Феррагосто

Итак, дорогие читатели, с этих строк начинается вторая часть фанфика, вам полюбившегося. Благодарю за ожидание и восхищена вашим терпением. Мне тяжело было начать первую главу, однако, надеюсь, развитие сюжета описывать будет куда легче, чем его завязку. Желаю вам приятного чтения :)

***

Ты измучен, мой друг, суетою сует,  А забот тебе хватит на тысячу лет.  Не горюй о прошедшем - оно не вернется,  Не гадай о грядущем - в нем радости нет.  Омар Хайям

      Вечером пятнадцатого августа было жарко. Воздух был влажный и недвижимый, а в море царил штиль; мелкие волны пенистыми барашками ласкали песочный берег, а морские камни лениво перекатывались туда-сюда. Остаток недели предвещал здесь большие столпотворения туристов, да и местных тоже, ведь Феррагосто никогда не длился один день, пусть официальный праздник освобождает от работы лишь пятнадцатого числа. Последние жаркие деньки должны были остаться в памяти, чтобы греть страстное итальянское сердце в долгие зимние вечера, когда море становится холодным, а песок вовсе уже не таким заманчивым, как летом.       Щека Бьякурана была тут же заклеена пластырем, который дядя Сим скрепя сердце пожертвовал безвозмездно из ассортимента своего магазина, а перед этим Сора собственноручно обработала царапину перекисью, нашедшейся-таки в аптечке, в отличие от пластыря. Даже самая неприятная в мире вещь, которую делает любимый человек, всегда становится очередным поводом для того, чтобы еще раз почувствовать на себе его прикосновение. Бьякуран, сжимая зубы, улыбался и качал головой после каждого заботливого восклицания Сакамаки, которой, казалось, было куда больнее, чем беловолосому. - А можно спросить тебя о твоем прошлом? - робко поинтересовалась Сора, когда с дезинфекцией было покончено. - Думаешь, Чарльз внушил людям из параллельного мира не то, что было на самом деле? - ответил вопросом на вопрос Бьякуран, угадав ход мыслей Сакамаки. - Почти уверена. - Что ж, зная Чарльза, можно предположить подобное... Но, прошу, давай не касаться этой темы. В конце концов, если задуматься, мы живем в настоящем, и сейчас, прямо сейчас, меня больше интересуешь ты, чем то, что у нас с тобой за плечами.       Сора смущенно опустила взгляд, заправляя прядь волос за ухо, а беловолосый, не способный больше ограничивать себя в действиях после признания в нежных чувствах, обнял ее, счастливый. - И лучше не обсуждай услышанный рассказ ни с кем, пожалуйста, - добавил он. - Даже с Симом, тем официантом и девушкой, с которой он сейчас говорит. Мало ли что они могут обо мне подумать. - Официанта зовут Серджио, дурачок! - хихикнула Сора, снова подняв прищуренные от смеха глаза на собеседника.       Серджио же действительно увлеченно болтал с Лаурой, которая тут же показалась ему вполне приятной девушкой прежде всего по той причине, что она его землячка. Он был не из тех людей, кому нужно много времени для того, чтобы получить определенное впечатление от нового человека в своем окружении, а потому вскоре Серджио должен был понять, насколько хорошим она будет другом.       Во время беседы юноше порой приходилось прятаться от пронзительных ярко-синих глаз Лауры, внимательно на него глядящих и будто бы проникающих прямиком в его душу. Он пытался представить, как смотрели бы на него эти самые глаза, подожженные яростью и злобой - Серджио боялся бы отнюдь не их обладательницу, а эту глубокую синеву, испепеляющую не рыжими языками пламени, а леденистым инеем. Но слова, которые лились из уст Лауры плавной рекой, были противоположны ее особенному взгляду: говорила девушка вещи легкомысленные и незатейливые, редко задумываясь над тем, как ответить на немногословные реплики собеседника. Темы были обыденными и отвлеченными, и после случившегося сегодняшним утром, официант был не в состоянии привыкнуть к тому, что все снова пойдет своим чередом. Интуиция дергала его, гоняла по холодеющей спине мурашки, а Серджио все пытался угомонить свое недоверчивое сознание и начать наконец воспринимать происходящее, как самый обычный разговор с самой обычной студенткой, и с каждой минутой ему становилось все легче убедить себя в этом.       Сим наблюдал за всеми четырьмя из-за прилавка, сидя на высоком деревянным стуле, сиденье и спинка которого изрядно поистерлись за долгие годы использования. Огромные очки съехали на кончик острого носа, а голова продавца склонилась над толстой тетрадью, похожей на журнал для переписи товаров, открытой чуть дальше середины. Шариковая ручка аккуратно оставляла слова на клетчатой бумаге: "Чарльз не смог одолеть Джессо. Теперь, когда его не стало, жизнь изменится в лучшую сторону." - написал Сим и бережно закрыл тетрадь.       Лаура, оторвавшись от разговора с Серджио, посмотрела на Сима, и тот мягко и умиротворенно улыбнулся, кивнув, зная, о чем заговорит вот-вот его племянница. - Слушайте, может, пойдем перекусим в кафе? Я с удовольствием послушаю историю, которая так впечатлила вас, - сказала она. - Я только за! - откликнулась Сора, поднявшись с пыльного мешка, набитого каким-то подобием картофеля, на котором она только что сидела. Сакамаки тут же схватила за запястье и Бьякурана, в общем-то и не собиравшегося яро сопротивляться.       