Леди Роза: Белый, Красный, Чёрный...

Когда поезд прибыл в Кале, Роза сразу узнала встречающего молодого человека с бледно-зелёными глазами и непослушными каштановыми волосами лет девятнадцати. Как обычно одет с иголочки от «Гуччи», а обут какого-нибудь «Прада» в тёмных солнцезащитных очках, лёгкой зеленоватой рубашке и льняных брюках в мокасинах. Сняв очки, молодой человек расплылся в улыбке. — Bonjour, mu chere! Как добрались? — спросил он с акцентом. — Привет, Давид! — улыбнулась Роза в ответ. Эрик, идя следом за девушкой, пробуравил взглядом Давида Морселя де’Валя, неожиданно для Розы сказал без запинки по-испански: — ¡No soy contento de tú aquí ver, el canalla!* — Чего-чего? — переспросил заинтригованный Тим. — Тебе лучше не знать, — покачала головой Роза. Эрик использует испанский против надоедливого француза как это раньше делала она сама до того, как об этом узнал её отец. Всё что могла сейчас Роза, это слушать как он ругается и молча смеясь переводить. — ¡El pavo real!**— на эти слова Эрика Роза хихикнула, но сразу постаралась держать себя в руках. Эрик, идя позади, легонько дёрнул её за пряди. — У тебя волосы растрепалась. Роза с улыбкой распустила их и сразу же собрала в низкий хвостик. Она подняла голову и наткнулась на Тима, обернувшегося в её сторону. — Чего смеёшься? — спросил он. — Знал бы ты что он говорит, смеялся бы тоже, — игриво ответила Роза, указав на Эрика. Тим пожал плечами. — Извини, в академии Кардиффа преподают только французский, а не испанский язык. — Хорошо, раз раскаялся: я казню тебя позже. Сколько бы Роза не спрашивала по пункту стоянки в Кале, никто так толком и не ответил. Было заметно что об этом знает Эрик, но и он молчал, а точнее сказал про какую-то встречу и пошёл впереди будто был здесь не в первый раз. Эрик снова влез в её мысли и ответил на итальянском, чтобы она прекратила об этом думать, иначе он расценит это как влюблённость в его не совсем скромную персону. Роза ответила лишь сбором ругательств на французском, испанском, итальянском, одним слово на немецком языках и ещё в завершении всего послала к Белому Демону на родном английском. Его выражение было точно такое же как и у мистера Картера, когда он услышал точно такое же и дал по губам, но Эрик обошёлся без последнего и просто погрозился. Всё же, когда всё подошли к стоянке, он покинул компанию, сев в чёрную дорогую машину и бросив, что догонит. Когда Давид завёл разговор о евро тоннеле, Розе пришлось рассказать, что произошло и что передавала Мерлин. Ким тут же высказала своё мнение: — Это «Монро» слишком многое о себе возомнила! И Ванесса тоже. А почему ты не можешь телепортироваться? — Просто я не умею это делать, — спокойно ответила Роза. — А почему не учишься? Ты всё схватываешь на лету. — Это очень трудно, — признался Тим. — А ты откуда знаешь?! — завопила Ким на весь «мерседес». — Ну, я кое-что умею, точнее недавно научился, — ответил брат-близнец. — Дав, будь другом, выключи кондиционер. Давид нажал на кнопку выключателя. Тим, сидя на переднем сидении, выставил руку в проход. — Только без эмоций, — попросил он. Долгое время всё было без изменений, пока на руку Тима не упала маленькая снежинка. В салоне резко упала температура. С ручек на дверях и над ними повисли сосульки, а стёкла покрылись изморозью. — Как ты это сделал? — чуть ли не визжа, вскричала Ким. — Отец научил перед тем как мы поехали с Розой в их резиденцию. — Это круто, приятель! — восторженно сказал Джеймс. — А что могу я? — немного смущённо спросила Ким. — Твоя мама – Венерная Нимфа. Если ты унаследовала хоть часть её силы – ты