Тьма в изумрудах

Десять лет спустя. Дзинь-дзинь. - Хм... Мы разве сегодня кого-то ждём? - удивленно прошептала высокая блондинка, с сожалением отложив беленький фартук и намереваясь пойти открывать дверь незваному гостю, потому как всех званых она ожидала к завтрашнему дню. - Лили? - воскликнула она, завидев на пороге рыжеволосую женщину. Нет, она, конечно, была рада видеть её, всё-таки прошло уже десять лет с момента их последней встречи, но вот слегка грустный взгляд изумрудных глаз, да и не совсем здоровый вид сестры заставил блондинку насторожиться. Но вот в следующее мгновение на грустном лице расцвела счастливая улыбка, а саму блондинку заключили в крепкие объятия. - Тунья, сестрёнка, я так рада тебя видеть, - прошептала гостья. - Давно не виделись, Лили, - облегчённо улыбнувшись, Петунья ответила на объятия сестры. - Мама? - неожиданно позвал мелодичный мальчишеский голос. Петунья посмотрела в сторону доносящегося звука и удивлённо замерла. Из-за угла дома выбежал мальчик лет одиннадцати с растрёпанными огненно-рыжими волосами, и лучистыми голубыми глазами. Она сразу заметила невероятную схожесть мальчика с Лили и, сложив два плюс два, поняла, что к чему. Это был сын её сестры, а это значит, что сейчас вслед за братом выбежит и его сестрёнка, ведь, если память Петунье не изменяла, а на неё она никогда не жаловалась, то у Лили должно быть двое детей. - Джерри, иди сюда, - улыбнулась Лили, рукой поманив сына к себе. Радостно улыбнувшись, мальчик подбежал к матери, обнимая ту за талию и с опаской поглядывая в сторону странной, по его мнению, женщины. - Знакомься, малыш, это твоя тётя Петунья, - мальчик только кивнул в знак приветствия, сильнее прижимаясь к матери. У Петуньи подобное поведение вызвало нежную улыбку, так как в этом жесте она узнавала своего собственного сына, но вот то, что ей до сих пор не представили племянницу, снова заставило почувствовать утихшее чувство настороженности. Она оглянулась (вдруг девочка так же, как и её брат, сейчас выбежит откуда-то из-за угла?), тем самым вызывая удивлённый взгляд у Лили. - Петунья, ты кого-то ждёшь? - Хм... Нет, никого, скорее, это с вами должен быть ещё один человек, - слова сестры вызвали у Лили удивлённый взгляд. Она ведь подробно описала в своём письме о случившемся в их доме! - О ком ты, Петунья? - О твоей дочери, конечно же. Ты до сих пор мне её не представила. Она осталась дома с твоим мужем? - проговорила блондинка, словно это и без её слов было понятно. - Петунья... - в ужасе проговорила леди Поттер, прикрывая рот рукой, - разве она не здесь? - тихо и с невероятной надеждой в голосе спросила женщина. Она ведь положила её здесь, под дверью этого дома. Она помнит, как оставляла свою девочку, словно это было вчера, даже на мгновение не позволяя себе забыть все события той ночи, как не позволяла забыть белые с изумрудной радужкой глаза. - О чём ты, Лили? Почему она должна быть здесь? - в голосе миссис Дурсль слышалось неподдельное беспокойство, которое в один миг сменилось волнением. - Я оставляла её здесь, - резко схватив женщину за плечи, дрожащим голосом проговорила рыжеволосая. - Как оставляла? - серые глаза резко распахнулись, а на лице отразилось понимание, а за ним и ужас происходящего. - Неужели он забрал её? - медленно отступив на шаг, прошептала женщина, - Тунья, неужели он забрал мою девочку? - блондинка чувствовала, как её сестра медленно, но верно впадает в истерику. Об этом говорили расширенные слегка шальные изумрудные глаза. - Лили, успокойся, - потребовала Петунья, резко обняв сестру, но та, похоже, и не думала её слушать, словно в лихорадке повторяя одно и тоже, - ЛИЛИ, - прокричала она. Изумрудный взгляд немного прояснился, и она подняла голову, заглядывая в родные серые глаза. - Почему я тогда не осталась с ней? Почему ушла, не дождавшись твоего появления? - из глаз полились слёзы, одна за другой ударяясь о каменные ступеньки. Петунья недовольно покосилась на мимо проходящих, которые уже с удовольствием начинали обсуждать новые сплетни, с интересом поглядывая на семейство Дурсль. - Лили, идём в дом, там ты мне всё и расскажешь, - голосом, не терпящим возражений, потребовала блондинка. Получив неуверенный кивок, она повернулась к прыгающему вокруг дерева в попытке достать хвост какой-то кошки, мальчику, - Джерри, малыш, пошли в дом, поиграешь с моим Дадли, - малыш, заслышав имя другого мальчика, с любопытством посмотрел на тётю, после чего, радостно улыбнувшись, побежал