Слезы Ангела

Мельница время мелет, Крылья скрипят под ветром. Трудится молча, мельник, Зёрна бросая в вечность.

POV Gerard - Это что, карты Таро? – спрашиваю я, входя в кабинет Молко. - Ну, да, - отстранённо отвечает он. - Ты гадаешь? – кажется, этот парень никогда не перестанет меня удивлять. - Да, - снова пространный ответ и отсутствующий взгляд. - Брайан, а на что ты гадаешь? – мне становится интересно. Начиная свои мысли о будущем, я всегда отталкивался от того факта, что я не хочу его знать. Если у всех, практически у всех, это обычные фантазии человека, мечты о том, что завтра будет лучше, то мои мысли о будущем заканчивались тупиковым вопросом - что ждет нас после смерти? Почему мы вообще стремимся к чему-то? Счастье не заключается в количестве автомобилей в гараже и денег на счету. Порой, счастье приносится с порывом ветра, первым лучом солнца после затяжной зимы, глотком свежезаваренного кофе. - Интересует меня один вопрос. Не спрашивай, все равно не скажу, - категорично отвечает Молко. - Спасибо за честный ответ, - а что я ожидаю? Это же Брайан. Я думаю, его имя может стать нарицательным для определения чего-то неясного и загадочного. - Сейчас. Я уже заканчиваю, так что через пять минут можем отправляться в бар. Ах, да. Я снова согласился на его безумную затею. Не знаю, почему каждый раз иду у него на поводу. Наверное, у меня происходит крах системы ценностей. Я так и не помирился с Майки, не ответил на звонок отца, не поговорил с матерью. Все больше и больше напоминаю себе черепаху, которая запряталась в свой толстый панцирь и скрывается там от всего мира. Я погрузился в свой мир, где существуют чужие проблемы, тщательно избегая своих собственных. Но это же не помогает, они только накапливаются и растут в геометрической прогрессии. Принцип домино – интересная вещь. Толкаешь одну костяшку, и она тащит за собой остальные в бесконечно красивом падении. А я сторонний наблюдатель, смотрю, как рушится моя жизнь, и молча восхищаюсь этим. Какой-то моральный мазохизм. - Я все! – выкрикивает Брайан. - Бри, хотел спросить. Ты же не будешь против, если с нами пойдет Фрэнки? У него как раз выходной, и ему довольно скучно постоянно играть с Майки в компьютерные игры. - Конечно, нет. Наоборот, это чудесная возможность познакомиться с ним ближе. Этот малыш меня невзлюбил, - Молко как-то хитро ухмыляется. - Мне показалось, что в последний раз вы неплохо нашли общий язык, - я вопросительно приподнимаю бровь. - Не думаю, он просто не хотел тебя расстраивать. - С чего бы это? - Не знаю, однажды он сам тебе скажет. - Брайан, мне надоели твои загадки. Тоже мне еще, нашелся человек-ребус! Молко широко улыбнулся и подтолкнул меня к выходу из кабинета. У кабинета нас ждал Уоррен. Он выглядел обеспокоенным. Сразу же схватил меня за руку. - Джерард, можно сказать? - Конечно, Уоррен. - Он так близко, береги себя, - в карих глазах отражается страх. - Кто, Уоррен? Мальчик отрицательно кивает головой. - Я не знаю. Это похоже на огромную черную тучу над твоей головой, просто будь осторожен, хорошо? – он чуть сильней сжимает мою руку. Я понимаю его. Он видит во мне того, кого был лишен. Отца. Как и я. Горько усмехаюсь. - Хорошо, Уоррен. Ты тоже будь послушным, - я улыбаюсь, сам осознавая, как жалко и неуверенно это у меня получается. – Кстати, твой рисунок потрясающий. Он улыбается и уходит обратно в палату. На улице нас уже ожидает Фрэнк. Сегодня он выглядит иначе, более официозно что ли. Эту неуловимую черту подчеркивает белая футболка и черная джинсовая куртка. Они ему очень идут. В ожидании нас Фрэнк курит, лениво выпуская серый дым. Получается у него