Гасящий Свет, Рассекающий Тьму

"Я помню, помню времена, когда лишь мой бессмертный род Скитался по земле один, не зная страхов и невзгод. Но время власть не побороть, и нам уже не суждено Вернуть все на круги своя, низвергнуть навсегда все зло. Шептала я ветрам в горах о той неизбывной тоске, Что ныне отняла покой и обрела оплот во мне. Я пела лесу под луной о тьме, что нас из дома изгнала, Связала подлым договором и проклятием объяла..." Из песни Тэориналь Гиллаэн, королевы эльфов

      На восточном побережье Афалиона все было погружено во мрак того самого глухого предрассветного часа, когда солнце вот-вот должно было воссиять на небосводе, а оттого тьма становилась только гуще. Небеса были темны, как деготь: звезды уже меркли, но лучи солнца еще не осветили их. Ясеневый лес затих, ожидая того самого мига, когда его коснется первый луч восходящего солнца, ярче которого нет и не будет. Все замерло, только море, простиравшееся далеко внизу, шумело, вновь и вновь ударяясь о скалы внизу. Но здесь, в пяти милях от берега, на высоком утесе, его шум уже не был таким угрожающе-рокочущим.       Не только лес ждал восхода солнца ― ждала его и расположившаяся на плоском камне, лежащем прямо на середине поляны, в паре десятков ярдов от края утеса, девушка с длинными прямыми каштановыми волосами. Она сидела, вытянув вперед тонкие ножки и слегка откинувшись назад, опираясь на руки. Ее уши были слегка удлинены и заострены, выдавая принадлежность девушки к эльфийскому роду. У нее были большие черные глаза, внешний уголок которых был слегка приподнят верх, что также являлось отличительной особенностью Перворожденных. Эльфийка была одета в легкое воздушное платье синего цвета, а рядом с камнем стояли ее туфли. ― Ты не простудишься ― сидеть так на камне? ― раздался внезапно мягкий голос, в котором все-таки выделялся отчетливый, раскатистый звук "р".       Из леса вышел среднего роста юноша, направившийся к девушке. У него была чуть темная от загара кожа, недлинные соломенного цвета волосы, аккуратно заложенные за уши и зачесанные назад, так что ни одна прядь не выбивалась из прически, и янтарного цвета светящиеся глаза с вертикальным зрачком. Он носил свободную темно-зеленую рубашку с короткими рукавами и широкие черные штаны, к узкому поясу из коричневой кожи была пристегнута темно-зеленая накидка, достававшая парню до икр. На ногах он носил легкие кожаные сандалии. ― Не говори глупостей, Ней, ― хрустальным ручьем рассыпался смех девушки. ― Ночи в наших лесах никогда не бывают холодными. ― Ари... ― начал было юноша, но эльфийка приложила палец к губам и прошептала: ― Тише, иди сюда и сядь рядом.       Тот пожал плечами и подошел к девушке, сев рядом с ней. Она тут же облокотилась на крепкое плечо парня и прошептала: ― Предрассветный час ― самое прекрасное, волшебное время. ― А уж когда на плече ― эльфийская принцесса, то оно становится просто великолепным, ― тепло улыбнулся Ней.       Аривиэль улыбнулась в ответ, а потом замерла, почти не дыша и глядя сквозь тьму туда, где вот-вот должен был сверкнуть первый луч восходящего солнца.       Минуты тянулись, как часы, а парочка сидела молча, затаив дыхание. И вот, когда мрак стал внезапно еще гуще, на востоке ярко вспыхнул чистый золотой свет, озарив все вокруг слепящей желтой вспышкой, а потом небосвод стал светлеть, и через несколько минут показался узенький краешек короны солнечного диска. ― Великолепно, ― выдохнул Ней. ― Сколько лет живу, никогда не знал о том, что рассвет может быть таким красивым. ― Ну, если бы мы открывали все новое всего за двести-триста лет, было бы очень скучно жить на свете, ― сказала Ари. ― Это уж точно, ― ответил парень и приобнял девушку. Так они просидели еще несколько минут, а потом Аривиэль выскользнула из объятий Нея и, вставая, взъерошила волосы на голове парня. ― Эй! ― возмутился тот, поправляя светлые волосы и вставая вслед за эльфийкой, которая уже успела надеть туфли. ― Кстати, ты уже поохотился, ненасытный ящер? ― смеясь, спросила принцесса. ― Да, но могу еще поохотиться на одну развеселую эльфиечку, ― пригрозил тот и ринулся к девушке. ― Не смеши меня, Ней, ― сказала та, ловко уходя от преследователя в сторону и запрыгивая к нему на спину. ― Сам попался. ― И что теперь? ― рассмеялся тот. ― Полетели к морю, ― предложила девушка. ― Ладно, только слезь. А то могу нечаянно броней поранить, ― смущенно сказал Ней. ― Хорошо, ― девушка отпустила плечи парня и отбежала в сторону.       