Алая Луна

      Открыв глаза, я обнаружил себя прямо посреди гостиной. В стороне стояли Дай с Фаном. Последний что-то пытался говорить, но на него тут же недобро шикнули, вынудив заткнуться.       – Фанис, это ты? Как братик, вы вытащили его?       В комнату влетела Улька. Увидев нас, она застыла, хватая ртом воздух и явно пребывая в немом ужасе.       – Игорь в порядке. Ему просто нужно отдохнуть немного. Его опять затащили в Преисподнюю, но благо - на средние уровни, там разница во времени между вашим миром почти незаметна, поэтому сильного удара его сознание не получило, но все же ему стоит поспать. Он не ранен.       Дай говорит с убийственным спокойствием и даже не смотрит в мою сторону. Но вот сестра замечает, что Фан в крови. Когда она рванула к этой парочке, я словно с катушек слетел. Вскочив, преградил ей дорогу, схватив за плечи.       – Не подходи к ним! Ни за что, Уль!       Внутри все еще бушевала буря из страха. Как же мне хотелось, чтобы все недавние события оказались вдруг сном. Но, я видел то, что видел.       – Братик, что такое? Отпусти. Фан весь в крови, я хочу ему помочь.       Не разжимая рук, мотаю головой, не пропуская сестру дальше ни на шаг. Однако рыжеволосый сам шагнул к нам, заставив меня резко отдалиться, не выпуская из рук нашу младшенькую.       – Остановись, Фан! Я… я запрещаю тебе впредь приближаться к моей сестре!       Мой голос сорвался на хрип от обуревавших чувств. Внутри надежно засел страх того, что сейчас они вновь начнут убивать, только теперь уже мою семью.       – Ты с ума сошел?! Отпусти! Если уж тебе плевать, что с Даем и Фаном, то мне нет! Я хочу им помочь! Отпусти сейчас же!..       – Игорь… – вздрагиваю всем телом, слыша голос своего демона, одного взгляда на его руки хватило, чтоб видения недавних событий встали перед глазами и пришлось поспешно подавлять тошноту. – Фанис обязан защищать меня, независимо от своих желаний. Он не имеет права стоять в стороне, когда я вступаю в битву. Если хочешь, бойся и отторгай меня, он тут не причем.       – Не приближайся! Не подходите больше ко мне и к моей семье! У меня нет никаких гарантий, что вы вновь не начнете убивать! Я не желаю тебя видеть! Ты… ты чудовище, Дай!       Сестра застыла, переводя непонимающий взгляд с меня на них.       – Игорь, ты ничего не понимаешь!.. – вмешался слуга, но тут же заткнулся.       – Замолчи, Фанис! Я запрещаю тебе говорить об этом кому бы то ни было.       Вдруг рявкнул мой демон, недобро сверкнув глазами, а после, резко отвернулся, замирая спиной ко мне. Я сжался, просто не зная, что от него можно ожидать.       – Игорь, пожалуйста. Не вини ни в чем Фаниса. Как я уже сказал, он вынужден был вступить в эту битву из-за меня. Я не покажусь тебе на глаза, пока ты сам меня не позовешь. И я клянусь, что не сделаю ни тебе, ни твоим родным ничего дурного. Прости, что пришел так поздно…       Сказав это, он исчез. Я готов был вздохнуть с облегчением, но Фан все еще был тут. Он смотрел на меня как-то обиженно, с невероятным разочарованием и какой-то непонятной тоской. Поджав губы, рыжеволосый чему-то покачал головой и так же повернулся.       – У… Уль. Если что, я всегда готов с тобой поговорить. Пожалуйста, верь мне.       И наконец-то я остался наедине с сестрой. Отпустив её, почти упал в кресло, ибо ноги подкосились. Мне понадобились все силы, чтоб не разрыдаться от той бури чувств, что бушевала в груди. Все казалось каким-то неправильным. Было тут что-то не так.       – Братик. Почему ты так? Что значило «вновь начнете убивать»? Почему они в крови? Что случилось?!       Улька была на взводе. Похоже, ради ответов она была готова вытрясти из меня душу.       – Они убили их… Уля… они убили сто двадцать человек. На них кровь убитых… они разрывали их, как ненужный мусор! Я явно был на грани истерики, а то и вовсе безумия. Все произошедшее отказывалось укладываться в голове, но я видел все это! И на моей одежде осталась чья-то кровь!       