Сестрица
8 мая 2014 г., 16:45
Клариса Ла Ру никогда не блистала умом или сообразительностью. Еще в институте она поняла, что можно получить некоторые зачеты и деньгами, а других преподавателей раздобрить, а потом сыграть на их жалости. До сих пор именно так девушка и жила, каждодневно приходя на работу к восьми-тридцати. Она работала обычной практиканткой в маленькой лаборатории после университета, когда познакомилась с Дакотой Вакхосом, уже тогда очень перспективным и подающим надежды криминалистом. Этот парень разглядел в Клариссе нечто такое, что позволило ему взять её с собой. Он с трудом убедил начальство взять эту «умнейшую» девчонку на работу. Кларисса выросла здесь со стажёра до начальника отделом. За это время Дакота стал одним из самых лучших друзей девушки, а так же вырос до руководителя Нью-Йоркского CSI. Никто не понимал, что происходит между этими двумя. Дакота легко относился к неудачам Ла Ру, подкалывал её, пил с ней в баре на выходных, будил её по утрам телефонными звонками, в которых покрывал её благим матом. В свою очередь девушка никогда не церемонилась с Дакотой. Всегда высказывала правду в лицо, при сотрудниках называла его пьяницей и конченым человеком, безустанно твердила что-то о идиотах, управляющих планетой, улыбалась ему на улице и всегда соглашалась на ночные прогулки в автомобиле под звёздами. Их нельзя было назвать влюбленными друг в друга, нет. Друзья? Именно так называли себя эти двое. Но ведь все видели, как дружили Дакота и Силена — милости в адрес друг друга и бесконечная поддержка, в то время как Кларисса не чуралась в выражениях и всегда пинала мужчину, если тот заводил разговор о проблемах. Зато весь отдел знал, что если Кларисса в ярости, то лучше обходить её десятой дорогой.
Сейчас Кларисса была в ярости, смешанной с отчаянием. Она пролистывала пятый десяток книг по медицине, химии и лабораторным исследованиям, но ничего, что могло бы быть похоже на яд, найденный в крови Пита Роуза. Ни-че-го-шень-ки! Все обходили кабинет Ла Ру стороной, в компьютерном отделе все уже стояли на ушах, пытаясь понять, что за яд был найден. Разработки CIA, спертые из-за границы? В дверях стояла Силена с чашечкой кофе, наблюдая за взбесившейся подругой-фурией.
— Я не понимаю, почему ты так нервничаешь? Если ты не можешь найти ответ — перезадай вопрос кому-нибудь другому. Пожалуйся Вакхосу. Обвини во всем FBI. Выпей, в конце концов, — брюнетка поправила прическу, смотря в зеркало на стене напротив. — Я всегда так делаю.
— Тебе хорошо говорить: разрезала труп, посмотрела на его кишки, зашила и вновь залипай в телефоне. А мне перед Дакотой отчитываться за весь отдел.
— Как будто это когда-то было проблемой, — Селена фыркнула, наблюдая за тем, как Кларисса запускает в стену очередную книгу от бессилия. — Пойдешь со мной завтра на концерт Калипсо?
— Что? — шатенка повернулась к подруге и посмотрела на неё так, словно не узнавала ее. — Какой к черту концерт? Я не могу найти этот яд в картотеке, понимаешь?
— Я уже купила два билета на нас, — словно и не слышала слов подруги Богард. — Ты обязана пойти со мной. Калипсо, она же замечательная! Красивая, идеал для самосовершенствующихся! А голос у нее какой…
— Простая певичка, — голос мечтающей Селены был слишком тонок, по сравнению с почти мужским басом Клариссы. Шатенка продолжала искать подходящие формулы и виды ДНК.
— Нет, ты не понимаешь. Она известна на весь мир!
— Я тебя умоляю, Богарт. Ты как маленькая. Её песенки включают в машинах ни на что не способные мальчишки, желающие прокатить на своем втором мозге глупых девочек.
— Фи, как грубо, — Селена поморщилась и сложила бедные книжки в стопочку. — Дрю уехала. И с кем мне идти на концерт?
— Попроси своего этого… Ну как его? Который амбал.