Ней закрыл глаза и стиснул зубы. Тут же его тело осветилось теплым янтарным светом, стремительно увеличиваясь и меняя форму. Через секунду после начала трансформации юноша представлял собой огромную янтарную каплю, которая по мере своего роста все больше утрачивала человеческие очертания. Через несколько секунд преображение завершилось, свечение угасло, и на поляне, сложив крылья, перед эльфийской принцессой предстал покрытый прочной черной чешуей ящер с янтарными глазами и двумя рогами того же светло-соломенного цвета, какого были волосы у Нея в человеческой форме. Размеры молодого дракона, только-только вышедшего из поры детства, были не столь велики ― всего двенадцать метров от носа до кончика хвоста, но все же в нем уже чувствовались мощь и великолепие его рода.       Аривиэль подошла к дракону и погладила его по носу, когда тот склонил голову. Ней заурчал и подставил крыло, чтобы девушка могла взобраться на его спину, что та незамедлительно сделала. Тело дракона было покрыто прочными острыми чешуйками, которые, хоть и очень плотно прилегали друг к другу, представляли серьезное неудобство для того, чтобы сидеть на спине ящера, а вдоль хребта шли особо толстые и прочные пластины. Вдобавок, чешуя по направлению от морды к хвосту была почти идеально гладкой, так что держаться за них не представлялось никакой возможности. Кроме того, юный дракон был весьма костлявым ― перестройка тела практически завершилась, но вот взрослой мышечной массы и размеров ящер еще не достиг. Однако Ари прекрасно знала, где у Нея можно расположиться на спине. Удобно устроившись у основания шеи, впереди крыльев, она пригнулась к чешуе и уперлась ногами в плечевые выступы дракона.       Удостоверившись, что эльфийская принцесса хорошо сидит на его спине, Ней подошел к краю утеса и, расправив огромные кожистые крылья, спрыгнул вниз, заставив Аривиэль издать удивленно-испуганный возглас. Дракону даже не требовалось делать взмахи крыльями ― он лишь изменял их наклон, чтобы взлететь выше или ниже, несясь вперед над лесом, блестя матовой черной броней в лучах солнца. Морской берег стремительно приближался, и дракон снизился, поджав лапы и едва не задевая скалы. Эльфийка, сидящая на спине ящера, бледнела, когда прямо под ними проносилась очередная острая кромка. ― Ней, прошу, лети выше! ― наконец, не выдержала девушка. Дракон довольно ухмыльнулся и набрал высоту. ― Вот тебе лишь бы покрасоваться!       Скалы резко закончились, и теперь дракон и эльфийка летели над океаном. Ящер слегка снизился и рассекал воду пятью пальцами передней правой лапы, которая была практически полностью сходна с человеческой по расположению пальцев. Затем он вновь набрал высоту и, сложив крылья, ринулся вниз. ― Ней! Не вздумай! ― завопила эльфийка, и дракон расправил крылья у самой поверхности воды, помчавшись дальше. ― Полетели к тому островку? ― предложила Аривиэль, указывая на видневшееся справа скопление скал, возвышавшееся над синими волнами.       