Дни нашей жизни

Я проснулся через пару часов с ужасной головной болью. Первым желанием было выкинуть этот чёртов будильник из окна, потом уже посетила идея, что просто не стоит идти в университет, однако затем я вспомнил строгое лицо отца, который как-то за ухо тащил меня на занятия, и всё же смог оторвать себя от ещё не успевшей согреться постели. Пока я умывался, мысли о прогуле снова закрались в мою не совсем протрезвевшую голову, но я понял, что первой парой физика, а у меня слишком отвратительные отношения с этим преподавателем, хуже только с химиком. По утрам я обычно не завтракаю, поэтому я лишь наспех выпил кофе, натянул джинсы и рубашку, провёл расчёской по волосам, нацепил диадему и вышел из квартиры, едва не забыв запереть её. Кстати, я хоть и Гений, но Гений рассеянный, поэтому однажды меня попытались ограбить… Помню, это было месяцев восемь назад, я тогда опаздывал куда-то и как раз не запер дверь… Я вышел из дома, но вернулся минут через пятнадцать, так как забыл шарф, ну и обнаружил пару воришек, которые прикидывали, что бы вынести. Потом выносили их… ногам вперёд. Отцу тогда пришлось потратить много денег и нервов, чтобы замять это дело, он долго кричал на меня, хоть я и знаю, что на самом деле безумно гордился мною в тот момент. Кажется, я углубился в воспоминания, но это неважно – я в совершенстве знаю эту дорогу от дома до университета, наверное, даже с закрытыми глазами смогу её проделать, ни разу не запнувшись, тут ведь ничего не меняется со временем. Даже камни лежат на одних и тех же местах. Люди ведь привыкают к чему-то постоянному, к чему-то, что не подвластно изменениям и влиянию извне. Думаю, именно поэтому людям и самим меняться не хочется. Хотя иногда причиной этому является лень или страх перемен, но факт остаётся фактом: кто бы что ни говорил, а в большинстве своём люди – это консерваторы, которым хочется лишь покоя, единения да чашки горячего кофе, который выводит нас из состояния лёгкой, немного сонной, эйфории. А, как известно, именно такое состояние побуждает людей к мечтаниям, которые призваны улучшить что-то, а на самом деле лишь портят, потому что мы либо ничего не делаем, нагружая самих себя и окружающих проблемами, либо становимся чрезмерно активными, влезая туда, куда не надо и портя всем кровь и нервы. Но всё же бывают такие везунчики, которые всё же добиваются своего, но они даже не везунчики, они упрямые ослы, которых остановит разве только автоматная очередь, и то не факт. Я вздохнул и потряс головой - не хочется об этом думать. Утром надо размышлять о чём-то позитивном, а не забивать себе голову проблемами мироздания, но у меня не получается, как ни крути. Всё же я себе таким нравлюсь, и не собираюсь меняться, лишь бы подходить под стандарты этих мерзких людишек, которые всё равно однажды умрут, ничего никому не доказав. О, а вот и университет. Ну что ж, здравствуйте, профессор Пинто, Ваш любимый ученик пришёл на занятие с надеждой, что однажды всё же доведёт Вас до нервного срыва. *** Меня интересовали только две вещи: какого хрена я всё-таки пришёл на физику, и что несёт этот человек? Как же меня всё в нём бесит! Его непонятные примеры, несмешные шуточки, его странные словечки, абсолютное нежелание признавать собственные ошибки – из-за всего этого хочется его зарезать. И это прошло от пары только десять минут, боюсь подумать о том, что будет дальше! Так меня к тому же в сон клонит, и зачем я только пришёл? - Бельфегор, если Вам неинтересно у меня на занятиях, то это вовсе необязательно столь открыто демонстрировать. Или Вы надеетесь вывести меня из себя? – ишь, какой догадливый. – Тогда разочарую: у Вас, молодой человек, ничего не получится, так что могу предложить Вам покинуть аудиторию. - Правда? – я широко улыбнулся. - Тогда до свидания,- надо отметить, что своим поступком я совершенно никого не удивил, так как абсолютно все привыкли к моему характеру, к его своевольности, поэтому физик даже не попытался меня остановить, когда я собрал все свои вещи и направился к выходу, он лишь попрощался и продолжил лекцию. Хотя я-то знаю, что в глубине души ему хочется наорать на меня. Возникает вопрос: вот ушёл я с занятия, а что дальше? Куда идти-то? Будь это последняя пара, то никаких проблем бы не