Серджио решил было остаться, но Лаура посмотрела на него укоризненным и в то же время жалобным взглядом, каким смотрят все девушки, когда ни в коем случае не приемлют возражений, и он вынужден был сдаться без боя. В конечном итоге четверо молодых людей снова выбрались на пляж, оставив работящего Сима корпеть над журналом для описи товаров.       Сакамаки, как и год назад, не понимала, почему еврей не покидает лавку даже в Феррагосто; в прошлый раз он вряд ли ушел сразу после того, как Бьякуран купил браслет и маршмеллоу. - Мне не мешало бы вернуться в "Помо", пока на меня не обозлились окончательно за второй прогул подряд. Работать, правда, в Феррагосто мне совсем не хочется, - признался он простодушно, пожав плечами, а Сора с недоумением посмотрела на него. - Кафе, в котором ты работаешь, разве так называется? - Не совсем. "Помо" - сокращенный вари...       Бьякуран не дал Соре дослушать, не сумев сдержать свои нежные чувства, и, игриво обняв ее за талию, притянул к себе. На его лице была все та же слащавая улыбка, но настолько искренняя, что видела бы Сора все это со стороны, заплакала бы от избытка счастья и умиления. - Ладно, это не так важно, - разочарованно пробормотал Серджио, закусив губу и отвернувшись.       В конечном итоге было решено отправиться в закусочную неподалеку от лавки, в которой, как выяснилось, никто раньше не был. Идти пришлось недалеко, однако самым неприятным оказалось то, что все столики были заняты туристами и местными, и потому компанию попросили подождать снаружи.       Сора села на песок, вытянув ноги, и стала смотреть на море, похожее на ночное небо с людьми-звездами, выделяющиеся бледными пятнами на темной синеве. Дети скакали вдоль берега, бросались друг в друга комками мокрого песка и брызгали соленой водой во все стороны. Некоторые сидели в окружении сверстников и строили песочные замки, а кто-то, чувствуя себя одиноким среди всей этой суеты, сторонился ребят и задумчиво пересыпал песок из одной ладони в другую, поглядывая на шумное море.       Бьякуран смотрел только на Сору и никуда больше. Не было предела потоку его любви, смешанной с благодарностью, и он спешил, не останавливаясь, благодатным дождем пролиться на свой исток. - Тебе жаль тех, кто не может найти друга, верно? - спросил он. - Немного. Но я уверена, что не бывает таких людей, которые не способны отыскать родственную душу.       Бьякуран замолчал, задумавшись, а потом снова улыбнулся, как обычно. - Ты так наивна и добра, милая Сора-тян. Спасибо за столь мудрый ответ, именно его я и надеялся от тебя услышать.       Сора хотела было спросить, почему же он так благодарен ей, но кто-то дотронулся до ее плеча и девушка обернулась. Перед собой она увидела смуглую темноволосую женщину в изношенной одежде, состоящей из бордовой юбки и темной блузы. На ее руках было много золотых украшений, а на пальцах сияли яркие кольца, с первого взгляда выдающие в себе не более чем подделку. - Узнай свою судьбу, красавица! - произнесла она, вкрадчиво улыбаясь. - За пару монет, всего за пару монет! Сора вопрошающе посмотрела на Бьякурана, желая повиноваться его мнению, но в ответ он промолчал и тоже посмотрел на нее. - Дотронься до колоды и спроси о своем будущем! Карты не врут! Сора порылась в карманах и положила блестящую монету в ладонь цыганки, которая тут же исчезла в складках юбки, сменившись на вытянутую вперед колоду карт рубашкой вниз. - Что ждет меня в будущем? - неуверенно спросила девушка у карт, дотронувшись до них кончиками пальцев. Цыганка начала мешать карты. Они мелькали в ее руках, как акробаты на арене цирка, меняясь местами с необыкновенным проворством. Темные глаза цыганки бегали от карты к карте, внимательно следя за каждой из них. - Вижу, яблоко раздора появится между тобой и нелюбимым твоим. Обретешь ты судьбу горькую, но не по своей вине, а спасти тебя любимый не сможет, сколько бы не старался. Смотри внимательнее на тех, кто тебе дорог, красавица, и сумеешь, может быть, избежать несчастья.       Сора сжала в ладони подол юбки и побледнела, удивленная и напуганная страшным предсказанием. Бьякуран прогнал цыганку и сел напротив Сакамаки. - Не веришь же ты во всю эту ерунду, Сора-тян? Болтают первое, что в голову взбредет, лишь бы разжиться на легкие деньги. Я уверен, что самое худшее позади. Ну, ну, Сора-тян, не нужно...       Сора заплакала, кинувшись на шею беловолосого, и начала бормотать что-то нечленораздельное о предсказании. Но Бьякуран упрямо повторял, что не допустит ничего подобного, даже если есть малая вероятность того, что цыганка действительно увидела долю истинности из будущего Соры. - Место освободилось!.. Эй, ну что вас на нежности-то опять пробило средь бела дня?! Пойдем уже, а то Серджио жмется там один за столиком и шарахается от каждого бугая.       Сора засмеялась сквозь слезы, услышав голос Лауры. Она сейчас была необыкновенно рада, что синеглазая так вовремя пошутила, ведь, согласитесь, плакать в Феррагосто никак нельзя.       Бьякуран поднял Сакамаки с песка и повел в закусочную, ободряюще сжимая в ладони ее плечо. Сора безоговорочно верила в предсказание цыганки, даже несмотря на увещевания беловолосого по этому поводу. Она начала перебирать в голове всех потенциально опасных близких. За столом же начались разговоры, за которыми Сора постепенно потеряла мысль и отвлеклась, сама того не замечая, на рассказ о невероятных приключениях со спасением Бьякурана из лап колдовства.