Sweet Seducing Sighs

Примерно без двух минут восемь Карен, сделав глубокий вдох, легонько постучала в дверь его спальни. Никогда за свою жизнь она не тратила столько времени на сборы. Она провела все утро, примеряя разные наряды, глядя в зеркало с недовольной гримасой, а также обдумывая беседу за ужином. Несмотря на то, что вещи, взятые ею с собой в дорогу, были, в основном, черного и красного цветов, ей пришлось перемерить их около 30 раз, прежде чем остановиться на идеально подходящем сочетании – черное платье из гипюра с красными полосками, которое дополняли ее новые любимые красные туфли на шпильках. В первый раз со времени их знакомства она наложила довольно плотный макияж, сделав с помощью теней эффект «смоки айз» и накрасив губы ярко-красной помадой, точно подходившей по цвету к ее туфлям. Ее волосы были тщательно выпрямлены. Даже сама себе Карен была готова признать, что сейчас она выглядела замечательно. В первый раз он увидит ее в вечернем платье, и она была полна решимости произвести на него неизгладимое впечатление. Она задержала дыхание, пригладив волосы и нервно ожидая, когда дверь откроется. Телохранителей не было на месте – по-видимому, они были предупреждены о его планах. По крайней мере, она на это надеялась. Меньше всего ей хотелось, чтобы они пробыли весь вечер снаружи, прислушиваясь к каждому слову. Прошло несколько мгновений, но все оставалось без изменений. Она постучала в дверь снова, и опять не получила ответа. Она слегка нахмурилась, пожалев, что не взяла с собой наручные часы. Что же теперь делать? Она окинула взглядом коридор, как будто ожидая его прихода, но пустой холл смотрел почти насмешливо на нее. Она ощутила трепет во всем теле, осознав то, что это, возможно, еще одна его игра. Если это так, то она определенно готова прикончить его за это. У нее ушло несколько часов на то, чтобы привести себя в порядок и набраться смелости, чтобы подойти к его двери, а теперь его здесь нет. Неожиданно дверь открылась, и при виде него у Карен все сжалось внутри. Он выглядел еще более поразительно, чем обычно. На нем был надет черный вечерний костюм с такого же цвета галстуком и темно-зеленой рубашкой. Его глаза блестели ярким блеском, а его волосы выглядели слегка влажными, как будто он нанес на них гель. Она улыбнулась при мысли о том, скольких усилий ему это стоило, и в этот момент она почувствовала, что любит его еще сильнее, чем, как ей показалось, это было возможно. Один только вид его маленького галстука заставлял ее сердце биться чаще, и она вздохнула про себя, жадно впитывая взглядом каждую черту его внешности. Он жестом показал ей войти, что она охотно и сделала, почти проплыв мимо него в большую комнату. Он закрыл за ней дверь. Она повернулась к нему, увидев, как он прислонился к двери. Казалось, что в какое-то мгновение он пытался уловить запах ее тела... Она почувствовала аромат его лосьона после бритья, витавший в воздухе, и посмеялась про себя над своей собственной нервозностью. - Добрый вечер, - он улыбнулся, неожиданно шагнув в ее сторону. - Добрый вечер, сэр, - ответила она. – Спасибо вам за… - Вы прекрасно выглядите, - прервал он ее. - Спасибо, - она выдавила жалкую улыбку. Боже, почему она так нервничала? Каждое слово, исходившее из ее уст, казалось, было произнесено голосом 12-летней девочки. Неожиданно он приблизился к ней, проведя своими пальцами по ее волосам. - Вы выпрямили волосы. - О, - она едва улыбнулась, глядя на него. На его подбородке была легкая щетина. Она подавила вздох, увидев, как он облизывает свои губы. – Ага, я … - Мисс Фэй, - сказал он немного неодобрительно. – Что я вам говорил насчет вашей речи? - Мм… - она задумалась, внезапно запаниковав. Она не знала – в этот момент она бы едва ли вспомнила собственное имя. - Ваше «ага» звучит как… ну, вобщем, лучше используйте более подходящее слово, - сказал он, сложив руки перед собой. – Не так ли? - Да, сэр, - ответила она, тряхнув головой. - Вы это запомните, не правда ли? - Да, - почти беззвучно ответила она. - Молодец, - сказал он, пройдя мимо нее в главную комнату. – Ну а теперь составьте мне компанию за ужином. Обернувшись, она только теперь заметила стол, стоявший в комнате. У нее захватило дух при