возникло, а так… В коридоре я сидеть не хочу, пара закончится только через час и пятнадцать минут, может, в библиотеку сходить? Да, это гениально, ведь там тихо, пусто, поспать можно, ну, или почитать. Подходя к библиотеке, я заметил что-то зелёное. Сначала я не обратил на это никакого внимания, а потом запнулся на ровном месте. Подождите, зелёное? Я не ошибся? Это "что-то" скрылось за дверями библиотеки, повезло, хоть узнаю, что это за несуразная болотная кикимора по университету ползает. Зайдя внутрь, я был разочарован: оказалось, что это не кикимора и даже не пришелец, а всего лишь человек, парень, если быть точнее. Но вот всё какое-то слишком зелёное: зелёные волосы, зелёные глаза, зелёная футболка. Раньше я его не видел, зато библиотекарша приветливо ему улыбнулась и даже соизволила обратить внимание на меня. - Вы что-то хотели? - я помотал головой, она же лишь пожала плечами и вернулась к заполнению каких-то бумажек, видно, часто тут ходят такие шалопаи, которым просто надо прождать пару или даже две. Я понял, что мог бы просто сходить домой и спокойно поспать немного, но нет, меня почему-то понесло в библиотеку. Я не был тут с первого курса, и то это была общая экскурсия по университету. В мою голову даже никогда идеи не закрадывалось, что можно прийти сюда и почитать книгу, хотя тут вряд ли бы что-нибудь нашлось: я предпочитаю современную литературу, нежели классику. И вообще, неужели удобно сидеть за столом и читать? Этот "зелёный" сидел за одним из длинных столов и внимательно читал какую-то книгу… Мм, странный он всё же, как бы получше сказать… Апатичный, что ли? Я сел напротив него, а эта жаба даже глаз от книги не подняла, всё сидел и, казалось, лениво скользил взглядом по строчкам. Может быть, в будущем я прокляну себя за такое, но я решил заговорить с ним. Да и, в конце концов, что произойдёт из-за одной короткой беседы? - Эй, - да в такой гробовой тишине даже говорить неловко, появляется чувство, что даже мысли тут вылетают из твоей головы, гремя, как упавший с верхней полки сервиз. - Что Вам надо? - он поднял глаза и тут же опустил их обратно. Я поморщился: как-то слишком противно он протянул гласные. У него мерзкий голос, он казался холодным, будто это нож, который режет всё вокруг, глаза этого парня были пусты, однако они затягивали, как бездонная трясина. Обычно такое сравнение используют в сопливых романах, но в данном случае я говорю так, чтобы сделать акцент на том, что он такой же пустой, как и его глаза. Такие люди – это паразиты, которые не имеют ничего внутри себя, а потому пытаются выкачать из других максимум эмоций, обычно добывают они себе «пищу» через злость окружающих, эти черви старательно выводят всех из себя, наслаждаясь творящимся вокруг хаосом. Ненавижу таких людей! Хотя я сделал подобные выводы слишком рано, что ж, лягушка, у тебя есть шанс убедить Принца в том, что ты не совсем потерян для общества. - Ши-ши, мне просто скучно, - я тяжело вздохнул и лёг на стол, положив голову на руки. - Я уж точно не гожусь на роль клоуна, Вам так не кажется? - он отложил книгу в сторону и посмотрел на меня. - Вам плохо? - Просто голова болит - вечер бурным выдался, - не думал я, что мне настолько плохо будет сегодня, выпить бы чего-нибудь, хорошо хоть, что здесь тихо. - Выпейте таблетку, и Вам станет легче, - он наклонил голову вбок. - А у тебя она есть? - он покачал головой. - Вот и у меня нет. - Сходите в медпункт. - Я там ничего не забыл. - Зачем Вы тогда вообще пришли? Сидели бы дома. А раз уж всё равно притащили свою тушку в университет, то уж лучше бы сидели на паре, а не мешали людям читать, - где он тут людей нашёл? Я поднял голову и посмотрел на него, и ведь даже на человека не похож… Что-то инопланетное в нём есть. Так и хочется вскрыть! - Захотелось, вот и пришел, я же Принц, а раз я так хочу, значит так и будет, - я улыбнулся, большинство людей пугала эта улыбка, они даже старались как можно быстрей от меня отделаться, может, поэтому у меня не так много друзей? Ведь таких, как Скуало, мало, чтобы они терпели все мои странности. - Какой Вы Принц? – он на секунду замолчал, - да у Вас же улыбка самого настоящего шизофреника. – Хей, а вот это уже наглость! Как эта жаба смеет говорить такое?! - И мне это говорит