Утро которым мы умрем

- Ричард, мать твою, просыпайся! - непозволительно громкий голос вырвал актера, находящегося в неясном даже самому себе состоянии, из мягкой трясины сна. Брук с трудом разлепил ставшие словно титановыми веки и тут же зажмурился - хоть за окном было уже темно, кто-то, скорее всего обладатель непозволительно громкого голоса, догадался включить свет, который сильно бил по глазам, вызывая резкое желание блевать. - Что у вас вообще случилось?! - все не унимался настырный голос, а его хозяин пытался растолкать Ричарда, чем вызывал только раздражение. Поняв, что до Брука не достучаться, Себастьян выбрал единственный приемлемый в данной ситуации способ и, легко подняв отощавшего актера на руки, потащил его в ванную. Холодный душ должен был подействовать отрезвляюще на Ричарда, который, хоть и пытался, никакого сопротивления оказать не мог. Ледяная вода сразу же подействовала на актера как сильный электрический разряда, да ещё и одежда стала непозволительно мокрой и холодной. Зато Ричард стразу же проснулся окончательно и даже попытался отмахнуться от воды, что было довольно затруднительно. Последствия опьянения ещё не до конца прошли, и актер не столько страдал от адской головной боли, сколько от жуткой раскоординации движений. - Проснулся? - через шум воды услышал Брук и перевел взгляд на говорившего. - Себастьян? - удивленно проговорил он, естественно, ожидая увидеть другое лицо. - Ну вот, ты уже более менее в порядке, так что давай дальше сам. Приходи в себя, а я кофе заварю, - проговорил Моран, оставляя душ в ванной и отправляясь на кухню. Ну почему, почему лучшему снайперу Европы приходилось подрабатывать нянечкой этим двум кретинам? Себастьян сделай то, Себастьян сделай это... А теперь полковнику пришлось вообще взять все дела консультирующего преступника в свои руки. Тот был слишком занят собой, чтобы хоть немного отвлечься от своих бесспорно важных дел. Пока актер заканчивал свои дела в ванной, Моран, как и обещал, с чувством, что его наняли подрабатывать служанкой, заварил крепкий кофе, чтобы Брук окончательно протрезвел. - Лучше? - сухо, но с нотками заинтересованности спросил Себастьян, когда Ричард вышел из ванной в одном полотенце из-за того, что вся его одежда вымокла. Выглядел актер совсем плохо - без одежды были видны выступающие кости, совсем тонкая кожа казалась практически прозрачной и создавалось впечатление, что она светилась, глаза у Ричарда были тусклыми, а под глазами были темные синяки, словно он не спал несколько дней, если не недель. Говорить сил совсем не было, поэтому Брук только неопределенно мотнул головой и поморщился. - Тебя Джим что, голодом морит? - с трудом представляя себе состояние Ричарда и всю ситуацию в целом Моран поморщился и сразу же пошел к холодильнику, твердо намереваясь накормить исхудавшего актеришку. - Чертов псих, решил вас обоих в могилу загнать. - Что с ним? - Брук так и не сдвинулся с места, ожидая не услышать что-нибудь из тех страшных вариантов, кружившихся в его голове ещё когда он остался один в душе. - Твой кофе остыл, - поспешил перевести тему Себастьян, так как пока не представлял, как рассказать актеру о том, что случилось. Было совершенно ясно, что новостей тот ещё не видел и понятия не имеет, какая трагерия свалилась на плечи британского правительства. - Я заварю свежий и разогрею тебе что-нибудь поесть, а ты пока оденься. Спорить Ричард не хотел, да и сил не было, так что он послушно поплелся в спальню, чтобы подобрать себе что-нибудь из одежды. По дороге он увидел в прихожей пакет из Topman'a, который отчего-то раньше не замечал, и обнаружил там пару теплых свитеров, один из которых и решил надеть, не собираясь больше мерзнуть. Когда Брук оделся и вернулся на кухню, Моран обещал рассказать всю правду, но только при условии, что актер съест все, что полагалось ему в качестве завтрака. Перед актером стояла целая тарелка с традиционным английским завтраком, и, морщась от подкатывающей к горлу тошноты, Ричард вынужден был съесть все до последней крошки, потому что оставив даже немного, от Себастьяна актер получил не информацию, а только неодобрительный взгляд. Но, окончательно покончив с завтраком, Ричард выслушал самую ужасную версию произошедшего с Джимом. Он понятия не имел, что консультант будет вести себя так неосмотрительно, и только попросил закурить, потому что до своих сигарет было идти слишком далеко.