Take No More

Повисло молчание, достойное любой драмы Шекспира. Первым в себя пришел Джей и, тоном, способным превратить Африку в ледяную пустыню, поинтересовался: - Позвольте спросить, а где вы были, юная леди? Сейчас полшестого утра. Девочка сжалась под испытывающим взглядом голубых глаз, но ответила все в том же своем духе, то есть грубостью: - Не твое дело. - Может, так и было пару месяцев назад, но теперь выяснилось, что я твой отец. Так что теперь оно мое. - Не факт, что ты отец, - нагло заявила девочка. – Мама та еще вертихвостка. Но даже если это и так, то это лишь название. Я не знала тебя почти одиннадцать лет, и дальше бы продолжала не знать с превеликим удовольствием, но ты тут свалился на мою голову и корчишь из себя заботливого папашу. Я – не Джек, мое расположение надо заслужить. Мне недостаточно, что ты просто говоришь: «Я – твой отец», и подразумеваешь, что я должна тебя беспрекословно слушаться. Это вовсе не так. С этими словами Мэрилин направилась было к себе в комнату, но Джаред ухватил ее за руку: - Веди ты себя адекватно, я бы, может, и попытался действительно стать отцом для тебя в полном смысле этого слова. Но ты творишь невесть что, вызывая лишь отвращение и презрение у окружающих. Ты – маленькая, глупая, избалованная, невоспитанная девочка, которая считает, что она уже взрослая и ей все можно. Но это вовсе не так. Да, ты права, ты не Джек. Джек гораздо умнее и сообразительнее тебя. Даже мудрее, не побоюсь этого слова. - Неужели ты еще не понял, что мне плевать, что ты там себе думаешь? Мне плевать на мнение окружающих. Плевать на вас всех. На весь этот гребанный мир! – она вырвала руку и бегом бросилась в комнату, со стуком заперев дверь. Джаред остался стоять в коридоре, не зная, как себя вести. После того, как он увидел ее обитель, так сказать, ему трудно было думать что-то конкретное об этой девочке. То, что она была вовсе не такая, какой хотела казаться – это абсолютно точно. Но почему она вела себя так? Слишком рано для переходного возраста, неправда ли? Где научилась этому всему? - Что за шум? – в коридор выглянула Стефани. «Твоя одиннадцатилетняя дочь только что вернулась домой и не хочет говорить, где была». – подумал Джей, но, сам не зная почему, произнес: - Споткнулся о комод. - И провел с ним поучительную беседу? – иронично сощурилась Стеф. - Да, я разговариваю с мебелью, - раздраженно ответил Лето. – А вообще, раз уж ты проснулась, я хотел поговорить с тобой. - О чем? - О том, что произошло за эти двенадцать лет. - Ну, сначала я выносила и родила двух твоих детей, а потом растила их. По-моему, все и так понятно. - Нет, мне нужны подробности. Что не так с Мэри? Они с братом росли отдельно друг от друга? В нашу вторую встречу, в кафе, ты сказала, что у вас был трудный период. Что ты имела в виду? - Запомнил все-таки… Я сгоряча это ляпнула, не обращай внимания. - Стеф, - вполголоса произнес Джаред, подходя ближе. – Мне нужны ответы. Я хочу знать как можно больше про своих детей. Раз уж ты скрывала их от меня на протяжении одиннадцати лет, то теперь, будь добра, расскажи мне все. Лето подошел совсем близко и теперь смотрел ей прямо в глаза, сверху вниз. - Ты можешь узнать своих детей, просто общаясь с ними, - слабеющим голосом произнесла Стеф, погружаясь в ясные голубые глаза музыканта. Она почувствовала себя снова двадцатипятилетней девчонкой, безумно увлеченной симпатичным рокером, встретившимся ей на фестивале. Давно забытые, насильно загнанные вглубь чувства вдруг стали пробуждаться в ней. Поспособствовало и то, что Джей взял ее лицо в свои руки и произнес хриплым шепотом: - Я хочу услышать твою версию событий. Стефани была не в силах сопротивляться, поэтому просто уступила: - Хорошо, что ты хочешь узнать? - Всё! – с жадностью проговорил Лето и потащил ее на кухню. Стеф налила себе стакан воды и уселась за стол. Джей пристроился рядом. - Первым делом, скажи, почему ты мне не сообщила, когда узнала, что