парень с таким цветом волос? Да какой нормальный человек в наше время волосы в такой цвет выкрасит? - А я их и не красил, к Вашему сведению, - как-то слишком сухо, и даже гласные не протянул, он, что, обиделся? - Ладно, не обижайся, я не специально. - Больно надо мне обижаться на таких, как Вы, - он пожал плечами. – Может, Вы на пару пойдёте? Вы мне уже надоели. – Кажется, я говорил, что он паразит, которых я ненавижу… Можно забыть эти слова, этот пацан просто невыносимо меня бесит, потому что он хам, у которого ещё молоко на губах не обсохло! Как его поганый язык только поворачивается говорить такое?! Ладно, надо держать себя в руках, потому что, во-первых, если я убью его здесь, то никакие связи отца меня не отмажут, а, во-вторых, эта встреча может вылиться во что-то забавное. - Ши-ши, там скучно, и препод слишком громко разговаривает, а у меня голова болит, как ты мог заметить. А сам-то ты что не паре, мерзкий зелёный скучный клоун? - Меня выгнали, так бы я туда с радостью пошёл - от Вас подальше, но не пустят, к сожалению. - Что же ты такого натворил? - Немного нахамил преподавателю, он сказал, что не пустит меня до конца семестра, вернее, встретимся мы с ним на моём отчислении, - я даже не удивился такому ответу: на месте этого несчастного профессора я бы прирезал это зелёное недоразумение, которое продолжает тянуть эти гласные, что проникает в самую глубь мозга, и этот голос начинает распылять там свой яд. Этот парень – паук, который своей паутиной опутывает всё внутри своего собеседника, хотя, мне кажется, делает он это неосознанно. В любом случае, я хочу растоптать его. - Ши-ши, я не удивлён. Как тебя зовут, кстати? - Фран, а Вас? - он спросил это только из вежливости. - Бельфегор, но ты будешь звать меня Бел-семпай, как это принято в Японии. - Вас привлекает японская культура? - Нет, просто я так хочу, усёк? – он лишь кивнул. Какой-то этот Фран странный, даже имя необычное… Раньше я его не видел, но его трудно не заметить, возможно, это первый курс. Однако библиотекарь с ним поздоровался, отсюда я могу сделать нехитрое логическое умозаключение. - Ты всегда здесь сидишь? - Здесь тихо, и редко кто приходит, но если даже приходят, то молчат или просто спят. Это Вы какой-то весь неправильный. - Ты тоже, - я улыбнулся. – Как я вижу, ты любишь читать, надо отметить, что это редкость, потому что нынче читать не модно. - Я не гонюсь за модой, делаю то, что мне нравится, зачем быть, как все? – действительно, зачем, ведь иначе не будет таких недоразумений, которые немного разбавляют мутные озёра наших жизней. Он снова взял в руки книгу, хоть вопрос и был задан, но ответа не подразумевал. Однако на этот вопрос сразу ответить-то невозможно - надо посидеть, подумать, взвесить все «за» и «против». Всё же я его прекрасно понимаю: книги - это прекрасно, я тоже очень люблю читать и раньше, пока ещё не переехал в собственную квартиру, часто это делал. У отца огромная библиотека, где я обожал коротать вечера, как жаль, что сейчас такой возможности больше нет, но, когда я приезжаю к нему, на окраину Неаполя, то обязательно беру в руки какую-нибудь книгу из коллекции и читаю, забывая смотреть на часы. Я далеко не всегда читаю что-то современное наподобие Фицджеральда, который вновь стал популярен лет двадцать назад, нет, очень часто я зачитываюсь Жюль Верном, Кафкой и, надеюсь, Скуало не узнает, Шекспиром. Конечно, Кинга я люблю больше, чем Эмберсона, но классика на то и классика: книги, которые проверены десятками лет и миллионами людьми, хотя, конечно, находятся критики, но ведь невозможно угадить всем - кто-то обязательно останется недоволен. Раскритиковать можно всё. - А что ты читаешь? - мне было действительно очень интересно, что же читает такой человек, как он, ведь по книге можно узнать многое о человеке. - Оскара Уайльда. - "Портрет Дориана Грея"? - Какой Вы банальный, семпааай, - фу, я думал, меня стошнит, когда он так омерзительно протянул своё «семпааай», я уже пожалел о том, что сказал этой жабе называть меня так. – Я читаю его сказки. - Сказки? Ши-ши-ши, да ты совсем ребёнок, - тут в его глазах промелькнуло что-то, кроме безразличия, он одарил меня взглядом а-ля «совсем тупой, что ли?». Я его прекрасно понимаю: многие воспринимают эти сказки