Дальнейшие расспросы сестры таки довели меня до настоящего срыва. Но были прерваны вынырнувшим из неоткуда Русаэлем.       – А я ведь столько раз предупреждал…       Проворчал он, хватая меня за руку. Силком уволок в спальню, пихнув на кровать, и поспешно ушел, прикрыв за собой двери.       До меня отдаленно доносился какой-то разговор, происходивший прямо за дверью, но я даже не попытался услышать, кто и о чём говорит. Я просто позволил себе сломаться, пусть и ненадолго. Обхватив себя руками и закутавшись в одеяло, я рыдал словно ребенок, да так долго, что и сам не заметил, как уснул. Стоило погрузиться в царство Морфея, как увиденный кошмар вернулся, тут же захватывая сознание. Я уже готов был проснуться, когда ужас сменился чем-то совершенно беззаботным, а ведь я и не надеялся что в ближайшие месяцы смогу спокойно спать.       Утро встретило меня не по-зимнему ярким солнцем. Невольно улыбнувшись, поднимаюсь с кровати, потягиваясь и готовясь радоваться новому дню, но тут же грузно опускаюсь обратно. Шутки сознания - это когда после пробуждения оно постепенно, небольшими порциями возвращает худшие из воспоминаний. Мне стало не по себе. Что-то в случившемся казалось мне слишком странным. В голове даже появилась мысль, может убитые, вовсе не были людьми? Но нет, я же видел их взгляды. Кроме того, они и не пытались толком нападать! Они не сопротивлялись смерти, а только повторяли снова и снова сотней голосов «Спасите». Каждый из них просто молил о спасении, а Дай их безжалостно убил. Почему? За что? И как он мог после этого, так беззаботно улыбнуться?       В моей груди надежно засел страх. Мне все казалось, что демон вот-вот вынырнет из ниоткуда и повторит свои бесчинства, только теперь жертвами станем мы с семьей. Я постоянно паниковал. Ближайшие пару недель доводил до истерики своих близких, не позволяя им нормально жить. Сестра стала едва ли не пленницей своей комнаты, ибо я не выпускал её куда-нибудь одну. В отличие от меня, она все рвалась встретиться с Фаном, но я боялся позволить ей подобную встречу. У меня не было ровным счетом никаких гарантий, что на нас не нападут за ближайшим углом. Зато ангел ликовал. Сейчас, заботясь о безопасности дорогих мне людей, я почти за ручку с ним ходил. Только вот и в его поведении было что-то странное. Еще через неделю косых взглядов, я не выдержал:       – Рус, ты хочешь мне что-то сказать? Если да, то говори. И, надеюсь, ты в отличие от Дая, вдруг не слетишь с катушек и не начнешь убивать направо и налево.       Он вопросительно выгнул бровь, словно ничего не понял, а после пожал плечами, видать, устал притворяться.       – Не переживай. Я никогда не нападу на невинного. А ты и твоя семья, несмотря на связь с демоном и его слугой, все еще вполне невинные люди. Таких, как вы я призван защищать. Рядом со мной тебе нечего боятся. Кстати, как спалось сегодня?       Внезапный вопрос меня несказанно удивил. На самом деле, все это время, улегшись спать, я начинал видеть один и тот же кошмар. Но через несколько мгновений он вдруг сменялся чем-то глупым и вполне спокойным. Я ни разу не проснулся от крика, кроме сегодняшней ночи. Сегодня это внезапная помощь свыше не сработала. Мне довелось проснуться в два часа ночи от собственного крика и больше я не смог уснуть. Да и через несколько мгновений я понял, что пернатый в комнате, он меня немного успокоил, и я решил заняться хоть какой-то работой по дому, чтобы отвлечься.       – Рус, так это ты? Ты помогал мне все это время?       Вот оно как, ну конечно. После того, что я увидел там, в комнате-пещере на средних уровнях преисподней, мне просто не могли сниться беззаботные сны без чьего-то вмешательства.       – О чем ты? Если о снах, то я никогда не умел влиять на их ход. В отличие от этого искусителя, что крутится рядом с тобой.       Я застыл, чувствуя поднимающийся ужас, во все глаза уставившись на ангела.       – Ты же… не хочешь сказать… все это время, когда я засыпал, ко мне приходил Дай?       В голосе противно прозвучали истеричные нотки. Пернатый беззаботно пожал плечами и кивнул.       – Но… почему ты его не прогнал?! Вдруг бы он причинил вред кому-то? Ты же сказал мне, что ты будешь нас защищать от опасности!       – Я и защищаю, – он отвел взгляд, как-то недовольно морщась, а после, обреченно вздохнул, – но, что бы я там ни говорил, а защищать от этой черни тебя не нужно. Он последний, кто может причинить тебе вред. Мне противно это признавать, но факт остается фактом.       Не верю собственным ушам. С каких пор этот крылатый защищает Дая? С каких пор он на его стороне?       – Рус, он на моих глазах убил сотню людей!.. – я взорвался, но развить тему мне не дала сестра. Она ворвалась в мою комнату, где мы и сидели. Её взгляд был такой перепуганный, что всякие там ночные визиты демона перестали меня волновать. – Уля, что случилось? На тебя кто-то напал? С Мишкой что-то?       Она помотала головой и, извернувшись, обогнула меня, подлетая к пернатому.       – Пожалуйста, скажи. Ты не знаешь, где Фан?       Непонимающе смотрю на сестру и ангела, который смотрит на неё особо пристально. А после он медленно перевел взгляд на меня.       – О каких людях ты говоришь, Игорь? На твоих глазах? Если бы это было так, я бы ощутил, как от тебя исходит смрад преждевременной смерти. Мы, ангелы, в отличие от людей, чувствуем подобное. Ты вернулся перепачканный чужой кровью, но это была не кровь простого смертного.       Я застыл. Мир просто начал рушится перед глазами. Уже ничего не понимаю. Внутри что-то оборвалось с противным ноющим звуком.       – Но… Рус. Дай и Фан… там, в преисподней. Этот псих… демон Шермид. Он вызвал подчиненных ему людей. Они окружили нас, и Фан с Даем начали их убивать! Я… я видел все это!       – Ах, ты об этом. Ну, я уже высказал демону благодарность. Конечно, мне самому противно, что пришлось говорить такое какой-то черни, да еще и быть ему обязанным. Но, все же он славно потрудился для нас.       Голова закружилась так, что я пошатнулся и вынужден был быстро усесться на ближайший стул.       – Благодарность?.. За кучу смертей? Рус объясни. Иначе я сойду с ума. Прошу объясни все.       Не узнаю собственный голос. Он звучит как-то слишком низко и неестественно глухо. В глотке словно все пересохло. Пернатый пожимает плечами, спокойно глядя на меня.       – Ну, это же были не совсем смерти. Те, кого на вас натравил этот захлебнувшийся тьмой, были мертвы уже давно. Ни один демон не способен окончательно подчинить себе живого человека. Душа не позволит собой управлять. Даже на маломальское управление одним смертным демону требуется грандиозное количество сил. А тот, у кого одно из имен Шермид, никогда не отличался особой силой. И уж обзавестись армией послушных людей ему точно не по плечу.       Уже ничего не понимая, мотаю головой, пытаясь сообразить хоть что-нибудь.       – Но… Рус, они были живыми! Они шли к нам и повторяли «спасите»!       – Все верно. Они не могли противостоять приказу демона напасть на вас, но больше всего они желали освободиться и упокоиться. Вам попались Потерянные, Игорь. Знаешь, когда человек умирает, его душа сразу же идет на распределение и получает определенный срок на возможность, скажем так, попрощаться. Эти самые, известные людям три, девять и сорок дней. Но, не зря церковь не отпевает самоубийцу. Душа смертного, что сам оборвал свою жизнь, довольно долго не может уйти от тела. Она скитается рядом в надежде, что кто-то таки вымолит за неё прощение. Но, такими моментами любят пользоваться демоны. В этот момент душа безвольна. Уже такой душой управлять может почти каждый демон. Хотя, этот самый Шермид поступил глупо. Играй он на качество, а не на количество, и используй каких-то 20-30 марионеток, они вполне могли бы стать серьезными противниками, ибо, чем меньше количество Потерянных себе подчинил нечистый, тем легче ему ими управлять. Более того, я действительно благодарен твоему искусителю. Он даровал им прощение своими действиями. Если бы они продолжали жить на нитях нечистого, тьма просто разрушила