами бездонная пропасть, было боязно. Новый уровень был когда-то жилым. В прямой коридор, по которому шел Тау, выходило множество дверей. Те, что парень смог открыть, вели к личным комнатам персонала. Мутант с жадностью вглядывался в старые голографии, висящие на стенах, рассматривая давно умерших людей. Это были чьи-то родные, любимые или просто друзья. Улыбающиеся, открытые лица довольных жизнью людей. В некоторых комнатах на полках пылились забавные безделушки, которые казались совершенно неуместными на военной базе. Парень не удержался и забрал себе керамическую фигурку хвостатого зверя с треугольными ушами. Хозяину явно она уже без надобности, а Тау ее Рою подарит. Они чем-то с этим зверем похожи - излишне довольной мордой, наверное. Время в бункере летело незаметно, и Тау понял, что смертельно устал, только когда правую ногу свела болезненная судорога. Сколько миль отшагал мутант, тяжело было представить. Слишком много было интересного вокруг, чтобы останавливаться. Мутант перекусывал на ходу и все шел и шел вперед… Решив лечь спать, парень какое-то время колебался – устроиться прямо в коридоре или занять одну из комнат? Эйфория прошла, и Тау снова чувствовал гнетущую атмосферу этого мертвого места. До сих пор парень не знал, что же случилось с людьми, жившими тут когда-то. Работающий аварийный контур подразумевал, что внутри оставались живые, когда он включался, но где же их тела? Мысли о том, что в бункере когда-то умерло много людей, заставляли Тау нервничать. Мутанту совершенно не улыбалось наткнуться на братскую могилу. Местечко и без этого было жутковатое. Поразмыслив, парень устроился на полу в одной из комнат. Дверь в ней легко открывалась, а главное - так же легко запиралась, и повсюду лежали забавные вязаные салфеточки. Парень решил, что здесь жила очень милая женщина, и она не будет очень против, если Тау поспит на полу ее комнаты. Проснулся парень совершенно разбитым. Голова противно болела, будто внутри черепа устроились на зимовку осмемухи, и всю ночь снился все тот же дурацкий сон. Тау вновь побрел по коридору, на ходу проверяя свой комм. За время его сна, уже должны были прийти подробные отчеты от телезондов: карта помещений, химический, бактериологический и радиационный анализ, но ничего этого не было. Парень стоял посреди коридора и со злостью тыкал пальцем в комм. Зонд или два могли выйти из строя, но чтобы все сразу… - Экранировано у них тут все что ли? – зло шипел Тау. – А сами как без связи жили? По трубам кружкой стучали? Идти дальше просто не имело смысла. И так было понятно, что бункер слишком велик, чтобы по нему ходить вслепую. Это пока заблудиться было просто негде, а если дальше лабиринт пойдет? Мутант развернулся и побрел обратно, ему еще предстояло по лифтовой шахте вверх карабкаться, а голова и без этого раскалывается, еще и этот плач надоевший все никак не затихнет… Тау резко затормозил. Пока он воевал с коммом и жаловался сам себе на жизнь, умудрился пропустить возвращение плакальщика. И если раньше парень еще мог хоть какие-то объяснения придумать этим звукам, то теперь было абсолютно ясно – впереди плакал ребенок. Единственный путь назад был для Тау отрезан. Пройти мимо комнаты, где сидел плакальщик, мутант не смог бы ни за какие деньги. Липкий ужас охватил все тело парня, хотелось бежать сломя голову и, не разбирая пути, но Тау не мог даже закричать. Впереди было нечто опасное, что подстерегало парня и даже не считало нужным скрываться. Был ли это дикий зверь, пробравшийся в бункер, или монстр, выведенный в местных лабораториях, - мутант знать не хотел. Интуиция вопила, что надо скорее бежать, и Тау ей верил. Дрожащими руками парень притушил «светлячок». Благодаря своим глазам Тау хорошо видел в темноте, только приходилось напрягаться, и голова потом сильно болела. Но сейчас было не до мелочей. Мутант медленно начал пятиться задом, изо всех сил сдерживаясь от того, чтобы броситься бежать, очертя голову. Может, эта тварь еще и бегает быстрее него. Тау пятился назад, не отводя глаз от двери комнаты, в которой притаилось существо, об оружии парень даже не вспоминал. Вдруг что-то мелкое попалось Тау под ногу, и мутант, нелепо взмахнув руками, шлепнулся на попу. В пустом коридоре шум был оглушительным. Парень не сводил глаз с проклятой двери, и, когда та с легким шипением, отъехала в сторону, мутант не выдержал. Время, до этого тянущееся, как патока, стремительно понеслось вперед. У Тау не было никакого желания разглядывать, что там плакало в темноте. Парень бежал вперед, не оглядываясь, пробегал какие-то залы, сворачивал на развилках – все смешалось для Тау в череду размытых пятен. В ушах гулко шумела кровь, а сердце, казалось, готово проломить ребра. Завернув за угол, парень обессилено прижался к стене. Сил бежать дальше не было, ноги дрожали, а легкие разрывались от боли. Но даже через шум собственного дыхания, Тау услышал чужие шаги. Маленькие, семенящие шажочки крошечных ножек, которые приближались к нему. Парень больно прикусил себе губу, чтобы не закричать от нахлынувшего страха, так просто от неведомого плакальщика убежать не удастся. Тау сорвал с себя защитные очки и зашвырнул их в ближайшую дверь, а сам шмыгнул в противоположную. Эти несколько мгновений были самыми долгими в жизни мутанта. Преследователь подошел к комнате, в которой прятался Тау, потоптался на пороге, вздыхая, как ребенок после долгого плача и ушел. Парень готов был поклясться, что услышал довольный смешок, похоже, плакальщик нашел его очки. Мутант рванулся из своего укрытия в обратную сторону. Как Тау умудрился снова вернуться к шахте лифта, он не знал, и сколько на это у него ушло времени, тоже. Парень брел в темноте, не решаясь зажечь «светлячок», мечтая только о том, чтобы выбраться из этого мертвого места. Чтобы тут ни жило, Тау не собирался с ним встречаться. Мутант с трудом карабкался по скобам вверх. Тело хотело отдыха и пищи, а голова раскалывалась от необходимости смотреть ночным зрением. Парень устал и измучился так, как никогда в жизни. И стоило ему выбраться из бункера на станцию маглева, мутант упал, как подкошенный, прямо на пыльный пол, практически потеряв сознание от пережитого ужаса и усталости. Но даже во сне его не оставляли в покое, Тау снова видел свой повторяющийся кошмар, только в этот раз он запомнил его во всех подробностях…