Drabble, from the series: What if?

Фэндом: Первородные "Ты ведь не думала, что он будет ждать тебя вечно?" — спрашивает саму себя, не в силах побороть горечь. Просто развернуться и уйти, чтобы не видеть как он смотрит на другую: как раньше смотрел лишь на нее. Нет. Не так. Он никогда не смотрел на нее так, будто во всем мире для него существует только она одна... Кэролайн обнимает себя за плечи, отстранено думая, что стоило надеть куртку. Легкое летнее платье не может защитить от промозглого ветра, хозяйничающего на улицах Нового Орлеана. Вот только мерзнущий вампир такое же идиотское предположение, как и ее идея приехать в город джаза и уличных карнавалов после окончания отношений со Стефаном, обернувшихся для них обоих катастрофой. — Кэролайн? Что ты здесь делаешь? — заметил ее присутствие гибрид, оторвавшись от своей рыжеволосой спутницы. В голубых глазах смесь удивления, радости и неверия затмевает опасный огонек, который она однажды, по-наивности приняла за свет. — Приехала на обещанную экскурсию, — заставляет себя улыбнуться. Сделать вид, что того дня в лесу никогда не было, а они сами лишь вчера говорили по телефону. — Если я не вовремя... — Что за абсурд, — перебивает, улыбаясь так, что собственные страхи растворяются под напором совершенно других чувств. — Ты всегда желанный гость в мое доме, Кэролайн. Улыбка становится более искренней, а желание воткнуть кол из белого дуба в крепкую грудь, пронзив черствое сердце, почти нестерпимо. У него не было права произносить ее имя так, будто она королева, а он лишь ее верный раб, готовый преклонить колено. Будто не было двух лет молчания и одиночества. — Любовь моя, ты меня не представишь? — привлекает к себе внимание рыжеволосая. Берет Клауса под локоть и приветливо улыбается. Вот только в зеленых кошачьих глазах, взирающих на Кэролайн, безумия больше, чем у Кая с Джулианом вместе взятых. — Где же мои манеры, — наигранно сокрушается Майклсон, переводя хитрый взгляд от одной женщины к другой. — Кэролайн, позволь представить тебе леди Аврору де Мартелл, первого вампира, обращенного Ребеккой, и доброго друга нашей семьи, — голос гибрида буквально пропитан сарказмом и одной ему понятной иронией. — Аврора, это Кэролайн Форбс, моя... протеже, — выдержав многозначительную паузу, закончил он, заработав уничтожающий взгляд от Кэролайн и ревнивый — от Авроры. — Я — первая и единственная любовь Ника, — кладет голову на плечо Клауса вампирша, не отводя взгляда от Кэролайн. "Ты бы его еще пометила", — чуть ли не скрежещет зубами Кэролайн — первая любовь уже стоит ей поперек горла. Но если в случае со Стефаном и Валери она нашла в себе силы отступить, то похожей на породистую кошку Авроре де Мортелл не видать ее волка, как своих ушей. — Никогда бы не заподозрила тебя в моногамности, — обращается напрямую к Клаусу, даже не пытаясь скрыть иронии в голосе, ведь ублюдок не пытается скрыть, что получает удовольствие от происходящего. — Любой мужчина рано или поздно становится однолюбом. Все зависит от того, когда он встретит подходящую женщину, милая, — он больше не улыбается, и только огонь в голубых глазах разгорается еще больше, обдавая Кэролайн своим жаром. — Ник всегда был однолюбом, как и я, — опасно сверкает на блондинку безумными зелеными глазами де Мортелл. — Мы были рождены друг для друга. Кэролайн не нужно обладать и половиной свой проницательности, чтобы услышать предупреждение тысячелетней вампирши: "Попытаешься встать между нами, умрешь". Форбс буквально чувствует угрозу, исходящую от безумной бывшей Клауса, явно готовой на все, чтобы стать настоящей. Но разве должно это волновать ее? Кэролайн Форбс, девушку, на протяжении года отвергавшую все попытки ухаживания со стороны Майклсона. Дурочку, разглядевшую в бездне свет. Идиотку, однажды поддавшуюся страсти. — О вкусах не спорят, — пожимает плечами Кэр, ненавидя себя за то, что ревнует. Ей не стоило приезжать. — Я остановилась в Гранд отеле... — И слышать об этом не хочу, — перебил Клаус, освобождаясь от хватки Авроры. — В моем доме достаточно места, чтобы разместить армию. Неужели ты думаешь, я позволю тебе ютиться в отеле? — Если леди де Мартелл не возражает? — с притворным участием поинтересовалась Кэролайн, наслаждаясь беспомощностью и молчаливой яростью Авроры. Клаус скинул с себя маску радушного хозяина. Сталь отразилась в голубых глазах, видящих Кэролайн насквозь. Поцеловав ее ладонь, гибрид прошептал тихо и спокойно приговор для Авроры де Мартелл: — Я не против. А остальное не имеет значения...