виде бесчисленных тарелок, наполненных восхитительной пищей. Карен вдохнула удивительный аромат яств, почувствовав, как у нее потекли слюнки. До сих пор она не осознавала, насколько сильно проголодалась, и только теперь ей стало ясно, что за весь день она ничего не ела. Он подошел к одному из стульев и отодвинул его в сторону, показав ей жестом, чтобы она садилась. Сев на указанное ей место, она вежливо улыбнулась, когда он, взяв салфетку, бережно положил ее на колени Карен. Когда он наклонился к ней, она снова почувствовала запах его лосьона после бритья. - Спасибо за то, что вы составили мне компанию, - сказал он, садясь на стул справа от нее, во главе стола. - Спасибо за приглашение, - она улыбнулась, не в силах отвести от него взгляд. На его щеках был заметен легкий слой пудры, и в слабом свете мерцающих свечей пятна на его коже были едва уловимы. - Вы голодны? - Аг…да. Да, сэр, - ответила она, распрямив спину и, наконец-то, сумев отвести от него свой взгляд, оглядывая многочисленные блюда, стоящие перед ней. Он поднял крышку с большого плоского блюда, на котором оказались устрицы – от них исходил пар, и от их густого аромата у нее тотчас же потекли слюнки. - Вы едите устрицы? – спросил он, поднимая крышки с других блюд, стоявших перед ней. - Думаю, мне вряд ли когда-либо удавалось их попробовать, - она засмеялась, глядя на бессчетное количество овощей, мяса и салатов на столе. Аромат был восхитительным, возбуждая ее аппетит. - О боже, - рассмеялась она, осознав, сколько здесь всяких лакомств. – Это просто поразительно. - Как и вы, - произнес он с придыханием. Карен слегка прищурилась, с трудом веря в происходящее. Взяв одно из блюд, он стал накладывать его ложкой в ее тарелку, пока перед ней не оказалась внушительная масса одного из самых экзотических видов пищи, которую она могла вообразить. Затем он взял бутылку вина, стоявшую посреди стола, и стал наполнять ее бокал темно-красной жидкостью, в то время как Карен, словно завороженная, наблюдала за каждым его движением. - Я рад, что вы пришли сюда сегодняшним вечером, - сказал он, наполнив свой бокал и поставив бутылку обратно в центре стола. – Вы знаете, у меня еще не представилось такой возможности получше вас узнать. - Неужели? – спросила Карен, взяв вилку и глядя в свою тарелку. Все выглядело совершенно невероятным, и она не знала, с чего ей начать. - Попробуйте устрицы, - предложил он, взяв ее ложку и с улыбкой протянув ее Карен. – Иногда они могут выскальзывать. Она с благодарностью взяла у него ложку и после нескольких попыток смогла захватить устрицы своей вилкой. Положив лакомство в рот, она почувствовала, как оно буквально тает у нее во рту. - Вау! – с улыбкой произнесла она. – Они прекрасны. Бросив на нее беглый взгляд, он взял блюдо с овощами и положил небольшую порцию в свою тарелку. Затем он сделал маленький глоток вина, и Карен не могла удержаться, жадно разглядывая его губы, на которых, словно дразня, искрилась темно-красная жидкость. - Вы не едите мясо? – спросила она, увидев, что он ест только овощи. - Нет, - покачал он головой. – Я с раннего возраста перестал есть мясо. Думаю, что не смог бы смириться с мыслью о том, что ем животных, вы понимаете? Когда он говорил, Карен виновато уставилась в свою тарелку. «Да, - подумала она, - устриц вполне достаточно». Неожиданно он рассмеялся и посмотрел на нее, сделав еще глоток вина. - О, я ничего такого не имел ввиду, и мне не хотелось бы показаться грубым, - он улыбнулся. – Пожалуйста, ешьте устрицы. Мне сказали, что они восхитительны. Она благодарно улыбнулась ему, снова отправив в рот очередную порцию лакомства. - Так и есть, - ответила она, сделав большой глоток вина, почувствовав, как оно разливается по ее телу. – Не хотите попробовать немного? - Нет, на самом деле не хочу, - сказал он. – Не думаю, что смогу это сделать. Я не… Я не ем мясо уже несколько лет. Предполагаю, что вы можете сказать, что это… - он сделал паузу, пристально посмотрев на нее, его длинные ресницы отбрасывали тени на его щеки, - …не вяжется с моим образом. - Как это? – осмелилась спросить Карен, сделав еще глоток вина. Оно было восхитительным, но определенно более крепким, чем она предполагала. Он отложил свою вилку