Слезы Ангела

Muse - Bliss Give me all the peace and joy in your mind I want the peace and joy in your mind Give me the peace and joy in your mind

- Фрэнки, просыпайся, - я тереблю парня за плечо, когда мы уже подъезжаем к дому. Парень сонно приоткрывает глаза. - Джи… - Да, малыш, это я. Мы приехали, пойдем, - чуть сжимаю его горячую руку. Мы выходим из машины и идем в подъезд. Я аккуратно придерживаю парня за талию. Поездка в лифте занимает очень много времени, судя по моим ощущениям. Я чувствую растерянность и страх Фрэнка. Эти чувства накатывают на меня, заставляя мое сердце сжиматься. Звон лифта, открывающиеся двери. Я снова становлюсь внимательным к мелочам. Скрип дверей, ведущих на крышу, шум из соседней квартиры, мяуканье кота. - Майки, закрой дверь! – я провожу Фрэнка в свою комнату. Там тише и спокойнее. Фрэнки сможет отдохнуть там. Покой и уют моей спальни сразу окутывает нас, немного прогоняет гнетущие чувства, заменяя их на ощущение некоего умиротворения. Расстилаю покрывало, поправляю подушки. - Ложись, Фрэнки. Вот так, молодец, - он откидывается на спину и снова закрывает глаза. Бледность опять застилает его лицо, дыхание судорожное. Интересно, где он умудрился подцепить такую простуду в начале лета? - Фрэнки, держи, померь температуру, - я даю ему градусник, накрываю парня одеялом и направляюсь на кухню. - Что случилось? – обеспокоенно спрашивает Майки. - Не знаю. Он позвонил мне около часа назад, его голос…был таким напуганным и слабым, что в моей голове перепутались все мысли от страха. У него высокая температура, думаю, Фрэнк просто подхватил вирус и заболел. Но вследствие жара, он потерял сознание, и что-то в его бреду испугало его. А где у нас был метамизол? – я нервно тереблю полу халата, а мой взгляд перебегает с одного предмета на другой, изредка фокусируясь на ярких деталях. Не могу избавиться от удушающего страха, который сдавливает спазмами грудную клетку. - Джерард, успокойся. Посмотри на себя, да ты сам бледнее Фрэнка и руки дрожат, - Майки накрывает мою руку своей, пытаясь унять дрожь. Мне так не хватает порой его заботы и уверенности, родного тепла и поддержки. - Ты прав, Майки. Ты, как всегда, прав. - Твоя аптечка в ванной, на второй полке. Иди сделай ему укол, а я пока приготовлю нам чай. - Может кофе? – спрашиваю я, начиная улыбаться. - Нет, Джи. Травяной чай по рецепту бабушки Хелены. Я согласно киваю и ухожу в комнату. - Фрэнки? – обращаюсь к парню, который, кажется, заснул. Одна рука лежит поверх одеяла, каштановые волосы спадают на чистое лицо. Ресницы нервно подрагивают, но он уже не такой бледный и румянец не лихорадочный, а обыкновенный румянец на щеках моего Фрэнки. Глубокое ровное дыхание, свидетельствующее о спокойном сне. И нет того страха. Я не чувствую его. - Фрэнк, - я легонько касаюсь его пальцев, изрисованных цветными чернилами, проводя своими по костяшкам. - У тебя такие холодные руки, - отвечает парень сонным, а от того еще более милым голосом. - Есть немного. Всегда, когда я волнуюсь, - отвечаю ему, скользя пальцами уже к запястью. - Это чертовски приятно. Такой контраст. У меня внутри все горит, а твои руки такие прохладные и успокаивающие, - парень улыбается уголками губ. Everything about you is how I'd wanna be Your freedom comes naturally Everything about you resonates happiness Now I won't settle for less - Малыш, мне нужно сделать тебе укол, - при этих словах я морщусь, но стойко продолжаю держать шприц в руках. Самому себе я не позволяю делать даже прививки в сознательном состоянии. - Зачем? – Фрэнка распахивает глаза и смотрит на меня с удивлением. В комнату начинает заползать лунный свет. Он оставляет мерцающие пятна на ковре и мебели, останавливается неясным бликом на лице парня, заставляя его глаза буквально сиять. - У тебя температура, - Фрэнк в ответ сжимает мою руку, настойчиво смотря в глаза. - Джи, я хотел бы быть таким, как ты. Таким же светлым, таким же свободным, излучающим тепло. Я рядом с тобой чувствую себя счастливым, Джи. - Я же говорю, жар. Вот и бред начался, - отшучиваюсь