это довольно... изящно? Мои мысли какие-то неправильные сегодня. Почему я смотрю на него, не отводя взгляда, будто что-то заставляет меня совершать это действие. Очнуться мне приходится после легкого толчка в спину со стороны Брайана. - Джерард, ты заснул что ли? – возмущенно вопрошает он. А я не знаю, что ответить. Концентрация моего внимания все еще принадлежит курящему Фрэнку. - Привет, Фрэнк, - здоровается Молко и ухмыляется. В последнее время он все время ухмыляется подобным образом, наталкивая меня на мысль о том, что в его голове творится что-то невероятно непонятное, и не находится не единой возможности разгадать его поведение. Или хотя бы мотивы. - Привет, - Фрэнк немного улыбается уголками губ и заинтересованно смотрит на нас. – Куда мы пойдем? – наконец-то спрашивает он. - В клуб, - отвечает Брайан, опережая меня, и снова эта самодовольная усмешка на его лице. - Отлично. Давно нигде не был, - радостно говорит Фрэнк. – Спасибо, что позвал, Джи, - обращается он ко мне. - Не за что, я сделал это в корыстных целях, - усмехаюсь я. Недоумение отражается на лицах обоих парней, но никто из них не решается спросить. Это заставляет меня рассмеяться. - Это шутка, хотя нет… Фрэнк, - нарочито серьезным тоном обращаюсь я к парню. – Ты поможешь тащить мне пьяного Брайана. - Эй, - обиженно выкрикивает Молко. – Можно подумать, я такой тяжелый, что ты один не донесешь. - Заметь, Фрэнки, он даже не отрицает того факта, что опять напьется. Всего лишь обижается на то, что я назвал его тяжелым. А я даже не говорил так, - меня определенно веселила их реакция. - Да ну вас! – махнул Брайан рукой и направился к автомобилю. Клуб – это не то место, где я чувствую себя комфортно. Скорее я чувствую себя здесь лишним и задействованным одновременно. Смешение людских эмоций, как бурлящий океан в шторм – пенится, шумит, угрожает, но и привлекает в своей отвратительной могущественности. Почему отвратительной? Потому что любая сила, способная разрушать, вызывает у меня чувство тошноты. Иногда апатия, как бесшумная тень, подкрадывается незаметно и заглядывает в тебя, оставляя следы. Порой побуждает мыслить, как экзистенциального героя Сартра, и мне (как и ему) хочется уйти, убраться туда, где я в самом деле окажусь на своём месте, на месте, где я прийдусь как раз кстати... Но такого места нет нигде, я лишний.* Затем требуется много сил и минут, чтобы избавиться от гнетущего ощущения пустоты, в которую мы вглядываемся, а она в свою очередь смотрит в нас. Миллиметр за миллиметром окрашивая существование в смесь красок небытия. Я бы мог назвать это заведение милым и уютным, но громкая какофоническая музыка не дает ощущения уюта, а яркие кислотные блики на безвкусно окрашенных стенах не дают ощущения милости. Они кичливы и кричат об этом фантасгармонией причудливых вспышек, образов и форм, без содержания и смысла. В тайном движении бликов нет послания. Это все просто мистификация очевидного. Пурпурная жидкость льется кровавой рекой, принося эфемерное удовольствие на время, пока твой разум находится на грани восприятий и ощущений. - Джерард, - настойчивое подергивание за мой рукав рубашки заставляет меня вынырнуть на поверхность из омута мыслей. - Да, Брайан. - Ты что будешь пить? – такой банальный вопрос, но из него вытекает сотня последствий. Алкоголь - довольно сладкий дурман, признаю это, но эффект от него ужасающий. Он не врачует душевные раны, не решает проблем, он сродни эффекту плацебо. Пока ты веришь в действие магии этилового спирта, он помогает. - Джи! – более требовательно говорит Брайан. - Не знаю, возьми мне вишневый сок. Мокло хмыкает, а Фрэнк скользит