в сторону и смерил Карен внимательным взглядом. Усмешка появилась на его лице. - Вы задаете слишком много вопросов, мисс Фэй. - Разве? – она рассмеялась. Он тоже засмеялся, но тотчас же его смех прервался. - Да. Как джентльмену, было бы с моей стороны удобно узнать что-нибудь о вас? Сделав глубокий вдох, она слегка тряхнула головой, пытаясь привести свои мысли в порядок. Неожиданно ей показалось, что комната как будто погружена в легкую дымку. Карен сделала еще глоток вина в надежде, что ее сознание немного прояснится, но все оказалось бесполезным. - Ну… - она задумалась. - Что бы вы хотели узнать? Он потянулся вперед, как будто изучая ее какое-то мгновение. - Что бы я хотел узнать… Отправив в рот еще кусочек лакомства, Карен стала как можно беззвучнее пережевывать в неожиданно наступившей тишине. Наконец, он произнес: - Я хотел бы знать, какие чувства вы испытываете по поводу вашей нынешней работы? Тон его голоса был почти насмешливым. Казалось, комната была готова завертеться перед ее глазами. Она откашлялась, внезапно осознав, каким пристальным взглядом он на нее смотрит. - Да. Работа на меня. Вам нравится? Она посмотрела на него с улыбкой. Он шутит? - Очень, - ответила она, глядя в его черные глаза. – На самом деле, очень нравится. - Рад это слышать, - он улыбнулся, сделав глоток вина и не спуская с нее взгляда. – Есть ли что-то, что вам не нравится? - Нет, - она вздохнула. – Я люблю работать на вас. Боже, что же такое было в его взгляде, что бросало ее в жар? Она схватилась за край стола и сделала глубокий вдох, избегая его взгляда, внимательно глядя в свою тарелку. Ей нужно постараться взять себя в руки, и как можно быстрее. Возможно, этой ночью она проявит себя так, как он этого хотел. Один его взгляд – и она была готова на все ради него. Боже, ей так хотелось, чтобы он просто поцеловал ее. Ей так хотелось, чтобы он, откинув в сторону стол, схватил ее своими мускулистыми руками и заставил ее забыть обо всем… - Почему же? – неожиданно спросил он, и Карен с трудом попыталась вспомнить, о чем они разговаривали. Безуспешно. Она взяла свой бокал вина и, насупившись, сделала большой глоток в надежде выиграть немного времени до того, как дать ответ. Прежде чем прохладная жидкость успела коснуться ее губ, она почувствовала его руку на своем запястье, которая удерживала его на месте в нескольких миллиметрах от ее рта. - Отвечайте, - сказал он. Она посмотрела на него, и неожиданно ей захотелось расплакаться. С каждой мучительной секундой он казался ей все привлекательнее. Как же она хотела, чтобы он не заставлял ее говорить, ведь есть так много других, более подходящих способов использовать ее губы… - Ну… - начала она, пытаясь мысленно связать слова, прежде чем они будут готовы слететь с ее уст. Она собралась поставить бокал вина перед собой на стол, моментально забыв про его руку, сжимавшую ее запястье. Потянувшись вперед, она внезапно уронила бокал. Алая жидкость с громким всплеском разлилась по скатерти прямо перед Карен. - О боже! – воскликнула она, неожиданно вскочив и прижав руку ко рту. – О, мистер Джексон, извините, - вскричала она, схватив упавшую на пол салфетку, и стала судорожными движениями тереть ею испорченную скатерть. Какое-то мгновение он горящим взором смотрел на беспорядок. Опустив плечи, она подняла на него свой взгляд, чувствуя, что на этот раз она переусердствовала… - Простите, - повторила она. – Я… просто моя рука соскользнула… Неожиданно его лицо смягчилось. Он внимательно смотрел на нее, наморщив лоб и задумчиво приложив пальцы к своему подбородку. - Я заставляю вас нервничать, мисс Фэй? - У… что? Нервничать? – она стала заикаться, бросая взгляды то на него, то на испорченную скатерть. – Нет! Ха-ха, конечно же, нет. Почему вам показалось, что я нервничаю? Он засмеялся, недоверчиво покачав головой. - Да, вы действительно выглядите так, как будто вы нервничаете, - ответил он, шагнув вперед и заглянув ей в глаза. – Почему? - Мм… - Это потому что вы здесь, рядом со мной, ужинаете в моей комнате? Может быть, с этим все связано? - Я не уверена, - нерешительно ответила она, хотя была убеждена в том, что он слишком хорошо знал причину ее нервозности. - О, а я думаю, что вы знаете, - прошептал