Терновый венец

      Лана брела на дополнительные занятия по зельеварению, но мысли её были далеко — они путались в колючих формулах из книги Снегга.       Презентация через два дня, а я большинство этих заклятий ни разу не применяла, — мрачно думала она, прибавляя шагу. — Третья степень — это не шутки. Чтобы увидеть эффект, нужно пробовать на живом человеке. Но как это возможно в школе, если проклятия калечат? Неужели боевую магию преподают именно так?       Девушка толкнула дверь класса. У преподавательского стола стояли профессор зельеварения Гораций Слизнорт и сам Снегг. С появлением Ланы их разговор мгновенно оборвался.       — Чем могу быть полезен, мисс?… — мастер зелий любопытно прищурился, будто приглядываясь к редкому ингредиенту.       — Лана Селвилл. Мне назначены дополнительные занятия по зельеварению, — ответила она, мельком взглянув на декана.       После утренней стычки ей меньше всего хотелось пересекаться с ним: Снегг внушал ей глухое раздражение вперемешку с тревогой.       — О, мисс Селвилл! — встрепенулся Слизнорт, едва услышав фамилию. — Мы как раз обсуждали это с профессором Снеггом! Боюсь, сегодня котлы подождут.       — Правда? Но почему?       — Потому что вам следует отработать свой проступок, — отчеканил декан, выходя из тени коллеги. — Я освободил вас от зелий, чтобы вы вплотную занялись защитными чарами.       — В таком случае, я немедленно отправлюсь в библиотеку…       — Неужели вы полагаете, — перебил её Снегг с ядовитым удовлетворением, — что сухой теории будет достаточно для демонстрации в классе?       Лана замерла. Вчера у Флитвика теории хватило с избытком: палочка слушалась её так, будто они были единым целым. Но холодный взгляд декана обесценивал тот триумф. Снегг словно видел её насквозь: домашнюю девочку, которая никогда не чувствовала настоящей, тёмной отдачи от боевого проклятия.       — Я понимаю, сэр. Для презентации мне нужна практика, — твёрдо ответила она.       — Именно. Ступайте в класс Защиты от Тёмных искусств, — распорядился он, не глядя на неё.       Лана покинула кабинет и с облегчением выдохнула. Профессор Снегг на удивление благосклонен ко мне, — подумала она, торопливо шагая по коридору. — Он прав: махать карандашом перед зеркалом и выйти против класса — разные вещи. Теперь задача ясна: отработать всё до автоматизма. Только вот… на ком? Книги не сопротивляются…       Класс Защиты от Тёмных искусств встретил её тишиной и запахом старой пыли. Повернувшись спиной к жутким картинам на стенах, Лана положила фолиант в чёрной обложке на парту. Она жадно вчитывалась в описания боевых заклинаний — знакомых в теории, но ещё ни разу не испытанных на практике.       Внезапно дверь распахнулась. В аудиторию стремительным шагом вошёл декан. Короткий взмах палочки — и за спиной Селвилл сухо щёлкнул замок. Не успела она обернуться, как створки антикварного шкафа в углу разошлись с оглушительным скрипом.              Из темноты, сотрясая пол, тяжело вышло нечто огромное. Чёрный минотавр с седой бараньей головой упёрся витыми рогами в самый потолок. Налитые кровью глаза с горизонтальным зрачком зажглись яростью, а из ноздрей вырвались клубы чёрного дыма. Чудовище зарыло раздвоенным копытом паркет и двинулось на девушку.       Оцепенение сковало Лану. Она в панике слепо шарила рукой по парте за своей спиной, пока пальцы наконец не сомкнулись на холодном древке. Вскинув палочку, она преодолела дрожь и выкрикнула:       — Риддикулус!       Боггарт мгновенно съёжился, превратившись в крошечную овечку в нелепом кружевном чепчике. Животное жалобно заблеяло и засеменило копытцами в темноту шкафа. Ещё один взмах палочки слизеринки — и дверцы гардероба захлопнулись, а замок звонко лязгнул.       — Реакция оставляет желать лучшего, — ледяным тоном заметил декан.       Он прошёлся вдоль парт и небрежным жестом раздвинул их к стенам, освобождая центр зала. Взмах палочки — и из ниши в стене с глухим стуком выкатился тяжёлый тренировочный манекен.       — Полагаю, мне не нужно указывать, что с этим делать, — бросил он через плечо, и скрылся в своём кабинете, захлопнув дверь.       — Так-то лучше, — выдохнула Лана, с опаской косясь на затихший шкаф с боггартом. Она вновь раскрыла книгу. — Начнём по порядку.       До самого вечера, пока за стрельчатыми окнами не сгустились сумерки, а под потолком сама собой не вспыхнула кованая люстра, Селвилл отрабатывала удары. Из-за двери кабинета профессора не доносилось ни звука. Когда тьма окончательно поглотила замок, а рука, сжимающая палочку, начала ныть от напряжения, Лана собрала вещи. Она ушла тихо, не решаясь потревожить декана.       — Что ты всё читаешь? — Пэнси Паркинсон, только что вернувшаяся с ужина, бесцеремонно опустилась на диван. От неё пахло тыквенным соком и сквозняками подземелий. — Ты сегодня вообще ела?       — Мы виделись на завтраке, — Лана мягко улыбнулась и прикрыла учебник.       — Могла бы найти занятие поинтереснее. А это… — Пэнси с плохо скрываемым пренебрежением прочла название на корешке. — «Грань отражения: Искусство щитов и ответных проклятий». Убийственное веселье!       — Я шестнадцать лет жила среди маглов, — напомнила Лана, выдержав колючий взгляд приятельницы. — Для меня всё это в новинку.       Пэнси картинно закатила глаза. Упоминание магловского быта подействовало на неё как ледяной ветер: она едва заметно поморщилась, словно уловив неприятный запах. Дрова в камине лениво потрескивали, но скупое тепло не достигало дивана, растворяясь в вечной сырости слизеринских чертогов.       — И всё же, почему ты на Слизерине? — вдруг спросила Паркинсон, не оборачиваясь к собеседнице. — Драко говорил, твой предок и кузина — пуффендуйцы. Ты не спорила, значит, это правда?       — Ну что тут скажешь… — Лана откинула голову на спинку дивана, разглядывая высокие сводчатые потолки. Она прикидывала, стоит ли доверять Пэнси хотя бы крупицу правды. — Моя мама была с Когтеврана, как бабушка и её брат. А вот отец учился здесь. Шляпа решила, что с ним у меня гораздо больше общего, чем со всей остальной роднёй.       — А из Гриффиндора в твоём роду никого не затесалось? — Пэнси насмешливо прищурилась, подвигаясь ближе. — Это было бы для тебя… опасно.       — Насколько мне известно — нет, — ответила Лана с короткой усмешкой, успешно имитируя ту самую породистую неприязнь, которой славился их факультет. В душе она не имела ничего против гриффиндорцев, но правила игры в подземельях требовали безупречной маски.       — Кстати, — вкрадчиво продолжила Пэнси, — вам бы с Драко поговорить. Кажется, он всерьёз затаил обиду за ту утреннюю перепалку.       — Я не собираюсь перед ним извиняться! — Лана упрямо вскинула подбородок. — И не собираюсь терпеть его издёвки только потому, что не все мои предки носили зелёные галстуки. Это его совершенно не касается.       — Для него имеет значение всё, что влияет на репутацию факультета, — Пэнси попыталась смягчить углы, хотя в глазах блеснул холодный интерес. — А ты теперь — часть Слизерина. Если ты подойдёшь первой и дашь понять, что не хотела его задеть… этого будет достаточно для перемирия.              — О, нет, я хотела его задеть! — Лана открыто рассмеялась, глядя на опешившую Паркинсон. — Если ему так важно моё уважение, пусть сам приложит усилия. Он меня не интересует, и прогибаться под него я не стану.       На лице Пэнси дружелюбное любопытство сменилось ядовитой смесью раздражения и предвкушения. В её взгляде ясно читалось: Ну и дура ты, Селвилл. Посмотрим, как ты запоешь через неделю.       Лана, не дожидаясь новой колкости, поудобнее перехватила тяжёлый фолиант. «Грань отражения» в чёрном переплёте казалась слишком массивной для девичьих рук, и Лана прижала книгу к груди, словно щит.       — На сегодня с меня хватит магии. Я спать.       — Ждать тебя завтра перед завтраком? — неожиданно бросила ей вдогонку Пэнси, возвращая себе маску безучастности.       — Если хочешь, — Лана обернулась через плечо, одарив «подругу» притворно-милой улыбкой, и скрылась в густой тени коридора, ведущего к спальням.       — Селвилл! — бросил Снегг, вихрем влетая в класс Защиты от Тёмных искусств.              Лана оттолкнулась от стены и последовала за ним под пристальными взглядами пятикурсников, которые, словно по команде, рассаживались по местам. Профессор замер у стола, и Лана остановилась перед ним, лицом к притихшей аудитории — гремучей смеси слизеринцев и гриффиндорцев.       — Итак, — начала она, стараясь унять дрожь в голосе. — Сегодня я продемонстрирую боевые защитные заклинания второй и третьей степени. И применять их я буду на…       — Полагаю, — перебил декан, кивком указывая на распахнувшуюся дверь, — мистер Малфой не сочтёт за труд ассистировать нам в практике щитовых чар.       Драко неспешно вышел на середину кабинета. Он замер в центральном проходе, нарочито небрежно поигрывая палочкой, будто предстоящая дуэль была для него досадной формальностью.       — Но профессор, я не хочу ломать ему кости, — запротестовала Лана. Она кожей чувствовала десятки любопытных взглядов и сонный, почти скучающий взор Малфоя. — Заклятия третьей степени причиняют сильную боль. Разве их допустимо отрабатывать на учениках?       — Я крайне сомневаюсь, мисс Селвилл, что мистер Малфой позволит вам наложить на себя хотя бы простейшие чары дезориентации, — прошипел Снегг, явно раздражённый её неуместным гуманизмом. — Если же вам всё-таки удастся сломать ему пару костей — считайте это своей личной победой.       Профессор коротко взмахнул палочкой: парты вместе с учениками с грохотом отлетели к стенам, а пол под Ланой и Драко скрежетнул и приподнялся, превратившись в узкий дуэльный подиум.       Девушка бросила быстрый взгляд на декана и перевела взор на противника. Малфой замер в непринужденной позе, едва сдерживая язвительную усмешку. Всем своим видом он транслировал: новенькая просто струсила, понимая, что её книжные знания ничего не стоят в настоящем бою.       Лана отступила на несколько шагов, давая ему фору для подготовки щитов. Это, кажется, развеселило Драко ещё больше.       — Приступим, — выдохнула она.       В ту же секунду ирония слетела с лица юноши, и он вытянулся в боевой стойке.       — Остолбеней! — Лана резко выбросила вперёд палочку. Драко ленивым взмахом отбил вспышку, затем вторую и третью.       Она действовала сосредоточенно, чеканя каждую формулу. Малфой продолжал обороняться, однако на его лице всё явственнее проступало напряжение: движения противницы порой опережали слова, и он не всегда успевал предугадать момент удара. Снегг неподвижно замер у стены, холодным взглядом фиксируя нарастающее негодование Малфоя и готовясь в любой момент оборвать поединок.       Очередное заклинание внезапно срикошетило. Лана успела вскинуть щит, и алая вспышка отлетела обратно в Драко, заставив его болезненно согнуться. Но уже в следующее мгновение, под возбуждённый возглас класса и грохот стульев, он рывком выпрямился. Его побагровевшее лицо исказилось от унижения и ярости.       — Остолбеней! Остолбеней! ОСТОЛБЕНЕЙ! — исступлённо выкрикивал он, наступая.       Селвилл пятилась, едва успевая выставлять блоки под градом его бешеных атак.       — Довольно! — властно скомандовал Снегг, но его голос потонул в грохоте осыпающихся на пол картин с изображёнными на них жертвами тёмных проклятий. Пятикурсники в ужасе ныряли под парты, прикрываясь учебниками и сумками: шальные лучи рикошетили от мебели, выбивая искры из каменных стен и со звоном кроша оконные стёкла.       К каждому в аудитории пришло понимание: презентация превратилась в бойню. Если не прекратить это сейчас, прольётся кровь. Лана чувствовала, что первой жертвой станет именно она — в отличие от противника, она оставляла ему шанс на отпор и не применяла калечащих чар. Именно поэтому она решилась на заклинание, из-за которого и оказалась в этой непростой ситуации.       — Экспеллиармус! — выкрикнула она, выбив палочку из руки противника.       В классе воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием дуэлянтов. Но вдруг раздалось зловещее шипение. Лана развернулась и в ужасе отпрянула: прямо перед ней, свиваясь в кольца, выросла массивная зелёно-бурая змея, которую Драко успел призвать за миг до потери оружия.       Профессор Снегг окинул Малфоя тяжёлым, многозначным взглядом — в нём читалось разочарование пополам с угрозой. Декан вышел вперёд, извлекая палочку из складок мантии. Змея мгновенно среагировала на звук шагов и развернулась к нему, не подозревая, что через секунду истлеет пеплом на глазах у замерших студентов.       Урок подошёл к концу. Пол с глухим рокотом выровнялся, а парты и стулья с сухим стуком заняли свои привычные места. Пятикурсники потянулись к выходу, наперебой обсуждая увиденное. Малфой наконец отыскал взглядом свою палочку на полу, но Лана опередила его, коротким «Акцио» притянув предмет к себе.       — Ты в порядке? — нехотя спросила она. Голос звучал ровно, хотя внутри всё ещё клокотал адреналин. Она осторожно приблизилась, протягивая ему древко.       — Я в норме, — огрызнулся Драко, буквально вырвав палочку из её пальцев. Его лицо всё еще пылало от гнева и недавней боли.       — Если знаешь, как в следующий раз избежать такого рикошета, я готова выслушать… — Лана попыталась перевести всё в плоскость учебы.       — Отстань, Селвилл. Просто отстань, — Малфой выдержал паузу, обжёг её подозрительным, почти ненавидящим взглядом и стремительно покинул класс.       Девушка проводила его тяжёлым взором, непроизвольно сморщившись. Она оставила фолиант в чёрном переплёте на столе Снегга — декан всё еще молча стоял в тени, — и тоже вышла в коридор. Когда она оказалась на лестнице, след Драко уже простыл.       Я не собиралась грубить ему тем утром, — думала она, глядя на меняющиеся марши лестниц. — Но он сам меня вынудил. Сует нос не в своё дело… Каким бы богатым и заносчивым он ни был, мы одного поля ягоды. И ему придётся меня уважать. Хочет он того или нет.