как что-то милое и ненавязчивое, таких людей хочется сразу задушить. Но я нарочно притворился эдаким дурачком, чтобы посмотреть на реакцию этого парня. - Если Вы считаете чтение подобной литературы проявление глупости, то нам с Вами больше не о чем говорить, - ох, как резко, я даже почувствовал некий страх того, что меня сейчас лишат удовольствия наблюдать за жизнью земноводных. - Не заводись ты, Фран, так ведь тебя зовут, кажется? - Вы ещё и моего имени запомнить не можете. Семпааай, Вы либо даун, либо идиот. - Не находишь, что выбор безальтернативный? - Альтернатива есть всегда, просто некоторые её не видят. - И почему же они её не видят? – я даже наконец-то приподнял голову и посмотрел на своего собеседника. - Потому что не читают. - Что надо читать, чтобы уметь искать в жизни выходы? - Что угодно, главное – не слушать радио и не смотреть телевидение. - Поэтому ты читаешь сказки? - Да, они полны смысла, а проблемы, которые там поднимаются – самые серьёзные, что только могут быть у человечества. - И какая же твоя любимая? - "Преданный друг". - Правда? А я вот люблю «Мальчика-звезду». - Банальный выбор. - Но он не лишён своего смысла. - Пожалуй, тут Вы впервые правы. - Я всегда прав, ши-ши. - То, что люди ещё боятся указывать Вам на ошибки, ещё не значит, что Вы тут самый умный. - Ошибаешься, тупая жаба, я Гений, и все это знают. - И что же этот Гений читает? - Ты всех меришь книгами? - А разве это не самый простой способ? - Хм, ну что ж, я читаю Кинга, Верна, Камю, Миллера, Пулмана,… - Пулмана? Этого графомана? Ну и вкус у Вас. - Заткнись, лягушатина, ты просто недооцениваешь талант этого человека! Однажды он напишет что-то всемирно известное. - Напишет, только не в этой жизни. - Хочу, чтоб ты сдох. - Вы мне тоже сразу понравились, семпааай. - Ты меня утомил. - Я давно предлагал Вам уйти. - Пожалуй, так и поступлю – пара вот-вот закончится. - До свидания, семпааай. - Надеюсь, оно никогда не наступит. - Взаимно, - я взял свою сумку и вышел из библиотеки, даже не забыв попрощаться с библиотекаршей. Покинув этого чёртова пацана, я направился к аудитории, где будет проходить следующее занятие, по пути встретив Скуало, который только пришёл в университет – я так и знал, что он прогуляет первую пару. Слишком уж ленивый у меня друг. Увидев меня, Ску улыбнулся. - Вроой, привет, Бел! - он хлопнул меня по плечу. – Что, тоже ко второй пришёл? - Я же не ты, я пришёл к первой, просто потом мне надоело, и я пошёл в библиотеку, - я улыбнулся. - Да прекрати ты лыбиться! И что же ты делал в библиотеке? Что-то на тебя не похоже, чтобы ты по библиотекам разгуливал, - я лишь пожал плечами. - Открою тебе секрет, Скуало: в библиотеках читают книги, ши-ши. Хотя я разговаривал с грустным клоуном, - Скуало смотрел на меня, как на психически нездорового человека, он, конечно, уже очень давно грозится сдать меня в психушку, но, готов поклясться, так на меня он ещё никогда не смотрел. - Хм, Бел, ты чего такого наглотался? Ещё и с самого утра… Ты поосторожней с этим, мало ли что: вот уже клоуны грустные мерещатся. - Ничего ты не понимаешь, Ску, просто в библиотеке сидел парень, правда весь зелёный, на лягушку больше похож, вот я с ним разговаривал, - сейчас я точно сказал что-то лишнее - он меня не понял, совсем не понял. - Ладно, Скуало, не грузись, до встречи после занятий, - я развернулся и пошёл в сторону своей аудитории, а он ещё долго смотрел мне вслед, явно думая о том, какая психушка будет более удобная для меня, ну или где находится ближайший наркодиспансер. Заботливый, чтоб его! *** Оставшиеся пары прошли, можно сказать, относительно нормально, хотя для каждого человека есть своё представление о норме, не так ли? На второй паре я играл с одногруппником в крестики-нолики, выиграл, как это обычно и бывает. Вроде игра не требует особых интеллектуальных способностей, но всё равно затягивает. Играли первую половину занятия, а потом надоело... Вторую половину мы доставили людей, сидящих впереди: тыкали в них ручками, засовывали бумажки за шиворот, но им всем это быстро надоело, и они пересели, а оставшиеся время я с приятелем старался сидеть тихо... Кармин в принципе неплохой человек, он очень весёлый и дружелюбный, всегда всем помогает. Я начал с ним общаться