он, встав прямо перед ней. – Я считаю, что вы нервничаете оттого, что находитесь со мной наедине. Я имею ввиду, давайте взглянем правде в лицо, мисс Фэй… Что же может произойти, когда мы находимся наедине друг с другом? - Что может произойти? – она почувствовала, как в горле перехватило дыхание. Боже, как же ей хотелось разговаривать с ним сейчас, как нормальный взрослый человек, а не казаться глупой влюбленной девочкой… И к тому же – разве уже не достаточно того, что произошло? В конце концов, он поцеловал ее. Он пригласил ее на ужин. Он даже отшлепал ее. Едва ли это было просто слепое увлечение, оставшееся безответным… Она нахмурилась, неожиданно придя в ярость. - Вообще-то вы правы, мистер Джексон, - ответила она, наконец-то, обретя способность говорить. – Возможно, так оно и есть. Вероятно, я нервничаю из-за того, что не знаю, что произойдет дальше. - То, что произойдет дальше, - прошептал он, приблизившись к ней, - зависит от вас. - Разве? – она вздохнула. – Почему-то я так не считаю. - Ну… посмотрим, - задумчиво произнес он. Его теплое дыхание коснулось ее кожи. – Как вы считаете, что я сейчас сделаю? Карен посмотрела на него, слегка насупившись, ее гнев сменился на приятную улыбку, и неожиданно она осознала – он собирается ее наказать. - Идите сюда, - проворчал он, резко схватив ее за руки и потащив обратно к столу. Одним быстрым движением он смел массу блюд и тарелок со стола, которые тотчас же с дребезжанием упали на пол, и их содержимое вылилось на белоснежный ковер. Он схватил ее за бедра и, неожиданно приподняв, положил ее прямо на стол перед собой. У Карен перехватило дыхание, когда он, усадив ее, раздвинул ей ноги и крепко опоясал ими свои бедра. Оказав слабое сопротивление, она почувствовала жар одной из свечей, горевшей за ее спиной, и тепло, распространяющееся по ее позвоночнику. Схватив свечу, она уронила ее в кувшин с водой, стоявший позади нее, а затем, повернула голову, оказавшись к нему лицом к лицу. Он крепче сжал ее бедра, причиняя ей боль. - Посмотрите, какой беспорядок вы здесь устроили, - сердито проворчал он, сдавливая руками ее бедра, почти болезненно сжимая ее нежную плоть. – Я пригласил вас на ужин, а вы устраиваете беспорядок. Вот как вы мне отплатили за все? Казалось, все ее тело мучительно затрепетало, когда он, задрав ее платье, положил руки на ее обнаженные бедра, нетерпеливо массируя ее мягкую кожу. Его дыхание было так близко от ее губ, что она почти осязала вкус алкоголя на его языке. У нее закружилась голова от смеси крепкого алкоголя с бешеной страстью, разлившейся по ее пульсирующим венам. Каждый дюймом своего тела она жаждала почувствовать его. Приблизившись к нему, она неожиданно схватила его за рубашку обеими руками, жадно смяв мягкую ткань. - Нет! – воскликнул он, убрав ее руки со своей рубашки и с силой убрав их ей за спину. – Это ваше наказание, помните? - О боже… - она вздохнула и почувствовала, как одной рукой он стал крепко удерживать на месте ее запястья, в то время как пальцы другой его руки дразнили ее, скользя по ее бедру. – Мистер Джексон, мне очень жаль… - Тихо, - сказал он. Его рука скользнула ей под платье, и его пальцы тотчас же коснулись края ее трусиков. – Ни слова. Сегодня ночью вам предстоит усвоить ценный урок, мисс Фэй. Она покорно кивнула в ответ, облизнув губы и закрыв глаза, жаждая, чтобы он сделал что-либо, что угодно, лишь бы освободить ее от жгучего желания, сжигавшего ее. Крепко сжимая ее запястья у нее за спиной, он скользнул пальцами ей под трусики, остановившись в том месте, на котором она больше всего жаждала… Он пощекотал ее промежность кончиками пальцев, и она полностью отдалась во власть его прикосновений, подавляя вскрики и отчаянное желание умолять его ввести их как можно глубже… - Посмотрите на меня, - велел он. Она с трудом открыла глаза, встретив его жаждущий взгляд. - Я считаю, - начал он, поглаживая пальцами ее промежность, - что вместе мы могли бы неплохо сработаться. – Она подавила вздох, чувствуя, как один из его пальцев неторопливо скользнул внутрь, где было уже так жарко и влажно… - Но вам предстоит научиться слушать, мисс Фэй. Она снова закрыла глаза, покорно кивнув головой, в то время как его палец оказался