можешь и колдовать, — объяснила Роза. — А от кого ты? — задал вопрос Джеймс. — Я – от матери. Она была связующей нитью между смертными, фейри и магическими расами, а ещё она была девушкой-чаровницей. Профессия трудная – поклонников море. — И мы рискуем оказаться в их числе? — пошутил Тим. — Я могу зачаровать вас сама того не ведая. Моя сила ещё не «прорезалась». Она открывается накануне шестнадцатилетия. Хотя, только вас мне не хватало. Не хочу, чтобы за мной бегали ещё три сумасшедшие демоницы. — Эй! Мы не такие сердцееды как Эрик, — усмехнулся Тим. — Давид не в счёт, — добавила Роза. — Это почему? — растерялся француз. — А то я тебя не знаю. — Может кто-нибудь включит кондиционер или откроет окно, а то зубы сводит от холода, — подала голос Ким, поёжившись. Друзья только переглянулись и залились смехом. Роза смогла остановиться только когда зазвонил её сотовый. Ванесса была в не себя от ярости, хотя по голосу можно подумать, что она спокойна. *** Эрик благополучно добрался до филиала корпорации «Беринг Фая» в Париже. Он давно признался себе, что добираться на гоночной машине вполне приятно и быстро, но хозяйка – жена президента корпорации – Алиона была в тихом бешенстве в прямом смысле слова. Как же трудно работать на два фронта: защищать Розу Картер и разгребать документы. Признаться, Эрику больше нравилось первое нежели второе из списка. «Надо отдохнуть» — подумал он, взглянув на настенные часы в своем кабинете. — «Она ещё не добралась до Ванессы. Это хорошо!..» Эрик лёг на диван. Глаза устали от белизны этого помещения. Если корпорация «Картер» придерживалась викторианского стиля, то «Беринг Фая» всё до единой мелочи старалась усовершенствовать. Высокое стеклянное здание офиса было только оболочкой. Внутри было всё по-разному. Если в «Картер» было полно антиквариата добытого руками самого Говарда Маклейна, то «Беринг Фая» просто утопила белизна и современные технологии. Кабинет, в котором отдыхал Эрик, был совершенно белый с огромными итальянскими окнами, чёрным столом, кожаными креслами, диваном, огромной плазменной панелью, а напротив неё висела эмблема этой кампании. Сейчас только пол одиннадцатого. Роза и то с опозданием приедет к Ванессе где-то в два часа. Они-то не слишком друг друга переваривают. Значит, время есть, чтобы отдохнуть. Эрик закрыл глаза и потянулся на маленьком диване. Всё это слишком утомляло его, но раз он выбрал этот путь, то обязан пройти до конца. Защищать Розу, эту необычную девушку, было интересно, особенно узнавать о ней много нового с каждым её «взрослением». Эрик улыбнулся. Удачную он всё-таки Убийцу Времени нашёл. Она была очень увлекательной, весьма таинственной и недосягаемой как звезда, как Сердце Чистой Мечты. Он так его и не нашёл. Он не нашёл его хозяйку, Принцессу Луны, Мечты и Снов. Полнолуние выпадающее на первый день лета будет только в следующем году. Интересно, а она очень красива или сказочно красива? Как бы смотрелась Роза на её фоне? Роза… Последнее время мысли Эрика часто возвращаются к ней. — «Ненавижу тебя, Эрик! Ты всегда видишь меня слабой!» — вслух передразнил он её. — А что делать, если ты постоянно притворяешься сильной и не хочешь показывать свою слабость? Тебя все видят только при солнце, а при луне не замечают твои застывшие слёзы в глазах… Эрик тяжело вздохнул. Включив музыку в телефоне, он заткнул только одно ухо наушником. Зазвенела песня «Супермассивная Черная Дыра» группы Muse:

Я думал, что ни к кому не испытывал слабость, О, детка, я испытываю слабость к тебе. Ты – Королева Непредсказуемость, И сколько ждать, пока решишь признаться мне?

