The stars above you and the streets below

✖

На лице Гарри улыбка и следы слез, когда они встретились на крыше, после того, как он рассказал своей маме. – Я так тобой горжусь, – тихо говорит Луи, касаясь щеки друга до тех пор, пока там не появляется ямочка. С ослепительной улыбкой Гарри втягивает Луи в пылкие объятья, рассказывает, как его мама сказала, что всегда будет любить и принимать его, и Луи думает, что Энн, вероятно, лучшая мама в мире, как и его.

✖

После семнадцатого дня рождения Луи осознает, что он гей. Это не происходит просто по щелчку – это очень медленное осознание. Он понял, что в тайной папке с порно на его ноутбуке парней больше, чем девушек. Он понял, что закрывая глаза, когда дрочит, представляет совсем не девушку. Это всегда безликий парень, исключая те пару раз, когда он превращался в Гарри. И Луи решительно не позволяет себе думать об этом. Он отправляет эту мысль подальше, прикрываясь дерьмовой отмазкой: всё это только потому, что он и Гарри очень близки. Даже когда он пытается представить будущее, он не видит рядом с собой девушку. (Вместо этого, он видит долговязого кудрявого паренька с зелеными глазами, но не позволяет себе даже задумываться об этом. Они лучшие друзья, и это нормально, так ведь? Так). Окончательный кусок пазла складывается, когда он зависает на вечеринке друга Найла. Гарри с Найлом куда-то пропали. Парень, который стоит рядом, улыбается, когда Луи говорит, и с каждой минутой придвигается всё ближе. Луи знает эти знаки, он знает, что с ним флиртуют, и он заигрывает в ответ, позволяя своей руке задерживаться на плече парня и путешествовать глазами по его телу. Чего-то не хватает, но он не может понять чего. Парень повел его на кухню – в самое пустое место в доме. Он знал, к чему это ведет, и всё же едва успевает понять, как губы парня оказались на его собственных. Это хорошо, хорошо как никогда не было с девушками, есть какая-то разница между прижимающимся к нему парнем и между девушкой, и вдруг Луи всё осознает и ох. Луи только собирался прижать парня ещё ближе, когда услышал, как кто-то зашел на кухню. В тысячной толпе, Луи мог бы точно определить его. Он узнал бы его где угодно. Живот Луи скрутило. – Оу, – с совершенно нечитаемым голосом и выражением лица сказал Гарри. – Я просто… я пойду. Простите, что помешал. Луи только успел отстраниться, а Гарри уже ушел. Парень с любопытством смотрит на него, когда Луи проводит рукой по волосам. – Только не говори, что это был твой парень. – Что? Нет, эм… Прости, я должен уйти. Луи виновато улыбается и выходит из кухни, отчаянно пытаясь найти Гарри. Он находит его в коридоре, когда Гарри хватает свою куртку с вешалки и отряхивает её. Луи протягивает руку, чтобы остановить его, и Гарри переводит взгляд на него. Уже во второй раз всего за несколько минут Луи не может прочитать выражение лица Гарри, и это пугает его. – Разве ты не должен быть в другом месте? – холодно спросил Гарри. – Гарри. – Слушай, мне жаль, что я вам помешал, окей? Я не знал, что ты будешь там с ним. Я уже ухожу, ты должен вернуться к нему. – Нет. Если ты уходишь – я иду с тобой. — Господи, Лу, это не ебаный Титаник. Луи вздрагивает. – Хаз… – Знаешь, – продолжил Гарри, как будто даже и не слышал его, — я хотя бы сказал тебе, что я гей, а не сделал так, чтобы ты узнал, что твой лучший друг гей, увидев его с каким-то там парнем. – Мы можем поговорить? – умоляет Луи. – Обещаю, я объясню, просто… Пожалуйста. Терпеть не могу, когда ты злишься. Гарри посмотрел на него несколько секунд, его лицо до сих пор не выражало никаких эмоций. – Можем поговорить по дороге домой. Возьми. Гарри протянул ему куртку и всё, что Луи смог сделать – кивнуть в благодарность. Ему кажется, что он потерял дар речи, и он даже не знает, когда всё успело стать таким неправильным. Они шли бок о бок по дороге домой, но в то же время казалось, будто они за миллион миль друг от друга. Без всяких случайных касаний рук или столкновений плечами, как бывало обычно. Между ними повисла какая-то неловкость, и Луи понятия не имеет, как преодолеть её. – Ну… – неуверенно начал он, не зная, что сказать. – Ну, – повторил Гарри. – Я не… как бы… Я не специально умолчал об этом, я не поступил бы так, Гарри. Я так долго размышлял об этом, соединял по кусочкам, но последний кусочек пазла стал на свое место только сегодня, когда это случилось, понимаешь? Это как когда ты рассказывал, что поцеловал парня и все понял. Вот, что случилось сегодня. Я думаю, я догадывался об этом давно, когда не мог представить себя рядом с девушкой в будущем, – сказал он, игнорируя чувство, которое кричало ему не скрывать вообще ничего от Гарри. – Сегодняшняя ночь убедила меня в этом. И мне жаль, что ты узнал всё вот таким способом. Ты узнал бы первым в любом случае, но я не хотел, чтобы это произошло так. Гарри смотрел на него всего несколько секунд, но казалось, что они тянулись целую вечность. Луи жевал нижнюю губу, поглядывая на него. – Прости, – наконец говорит он. – Мне было тяжело просто взять и смириться с этим, и это было не честно по отношению к тебе. Мне жаль. – Мне жаль, – выдыхает Луи, виновато глядя на него. – Так ты… – Гей. Я гей. – Хорошо. –У нас всё в порядке? Гарри слишком долго думает, и Луи кажется, что он вот-вот сломается. – Конечно, в порядке. Они сталкиваются плечами, а когда расстаются возле дома Луи, Гарри обнимает его совсем недолго. И Луи знает, что они совсем не в порядке, но думает, что, так или иначе, всё придет в норму. В конце концов.