я, скрывая за этим то, насколько мне приятно слышать такие слова в свой адрес. - Делай уже свой укол, - снисходительно говорит он. Я зажигаю боковой свет, который озаряет пространство неярким, но отчетливым цветом сирени от абажура. Протираю спиртовой салфеткой предплечье, Фрэнк продолжает настойчиво смотреть на меня. Отчего я нервно сглатываю, а руки начинают подрагивать. - Ты не мог бы не делать этого? - говорю я, пытаясь унять нервную истерику в мышцах. - Чего? – нет, ну сколько наглости у этого человека. - Не поедай меня взглядом! – срываюсь я. Иголка в руках, а еще он своими глазищами дыру во мне прожигает. - А как можно? – Фрэнк придвигается ближе ко мне и накрывает мои губы своими, сухими от жара губами. Шприц выпадает из моих рук. Я обнимаю парня, ощущая, как ускоряется мой пульс. С какой бешеной скоростью разносится радость и восторг по моей крови. Тем временем, пока я пребываю во сладостной прострации, Фрэнки углубляет поцелуй, его руки проникают под мою рубашку, слегка цепляя ногтями кожу. – Так можно? – нахально улыбаясь, спрашивает парень. Я вбираю ртом воздух, приводя в порядок копошащиеся мысли и сердце, сбитое с ритма. - Больной, Вы ведете себя возмутительно со своим врачом, - парирую я. - Но Вы же все равно будете лечить меня? – парень продолжает обнимать меня, поглаживая большим пальцем шею. - Еще бы, - меня завлекает эта маленькая игра. Дарит ощущения невероятного комфорта и обыденности, прогоняет стойкое чувство скованности. Я притягиваю его ближе к себе, крепко сжимаю руки в замок за его спиной. - Я вам не мешаю? - раздается легкое покашливание в дверях. - Майки! - Двадцать один год Майки, я там чай сделал, но, судя по всему, тебе уже это не нужно, - брат размещает руку у себя на боку и хитро ухмыляется. - Сейчас иду, - недовольно бурчу я. - А укол? - Так ты даже укол не сделал? – притворно возмущается Майки. Мне отчего-то становится стыдно. - Не сделал. - Давай уже, доктор, мне, - говорит Майк и подходит к нам. – Где шприц? Я поднимаю его с пола и протягиваю брату. - Как ты вообще врачом стал? – удивляется он. - Молча, - отвечаю я, волна стыда из-за собственной трусости накатывает на меня. - Эй, Джи, - Фрэнки ласково касается моей руки. Он словно знает о моих мыслях. Все чаще я задумываюсь о том, что наша связь двусторонняя. Парень ощущает меня так же, как я ощущаю его. И это странно, потому что такого раньше не случалось. - Фрэнк, этот доктор боится иголок, - смеется Майки, а в ответ получает мой гневный взгляд. - Правда, Джи? – спрашивает Фрэнк, но в отличие от тона брата, в его голосе даже беспокойство и никакой насмешки. - Да, - я опускаю глаза. Мне, правда, всегда неловко, когда речь идет о моих фобиях и страхах. Они будто лишнее напоминание о моей несостоятельности. Возможно, те люди, которые говорят о перфекционизме, – правы. И это одно из его проявлений. Слабость в признании своих изъянов и ошибок. А значит, я слаб, труслив и безволен. Фрэнк говорит, что хочет походить на меня. О, нет, малыш, не стоит. С кого брать пример? С жалкого труса, который не может справиться с собственными страхами? Каждый день я сражаюсь против жуткого, мерзкого состояния скованности при виде большого количества крови, иногда эта борьба проходит успешно, но не всегда. А фобия перед иглами всегда со мной, как безумный двойник, напоминающий мне о моей никчемности. Так что не стоит брать пример с меня, Фрэнки. Это мне импонирует твоя жизнерадостность, умение не унывать, несмотря на все неприятности и сложность ситуации. Это я должен просить тебя поделиться своим счастьем, внутренним светом и покоем. Give me all the peace and joy in your mind - Джерард, не зависай! – Майки толкает меня в бок. - Джи, ты в порядке? – горячая ладонь касается моего запястья. - Да, все хорошо, - я выдавливаю из себя улыбку. - Майки, можно попросить? – неожиданно спрашивает Фрэнк. Брат кивает. – Выйди, пожалуйста. - А как же укол? - Джерард сам его сделает, - безапелляционно говорит парень. Майкл смотрит удивленно, но затем словно что-то понимает и