Нажал на паузу. — Наслушалась? — спросил Эрик не оборачиваясь. От стены отошла высокая привлекательная девушка с пышными серыми как пепел волосами и глазами цвета красного дерева в длинном белом плаще, в платье оттенка красного вина, в туфлях на высоких каблуках. Серые завитые локоны качнулись в такт её шага. Она игриво наклонила голову и внимательно посмотрела на Эрика. — Я предпочитаю слушать классику: Моцарт, Бетховен, Шопен… классные ребята были, жаль, что не решились познать вечность… — Полагаю, ты с ними была знакома, Кристин. Девушка хмыкнула, села на офисное кресло и положила ноги на стол. — О да, я имела честь с ними пообщаться. — А зачем растрачиваешь её на общение со мной? Кристин убрала ноги со стола и чуть подалась вперёд. — Ты не изменился. Я просто хотела поговорить со своим деверем. — Наговорилась? Давай отсюда. Кое-кому не понравиться твоё присутствие после того как ты разрушила одну очень скучную семью, — с морем сарказма выдал Эрик. Он всё ещё лежал с закрытыми глазами. Кристин задумалась, встала с кресла, подошла к дивану и присела рядом на пол. — Я знаю, что ты меня ненавидишь, но постарайся привыкнуть. — Кристин, это был его собственный выбор, я не собираюсь лезть в его дела. Мне даже в его повседневную жизнь заглядывать тошно, а про личную – молчу, — одним спокойным и безразличным тоном словно спросонья ответил Эрик. — Если не хочешь с ним видеться, то лучше на бульвар Клиши***не заходить: он там развлекается, — томно проговорила Кристин. — Без тебя? Он очень плохой и не воспитанный «возлюбленный», — съехидничал Эрик — Вообще-то это я его туда отправила, — призналась Кристин, поднимаясь с пола. — Он был голоден, а там полно «еды». Я не хотела чтобы Торн пачкал об тебя руки и переживал, что не сделал этого раньше. Я пришла тебя убить, Эрик Мейдон. — Хоть кто-нибудь может любить меня, не показывая свои эмоции? — чуть не смеясь спросил Эрик. — Почему девушки так хотят меня убить? — Ошибаешься. Та девушка, с которой ты приехал и которую охраняешь, вроде Роза зовут, верно? Так она умеет прятать свои чувства, прямо как ты, только с большой разницей: ты насмехаешься, а она хоронит их. Хоронит свою ненависть, свои страхи, свою боль. Эрик поднялся с дивана и встал напротив Кристин. Она была на пол головы ниже него, но компенсировала это высокими каблуками. — Последнее желание будет? — вскользь спросила Кристин. — Всегда хотел узнать: что такого Торн нашёл в четырёхсотлетней хорошо сохранившейся женщине? Кристин захохотала. — Тоже, что ты нашёл в работе учителя математики в каком-то захудалом городишке, — ответила она. — За четыреста лет ни раз не решилась изучить географию? Кардифф – центр Уэльса. — Приму к сведению, — кокетливо улыбнулась Кристин. — Ещё что-нибудь? Эрик задумался. — Да, — сказал он, — есть ещё одно. Не думаю, что ты его выполнишь. — А ты скажи, — ответила Кристин. — Ты поцелуешь будущего покойника? — спросил Эрик как бы невзначай. — Хотя, Торн наверняка будет ревновать тебя даже к моему трупу и наверняка захочет убить меня ещё раз. — Не будет ли тебе противно? Я старше тебя на триста семьдесят девять лет, — Кристин снова залилась смехом. — Я хочу признаться. Я люблю танго, — теперь Эрик усмехнулся. Кристин притянула его лицо к своему и легко коснулась губ. — И почему? — спросила она, снова коснувшись в лёгком поцелуе. — Я дышу так, будто любовь и страсть к ведомой единственное, что позволяет мне дышать, — сказал он тяжело дыша и сам потянулся за поцелуем. Едва оторвавшись от губ Кристин он продолжил: — Я касаюсь так, как будто Её талия это единственное, что существует для меня, и я отталкиваю так, как будто Она сломала мою жизнь, а самое главное: в этом танце ведущий – я! Кристин вздрогнула в его руках и закашляла. — Как ты… мог? — задыхаясь, прохрипела она. — Сказал же, что ведущий в этом танго – я. Жизнь как танго, так же может свести с ума. Кристин только попыталась улыбнуться, но превратилась в пыль, как случается с вампирами. Дверь с грохотом распахнулась и в кабинет вбежали два молодых человека. У одного из них волосы были рыжие, глаза ярко-голубые. Одет был в голубую рубашку, тёмные джинсы и туфли. У другого серые волосы были растрёпаны, а