Терновый венец

      Лана вошла в Большой зал, и первым её встретил густой пряный аромат. Большинство студентов Хогвартса мирно соседствовали друг с другом, что несколько удивляло: прежде Селвилл представляла себе чёткие границы обитания факультетов. Здесь же Пуффендуй, Когтевран и Гриффиндор могли столкнуться в проходе или даже разделить стол за завтраком — и только Слизерин держался особняком.       Группа уже знакомых лиц занимала крайний стол слева. Пэнси Паркинсон — курносая брюнетка с мутными глазами, совсем не похожими на ясные глаза новенькой, — махнула рукой, приглашая сесть рядом. Здесь был Драко Малфой в окружении своей свиты, Крэбба и Гойла, холодный и безразличный Теодор Нотт, а также красивый темнокожий Блейз Забини, воркующий с миловидной Дафной Гринграсс, и те, чьих имён Пэнси ещё не назвала.       — Сегодня пойдёшь на занятия? — поинтересовалась новоиспечённая приятельница, когда Лана взялась за бокал с тыквенным соком.       — Угу.       — Эй, Поттер! — вдруг крикнул Гойл, завидев вошедшую троицу гриффиндорцев. — Плохо выглядишь! Со сломанным носом тебе было куда лучше!       Слизеринцы отозвались дружным смехом, и Пэнси одобрительно захихикала. Селвилл же была чужда причина всеобщей радости. Она мельком взглянула на гриффиндорцев, старавшихся игнорировать выпад, а затем перевела взор на Малфоя. Тот не смеялся, лишь провожал неприятелей надменной полуулыбкой.       Внезапно юноша посмотрел прямо на Лану. Она не отвела глаз, спокойно сделав глоток сока.       — Драко сломал Поттеру нос в поезде, потому что тот пробрался в наш вагон, — пояснила наконец Пэнси. — Жаль, он его уже вправил, но зрелище того стоило!       Как это по-взрослому! — саркастично подумала Лана, чувствуя, как тыквенный сок кажется ей на редкость приторным. Она коротко кивнула, изображая интерес, и отвернулась. В этом зале, полном смеха и старых обид, она чувствовала себя зрителем на спектакле, сценарий которого ей забыли выдать.       В поле её зрения появился профессор Снегг, направлявшийся к учительскому столу. Его перехватил крошечный Флитвик — заметить его в толпе было действительно сложно. После короткой реплики Снегг обернулся и нашёл глазами Селвилл. Внимание второго учителя тоже мгновенно приковалось к ней.       Неужели профессор Флитвик всё-таки рассказал о моём промахе на экзамене? — подумала Лана, провожая взглядом Снегга. — Почему тогда он сам не назначил мне наказание?       Когда декан Слизерина скрылся за дверями, Лана вновь посмотрела на кафедру, но и след профессора заклинаний уже простыл.       — Лана Селвилл? — прервал её мысли тоненький голосок.       Перед ней стояла светловолосая пуффендуйка с мягким овалом лица и золотистыми локонами.       — Я Ханна Аббот. Моя бабушка…       — Я знаю, кто твоя бабушка, — перебила Лана, поднимаясь. Она сделала шаг вперёд, мягко оттесняя собеседницу в сторону, чтобы слизеринцы ненароком не подслушали их разговор. — Рада знакомству.       — Мне тоже приятно! — Ханна тряхнула локонами. — Забавно, что ты попала в Хогвартс только сейчас. Хотя ничуть не удивительно, что всё это время тебе приходилось скрываться…              — На твоём месте, обладая столь скудными познаниями, я бы помалкивала, — сдержанно произнесла Селвилл. Фальшивая улыбка застыла на её лице, как треснувшая маска. — Ты ничего не знаешь обо мне и моей семье. Лучше не лезь не в своё дело.       — Не ожидала, что мы перейдём к грубостям так скоро, — ощетинилась пуффендуйка.       — Разве это грубость? Это дружеский совет, — Лана равнодушно пожала плечами.       — Знаешь, мне и правда нет дела до твоей жизни, полной лжи. Но помни: больше меня о тебе здесь может рассказать разве что наш общий предок Джиффорд Аббот, — Ханна намеренно повысила голос, и Лана почувствовала, как взгляды слизеринцев вонзились ей в затылок. — Его портрет висит на втором этаже.       — Я уже встречала этот портрет и договорюсь с ним. Спасибо, что напомнила, — прошипела Селвилл, чувствуя, как внутри всё закипает.       — Удачи! — золотистые волосы Ханны взметнулись, когда она развернулась и поспешила к своему столу. Лана вернулась на своё место.       — Я не ослышалась? Она сказала — общий предок? — Пэнси тут же набросилась с вопросами, хищно поглядывая в сторону стола Пуффендуя.       — Ты всё правильно услышала, — тихо ответила Селвилл, смущённо отводя взгляд. — Кузина.       — Насколько мне известно, Джиффорд Аббот предположительно был выпускником Пуффендуя, — вдруг подал голос Малфой, приковывая к себе внимание окружающих. — Как же ты попала на Слизерин?       — Насколько мне известно, — раздражённо парировала Лана, — Распределяющая шляпа учитывает и желание ученика. Тебе тоже стоило выбрать Когтевран — судя по всему, у тебя «ума палата».       За столом воцарилась тишина. Даже Блейз Забини, до этого увлечённо шептавшийся с Дафной, поднял на новенькую глаза.       — Ты уверена, что верно выбрала сторону? — сдержанно проговорил Драко, и в его серых глазах Лана увидела холодный, исследовательский интерес. — Не стоит играть с огнём.       — Просто мурашки по коже, — саркастично выдохнула она и покинула зал.       Вот же чёрт! — думала Лана, ступив на передвижную лестницу и держа курс к портрету предка. — Его нападки на Поттера и другие факультеты мне понятны. Но какое ему дело до меня? Неужели у него нюх на полукровок? Откуда ему знать о моей маме? Это лишь мой второй день в Хогвартсе — ни одна сова не вернулась бы так быстро!       — Селвилл, — услышала она сухой оклик и подняла глаза. — Вы идёте за мной.       Как и вчера утром, Снегг круто развернулся и стремительно направился вверх по боковой лестнице, ведущей на третий этаж. Лане ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.       — Я наслышан о вашем экзамене, — холодно продолжил он, нарочито растягивая слова, — и о том, как умело вы владеете заклинанием «Экспеллиармус».       Миновав несколько тёмных переходов, они пересекли крытый мост, ряд лестничных маршей и оказались в классе Защиты от Тёмных искусств — мрачном зале, стены которого были увешаны жуткими картинами. С полотен на Лану смотрели изувеченные, обезумевшие от боли люди; одно из изображений и вовсе представляло собой кровавое месиво.       — Итак, — Снегг резко взмахнул палочкой, отчего занавески на окнах с лязгом задёрнулись, и лишь узкая полоса света упала на девушку. — Как вы охарактеризуете свой проступок?       — Мне показалось, профессор Флитвик следующим назовёт именно это заклинание…       — Вы сдавали не Прорицания, Селвилл. Ваша задача была предельно проста, — оборвал он её, повысив тон.       — Да, сэр, — покорно согласилась она.       — И что ждёт вас теперь, Селвилл? — он произнёс её фамилию с особым, шипящим акцентом, но Лана предпочла это проигнорировать.       — Полагаю, справедливое наказание.       — Очевидно.       Профессор подошёл к столу и взял массивную книгу в чёрном переплёте.       — Профессор Флитвик излишне мягок к ученикам, что вынуждает меня назначать взыскания в моём личном стиле. — Он протянул Лане фолиант так, что стало ясно: выбора нет. — К ближайшему уроку Защиты от Тёмных искусств для пятого курса вы подготовите доклад о боевых защитных заклинаниях второй и третьей степени.       — Но, профессор! — возразила она. — Ближайший урок уже через два дня! Я видела расписание в гостиной… Мне не хватит времени на все заклинания!       — Уж постарайтесь подготовить все до единого, мисс Селвилл, — промолвил он с предельной надменностью. — Уверен, ваше боевое рвение облегчит задачу.       Тон Снегга не допускал возражений. Лана смиренно кивнула и покинула класс, прижимая к себе тяжёлую книгу.       И когда мне заниматься этим, если у меня дополнительные занятия? — ворчала она про себя, шагая по продуваемому ветром мосту. — Вряд ли профессор Снегг снимет баллы со своего же факультета, но позориться перед всеми… Ведь об этом узнает и Малфой! Провал даст ему лишний повод для издёвок.              В раздумьях Лана не заметила, как оказалась в лабиринте лестниц, которые то и дело замирали или меняли направление. Тревога в груди постепенно остывала, превращаясь в колючую уверенность.              Его отвратительный характер — не повод пасовать. Если нападки продолжатся, я не стану отмалчиваться. Я точно не та мишень, которую ему захочется использовать для самоутверждения.