ещё с первого курса, хотя я и до этого его знал – мы частенько пересекались на вечеринках, но при всём при этом другом я его назвать не могу, приятелем - да, хотя, может, когда-нибудь наши отношения поднимутся на более высокий уровень. На третьей паре мы так громко смеялись, что нас выгнали почти сразу же, хотя я ушёл сам - Принцев ведь не выгоняют. Когда мы уходили, все провожали нас завистливыми взглядами, это, пожалуй, самый скучный предмет из всех существующих, хотя дело ведь не в самой дисциплине, а в том, как её преподают. Поэтому я и ненавижу большинство преподавателей - они не умеют заинтересовать учеников, потому что почти все эти профессора, либо всем сердцем ненавидят свой предмет, либо просто устали от него за много лет работы в университете. Хотя есть и те, кто будет любить своё дело до последнего вздоха: они ездят на конференции, покупают книги, энциклопедии и даже в престарелом возрасте, когда они будут слепыми и глухими, эти люди будут просить свих внуков и правнуков прочитать им очередной научный труд какого-нибудь заумного учёного. Хотя я не отношусь к таким людям: в свои двадцать три года у меня нет никакой цели в жизни, нет хобби, нет человека, ради которого бы я жил. Я часто задумываюсь о том, почему у меня нет цели? Учёба? У меня с ней и так всё замечательно - я ведь Гений. Работа? Ха, я приемник фирмы своего отца. Девушки? Я знал их слишком много, все они однообразные куклы. Но и тут, чёрт возьми, есть свои исключения: бывают действительно интересные девушки, не похожие на всех, не банальные, с такими очень интересно, но их настолько мало, что каждой надо выделить по телохранителю. Да и к тому же обычно их сердца давно заняты какими-нибудь счастливчиками, но они отличные друзья, с ними приятно просто поговорить. У меня есть одна такая знакомая, правда, она уже давно уехала из Италии, я не знаю точно, где она сейчас, она никогда не сидела на месте... Надеюсь, она как-нибудь приедет - хотелось бы встретиться, вспомнить былое. Меня часто посещают подобные мысли о жизни, надо же, я даже не заметил, как оказался перед дверью своей квартиры, меня частенько размышления затягивают в свой круговорот, что я просто выпадаю из реальности. Зайдя в квартиру, я бросил свой взгляд на белый циферблат часов, висящих прямо в прихожей. Пятнадцать минут четвёртого. Я подумал, что это будет спокойный вечер: я послушаю музыку, давненько её не слушал, что-нибудь почитаю. Я улыбнулся своим мыслям и, сбросив кеды, прошёл вглубь квартиры. Мне не особо нравится моя квартира: она большая и слишком пустая. По мне так лучше маленькая комната в общежитии, заваленная вещами, чем двухкомнатная квартира, в которой постоянно теряется что-нибудь, хотя в такой хорошо проводить вечеринки, может только по этой причине я до сих пор не заставил её доверху дорогущими вещицами с аукционов, что проводятся по всему миру, есть у меня такая крохотная слабость. Пожалуй, в последний раз я был на аукционе ещё весной и приобрёл тогда довольно милую статуэтку, сейчас она украшает прикроватную тумбочку в спальне. Я подошёл к этой самой тумбочке, взял фигурку в руки и покрутил немного - довольно тяжёлая, такой можно запросто убить человека, прикладывая при том мизерное количество силы. Подумав, что лучше всё-таки будет вернуть её на место, я так и поступил. Стянув с себя футболку и джинсы, я бросил их куда-то в сторону - никогда не забочусь о вещах, мне слишком лень их раскладывать по полочкам, это занимает так много времени, да и зачем это надо? Надев простую жёлтую футболку и чёрные шорты, я направился на кухню, по пути закинув носки в стирку. Каждый понедельник проходит домработница, которая стирает вещи, убирается, пока меня нет дома. Она очень милая женщина, сейчас на пенсии и зарабатывает тем, что убирается у таких же ленивых людей, как и я. Я зашёл на кухню и открыл окно. Жить в центре города – это, конечно, хорошо, но существует масса минусов: почти никогда нельзя открывать окна, иначе твоя квартира наполнится шумом с улицы и выхлопными газами. Поэтому цветов на кухне я не держу - тут чаще всего открывают окно. Я залез на подоконник и посмотрел вниз. Четвёртый этаж - довольно-таки высоко, а внизу твёрдый асфальт, если упадёшь, то не поздоровится. Я очень часто думаю