восхищенным взглядом по танцполу. Подросток, что с него возьмешь. Он еще не научился ценить действительно важные вещи. Я чувствую его восторг каждой клеточкой своего тела, кажется, его фонтан ярких эмоций затмевает все остальные. Через минуту возвращается Брайан со стаканом вишневого сока и бутылкой джина. - За прекрасный вечер! – говорит он, протягивая руку с рюмкой. - За встречу, - добавляет Фрэнк, а я молча киваю. В моей голове уже гудит громкая полифония из звуков, которые проникают в меня. Они такие яркие, эти звуки, становишься пьяным, но не от алкоголя, а от ярко-фиолетового, салатового и бордового. Еще десять минут. Полбутылки опустошено, а мой сок все еще не тронут. Очередное испытание человеческими эмоциями. Дар-проклятие – эмпатия. Слишком громкие и несуразные чувства. Фальшивые и блестящие, как елочные игрушки. Пустышки из стекла. Фрэнк и Брайан растворяются в дымовой завесе танцплощадки среди таких же движущихся тел. Ритмичная музыка, как религия сантарини. Странное влияние музыки и ритма. Мне нужно освежиться, становится душно. Прохладный коридор и отдаленный гул – приятная смена после зала, полного запахов и красок. Серые стены утешают и успокаивают сознание. Я слышу всхлип. Девушка неопределенного возраста. Ей может быть и семнадцать, и двадцать, сидит на диванчике у входа в уборную. Она пьяна и одолевается тяжелыми мыслями о своей ненужности, но в ее руках мелькает то, что повергает меня в легкий ступор. Белая смерть. Медленный яд, убивающий человеческий облик. - Эй, не делай этого! - А тебе-то что, - невнятный лепет. - Ты ведь не принимала раньше? - Слушай, чего тебе надо? – зло, холодно, колюче. Кажется, меня начинают утомлять подростки с их вечной уверенностью в своей правоте и бескомпромиссностью. - Не порть себе жизнь, ладно, - я устало потираю виски. Голова начинает болеть. Слишком много черного. - А ты благодетель? – кривая усмешка портит вполне милое лицо. - Нет, просто не хочу, чтобы ты портила жизнь необдуманными поступками и решениями, которые ведут к еще большему узлу. - Да? – она поднимается и, шатаясь, подходит ко мне. Резкий запах духов и алкоголя. Глаза лихорадочно блестят. Размазанная туш под глазами, на бледной коже. Что же ты с собой делаешь? – Где же ты был раньше, принц на белом коне? – насмешка, полная придуманной скорби. Девушка хватается за мою руку и настоятельно пытается заглянуть мне в глаза. - Тебе следует пойти домой. - А я не хочу, - она скользит пальцами по моей руке. - Но это верное решение, - я отстраняюсь от нее. - Эй, ты что, не хочешь меня? Я качаю головой в осуждающем жесте и, разворачиваясь, ухожу. - Кто отказывается от секса, сладкий? Последние слова заставляют меня обернуться: - Он того не стоит, - девушка остается стоять в немом непонимании. Что-то мне подсказывает, что наркотики она все же выбросит. Новая волна шума и яркости, доводящая до безумия защитные механизмы моего организма. Я осушаю залпом сок, а глаза бегают по толпе в поисках моих друзей. Я замечаю, что за время моего отсутствия эти двое допили бутылку джина. Я нахожу взглядом Молко, он стоит у бара и держит в руках два коктейля таких же кислотных оттенков, как и пространство. А ведь хотели просто поговорить и провести время вместе. - Джиии, - кричит Молко, - ты чего такой смурной? – он буквально вешается мне на шею, расплескивая жидкость на стол. - А где Фрэнк? - Фрээн-ки где-то здесь, - он садится и обводит рукой зал. - Поговорили, называется, - сварливо бурчу я. - Джи, мы и так часто разговариваем, дай парню повеселиться и мне тоже. Ведешь себя, как родитель. - Я несу ответственность за него. - Джер, ему двадцать