к ней, намереваясь пробежать мимо неё прямо в дом, но, остановившись возле дрожащей матери, с беспокойством спросил: - Маме плохо? - Да, есть немного, - улыбнулась она племяннику. - Беги на второй этаж в комнату Дадли, - мальчик ещё секунду всматривался в бледное лицо матери, после чего, справедливо решив, что взрослая женщина сможет позаботиться о его маме, убежал в указанном направлении. Облегчённо вдохнув, миссис Дурсль осторожно повела сестру в дом, и только когда усадила её на диване в гостиной, женщина скрылась на кухне для того, чтобы появиться спустя десять минут с подносом, от которого ароматно попахивало свежезаваренным мятным чаем и какой-то выпечкой. Лили она застала в том же положении, в каком и оставила. Она сидела на диване и невидящим взглядом смотрела в потолок, а из её глаз текли горькие слёзы, которые даже не думали останавливаться. Сейчас Петунья была как никогда рада, что её муж уехал в двухдневную командировку и вернётся только завтра к обеду... Как раз к началу праздника. Хотя, какой к черту праздник. У её сестры, похоже, дочь пропала, а День рождения сына можно отпраздновать и в другой раз. Сейчас куда важнее успокоить подавленную Лили и узнать, что же всё-таки случилось. - Рассказывай, - потребовала Петунья, усаживаясь напротив в кресло. И Лили рассказала. Рассказала, как была рада их перемирию, как после этого нашла своего мужа дома мёртвым, как ей было больно и какое облегчение она почувствовала, когда поняла, что её детям ничего не угрожает. Как не хотела следовать совету некоего Альбуса Дамблдора, но всё же послушалась и принесла свою ослепшую дочь сюда, к дому Петуньи, как оставила её здесь совсем одну, без материнской любви, надеясь, что это ей сможет подарить она, сестра Лили. Потом, немного подумав, рассказала и про того, кто убил её мужа, про какое-то пророчество, по которому именно её сын должен убить темнейшего волшебника нашего времени. Захлёбываясь собственными словами, рассказала, как с девяти лет она учила своего сына магии и как ждала сегодняшнего дня, отсчитывая дни и секунды, когда наконец-то сможет увидеть свою девочку. Петунья слушала внимательно и не перебивала, понимая, что сестре нужно выговориться. - Если бы я только... Если бы я только не ушла тогда, - опустив голову на колени, зарыдала она в голос, и столько боли было в этом, столько отчаяния... - Лили, прекрати. Я уверена, что с ней всё в порядке... - Как ты можешь быть в этом уверена? Если её забрал этот монстр, то наверняка... - Не смей произносить это слово, не смей даже думать об этом, слышишь? С ней всё в порядке... - блондинка даже не заметила, как из её собственных глаз потекли слёзы, и только когда солёная капелька коснулась её губ, она поняла, что и сама не удержалась и заплакала, - ...с ней всё в порядке, - постаралась заверить Петунья, понимая, что последние слова говорила не только для сестры, но и для себя тоже. - Я хочу в это верить. Очень хочу. - Значит, будешь верить. Если не ради себя, то ради своего сына, - Лили подняла на сестру полностью убитый горем взгляд, отчего у последней ужасно заныло сердце. Видеть младшую сестру, которую ещё совсем недавно ненавидела, такой беззащитной было невыносимо. - Она обязательно найдётся, - резко поднявшись и притянув женщину в объятия, заверила тихо Петунья. *** - Вы должны её найти, - в кабинет, проигнорировав все возможные защитные заклинания, ворвалась сама Лили Поттер, с гневом смотря на сидящего за огромным столом старика, который задумчиво читал что-то в огромном фолианте, поглаживая свою длинную бороду и то и дело закидывая в рот лимонную дольку. Но стоило громко хлопнуть двери, и он всё же соизволил поднять на женщину взгляд. - Лили, девочка моя, что случилось? - непонимающе спросил он. - ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? Вы спрашиваете, что случилось? Она пропала, вот что случилось. Моя Габби пропала. Именно по Вашей просьбе я согласилась оставить её, именно по Вашей просьбе я отказала ей в защите родового дома, чтобы она могла жить в доме моей сестры, и именно по Вашей просьбе я не поставила на дом Петуньи защиту, потому что, видите ли, так может остаться отпечаток магии, и Волан-де-морту, этому проклятому Мерлином монстру будет легче найти моего ребёнка. И теперь я хочу, чтобы Вы её нашли. Любой ценой, Вы используете любые средства, но найдёте мою дочь... - Это невозможно, - спокойно перебил директор, не отводя взгляда. - Что? - Я говорю, что это невозможно. Эти