в карих глазах читалось скрытое удивление. Одежда у него явно предназначалась для отдыха где-нибудь на пляже: гавайская рубашка с пальмами, белая майка, легкие рыжие шорты до колен и сланцы. — Ты убил её?.. — спросил парень с рыжими волосами у Эрика. — К какому умозаключению ты пришел! — с сарказмом ответил его приятель. — Ты догадался потому что обычно, когда убивают вампиров, от них остаётся только пепел? — Прекрати паясничать, Дори, — прервал его Эрик. — Лучше позови уборщиков и позвони мистеру Леонарду Маклейну. Думаю, в Париже вампиров стало намного больше… — Эй, а почему Маклейн, а не Звёздный Патруль? — спросил Дори. Эрик подошёл к столу, вытащил из ящика деревянную шкатулку и сунул её в руки приятелю Дори. — Потому что сегодня благотворительный вечер, на котором Звёздный Патруль будет между собой разделён: близнецы Клер и Клор отвлекающий манёвр, ты – поёшь на сцене, а Дориме тем временем на вечернем интервью. Дори на несколько секунд задумался. — Подожди, оно у меня завтра, — воскликнул он. Эрик только похлопал его по плечу. — Значит и сегодня! — с улыбкой объявил мистер Мейдон. — Мне нужен кто-нибудь, чтобы доставить эту штуку в Лувр. Дори с приятелем обменялись взглядами и хором воскликнули: — ЧТО? — Сегодня Воровка Баст явиться, чтобы украсть эту вещь, а я как раз не могу лично доставить её туда, потому что кое-кто не помнит, что я говорил раньше. Так вот, я иду на вечер с Ванессой Картер и её внучкой Розалиттой, а вы поможете мне. Вы же давали присягу. Приятель Дори опустил глаза, а сам Дори немного выпрямился. — Скажи, Эр, а внучка Ванессы, эта Розалитта, ничего? — мечтающим тоном поинтересовался он. Эрик притворился, что задумался. — Ты помнишь, как выглядит мистер Рич Ричард Картер? — на это Дори кивнул. — А Великую Богиню? Теперь Дори задумался. — Которая из двенадцати? — Как раз двенадцатая. — Да, помню, — кивнул Дори. — Тогда сложи эти два компонента и представь среднестатистическую школьницу шестнадцати лет, вот как раз и Розалитта Картер, — заключил Эрик, наклонившись к кучке пепла и поднимая с пола серебряный кинжал. — Кстати о ней. Интересно, когда Розалитта догадается, что я у неё стащил? *** — ЭРИК МЕЙДОН, Я УБЬЮ ТЕБЯ ПРИ ПЕРВОЙ ЖЕ ВОЗМОЖНОСТИ!!!! — кричала Роза, захлопнув дверь «мерседеса». — Что случилось? — обеспокоенно спросила Ким. — Этот, простите меня, гад каким-то образом отвязал мой серебряный кинжал от берда! КОГДА УСПЕЛ?! И ОН ЕЩЁ УЛЫБАЛСЯ! ЭТО ЖЕ НАДО СКОЛЬКО НАГЛОСТИ ИМЕТЬ?! Роза рассержено развела руками и сгорбившись шагнула к калитке огромного особняка. Ванесса встретила ребят в холле возле лестницы довольно холодно, как и в поезде. Она отправила всех наверх, в свои комнаты и командным тоном (но до Сандры ей далеко) приказала быть готовыми к благотворительному вечеру. Комнаты располагались в разных крылах дома. Ванесса явно рассчитала всё для того, чтобы ребята не смогли пройти в комнаты девчонок не замеченными. Ким, не выдержав одиночества, постучалась в дверь Розы. Комната Розы была оббита тёмным деревом, и создавали полумрак средь бела дня плотные шторы. Сама она сидела перед трюмо, а быть точнее лежала на нём и смотрела на фотографию голубоглазой девушки с чёрными как ночь волосами и кожей белой как луна. — Как у тебя дела с платьем? — спросила Роза, зная, что приготовила каждому из ребят её бабушка. — Смотри, — сказала Ким. Роза обернулась. Ким стояла перед ней в чёрном платье в пол и в накинутом чёрном болеро, закрывающий её плечи, шею и вырез. Чёрный цвет сильно оттенил кожу Ким. Теперь она выглядела как беломраморная статуя. Роза встала и достала своё платье. Оно было ниже колен, а лиф со спущенной линией плеча. Тоже чёрное, но к нему были пришиты чёрные кружева. Роза быстро сняла с себя обычную одежду, взяла халат, но Ким остановила её. — Твой синяк так и не прошёл, — сказала она. Роза посмотрела в большое зеркало. И правда как и тогда в маленьком домике деда она заметила тот же самый синяк под левой лопаткой, который заметила и Ким. Он стал ещё больше и приобрёл необычный цвет лилово-розового оттенка. — Это не тот ли самый синяк который ты схлопотала, когда упала со своей противной лошади? — Нет. Это было в прошлом месяце и то