Overdose

Мое бетонное тело снова обрело жизнь. Путаясь в своем сознании, я наконец-то открыла глаза, чувствуя, как руки наливаются теплом, и оно стекает дальше, пробуждая тело и ноги. Впрочем, я обездвижена, чувствую это при легком подергивании кистей. - Где я? – беззвучно спросила я. Мои глаза наконец-то рассмотрели все вокруг. Я была прикована к постели и, судя по занятой катетером веной, нахожусь в больнице. Голова тяжелая, а губы сложно разлепить из-за запекшейся крови. Ладони исполосованы ногтями, и запекшиеся царапины режут своим цветом глаза. Кажется, я вЕшу безумно много. Поворачиваю голову и смотрю дальше постели. На кресле сидит Шеннон, а на нем прыгает какая-то блондинка. Причем беззвучно и сбиваясь с ритма. Не сразу осознаю, что кричу. Вскрик подавляется першением в горле. - Не трахайтесь… Зде.. кхе-кхе… Сь… - О, галлюцинации, - как-то смешливо заметила девушка. Со второго взгляда понимаю, что она не обнаженная, а в белом. Точнее, это медсестра. Шеннон поднимается вместе с ней и идет ко мне. Блондинка вводит что-то в меня по катетеру, и сознание спустя минуту проясняется. - Наконец-то ты здесь, Шэри, до этого ломка не отпускала тебя, - заметил Шеннон. - Как я здесь оказалась? Это клиника? - Да. Лето подождал, пока медсестра уйдет. - Я в штатах? - Да. Ты же сюда прилетела, сбежав от меня. - Как ты упрятал в клинику без согласия? - Подделал документы. По достижению целей мне нет равных. - Вот как… Сколько я дней так? - Три. Ты приходила в себя. Помнишь? - Не-а… - Приходила. Кричала, требовала освободить. Требовала наркотик. - А как лечат? - Блокируют препаратами доступ героина в мозг, дезинтоксикационная терапия, а потом поставят имплантант, и ты не сможешь воспринимать героин даже уколовшись. - Лишаешь меня единственной радости в жизни. - Я тут навел справки… Пять лет назад твои родители и брат попали в авиакатастрофу. Ты унаследовала все, но переписала бизнес на дядю, который переместил все в Европу, оставив тебе деньги. Поправь, если не так. - Я знаю это, и слушать не интересно. Скажи, в качестве кого я тебе? - Моя жена. По документам ты – моя жена. Весь мир знает, что сестры у меня нет и не может быть. Я усмехнулась. - Как там твоя фамилия? Лето? Шеннон кивнул. - Рад, что память прояснилась. - Наклонись, пожалуйста, - попросила я. Запах мужчины мгновенно сковал мои легкие, и я тут же прошептала: - Ненавижу тебя, сука, за каждый твой жест. Повернув голову, я укусила его в шею. Острый захват зубов мгновенно порвал кожу, задел поверхностные сосуды. Я оскалилась, глядя, как Шеннон вскрикнул и, бросив на меня бешеный взгляд, выбежал из палаты, закрывая рукой рану. Я рассмеялась. В голос. Когда он поймал меня и решил лишить единственной радости? Он, что, господь, что ли? Затрясло от злости. Ненавижу его. У меня был мой героиновый мир, и отсюда мне не выбраться. … В палату вбежал какой-то человек, ввел что-то в вену и… Тяжелый сон. Открываю глаза снова. Каждый раз это похоже на пытку. Ненавижу тяжесть в теле и голове. - Шарлотта, я ваш лечащий врач, мистер Уилсон, а это доктор Редди, психиатр. На необходимо сделать пару тестов. - Где Шеннон?.. - Мистер Лето пока не будет навещать вас. Вспышки агрессии влекут за со.. - Я НЕ БУДУ БЕЗ НЕГО ГОВОРИТЬ! – я подорвалась на постели, но силы, чтобы разорвать оковы, конечно, не хватило. Психиатр вздохнул. - Нет. Я поняла, что больше не владею собой. Крупные слезы потекли по лицу. Я задрожала от откуда ни возьмись холода, и это заставило почувствовать себя жалкой и ничтожной. - Говорите, Шарлотта, не тяните с лечением. Вы давно свободны от героина. Позвольте себе жить дальше. Итак… Как давно вы начали принимать героин? - Три года назад я попробовала этот наркотик. До этого ничего не было, даже марихуаны. Дозу увеличивала постепенно, делала простейшие химические расчеты. - Почему принимали снова? - Было скучно, да и тело как-то уставало без яда… И мне всегда хотелось секса, это позволяло мне думать, что я контролирую ситуацию без героина, это ведь уже после кайфа я «истекала»… - Мистер Лето нашел вас на улице у проститутского притона. Скажите, как вы там оказались? Вы же из благополучной семьи, у вас замечательный муж. - Он говорил о прошлом? Так вот… Оно не отпу… Я не хочу об этом говорить! - Тише-тише, - бесстрастно попросил врач. – Дальше. - Просто мой диллер больше не связывался со мной. У меня была цепочка – таксист и наркодиллер. Думаю, что-то сбилось, но такси больше не приезжало. - Вы знаете, почему? - Думаю, Шеннон это сделал. Он пресек это. - Да. Вы знаете, что можно жить дальше без героина? - Да. - Вы когда-нибудь думаете о смерти? Я бросил взгляд на окно, за котором шумел серый дождь. - Нет. Я уже мертва. Он вздохнул. - Шарлотта, мы позволим вам погулять по коридору, если вы обещаете держать себя в руках. Поверьте, мы не вводим ничего, что бы воздействовало на вас плохо или как-то подменяло реальность. Галлюцинаций нет. Полагаю, вы хотите погулять? - Хочу. - Вы исхудали за это время, не пугайтесь себя в зеркале, ладно? Я усмехнулась. - Хорошо. - Пока поспите. Вечером я вас отпущу. Погуляете с мужем. … И снова тяжело. Они не дают мне ничего осознать.