поиски могут плачевно закончиться для Джеральда, я не могу так рисковать его безопасностью. Мне очень жаль, Лили... - Нет больше Лили, - холодно перебила женщина. Светлые надежды на этого мага посыпались прахом на землю вместе с последними словами Дамблдора. - С сегодняшнего дня для Вас и всего Магического мира существует только Леди Поттер, временно возглавляющая род Поттер... - Ты собираешься... - Да, я собираюсь принять на себя обязанности регента и использую всё мне позволенное, чтобы найти дочь... *** Некоторое время спустя. Уложив сына спать, Лили Поттер наконец-то смогла остаться одна и хорошенько обдумать прошедший день. Разговор с сестрой, наверное, единственное, что вселяло маленькую надежду в сердце женщины. А вот слова директора оставили неприятный осадок на душе и заставляли волноваться. Идя к нему в кабинет, она надеялась, что он, тот, кто всегда заботился о её сыне и добродушно позволял ему называть себя "деда", сможет помочь ей. Женщина хмыкнула, вспоминая все отказы Альбуса Дамблдора ей в помощи, и, что самое странное, все его отказы, с какой стороны ни посмотри, всегда касались её дочери. Fleshback - Профессор, у Джерри первый магический выброс... - врываясь в кабинет после добродушного согласия хозяина, с порога начала женщина, буквально сверкая счастьем и гордостью за своё чадо. - Так это же замечательно, Лили. В таком-то возрасте... Мальчик определённо будет очень сильным... - ...и у Габби тоже, - пропуская мимо ушей восхваления в адрес сына, тихо закончила Лили. - Что? - прервавшись на полуслове, удивленно переспросил директор. - Вы кого слушаете? - возмутилась женщина, но всё же повторила. - У Габби тоже сегодня проснулась магия. - Ты уверена? У девочек ведь магия просыпается только ближе к десятому дню рождения, и... - Я мать, - прервала она голосом, словно эти два слова способны ответить одновременно на все недоверчивые возгласы Дамблдора. - В моих силах почувствовать, проснулась магия в моём ребёнке или нет. - Но всё равно это очень странно, - склонив голову так, чтобы спрятать глаза за стёклами очков-половинок, прошептал директор, - девочки ведь... - Разве это не доказывает, что моя дочь сильная волшебница?! - Я не уверен. Она слепа, а ты же знаешь, что магия плохо подчиняется таким людям. - Вы же знаете, что ослепла она тоже из-за магии, - вдохнула женщина. Слова профессора вызвали в ней больные воспоминания, которые она спрятала в уголочке своего сердца, и только ночью в "их" спальне позволяла себе снова заглянуть в них и отдаться на волю чувств. - Я пришла забрать амулет, который недавно Вы у меня просили, - отвернувшись, чтобы спрятать появившуюся влагу в уголках изумрудных глаз, тихо потребовала она. - Зачем он тебе? - тут же подобрался директор. - Хочу с его помощью установить защиту вокруг дома Петуньи. Я боюсь, что из-за всплесков магии, которые теперь могут появляться регулярно, пока не сформулируется магическое ядро, её могут найти, и тогда пострадает не только она, но и моя сестра... - Ты немного опоздала, Лили... - Что? - Я просил его для защиты Невилла Долгопупса, так как он второй в списке возможных жертв приспешников Того-Кого-Нельзя-Называть. - Но как же моя дочь? Она ведь тоже в этом списке. ОНА ТОЖЕ В ОПАСНОСТИ, - последнее слово она прокричала буквально в лицо старику, резко развернувшись и в один миг подскочив к его столу. - Лили, девочка моя, успокойся. Я ведь тебе уже говорил, что пока она в мире магглов, ей ничто не угрожает... - А Пожиратели? Они разве не представляют для неё опасности, разве они не будут за ней охотиться, или Вы думаете, что каждый из них настолько глуп, что просто не догадается искать возможную Избранную в мире магглов? - каждое слово давалось леди Поттер с огромным трудом, и она, сжимая руки в кулаки так сильно, что костяшки побелели, а острые ноготки впились в нежную кожу, еле сдерживала себя, чтобы не развернуться и не уйти. - Она не Избранная, - перебил директор, строго поглядывая на свою бывшую ученицу. - Откуда Вам знать?! В пророчестве не сказано о поле героя, - недобро и одновременно грустно усмехнулась Лили. - Лили... - предупреждающе начал директор. - Ладно-ладно, я поняла. Она девочка и просто по воле матушки природы, сделавшей её слабым полом, не может быть героем, но... Это не значит, что она не нуждается в защите. Я пойду в Гринготс. Кажется, в хранилищах Поттеров был ещё один подобный амулет, - рыжеволосая развернулась, и уже собиралась уходить, как у самих