снаружи, а потом опять скользнул внутрь ее… - Вы готовы? - Да, - она вздохнула, чувствуя, как он сердито потянул ее за запястья, одновременно его палец снова медленно выскользнул наружу. - Я сказал, тихо. Вам действительно необходимо научиться слушать, не так ли? Карен облизнула губы, задержав дыхание и беззвучно моля его войти в нее снова. - Вы говорили, что сделаете все, что бы я вам ни сказал, - опять начал он, прикоснувшись губами к ее шее и согревая своим дыханием ее трепещущую кожу, - и теперь я хочу, чтобы вы это мне доказали… Его палец снова скользнул внутрь ее, а затем другой быстро последовал за ним. Он стал вводить свои пальцы туда и обратно, и она с трудом сдерживалась от громких вскриков. Лаская ее пальцами, он стал покрывать влажными поцелуями ее шею. От его прекрасных губ на ее коже оставались следы влаги. - Я хочу, чтобы вы, - шептал он между поцелуями, в то время как его пальцы проникали все глубже, - сделали для меня нечто важное… Карен прикусила губу, почувствовав его длинные, словно негнущиеся пальцы проникли в нее, и сжала руки за своей спиной в кулаки, широко раздвинув ноги. Она слышала свое дыхание, тяжелое и влажное, и едва сдерживалась в отчаянных попытках не издавать ни звука. - Я хочу, чтобы вы больше никогда не нервничали в моем присутствии, - услышала она его шепот, и на ее лбу стали выступать капельки пота. – Я хочу, чтобы вы доверяли мне. Я хочу, чтобы вы чувствовали себя уверенно рядом со мной. Я хочу… - он слегка колебался, прежде чем его третий палец, присоединившись к двум другим, скользнул в нее, - …чтобы вы хотели меня так же сильно, как я хочу вас… «Если бы он только знал…», - подумала про себя Карен, тяжело дыша. У нее пересохло во рту, а ее кожа затрепетала. Она почувствовала, как большим пальцем своей руки он стал сильно надавливать на ее клитор. Она глухо застонала, в то время как его пальцы стали ритмично двигаться внутри нее. - Знаете, вы много значите для меня, - говорил он между влажными, горячими поцелуями, - и мне хотелось бы, чтобы вы испытывали ко мне то же самое. - Вы… - начала она, прежде чем, спохватившись, заставила себя замолчать. Как она могла сказать ему, что он значит для нее гораздо больше, чем любой другой мужчина, которого она когда-либо знала? Как еще она могла заставить его понять, как страстно она желала быть с ним, даже заслышав один его голос? Как, черт побери, он еще не понял, что все ее тело жаждет его? Теперь он не издавал ни звука, лаская ее шею, посасывая и слегка захватывая губами. Его пальцы все глубже проникали в нее, и с каждым доставляющим ей наслаждение толчком она прикусывала губу так сильно, что на ней темно-красными каплями выступила кровь. Казалось, вся комната завертелась перед ее глазами, и Карен сжала ногами его запястье, а он продолжал ласкать ее своими пальцами. Его большой палец массировал ее клитор. Теперь они оба тяжело дышали. Он стал покусывать ее шею зубами. Его пальцы проникали все глубже и глубже, и, наконец, с последним толчком она вскрикнула, чувствуя, как оргазм пронизывает все ее тело, горевшее от страсти, которую ей приходилось сдерживать с самого первого дня их встречи. Он продолжал ласкать ее, но теперь его движения были более медленными и нежными, заставляя все ее тело затрепетать в последней агонии оргазма. Затем он отстранился, наблюдая за тем, как она полностью разомлела от его прикосновений. Спустя несколько мгновений Карен, наконец, отдышавшись, открыла ставшие тяжелыми веки и взглянула на него. На ее лбу и над верхней губой выступили капли пота, но она смотрела на него с улыбкой на покрасневших губах. Он был самым потрясающим мужчиной из всех, кого она знала, сумевшим удовлетворить ее необузданную страсть при помощи одних лишь кончиков своих пальцев… Почувствовав, что он перестал сжимать ее запястья, она, рассмеявшись, обвила руки вокруг его шеи, запечатлев мягкий, влажный поцелуй на его восхитительных губах. Теперь все остальное было неважно. Несмотря ни на что, он добился ее, и она любила его, любила вопреки всему остальному. Сейчас ей было все равно – является ли она его стилистом, его ассистентом или его рабой. Все, что теперь для нее значило – то, что она принадлежит и будет принадлежать только ему.