о том, как я могу умереть, например, когда я еду в автомобиле, то в моей голове проносится картина страшной аварии, в которой я непременно погибну, или же я умру в реанимации. Я улыбнулся и спрыгнул с подоконника, поесть бы чего. Кстати, продукты я тоже не покупаю, это делает домработница, и она даже изменила свой график ради меня: в среду заскочила ко мне и набила холодильник едой, хотя я очень долго её упрашивал сделать это. Я стоял напротив холодильника и всё думал о том, чего бы поесть, но тут мои размышления, которые напрямую связаны с тем, сколько я ещё проживу, прервал звонок в дверь. Кого там нелёгкая принесла? Я был готов убить этого человека: ненавижу, когда меня отрывают от кого-либо дела. Но, тяжело вздохнув, я пошёл в прихожую, открыл дверь и увидел, что на пороге стоит Скуало. - Ши-ши, какого чёрта ты припёрся? - он прошёл внутрь и, сняв обувь, зашёл в гостиную, даже слова не сказав! Нет, ну вот это уже наглость, я захлопнул дверь и последовал за ним. - Вроой! К тебе друг пришёл, а ты не рад! - он подошёл к окну и закрыл его. - Я видел, как ты на окне сидел, не боишься упасть? - Незваный гость ты, а не друг, есть будешь? – затем я покачал головой. – Я, кстати, думал о том, что будет, если я упаду. - Сейчас остальные придут, сразу можешь много готовить, а я пока стол подвину и стулья принесу, - он встал с кресла, на котором сидел до этого, и, встав в дверном проёме сказал, - Бел, а разве готовить - это для Принцев? - я кинул в его сторону нож, почти попал, но этот гад увернулся и, заливаясь смехом, пошёл за стульями. Готовить я люблю, хотя пока не начал жить один не умел, и сейчас готовлю то не очень хорошо, но приходится. Пока я резал овощи, Скуало уже успел принести стулья и подвинуть стол, а также достать нож из косяка и положить на место. - У тебя уже вся квартира в следах от ножей, - я пожал плечами - Да без разницы мне как-то, - Ску сел на один из стульев. - Бел, с тобой все хорошо? - Ши-ши, у Принцев всегда всё замечательно, а что, что-то случилось? - Да просто странный ты какой-то, я за тебя волнуюсь, врой, что ты сегодня нёс? - Я? - мм, надо вспомнить, вспоминай-вспоминай. - Ши-ши, Скуало, послушай меня внимательно, я не сошёл с ума, нет. Просто я ушёл с физики, ну ты же знаешь, я ненавижу физику, и чтобы не шататься по коридорам, пошёл в библиотеку. - Вроой, почему ты не вернулся домой, ты же близко живешь? - Скуало выглядел слишком взволнованным, режим «мамочка» включён. - Просто не захотелось, а Принц всегда делает, что хочет. - Придурок ты, а не Принц. - Мм, спасибо, длинноволосый идиот, - он явно разозлился. – Так, Ску, спокойно, дай закончить, - он кивнул и стал внимательно меня слушать. - Ну вот, знаешь, прихожу я в библиотеку, думал, что там должно быть вообще пусто, а потом смотрю - за один из столов парень сидит, причём, понимаешь, весь зелёный, мм, как объяснить-то? Волосы зелёные, глаза зелёные, даже футболка на нём была зелёная. - Врооой, как так? - Вот не знаю, на лягушку он был похож, а ведь ещё и обиделся, когда я ему про цвет волос сказал. Он мне поведал, что никогда их не красил. - Ты ещё грустным клоуном его назвал, почему? - Потому что он действительно грустный какой-то и безразличный ко всему, так, представь, ещё и стрелки у него под глазами зелёные, так что этот парень сразу мне именно грустного клоуна напомнил. Ещё кожа бледная, - я усмехнулся. - И он очень язвительный, даже мне нахамил. - И он до сих пор жив? - Скуало рассмеялся, я же пожал плечами. - Он мне понравился, этот лягушонок довольно-таки умный и, знаешь, он отличается от всего стада баранов, что нас окружает. - Бел, с тобой всё хорошо? Головой не ударился? - я кивнул, к чему это он? – Кстати, ты хоть спросил, как его зовут? - Фран. - Немного необычное имя, хотя я тобой горжусь, врой. - В честь чего это? - Ты частенько забываешь спросить у людей их имена, даже, если переспал с ними. - Ты не находишь разговор пошёл по кругу? Закроем эту тему? - Как скажешь. *** Была ровно половина шестого, когда в дверь позвонили, а я пошёл встречать своих гостей. Они ввалились шумно, натоптав мне в коридоре и ругаясь, что я слишком долго открывал им дверь. Конечно, я же должен был дежурить у двери, ожидая своих любимых друзей! Предчувствую бурный