✖

Их отношения стали странными на некоторое время, даже если они и не хотят признать это. Луи думает, что это невыносимо, и, если ему правильно кажется, судя по выражению лица Гарри, он думает то же самое. Их объятья короче, чем обычно, а касания неловкие. Зейн, Лиам и Найл, всё они заметили это напряжение. Ни Луи, ни Гарри не замечали, как удивленно переглядывались парни за их спинами. Однажды после школы Найл приходит и, втискиваясь между ними, обхватывает их обеими руками. – Ой, тупицы. Как долго это будет продолжаться? Я устал, а ведь я даже не участвую в этом. Засуньте свою гордыню подальше и наконец-то во всем разберитесь, вам ясно? Или я запру вас в одной комнате и заставлю поговорить. Клянусь, я сделаю это. – Найл, – оба заговорили в унисон. Найл смеется и оставляет их наедине. А потом Гарри смотрит на Луи, действительно смотрит, и кажется, он не смотрел на него так давно, что Луи мог бы заплакать. Он дарит ему небольшую улыбку, с надеждой в глазах. – Иди сюда, придурок, – ярко улыбаясь, наконец-то говорит Гарри. Без колебаний Луи сокращает расстояние между ними. Он крепко обхватывает его талию, зарываясь лицом в волосы и просто вдыхая его запах. Гарри обнимает его за плечи, и Луи чувствует, как кончик носа щекочет его шею. Луи теряет счет времени и не знает, сколько они простояли таким образом. – Я скучал, – тихонько говорит Луи. – Я тоже скучал. Господи, это было просто невыносимо. – И не говори. Мне жаль, что я был таким мудаком. – Ничего страшного. Я уже привык. – Эй. – Мне тоже жаль, – уже тише произнес Гарри. Луи отступает, чтобы встретиться взглядом с Гарри. Он оставляет руку на его талии, потому что он хочет этого, ему просто нужно быть как можно ближе. – Мы в порядке? Гарри смотрит на него и кивает, мягко улыбаясь. – Ага, мы в порядке. Они в порядке.