в начале. Я не помню, когда последний раз падала. К тому же ты его заметила неделю назад. За такое время он должен был погаснуть. И Роза накинула на плечи чёрную накидку-сетку. Часов в семь все спустились в холл. Джеймс и Тим в чёрных костюмах, Роза и Ким в чёрных платьях выглядели так, будто собрались на похороны. Роза невольно вспомнила похороны тёти Элиз, бабушки своей троюродной сестры Акии. Когда в доме был траур, единственным исключением стала Сандра. Её одежда была с красными кружевами и вставками. Она была чем-то похожа на Ванессу, кроме того, что они друг друга люто ненавидели. Когда спустилась Ванесса с мундштуком, то догадки подтвердились. На ней было ядовито-синее платье, а на шее блестела цепочка из бусин бирюзы и трёх крупных камней: два тёмно-синих индиголита и один тёмный розовый кварц выточенный в форме розы. Точно такое же носит и Сандра! Только из рубинов и гранатов. И на фото на Клео точно такой же конструкции из хризолита и изумруда! Роза попыталась вспомнить ещё кого-нибудь. Точно! Тётя Элиз! У неё из простой бирюзы, но теперь оно на её дочери, тёте Марине. Ещё тётя Санни. У неё из гелиодора. У них у всех присутствовал розовый кварц в форме бутона розы. Насколько Роза помнила, у Богинь не было такого символа. Их символ – роза окружённая с четырёх сторон сердцами, направленными острыми концами против середины. Рассуждения Розы прервались, когда лимузин остановился, и Ванесса первой вышла из салона. Пышный зал, шикарный вечер, светские львицы за каждым поворотом и в каждом углу сплетницы. Ванесса не изменяла своё лицо, даже когда ей делали комплименты её старые коллеги и партнёры по бизнесу. За спиной шептались, что она и раньше была такой после смерти мужа Ричарда, а после того как её младший сын Рич Ричард женился на простой девушке, дочери археолога, добывающего артефакты по заказам элиты, и что она родила Ванессе внучку, добавили ещё большего льда в общение с людьми. Ванесса рукой подозвала Розу к себе. — Слушай внимательно! Веди себя прилично и подобающе для аристократичной семьи Картер! Малейший промах станет огромным пятном на твоей репутации и твоих друзей. Ты всё уяснила? — Да, — сдавлено ответила Роза. — Я не расслышала, — холодно сказала Ванесса. — Да, я поняла вас, — пролепетала Роза. Благотворительный вечер тянулся невообразимо долго. В горле Розы пересохло от долгих разговоров о политики и управлении корпорации «Картер». Стол ломился от закусок и напитков, но большая беда была в том, что это были вина, шампанские, мартини, коньяки. Успев взять бокал с красным напитком с подноса у проходящего мимо официанта, Роза печально вздохнула: ей снова попалось вино! — Нарушаем законы помаленьку? — спросил бархатный голос за спиной. Роза вздрогнула от неожиданности и обернулась назад. Это был Эрик в чёрном костюме но одна деталь не изменилась – на нём была чёрная рубашка, но галстук он поленился надеть. Взгляд пронзительно-сапфировых глаз скользнул по Розе и по бокалу в её руке. — Прозвучит нагло и эгоистично, но я хочу пить, — твёрдо ответила Роза. — Обычно говорят «напиться», — засмеялся Эрик. — Ты не видел где-нибудь поблизости киоск с минералкой или холодильник с колой? — спросила Роза с укоризненным взглядом. На размышление у Эрика ушло две секунды. — А виноградный сок будешь? — Надеюсь, без каких либо примесей, — уточнила Роза. Эрик только улыбнулся и забрал у неё из рук бокал. Какое-то время он держал его в руках, а потом накрыл ладонью. Протянул Розе. — Держи. Я избавил вино от «примесей», теперь это простой сок. Роза с опаской приняла бокал и пригубила. Да и правда обычный сок. — Не бойся, это простое колдовство, — стал «утешать» Эрик. — Сколько не пей Фениксы пьянеют только на четверть часа или меньше. Алкоголь просто испаряется. — Понятно, — кивнула Роза головой. — А у моей бабушки Жасмин и мамы была аллергия на него. И думаю, у меня тоже самое. Повисло молчание. Музыка была слишком тихая и Роза подумала, что под неё можно было спокойно заснуть и не заметить. — Я тоже так считаю, — прервал игру в молчанку Эрик, прочитав её мысли. — Потанцуем? — Я – пас, — ответила Роза. Она не была намерена продолжать беседу, поэтому направилась к столу семьи Картер