Ней приподнял левое крыло и повернул к острову, на который указывала девушка. Меньше чем через минуту они достигли скал, и дракон, аккуратно ссадив с себя наездницу, снова взлетел, и теперь уже никто ему не помешал нырнуть глубоко в море. Эльфийка уселась на большой плоский камень и стала смотреть на то, как ее спутник ныряет воду, затем вырывается из нее и, сильным взмахом крыльев придав себе ускорение, вновь стрелой падает в океан. Это продолжалось где-то четверть часа, пока окончательно не выбившийся из сил Ней не выбрался на берег, уже в море приняв форму человека. Дойдя до камня, на котором сидела девушка, он вытянулся рядом с ней и довольно улыбнулся, а потом попытался потереться щекой о ее бедро. ― Не вздумай ластиться ко мне сейчас, чудо ты мое мокрое, ― смеясь, отстранилась девушка. ― Да ладно тебе, не холодно же, ― ответил парень, проводя рукой по мокрым светлым волосам. ― Ага, а в полете я замерзну, ― парировала Аривиэль. ― Ничего, я согрею, ― пожал плечами дракон. ― Настоящий дракон, ― вздохнула девушка, из-за чего Ней улыбнулся еще шире. ― Ни стыда, ни совести. ― А вот так не надо, ― обиделся парень. ― Ладно, не обижайся, я шучу, ― вздохнула эльфийка, потрепав дракона по голове и почесав за ухом, от чего тот заурчал.       Некоторое время парочка просто слушала звуки моря и наблюдала за восходящим солнцем. Ветер легонько трепал каштановые волосы эльфийской принцессы, которая перебирала светлые волосы своего дракона и что-то беззвучно напевала, а тот лишь лежал, прикрыв глаза от удовольствия и тая под руками той, для которой он давно перестал быть просто защитником, которая уже не была для юного дракона просто эльфийской принцессой. ― Ней... ― позвала девушка. ― А? ― повернул голову юноша. ― Нам, наверное, пора возвращаться домой, ― сказала девушка. ― Ты же знаешь, что отец волнуется, когда меня долго не видит. ― Не понимаю я его, ― признался дракон, садясь. ― Кто в наших краях может причинить тебе вред, особенно, когда я с тобой? ― Это же мой отец, ― вздохнула эльфийка. ― Ты же помнишь, что он вообще был против того, чтобы ты был со мной. ― Да уж, ― недовольно поморщился тот. ― Еще как помню.       Двадцать лет назад король Аэлатуэро Гиллаэн, недовольный тем, что его младшую дочь и ее защитника стали связывать чувства, отличные от отношений защитника и защищаемой, решил найти другого дракона для защиты дочери. Существовали два условия: новый дракон не должен иметь сильной разницы в возрасте с Аривиэль и должен быть не слабее Нейтира. К великому счастью Аривиэль, ее дракон одолел всех, бросивших ему вызов, хотя многие из противников казались крупнее и сильнее юного телохранителя.       Но главный бой был не на драконьей арене, а в одном из залов дворца. Король Аэлатуэро был в ярости от того, что его дочь слепо влюбилась в какого-то дракона, а не в знатного и благородного эльфа. Но Аривиэль продемонстрировала, что тоже умеет показывать характер. От ее крика и голоса вышедшего из себя отца дрожали стекла во дворце. А учитывая великолепные способности принцессы к чародейству, так же доставшиеся ей от отца, аргументы у сторон были весьма весомыми. Но королева Тэориналь вступилась за дочь, и ее супругу пришлось оставить дочь в покое.       Однако король не мог сдаться окончательно. Он заставил дочь и новоявленного зятя поклясться, что они не поженятся и не заведут ребенка, пока не проживут тысячу лет вместе. А потом еще состоялся неофициальный разговор короля и юного дракона, после которого вид у крылатого ящера был не особо счастливый. Но главное ― право быть друг с другом ― эльфийская принцесса и дракон смогли отвоевать. ― Так что полетели обратно, а то он решит, что если мы не возвращаемся уже больше недели, то что-то случилось, и пошлет за нами кого-нибудь, ― сказала принцесса. ― Ну, подождет еще пару часов, ― дракон улегся обратно и потянулся. ― Я устал... ― Ней, я знаю, что ты хитришь, ― улыбнулась девушка, положив нежную руку на голову парня. ― Давай, не ленись. ― Ари, иди ко мне, ― сказал дракон, притягивая эльфийку к себе. ― Нет, это ты иди ко мне, ― усмехнулась девушка и заставила парня приподняться. Они взглянули в глаза друг друга, а потом Ней прильнул к губам Аривиэль, втягивая ее в долгий поцелуй...       Через три минуты над морем взвился, неся на себе эльфийскую принцессу, черный дракон и полетел к сердцу эльфийских земель, великому городу Алаквалону, столице безымянного королевства, отгородившегося от мира высокими горами.