выходит, бросая на меня странный взгляд. - Фрэнк, что происходит? - Джерард, ты мне доверяешь? - Да… Парень больше не произносит ни слова, вкладывает в мою руку шприц. Затем сжимает руку в кулак. - Ничего не бойся, ты же смелый, я знаю это. Everything about you pains my envying Your soul can't hate anything Everything about you is so easy to love They’re watching you from above - Вся твоя сущность причиняет боль моим порокам. Они уходят от меня. Твоя душа не умеет ненавидеть, я никогда прежде не встречал таких людей. Тебя так легко любить, Джи. Ты как солнышко. Тебя оберегают Высшие Силы. Его слова, глубокий бархатный голос обволакивают мое сознание. Переносят куда-то, где пахнет летом и розмарином, где, как в детстве, все проблемы кажутся далекими, а монстров под кроватью возможно победить с помощью теплого одеяла. Я снова протираю спиртовой салфеткой предплечье и заношу руку с инъекцией. - Открой глаза, - почему я никогда не замечал этой силы и властности в его голосе? То, что он говорит, хочется беспрекословно выполнить. Что я и делаю. - Спасибо, - теперь я искренне улыбаюсь. - Совсем не страшно, правда? - Да, - Фрэнк пододвигается ко мне и размещает нежный поцелуй на моей скуле. - Иди. Майки тебя ждет, а я посплю, - говорит он, подавляя зевок. - Доброе утро, Джи, - здоровается Майк, допивая кофе из своей любимой чашки. - Доброе, - я прохожу на кухню, наливаю кофе себе. Усаживаюсь на стул у открытого окна и закуриваю. - Я хотел тебя спросить, – я киваю одобрительно. - Ты и Фрэнк? Все настолько серьезно, что ты даже о фобии забыл и сделал ему укол? - Не знаю. Что-то особенное было в его словах, когда он просил меня успокоиться. - Ну да, это особенное называется "мой братишка дожил до большого и светлого", - усмехается Майк. - И тебе все равно, что это парень? И он младше. - Придурок, - незлобно бурчит брат. – Мне плевать ровно до тех пор, пока он не делает тебе больно, - проговаривает Майки и ополаскивает чашку. – Все, я ушел. Буду поздно. Не скучай, - он какого-то лешего подмигивает мне и успевает скрыться прежде, чем кухонное полотенце летит в его сторону. Я успеваю допить кофе и выкурить пару сигарет, немного насладиться розовым рассветным небом, когда на кухню заходит немного помятый и испуганный Фрэнк. - Привет, - тихо бросает он, а я поворачиваю к нему голову и ощущаю глубинный страх. - Что случилось, Фрэнки? Он отмахивается рукой и заваривает себе чай. - Фрэнк, ты как себя чувствуешь? Ты все еще бледный. Парень не отвечает и просто садится рядом, опуская голову мне на плечо. И я чувствую себя правильно, так, как нужно. На подаренном мне месте, на своем месте, как частички сложного пазла наконец-то складываются. - Мне опять снился кошмар. На этот раз я никого не убивал, а просто сам тонул и захлебывался в огромном потоке алой крови. Она была повсюду, кажется, сочилась из стен и потолка. А я стоял и позволял себе тонуть в ней. В голове мысли о том, что я заслужил это наказание за предательство, - он судорожно вздыхает и сжимает в напряженных пальцах ткань моей футболки. - Фрэнки, давай я пропишу тебе снотворное. Оно поможет избавиться от кошмаров, или на прием к психологу, может, стоит выяснить причину таких снов. Это моя вина, - резко встаю я и начинаю ходить по комнате. – Все из-за дурацкого парка и той девушки… - огромный валун вины придавливает все мои внутренности. Мне стыдно даже посмотреть в родные глаза, чтобы не прочитать в них положительный ответ. - Прекрати, - парень тоже поднимается со стула и подходит ко мне. Я смотрю на кран, на штору, которая в свете лучей солнца приобретает радужные цвета, на немытую кофемашину. Куда угодно, только не на Фрэнки. - Джерард, посмотри на меня, - его ладони ловят мое лицо и приподнимают его. – Ты не должен винить себя во всех смертных грехах. Хоть раз отступись от своего всепоглощающего чувства ответственности и пойми, что ты просто человек, не супер герой и не железный робот. ЧЕЛОВЕК, - чуть громче говорит он. - Не знаю, Фрэнки, - его руки медленно опускаются мне на плечи и слегка массируют