беременна? - Знаешь, ты ясно дал мне тогда понять, что наши отношения невозможны. У тебя была другая. У меня был бойфренд… - И как он отреагировал? - Бросил меня сразу же. Думаю, даже если это был бы его ребенок, то он все равно бы сбежал. - Почему не стала делать аборт? - Родители отговорили, - Стефани погрустнела. – Сказали, что помогут поставить их на ноги. Да и брат потом подключился. После их смерти… - она замолчала. - Прими мои соболезнования… - О, нет, ничего, это было давно. - А что с музыкальной карьерой? - Я ушла сразу же после того, как… Мама и папа… Разбились в автокатастрофе. - Сколько тогда было Мэри и Джеку? - Около двух лет. Они были в той же машине. - Что? – вытаращился Джаред. - Да, они с моим братом, бабушкой и дедушкой поехали в цирк. У меня была запись альбома, и я попросила родителей присмотреть за детьми. И, когда они возвращались оттуда, в них врезался какой-то пьяный отморозок, выехавший на встречную полосу. Папа был за рулем, рядом сидел брат, а на заднем сидении мама с внуками. Мама сидела прямо за водительским сидением. И, когда тот придурок врезался в них, папа крутанул руль и получилось так, что удар пришелся на их с мамой сторону. Он умер сразу, а мама уже в скорой. Джеймс, мой брат, сразу же бросился вытаскивать детей из машины и позвонил мне, - Стеф рассказывала прерывистым тоном, запинаясь, отчего повествование выходило немного путанным и скомканным. – Когда я приехала, то увидела смятую машину, что-то в черном полиэтиленовом мешке и окровавленных детей. Ты не представляешь, что это такое… Джей кивнул. Он действительно не мог знать, каково это для матери – застать родных детей в таком виде. - Джек был еще более или менее чистым, а вот Мэри была перепачкана полностью. Как потом выяснилось, это была кровь моей матери, а девочка сидела прямо рядом с ней. Сами дети почти не пострадали. Несколько царапин и все. Брату моему досталось чуть больше: из него долго вытаскивали осколки лобового стекла. В остальном, правда, все было в порядке… - Хочешь сказать, это событие так повлияло на Мэрилин? - Нет-нет, - Стефани запнулась. – Но оно определенно наложило свой отпечаток. - Я видел ее комнату, не слишком ли она темная и мрачная для ребенка? - Думаешь, это я ей такие обои поклеила? Она упросила тетю, жену моего брата, подарить ей на День Рождения такой ремонт в комнате. Саманта души не чает в Мэрилин. Мне обе наплели что-то про то, что просто переклеят обои, мебель переставят. Даже обои показали. Только вовсе не эти. И, пока там шел ремонт, я с Джеком и Мэри уехала на море. А, когда вернулась, тут такое. Девочка в восторге, я в ужасе. Но столько денег вбухано… Оказывается, там точная фотография космоса с какого-то там спутника. Их еще и не достанешь. Короче, пришлось оставить. - Мэри увлекается звездами? - Астрономией, да. Просто без ума от всего космического. - А Джек? - Рисованием, в основном. Да ты и сам наверняка видел. - Да, у него неплохо получается. - Да, это точно. Ну, всё, допрос окончен? Мне скоро на работу. - Кем работаешь? - Секретарем. Окончила курсы после того, как ушла из группы. Надо же детей чем-то кормить. - Ага, а вот еще меня один вопрос интересует: Мэри всегда была такая… Ммм… Специфичная? - Нет, я вернулась и обнаружила ее абсолютно изменившейся. В детстве она была жизнерадостным ребенком. - Откуда вернулась? – насторожился Джей. Стефани осеклась и пробормотала: - Ниоткуда. Я опаздываю, Джаред. Детей тебе оставляю на целый день. Надеюсь получить их потом в целости и сохранности, - Лето не успел и слова сказать, как она уже умчалась с кухни. Разговор со Стефани слегка прояснил некоторые моменты, но общая картина оставалась в тумане. Джей так и не получил ответы на свои вопросы. Всё, рассказанное Стеф, никак не объясняло столь заметную разницу между характерами брата и сестры, а также поведение Мэри. Не объясняло и поступки Стефани, ее неведомое «возвращение». Кажется, мать еще более непроста, чем дочь.