вечерок, хорошо, что хоть не я убираюсь, хотя, думаю, что придётся, потому что до понедельника я не намерен жить в сраче, а уж моё отребье не может мирно чайку попить с сушками. Они прошли на кухню и уселись на свои места. - Врооой! Что-то вы долго! - я усмехнулся - вот сам же нарывается. - Ску, зайка, понимаешь, мы опоздали, потому что наш любимый Босс опоздал, - пролепетал Луссурия. Нет, он хороший, добрый и так далее, но манера разговора просто убивает мозг и заставляет кровь течь через уши и нос. - Ши-ши, Босс, ты превращаешься в Скуало, который всё время опаздывает? - Вроой! Это вовсе не смешно, Бел! - Мусор, по-моему, только тебе это не кажется смешным, вон, даже Леви смеётся, - это вечная привычка у Занзаса подкалывать Скуало в любых случаях и припоминать все его нелепые моменты в жизни, а также рассказывать их всем подряд, особенно девушкам, с которыми Скуало пытался флиртовать. - Мусор, а помнишь, как летом из тебя дьявола изгоняли? - Вот только не надо начинать, тупой Босс, я знаю, что это ты всё придумал! - а Скуало вечно всё отрицает. Какие же они предсказуемые. - Ши-ши, эта история будет смешить меня всю мою оставшуюся жизнь, как и твои вечный байки, связанный с опозданиями, - все засмеялись, видимо, не только мне он всё время рассказывает чушь. - Вроооой, да хватит ржать, придурки! - Скуало был явно не в настроении. - Ску, солнышко, не злись, - Луссурия перегнулся через стол и подёргал Скуало за щёки. - И я думаю, нам надо выпить, я хочу произнести первый тост, - Лусс лучезарно улыбнулся, а Босс поставил на стол бутылку вина, отлично, начнём с вина, а что будет потом? - Валяй, мусор, - как это мило с его стороны. - Знаете, я вас всех без исключения люблю, и я очень рад, что хоть мы хоть и не виделись больше трёх месяцев, но всё ещё друзья, и я надеюсь, что мы всегда ими останемся, - щебетал Луссурия, пока Босс разливал вино по бокалам, которые я достал с верхней полки своего шкафа. Я полностью согласен с Луссом: какими бы они не были, и сколько бы мы не виделись, эти люди навсегда останутся для меня друзьями, которым я могу рассказать всё, ну или почти всё. Потом мы рассказывали друг другу о том, как провели лето. Рассказ Скуало постоянно дополнял Занзас, который очень красочно описал священников, и то, какими путями им потом пришлось от них убегать, там был один довольно мерзкий старикашка, который бежал за ними ещё два квартала и проклинал их на всю улицу, а им удалось спастись, спрятавшись в одном из подъездов многоэтажки. Честно, никогда не бывал в Палермо, хотя город и находится в Италии, я в Неаполе-то не везде был, странный парадокс: путешествую по всему миру, бывал во многих странах, во многих городах, а вот в родном легко смогу потеряться. Я помню, даже как-то раз действительно потерялся, долго бродил среди дворов и улиц, ища хоть одно знакомое название, и я уже почти отчаялся, когда встретил одного своего знакомого, он-то мне и помог выбраться. Луссурия всё лето провел во Франции, он дизайнер, и, получив крайне важный заказ, отправился прямиком в Париж. Как всем известно, Париж - это город любви и жареных лягушек. Сначала не планировалось оставаться в Париже больше, чем на месяц, но Луссу там ужасно понравилось, к тому же стали поступать крупные заказы, и он целиком ушёл в работу. Он уже, вроде, и возвращаться не планировал, думал остаться там навсегда, но потом понял, что ужасно скучает по Италии и по родному городу и, тем более, по нам, поэтому, не выдержав, он бросил работу и вернулся на родину. Хотя после его работы в Париже сейчас у Луссурии отбоя от клиентов нет, так что это даже плюс, что он вернулся. Говорит, что планирует открыть своё модельное агентство, я пообещал, что помогу ему с документами. Честно говоря, в Париже мне доводилось бывать только проездом, поэтому не мне судить о его красоте, Эйфелеву башню-то я, конечно, видел (её видно из любой точки Парижа), но всё-таки особого впечатления она на меня не произвела. Хотя я саму поездку вспоминаю с трудом, так как это было давно и не на трезвую голову. Леви же был в ФРГ по каким-то важным делам компании, где он работает, правда, пробыл он там только два месяца, остальную же часть лета находился в Неаполе, постоянно бегая на сверхважные переговоры. Больше от