Дурное воспитание

В пятницу Джиму стало совсем тоскливо. Подумаешь – увидел труп, в тот момент, когда этот урод валялся рядышком, Морану не было так уж противно целоваться. А теперь он не звонил уже третий день, и в школе к нему подходить было нельзя. Впрочем, к вечеру Мориарти уже начал жалеть, что не подошел и не нарвался хотя бы на драку. Изучая лобные доли мозга своим любимым пинцетом, Джим грустно думал о том, что сублимация перестает спасать. Это, конечно, было увлекательно и интересно, но… Он хотел разгрузиться и отдохнуть. Как назло, все были дома, даже отец пришел пораньше с работы и вместе с Джанин тридцатый раз за месяц смотрел «Русалочку». Он был таким терпеливым, даже Рич взвыл после двух недель вечеров под «Kiss the girl». Вот если бы мать матери Джанин все-таки окочурилась, они бы все свалили на похороны и оставили бы дом в полном распоряжении Джима на пару дней. И это было бы прекрасно, потому что, в отличие от него, Моран не отчитывался перед своими за каждый шаг в сторону социума. Мориарти стянул перчатки и упал на кровать. В комнате стоял сладковатый запах формалина. С одной стороны, так пахли биологические опыты, с другой – от него тошнило. Джим неохотно встал и приоткрыл окно. По полу потянуло сквозняком, но в комнате сразу же стало свежее. По дороге к постели Джим схватил с письменного стола телефон и быстро, будто боясь передумать, набрал номер Морана. - Алло, - судя по тону, Себастиан предварительно посмотрел, кто ему звонил. - Привет, - Джим лег на спину и уставился в потолок. Моран немного помолчал, будто ожидая, что собеседник сразу же перейдет к сути дела, но ему было абсолютно нечего сказать. - Соскучился, Мориарти? - А ты – нет? – Джим наклонил голову к плечу, будто бы Себастиан его видел. – Не скучаешь по моей заднице? Моран издал смешок, и Джим не смог сдержать улыбки. В трубке что-то зашуршало. - Кому ты продал свою гордость, чтобы сказать это? Мориарти подумал, что после этого нужно было бы отсоединиться, но ему не хотелось. Казалось, в какой-то момент что-то пошло не так. В трубке зашипело, стукнуло, полилась вода. - Чем ты занимаешься? - Ужин готовлю. - Значит, ты один? – Джим перевернулся на бок, зажимая ладонь между коленями. Какого хрена Моран не звонил ему, если не был ничем занят? Испугался? Глупости. Впрочем, может, он просто больше не хотел его каждую минуту, проведенную врозь. Что ж, вполне нормальное явление, учитывая все, что произошло в прошлые выходные. Хотя это и было почти целую неделю назад. - Да, но родители грозятся придти в любой момент, - почти извиняющимся тоном произнес Себастиан и опять чем-то погремел. – А ты чем занимаешься? - Не буду портить тебе аппетит перед ужином, - ответил Мориарти и чуть не хлопнул себя по лбу – ну что за супружеские беседы? Занят – значит, занят. Не занят – значит, занят Джимом. Все очень просто, ему хотелось, чтобы было просто. Рука переползла выше, и озарение пронзило усталую голову. – Но в данный момент я просто лежу в постели. - М-м, - сказал Моран. – Одетый? - Не знаю, как ты представляешь себе мой досуг, но, если я не в душе или не сплю, то всегда одет. - Ты врешь, - ахнул Себастиан. Джим потерся носом о подушку, пытаясь скрыть дурацкую улыбку. Помимо секса, ему нравилось разговаривать с Мораном. Если в детстве он был правильным занудой и вечным рыцарем в сияющих доспехах, защитником униженных и оскорбленных, то теперь – в основном, саркастичной скотиной. Все же было искренне непонятно, почему он до сих пор общался с Ричем. – Что, ты все еще одет? - А что, у меня есть повод раздеться? – прижав телефон ухом к подушке, Мориарти расстегнул джинсы. Фоновый шум в трубке куда-то пропал, и в следующее мгновение Джим отчетливо услышал: - Снимай трусы. - Ты уверен? Может, хочешь еще поговорить о всякой ерунде? - Джим, - очень тихо сказал Моран с таким нажимом, что Мориарти чуть не продавило сквозь подушку. Даже на расстоянии он был способен создать ощущение, что Джим полностью находится в его власти. Это было потрясающе. Все мысли выдувало из головы на раз – зачем вообще было думать, если Моран сам дергал за ниточки? Ему казалось, что Себастиан был единственным, кто мог заставить его почувствовать себя так. В таком возрасте все вообще вечно и навсегда. Сбивающееся дыхание Морана в трубке подстегивало сильнее, чем все, что он мог сказать. Джим всхлипнул, подаваясь бедрами вслед за собственной рукой. Было жарко, но после того, что происходило между ними раньше, все было уже не тем. - Что ты представляешь, Джим? - Себастиан шумно сглотнул, и Мориарти практически увидел, как дернулся при этом его кадык. – Кого ты видишь? - Тебя, - Джим страдальчески зажмурился. Разрядка никак не наступала. – Тебя… Себастиан… - Кончай, Джим, - прошептал Моран. – Ну же. Кончай. - А-ах! – Мориарти выгнулся. – Черт! Черт возьми! - Завтра у меня в шесть вечера, - немного помолчав, хрипло сказал Себастиан. – Ты слышишь?.. Слышишь меня? - Да, да, - Джим выдохнул, пытаясь собраться с мыслями. Ничего не выходило. Мыслей не было. Это было восхитительно. В ушах звенело, и он отключился.