— Чарли? — брюнетка подняла бровь.
— Ты называешь двухметрового амбала-негра, который шире Дакоты в плечах в два раза — Чарли? Чарли. Господи, ему меньше всего подходит имя Чарли. Так называют малышей в парке, худощавых хипстеров, свиней… Но никак не черного парня с внешностью маньяка.
— Прекра-ати-и… Он милый, — Селена закатила глаза, подражая такому же действию Клариссы. — Но он не пойдет со мной на Калипсо. У него дежурство у отца в мастерской. Пойдем, Кларисса. Пожалуйста.
— Я пойду, если она будет петь что-нибудь из репертуара The Rolling Stone или Nirvana, — Селена выдохнула. — Ладно, я пойду с тобой. Только не делай такое лицо, будто я кого-то убила.
Патологоанатом подпрыгнула на месте и обняла свою подругу.
— Я тебя обожаю, сестрица.
— А меня обожаешь? — в проходе кабинета стоял Дакота.
— Писец подкрался незаметно, — пробормотала, довольно громко, Кларисса. — Дакота. Все очень плохо. Я не нашла этот яд.
— Значит изучи его, — пожал плечами мужчина, не удивившись.
— Для этого мне нужна профессиональная лаборатория. Устроишь?
Мужчина нахмурился. Профессиональная лаборатория, лучшая в городе и стране, находилась во владении FBI. Он неплохо общался с Рейной, однако она никогда в жизни не пропустит никого из отдела CSI к себе в отдел. Это нельзя было провернуть без помощи правительства Нью-Йорка. Возможно FBI и сотрудничали с CSI, но не чаще, чем CIA проваливали задания.
— Нет, Кларисса, я не смогу это сделать.
— Окей. Раз ты отказываешься мне помогать, я обращусь за помощью в более приемлемые для нас, обычных смертных, инстанции, — шатенка толкнула мужчину на пути на выход. Силена покачала головой, смотря вслед Ла Ру.
— Боюсь, что эта точно найдет способ разобраться в этом деле.
— А я боюсь, что её идеи выйдут нам боком.
***
Брюнетка ненавидела переодеваться для преступления. Обычно она надевала счастливую толстовку, ранее принадлежавшую её отцу, криминальному авторитету, и брала с собой браунинг. Но сегодня был особый день, особое преступление, особая жертва. Самая известная в Нью-Йорке внеполитическая личность, на чей концерт мечтали попасть все малолетние девчонки страны. Девушка слегка подкрасила губы и глаза, нарисовала свои любимые стрелки, положила в бюстгальтер перочинный ножичек. На ней были высокие каблучки, которые девушка надевала только на праздники, форма горничной, волосы она заплела в высокий хвост. — Ну что, как я выгляжу? — она повернулась к наблюдающей за её манипуляциями Пайпер МакЛин. — Неплохо. — Неплохо? Я должна выглядеть идеально. — Ни одна девушка в мире не будет выглядеть идеально в форме уборщицы-домохозяйки. Ну, разумеется, кроме порно-актрис, — В Пайпс полетела диванная подушечка, которую та с легкостью поймала. — Принесешь мне кусочек тортика? — Обойдешься, — кинула через плечо Зоя и отправилась на выход. Её редко устраивало то, как она выглядит, но сейчас она была шикарна. Через пятнадцать минут девушка была у входа в St.Regis, самый дорогостоящий отель в Нью-Йорке. Зоя мало понимала, зачем её жертва тратила столько денег, когда могла отправиться в тот же хостел, где самой Ночной Тени нравилось гораздо больше. Впрочем, Зоя об этом серьезно задумываться не стала, а сразу направилась к лифтам. На двадцатом этаже она осмотрелась. Лишь около одного входа стояла охрана — её-то и следовало провести. В два часа ночи к их хозяйке была вызвана горничная? Возможно, но слишком подозрительно. Потому брюнетка этим планом и воспользовалась. Её пропустили, да и как не пропустить Зою Ночную Тень туда, куда она хочет войти? Ответа на этот вопрос не знал даже Перси, а уж тем более парочка амбалов не могли знать об этом вовсе ничего. При виде из окна номера