Леви узнать ничего не удалось, ему бы в партизаны - слово не вытянешь, сколько его знаю, всегда таким был. Только ещё потом прибавил, что пытался попасть в ГДР, но ему это не удалось. Меня вообще удивляет то, что страну поделили на две части. Один город на две части, и причём по разные стороны стены остались друзья, родственники. Вскоре эта стена рухнет, я не сомневаюсь, не может же она стоять вечно? Так же как и железный занавес СССР скоро станет лишь историзмом, эх, не за горами тот день, когда можно будет спокойно отправиться туда. Мы продолжали болтать, а алкоголя, казалось, не становилось меньше, а только больше. Вот уже Луссурия поёт, Скуало обнимается с Боссом, а я… лучше не думать обо мне. *** Время было около двенадцати, когда я нашёл в себе силы всех их выпроводить, впихнув в руки им пустые бутылки и пачки сигарет, я не знаю, сколько мы выпили, но, кажется, Леви, как единственный язвенник, несколько раз бегал в магазин напротив, на него там, наверное, уже странно косились под конец, хотя он и без того странный тип: весь в татуировках, с пирсингом по всему лицу, на него всегда странно косятся. Он занимает довольно престижную должность в фирме по производству зонтов, я удивляюсь, как его за такой внешний вид до сих пор оттуда не выперли, хотя он очень хороший работник, как бы сказать, усердный. Луссурия долго не хотел уходить, хотя живет ближе всех. Он вешался мне на шею, но мне каким-то чудом удалось его переубедить оставаться ночевать у меня, сказав, что завтра в универ рано вставать, и я не собираюсь с ним нянчиться. В итоге Лусс обиделся и ушёл, громко хлопнув дверью, перед уходом нацепив на меня своё боа, от которого пахло слишком приторно сладкими духами, я только поморщился. «Надо будет потом вернуть», - промелькнуло в голове. Скуало сказал, что мы завтра ещё увидимся, пожал мне руку, пожелал всего наилучшего в моей жизни, найти жизненный ориентир, дорого человека, пожелал мне счастья, любви и ещё чего-то… Я его не слушал, вернее, не мог слушать… Мне было слишком плохо. Ску, когда напьётся, всегда чушь несёт, его обычно в такие моменты никто и не слушает, так как все привыкли, и я не знаю, сколько бы он ещё стоял у меня в коридоре и жал мне руку, если бы не Босс, которому надоела эта бессмысленная болтовня, поэтому он схватил Скуало за шкирку и потащил вон из квартиры, ворча: "Отстань ты уже от Бела, надоел ему". Причём Скуало долго сопротивлялся, хоть я и не понимаю, как ему это удавалось, он цеплялся за всевозможные выступы моего коридора, но всё-таки Занзас победил, напоследок крикнув что-то про хороший вечер, но я его точно не расслышал, так как уже закрыл дверь. Когда они ушли, я облегчённо вздохнул. Нет, я их, конечно, люблю, я не устану это повторять, но такие посиделки плохо сказываются на состоянии моей квартиры, ухудшаются отношения с соседями, пусть даже с ними у меня и так отношения не очень. Зайдя на кухню, я подумал о том, что до понедельника ещё много времени, ведь сегодня только пятница, так что бардак тут продержится долго. Но на этой неделе больше никто не придёт ко мне в квартиру и не устроит тут вечеринку, я лучше сам к кому-нибудь схожу. Вспомнив, как было хреново мне сегодня утром, и совет того клоуна про таблетку, я нашёл у себя в холодильнике упаковку с лекарством и положил её на кухонный стол, на самое видное место, иначе я просто могу забыть, куда я её дел. Поставив перед кроватью бутылку с минералкой, я взял полотенце и направился в душ, чтобы освежиться, а не ходить по квартире, опираясь на стены. В душе я могу просто тупо стоять часами под струями горячей воды, это расслабляет, но в то же время придаёт много сил, ну и, конечно же, помогает взбодриться. Когда я вышел из душа, на часах было 1:10, ну, самое время, чтобы лечь спать. Уже лёжа в кровати, я думал о том, что мог провести спокойный вечер, посмотреть, как планировал телевизор, который, кстати, уже очень давно не смотрел, попить молоко, которое также давно не пил. Интересно, можно ли завтра выпить аспирин и запить молоком? Скорее всего, нет, хотя Принцам не может быть плохо – это остальным слишком хорошо. Не мог уснуть я достаточно долго и только около трёх часов понял, что меня наконец-то клонит в сон, и я действительно уснул через пару минут.