бы их, и этим несчастным уже никогда бы не довелось переродиться. Возьмись за них ангелы, и перед тем, как оборвать остатки столь прискорбного существования, пришлось бы отпевать каждую душу, а это затратное по силам дело для нас, небожителей. Если же другой нечистый расправится с ними, то самоубийство будет перекрыто мученической смертью, и души получат прощение. Даже если кто-то из Потерянных был крайне нехорошим человеком, после поступка твоего искусителя он очистился и пошел на перерождение, скинув оковы всех грехов. А ведь он мог их просто поглотить, это бы значительно увеличило его силу, хотя и пришлось бы ему попотеть. Или просто мог разорвать связь с Шермидом, но тогда души продолжали бы скитаться и не имели бы никаких гарантий, что их вновь не захватит очередной обезумевший нечистый.       Просто не верю своим ушам. Слыша все сказанное, вообще ничего не понимаю. Почему тогда Дай не объяснил все? Почему не сказал, что он и делает то, о чем просят эти ребята. Хотя…       – Рус… ты говоришь о душах. Но нападавшие на нас были из плоти и крови!       – Конечно. Будь они духовны, не могли бы причинить вам вред. При помощи тьмы обезумевший нечестивец сделал для них сосуды. А так как все эти Потерянные привыкли быть людьми, то и сосуды стали соответствующие, идеальное человеческое тело, вот только искусственное. Но тебе это было незаметно, ведь ты и сам смертный и воспринимаешь окружающий мир ровно так, как можешь.       Мне стало дурно. В памяти всплыло то, как Дай собирался платить собой за меня. Он ведь и впрямь был готов на все, о чем бы ни попросил Шермид, только бы я остался цел. Израненный этими цепями, с разорванными крыльями, но он продолжал защищать меня как мог. А ведь сейчас у меня нет ни малейшего сомнения в правдивости слов пернатого. Кто-кто, а он бы точно не стал восхвалять демонов за просто так. И за все это я наорал на Дая, прогнал его и обозвал чудовищем. На душе заскребли кошки… хотя какие там кошки? Это больше походило на огромнейших саблезубых тигров. Я чувствовал себя более чем паршиво, ведь пришло понимание, не смотря на всю грубость, что я выказал ему за то, что он меня спас, мой демон продолжал приходить ко мне по ночам и оберегать от дурных снов.       – Рус… но почему он не сказал, черт побери? Почему он не объяснил все?! Откуда мне было знать, что он их не убивает, а спасает?!       Слабое оправдание. Оно действительно прозвучало жалко, но я правда не особо понял, почему от меня вновь была скрыта правда. Только вот ангел не успел ответить, вместо него заговорила Ульяна, все это время, молча слушавшая нашу беседу:       – Конечно, он не сказал. Ты видел себя тогда? Ты был почти безумен, братик… думаешь, попытайся он что-то тебе объяснить, ты бы послушал? Да и вообще. Ты же сам рассказывал мне и Мишке, что уже один раз жалел о том, что обвинил его раньше времени, не зная всей правды. Разве он не заслужил хоть какого-то доверия с учетом того, что мы о нём знаем? Мне хватило твоего рассказа, как он помог маме с папой, а после преднамеренно разорвал контракт, наверняка заботясь о том, чтоб не навредить им и нашему Мишке. И потом, он ведь спас тебя недавно, тогда, когда тебя впервые похитили. И в этот раз спас. Ты мог бы и сам довериться ему и, прежде чем кидать обвинения, хотя бы попытаться понять, почему он так поступил.       Закрыв лицо руками, зачем-то киваю снова. Улька права как никто другой. Я ведь действительно даже не попытался узнать, почему демон так поступал. И если бы не теперешняя ситуация, продолжил бы шарахаться от Дая, как от самого опасного существа.       – Какой же я идиот… у страха глаза велики, да?       Бормочу, чувствуя, как в груди поднимается волнение.       – Рус, сегодня, когда я проснулся, ты был в спальне. И этой ночью кошмар никуда не делся. Дай не приходил, да?       Ангел спокойно кивнул.       – Я и сам немного удивлен. Пару раз сам пытался его прогнать от тебя, но он пообещал мне жестокую расправу, если начну вмешиваться. Но вот теперь он сам не пришел. Это, конечно, повод для радости. Может, он сам одумался и решил оставить твою душу в покое, но это странно. Не замечал за ним привычки так резко менять свои решения. Тем более, связанные с тобой.       – И Фан ко мне так и не пришел… – тихонько подала голос сестра, и тут же виновато покосилась на меня. – Все это время я звала его. Он приходил. Под утро или вечером. Или когда ты был занят. Мы с ним болтали. Я пыталась выяснить, что произошло, и почему ты так взбесился. Но он так и не ответил. Извинился и сказал, что Дай ему запретил говорить это кому бы то ни было. Кстати, я еще спрашивала, почему Дай не хочет объясниться, ведь не сомневалась с самого начала, что ты что-то не так понял. И Фан ответил, что Дай просто ранен твоими словами. Он не хочет навязывать тебе против воли свою правду, ведь ты ему все равно не веришь… так сказал Фан. И я с ними согласна, уж прости. Но сегодня я звала его полутра. Но он так и не пришел. А потом, его перо…       – Перо?       Удивленно вскидываю бровь, непонимающе глядя на сестру.       – Ну да. На следующий же день после вашей ссоры он подарил мне своё перо. Сказал, что так мне проще будет его звать, и в случае чего, он сможет защитить меня на расстоянии. Дай его недавно научил этому.       – Что произошло с пером Фана?       В моём голосе вновь мелькнула истерика. На негнущихся ногах поднимаюсь, подходя к тумбе, где в верхнем ящике лежал такой же подарок моего демона.       – Оно покрылось кровью и стало совсем холодным. Мне это не нравится. Я очень испугалась, поэтому пришла сюда, спросить у Русаэля, может он что-то знает.       – Знаю, – согласно кивнул пернатый, – что не могу их отыскать. Я не чувствую, где эти двое. Словно они бесследно исчезли. Больше вряд ли чем-то помогу.       Земля словно ушла из-под ног. Вцепившись в тумбочку, открываю ящик и застываю. Все пространство внутри заполнено сияющей цепью. Дно залито кровью. И каждая цепь проходит сквозь перо, которое слабо вспыхивает черным огнем. Тянусь рукой, и меня тут же оттягивает в сторону рука ангела.       – Не касайся!       Голосу Руса вторит другой. Слишком знакомый мне. Это голос Дая. Звучит прямо в голове хриплым шепотом, словно он говорит из последних сил.       – Дай! Что случилось? Что с твоим пером… с тобой?! Где ты?!       Выкрикиваю вслух, пытаясь извернуться из цепкой хватки. «Просто не касайся. Не касайся пера. Прошу тебя. Не приближайся к нему. Пусть ангел уничтожит его своим копьем вместе с цепями. Прости… прости меня…»       Голос затих. Но пока он говорил, я словно ощутил чужую боль, очень сильную боль и холод.       – Дай! Дай, где ты? Что случилось? Дай, ответь! Не молчи, прошу!       Но ответа не последовало. Боковым зрением замечаю, как совсем рядом что-то сверкнуло. Обернувшись, вижу в руках пернатого копье.       – Что ты?..       – Эта вещица окутана слишком сильной тьмой. Эти цепи схватят того, кто попытается их коснуться. Похоже, у твоего нечистого серьезные проблемы. Но я, как хранитель, не могу позволить пострадать и тебе. Посему, сейчас же уничтожу цепи и перо. Думаю, демон будет рад такому поступку. Не мешай мне.       Закрываю собой ящик, преграждая путь и упрямо качая головой.       – Нет, подожди Рус!.. Я… я знаю, что делать… надеюсь.       Он все же опускает копье, но продолжает держать оружие в руке. Прикрыв глаза, представляю Алю. Четко вспоминаю лицо этой демонессы. Она же говорила, что является одной из сильнейших. Да и является архивариусом повелителя преисподней, и сама говорила, что взяла Дая под опеку. Думаю, уж ей-то хватит сил помочь. Мысленно зову её изо всех сил. Стараюсь докричаться, пока, забывшись, не перехожу на настоящий крик:       – Алерисия, пожалуйста, придите! С Даем совсем плохо!       – Что с Велотом?       Невольно вздрагиваю, когда совсем рядом раздается её голос. Она внешне спокойна, но я вижу - янтарно-алые глаза стоящей передо мной почти молнии мечут. Она на взводе, но при том не боится, а злится. Значит, все будет хорошо.