дверей её догнал вопрос, произнесённый таким холодным голосом, что Лили буквально приморозило к полу, лишая всякого шанса двинуться с места. - Ты собираешься временно принять титул главы рода? - женщина медленно развернулась, ожидая увидеть ярость во всегда тёплых голубых глазах, но встретилась только с заинтересованным блеском и лёгкой улыбкой на губах. Списав недавнее чувство опасности на разыгравшееся воображение, она несмело улыбнулась. - Да, уже давно пора... - Не думаю, что это хорошая идея, - и снова эта добродушная улыбка, лишающая всякого желания спорить с этим светлым человеком. - Почему Вы так думаете? - всё же спросила женщина. - Гоблины просто не примут сейчас тебя как главу рода... - Что? - ...ты ещё не успела оправиться после смерти Джеймса, и твоё психическое состояние... - Вы считаете, что я сошла с ума, или что слишком слаба? - резко перебила она. - Нет, что ты, - отмахнулся от неё Альбус. - Просто прошу ещё немного подождать. Сегодня гоблины могут не согласиться, а завтра вообще не обратят на твоё заявление внимания. И к тому же, твоё вмешательство может оставить отпечаток магии, по которому твою дочь и смогут отследить. - Но как же... - Я попрошу Аластора проверить, как там Габби. Если тебе от этого станет легче, - улыбнулся Дамблдор. Лили же ничего не оставалось, кроме как кивнуть, и, тихо попрощавшись, выйти из кабинета. Сомневаться в словах директора не было причины, но всё равно червячок недоверия уже начал грызть замкнувшееся из-за пережитой боли сердце женщины. Конец fleshback Лили жадно вдохнула. Она даже не заметила, как, погрузившись в воспоминания, перестала вдыхать необходимый лёгким воздух. В тот день, спустя почти пять лет после смерти мужа, она впервые почувствовала биение сердца своей дочки и трепыхающиеся в Габби потоки магии. Такой способностью магия наделяла не всех, но всё же... Мать могла чувствовать дитя во время магических всплесков. Она хотела защитить своё маленькое сокровище, хотела убедиться, что её дитя, кровь и плоть её и её любимого, единственное (не считая Джерролда), что осталось после него в безопасности... Но нет, ей отказали. И кто? Альбус Дамблдор. Светлейший маг за последние сто лет. А теперь, когда в похищении есть доля и его вины, этот человек отказывается её искать. В его власти - обратить в поиски не только Орден Феникса, но и убедить министра подключить к этому делу аврорат. Но нет, он с улыбкой на губах и равнодушным блеском в голубых глазах сказал только, что это невозможно. Лили понимала, хорошо понимала, что в чем-то директор несомненно прав, и поиски могут привести к опасности для её сына, но и успокаиваться она не собиралась, зная, что, возможно, где-то там, неизвестно где, сейчас, в тёмном уголке сидит её дочка. Если нужно, она использует все доступные ей средства. Конечно ей, как временному главе рода, не будет доступно всё, но и того, что есть, достаточно. Гоблины любезно согласились выдать ей полный список того, что теперь в её руках. Лили знала, что может пригодиться, что можно оставить в покое. И первое, что она собиралась попробовать, были поисковые артефакты (зелья в данном случаи были бесполезны, так как у неё не было даже одного волоска дочери). Но был один минус. Для того, чтобы активировать хоть бы один предмет, имеющийся в хранилищах Поттеров, нужен глава рода. Мужчина. И очень сильный магически мужчина. Слава Мерлину, это не обязательно должен быть Поттер, но всё равно остаётся вопрос. Где взять такого? Она надеялась на Дамблдора, он, может, и не полноценный глава, но всё же сильный маг. Женщина вздохнула. У неё был ещё один маг на примете, но... Везде, хочешь - не хочешь, а это "но" найдётся. Этот маг всегда и везде искал выгоду, и если в помощи ей он её не найдёт, то хрен от него дождёшься помощи, а если и получится добиться, то... Стоит готовиться к худшему. За указанную услугу он сдерёт двойную плату. Но Лили всё равно не видела другого выхода, и это может быть единственным шансом найти её девочку. Вздохнув, она поднялась с пригретого ею кресла и, подойдя к камину, бросила туда горсть летучего пороха. - Нарцисса Малфой, ты мне нужна. Сейчас, - проговорила она, зная, что в это время её подруга ещё не спит и обязательно откликнется на её просьбу. - Лили, что такого могло случиться, что ты вызвала меня в такое время? - надменно оглядев гостиную и отряхнув мантию после перехода по каминной сети, холодно спросила аристократка. - Мне нужна твоя помощь. Точнее, твоего мужа.