и села на свободный стул. Разговор Ванессы с партнёром по бизнесу не клеился из-за того, что она понятия не имела о планах своего младшего сына и не хотела говорить о старшем. Роза краем глаза увидела как под нудную музыку Эрик танцует с незнакомой девушкой. Когда она повернулась в ритме классического танго, Роза внимательнее разглядела её. Высокая, но до Эрика даже на каблуках не доставала, стройная с шикарными завитыми локонами золотого цвета и кукольным личиком. Она была на глаз ровесницей Эрика, но танго танцевать явно не умела, то и дело виляла своими ягодицами, привлекая внимание, хотя со стороны это смотрелось отвратительно, или это казалось только женщинам. — Ты ревнуешь его?! — прозвенел над ухом голос Ким. — Нет, просто как умеющий танцевать человек слежу за ошибками, — ответила Роза и подумала над словами подруги. — Подожди, с чего ты взяла, что я ревную? — Ты пялишься на него! — важно заявила Ким. — А где твой брат? — спросила Роза, заглянув в глаза Кимберли. — Не знаю. — Вот и я не знаю, поэтому ищу. — Всё равно ты в Эрика влюбилась! — хихикнула Ким. — Я?! В него?! Убей, а то умру от смеха. Но перепалку подруг прервала Ванесса, громко стукнув кулаком по столу. Роза и Ким быстро извинились и замолчали, хотя под столом началась другая «борьба», но и её прервал бархатный голос. — Прошу прощенья, госпожа Ванесса, могу ли я пригласить вашу внучку, Розалитту, на танец? Ванесса внимательно посмотрела на него и без энтузиазма кивнула. Эрик чуть ли не силком заставил Розу подняться со стула и пройти до той части зала, где танцевали несколько пар и играл оркестр. В основном танцевали только те, кому нечем было заняться или не о чем поговорить. Эрик отошел к оркестру, и в голове Розы мелькнуло, что это она уже видела всего полтора месяца назад. Когда Эрик обернулся и пошёл к Розе, он скинул пиджак и отбросил его в сторону. Роза с недоверием покосилась, но когда Эрик остановился возле неё, положила свою левую руку ему на плечо, а правую – в его ладонь. Оркестр играл «Por una cabeza»****Они танцевали в такт и не сбивались с него ни на мгновение. Обычное классическое танго. Но Роза прекрасно понимала, что Эрик не всегда предпочитает классику. Зазвенели более резкие аккорды. Эрик притянул её к себе и наклонил. Может со стороны это выглядело довольно грубо, но на самом деле он старался быть аккуратнее. Вернул к себе и снова стал отталкивать. Под звуки скрипки он закружил Розу. Она закинула свою ногу на его и изогнулась в его руках. Он медленно поднял её к себе. Несколько движений вдали друг от друга и они вновь вцепились глазами в глаза, словно были виновны во всех бедах на Земле. Снова нежность со спокойном мелодией и снова классическое танго, будто ничего и не было. Но снова заиграла возбуждённая мелодия и битва повторилась. С волос Розы слетела заколка, и длинные тёмно-каштановые волосы водопадом опустились её на плечи и закрыли спину. В глазах засверкал необычный огонь. Но и в глазах Эрика он тоже горел и горел ярче. Он заставлял её изогнуться в своих руках, заставлял посмотреть на себя по-другому. Он – иной, не такой как все и она это видит только сейчас, в танго. Последние аккорды пламенного танца, и Роза спустилась к его ногам. Зал взорвался аплодисментами. Эрик помог ей подняться на ноги. Роза в растерянности обвела присутствующих своими зелёными глазами и поспешила к Ванессе. Та стояла скрестив руки на груди. — Бабушка, я… — начала было Роза, но её прервала Ванесса резким движением и вспыхнувшая пронзительная боль в щеке…

Ты боишься одиночества, которое принесёт с собою новый день…

*¡No soy contento de tú aquí ver, el canalla! – по-испански «я не рад тебя здесь видеть, … !». Последнее слово не переведено в цензурных соображениях. **¡El pavo real! – по-испански королевский петух, павлин. ***Клиши – бульвар в Париже, где располагаются квартал красных фонарей (увеселительный квартал) и знаменитый бар-кабаре «Мулен Руж». ****«Por una cabeza» — популярное танго, песня, написанная в 1935 году Карлосом Гарделем и Альфредо Ле Пера. В переводе с испанского означает «Всего на голову (лошади)», либо «Потерявший голову». В данном случае исполняется только как танцевальная мелодия.