лет! Ты сам его на немного старше, но такое ощу... ощущение, что тебе уже шестьдесят, и ты сидишь с лицом, будто у тебя подагра и несварение желудка. - Для того, чтобы развеяться, необязательно напиваться. - Джер, давай в следующий раз мы расслабимся по твоему гениальному плану. Что ты там придумаешь? Макраме? Вышивку крестиком? - Брайан явно издевается надо мной, но мне вдруг становится весело, и мы смеемся вместе. - Согласен, но вы не будете спорить с моими правилами. - Представляю этот талмуд, - Молко широко улыбается. – Джи, отпусти себя. Даже в прошлый раз ты не смог этого сделать. Ты заслуживаешь капельку счастья, - я понимаю, что Брайан не так уж и пьян. Просто ему хорошо, он «отпустил» себя. - Может быть в следующий раз. - Майки? Я киваю. - Мама? - Да. - Отец? - Ты же знаешь, как я запутался во всем этом. - Не один ты должен решать это дерьмо, Джи. - Я знаю, но ощущаю некую обязанность. - В этом твоя проблема, друг. Ты навесил на себя ярлык, и он неоном светится «ответственность». - Очень остроумно, Бри, - говорю я, в уме признавая его правоту. - Это прозвучит грубо, но что будут делать все они, когда ТЫ обратишься к ним за помощью? – он намеренно подчеркивает слово «ты». - Ты хочешь сказать, что они не помогут мне? - Не знаю, Джи. Не знаю… о, Фрэнки! – кричит Брайан и подскакивает к парню, который выглядит еще более нетрезвым. Хмельная ухмылка кривит его губы, а глаза расфокусированы. Влажные волосы прилипли ко лбу, а куртка давно утеряна в толпе. - Джи, - он буквально падает рядом со мной. Да, он однозначно пьянее Молко. – Где ты был? – невинный вопрос и наивный взгляд смягчают мое огорчение, примешивая к нему сладко-кислое чувство разочарования в этом вечере. - Нужно было сменить обстановку. - Мне так жарко, Джи, - парень роняет голову мне на плечо. Чужой запах не его одеколона, алкоголь и приторная сладость фруктовых сигарет. - Выйди на улицу, освежись, - резко отвечаю я, гадая, почему это так действует на меня. - Джер, он сам не дойдет. Это опасно. К нему уже цеплялись парни. Брайан прав. Фрэнк выглядит слишком неискушенным, несмотря на все свои татуировки и внешнюю браваду. - Пойдем, Фрэнк, - я поднимаю его за плечи, помогая удерживать вертикальное положение. - Куда? - Туда, где не жарко. Нелегкая задача пробираться сквозь плотную толщу людей, когда на тебе почти висит вес чужого тела. Его горячее дыхание опаляет мою кожу и вызывает невразумительные реакции в моей голове. На улице царит живительная прохлада. Черный наконец-то меняется на что-то приближенное к серому. Фрэнк отцепляется от меня и облокачивается об стену. Я закуриваю, чтобы привести в порядок некоторые мысли. - Джии, - протяжно зовет парень. – Подойди. Я молча подхожу к стене и тоже опираюсь на нее, продолжая курить. - Ты злишься? - Нет, Фрэнки. Я не злюсь. - Но сердишься, - он похож на ребенка. Я, правда, не хотел, чтобы он полагал, что я злюсь на него. Это не так. Я сержусь сам на себя за ситуацию, которая выходит из привычных мне рамок. Я просто устал. Я напряжен. Но я не злюсь. - Нет, малыш, я не сержусь, - снова это странное «малыш». Перевожу свой взгляд на парня, Фрэнк улыбается, скорее пьяно, чем счастливо. Огромные глаза стали еще больше. - Я рад, Джи, - он протягивает руку к моему плечу и немного разворачивает к себе. Я поддаюсь, не хочу, чтобы парень упал. - Фрэнк? – я вопросительно смотрю на него, когда его рука скользит вверх по мне и останавливается на шее. - Я, правда, рад, - он резко подается вперед и касается моих губ в смазанном поцелуе. И кто объяснит мне, что происходит? Я не отвечаю, все еще поддерживая парня под талию, но и не отталкиваю его.