девушка присвистнула — теперь понятно, почему Талия выбрала себе квартирку на 36 этаже — вид просто обалденный открывался на весь город. Но брюнетка пришла не за этим. Из кармана формы девушка вытащила свой браунинг и направилась в спальню к жертве. Мгновение — ствол направлен прямо промеж глаз светловолосой девушки с такими же миндалевидными глазами, как у Зои. Преступница слегка подтолкнула девушку, чтобы вернуть ее ото сна, и жертва открыла глаза. Раздался оглушительный крик и светловолосая спряталась под одеяло. Кареглазая закатила глаза. — Я понимаю: одеяло защищает от монстров под кроватью, Адлер. Но как оно спасет тебя от пули в лоб — я никогда не пойму, — Зоя по-прежнему целилась девушке в голову. Недавно спящая медленно стянула одеяло с себя и уставилась на пистолет. — Никак, возможно. Но я хотя бы не увижу момент моего убийства. И не называй меня Адлер. — Ты его и так не увидишь. Не сегодня, это однозначно, — брюнетка оглядела комнату, пока светловолосая пыталась восстановить дыхание в норму. — Неплохо устроилась. Ты как была Адлер Куинни, так ею и останешься, дорогуша. Даже если только твои приближенные знают это имя, а все остальные называют тебя Калипсо. Дурацкий псевдоним. Ты знаешь историю этой волшебницы? — Да, знаю. И мне нравится мой псевдоним, ясно? Зачем ты приперлась? — Как зачем? — брюнетка подняла бровь. — Чаю с тортиком попить, конечно! — Сама лично девушка достала из подставки горничной тортик и две кружки с пакетиками чая. «Жертва» рассмеялась. — Зоя, ты разбудила меня, о Мерлин, в два часа ночи, устроила весь этот маскарад с пистолетом и формой горничной ради того, чтобы попить чайку? — И поесть тортик, — Улыбнулась брюнетка. — Ты неисправима. — Это ты не исправима. Испугаться незаряженного браунинга сорок пятого калибра! С ума сошла! — Девушка махнула пистолетом в сторону Адлер, от чего та вновь вскликнула. — Убери эту штуку, Зоя! Чай так чай. Я не против. — Вот и молодец. А вообще мне нужна бесплатная парочка билетов на твой концерт. Ну ты понимаешь, я должна послушать, как поет моя младшая сестра? — Да ладно? Мы не виделись пять лет, за которые ты ни разу мне не позвонила. — А ты не поздравила меня с днём рождения, поэтому давай прекратим заранее наши величайшие обидки всех времён и народов. Иначе я в тебя выстрелю. Неси кипяток, Адлер, будем решать проблемы.***
Брюнетка сидела в ванной комнате и наслаждалась. Наконец-то она может вновь ощутить этот приятный аромат, испытать блаженство посидеть в горячей воде, поплескаться в пене. Она не торопилась, растягивала момент, подливала горячей воды, разминала шею. Ей требовался хороший психолог и массажист. Массажист в первую очередь. Рядом лежала приготовленная ей одежда, правда выбранная не совсем по размеру, за что она хотела уничтожить своего помощника, но все же решила оставить его в живых. Он ей ещё пригодится, очень пригодится. Единственная родная кровь, как-никак. Она никак не могла вспомнить, куда подевала свою зелёную бейсболку, в которой шарахалась по городу, скрывая физиономию от правоохранительных органов. А где её браслет из голубого камня? А часы? Она не разбиралась, когда сбрасывала с себя вещи, чтобы лечь на мягкую постель. Блаженство — не больше, не меньше. Рай быть дома. Даже если этот дом не совсем твой… В ее голове строго сидел пунктик, мешающий ей мирно существовать на этой земле. Месть. Ему, ей, всем. Всем на свете отомстить, а потом радоваться, танцевать на их костях — вот чего она хотела. Нет, не смерти, смерть было бы слишком скучной местью, убивать она умела. Посадить за решетку, унизить, лишить самого дорогого… И у нее нашлись, неведомо откуда, союзники. Теперь она могла всё.