напряженные мышцы. - Знаешь, просто поверь мне, - он тянется к моим губам и целует. В этот момент все сомнения вышибает из меня, как пробка вылетает из бутылки шампанского. Give me all the peace and joy in your mind I want the peace and joy in your mind Give me the peace and joy in your mind Everything about you resonates happiness Now I won't settle for less Фрэнк дает мне все свое счастье, всего себя, открывает свою душу, а я не могу даже раскрыть свой секрет об эмпатии. - Джи, ты мне нужен, - томно выдыхает он мне в губы, углубляя поцелуй, проникая вертким языком. Он проводит им по кромке зубов, по деснам, сплетает его с моим. Этот поцелуй отличается от предыдущих, он громко говорит о чем-то большем. Он кричит о чувствах, о их силе. Поцелуй, наполненный страстью и желанием. Из моей груди вырывается вздох, мои руки оборачиваются вокруг талии парня. Я подвигаю его к себе, буквально вжимая в себя. Желаю просочиться всем своим существом сквозь разгоряченную кожу парня. Познать его светлую внутреннюю сущность, раствориться в ней. - Фрэнки, малыш… - мой голос звучит так непохоже, как никогда не звучал прежде. Хрипло. Надломлено. Горячо. - Ты нужен мне, Джи, - ладони парня поглаживают мою спину, проникают под футболку. Пальцами он выводит узоры на моей спине, продолжает целовать. Горячая волна желания затопляет пространство между нами, точнее, его уже нет, потому что парень так крепко вжимается в мое тело. - Фрэнки, ты…ты… - Да, Джи, помоги мне. Я хочу тебя, слышишь, ты очень нужен мне, - Фрэнк целует мои скулы, спускается по подбородку к шее. Я на несколько секунд выпадаю из этого мира, моя реальность – это этот мальчик, который заражает меня сладким безумством. - Ты уверен? – переспрашиваю я, поддаваясь новой волне сознания. Но его нежные руки, очерчивающие изгибы моего тела, прогоняют страх. - Да, да, еще раз ДА, - выкрикивает он. Я накрываю его губы своими, не давая своим демонам помешать нам. Нашему безумству, нашему океану, в котором я тону без страха. Задыхаюсь. Теряюсь. И совсем не против. Я не знаю, когда именно мы оказались в комнате. Я не замечаю момента, когда глупая ненужная ткань падает на разноцветный ковер. Я не знаю, как получается так, что я умираю от нежности и любви, что расцветает во мне с каждым прикосновением к шелковой коже. Я не замечаю, как оказываюсь в плотных, словно сети, объятиях парня. Я не замечаю, как быстро бьется мое сердце, как оно поет песнь о любви и страстности. Я не знаю, как мне удается не сойти с ума от этого потрясающего душу ощущения слияния в одно целое. Я не замечаю, как пламя поглощает меня, выжигая на мое бледной коже яркие, светящиеся неоновым красным, ожоги от мягких родных губ. Я не знаю, как мое сознание взаимодействует с телом. Мне кажется, оно переходит в другие сферы. Я не замечаю, как покрытые чернилами пальцы вычерчивают на моих плечах маршруты, имеющие соприкосновение с моим сердцем. Я не замечаю, как капелька карминной крови из прикушенной губы, стекает по приоткрытому рту. Я не замечаю, как время идет. Оно,словно застыло на том месте, когда каждый из нас решает перейти черту не возврата. До последней частички существа, теперь не принадлежащей ни мне, ни ему. Принадлежащей нам. Малиновые вспышки яркого ощущения наслаждения, которое тягуче и необратимо окутывает нас. Сквозь закрытые глаза я все равно ощущаю любящий и доверчивый взгляд. Я не знаю, как тихий шепот переходит в громкий стон, ласкающий слух похлеще любой скрипки, поющей о любви. Я не замечаю, когда я становлюсь не просто Джерардом, просто человеком,а любимым, желанным, родным. Наши чувства и ощущения переплетаются в единый клубок, состоящий из искрящихся нитей, которые, в свою очередь, обвивают наши тела. Я замечаю только ошеломляющий вздох, слетающий с губ, к коим я припадаю, как к источнику моей жизни. Я знаю только то, что от этого яда, переливающегося всеми оттенками цвета солнца, нет противоядия. Мне просто всегда будет нужно еще. Еще одна капелька, как та алая капля крови, которую я поглощаю с диким удовольствием. Еще и еще…