Привет из прошлого

      Этот день, кажется, длился целую вечность. Вот уже пятый час наставники крутятся в своих креслах, набирая к себе в команду участников. Однако детей, которые ещё ждут своего выхода, почему-то не становилось значительно меньше. И у наставников, и у съемочной группы было уже три перерыва по тридцать минут, но легче от них никому не становилось.       И вот «подстаканники» вновь разворачиваются, как бы говоря, что с минуты на минуту выйдет новый участник и пора бы начинать работать. Какой он там по счету? Двадцатый? Нет, это был далеко не двадцатый участник! И все же день сегодня не задался с самого начала, перерывы не помогали, нервы были на грани, а потому попасть в команду хоть к кому-то становилось миссией из разряда «невыполнимо».       — Поль, мне кажется, я не доживу до конца этого дня, — тихо поделился своими догадками Дима, обращаясь к коллеге, что сидела на соседнем кресле. Билан никогда не умел ждать, никогда не умел терпеть или же просто сидеть на одном месте ровно. Ему надо все и сейчас! А здесь и сейчас конкретно ему ничего не нравилось, потому что и песни дурацкие, и голоса отчего-то в душу не западают.       — Дим, ну что ты как маленький ребенок? Осталось меньше половины, потерпи, — ответила Полина, которая полностью разделяла его плохое настроение, но все же умудрялась его скрывать и работать более внимательнее и, главное, продуктивнее.       По залу раздалась тихая и медленная мелодия, что означало конец этого пустого разговора. Полина внимательно начала вслушиваться в голос за спиной, а Дима лишь без особого энтузиазма смотрел куда-то в зал, потеряв надежду встретить что-то, что сможет его сегодня зацепить.       — Девочка? Мне кажется, что это девочка поет, какая-то необычная девочка, — вырывая Билана из плена его мыслей, Полине все же удалось обратить его внимание на то, что на сцене сейчас вообще-то стоит ребенок, который переживает, волнуется и поет, черт возьми, для них!       По голосу нельзя было понять, что девочка за спиной совсем маленькая. По голосу, что доносился по всей студии вообще мало что можно было понять. И это зацепило. Цепануло так, что в какой-то момент Дима чуть ли не подпрыгнул на месте, с диким удовольствием в глазах нажав на красную кнопку своего кресла. Было настолько красиво, но настолько непонятно, что усидеть на месте он просто не смог!       — Она моя! — воскликнул певец, как только кресло полностью развернулось к Веронике и все его ожидания с треском потеряли какое-либо значение. Он-то представлял себе девочку лет двенадцати-четырнадцати, так сказать, из старшей группы участников этого проекта, а перед ним сейчас пел совсем маленький человечек…       Маленькая темноволосая девочка, которую едва можно было рассмотреть на сцене из-за её небольшого роста, в прямом смысле этого слова, пленила мужчину своим пением. Девочка казалась ему необыкновенно красивой, и в какой-то момент Дима поймал себя на мысли, что от неё исходит какое-то родное тепло. Что-то непонятное, но такое знакомое манило его к ней. Билан не мог понять, в чем дело, но он точно был уверен, что теперь он её никому не отдаст!       — Только попробуйте нажать на свои кнопки, после съемок вам не жить! — начал угрожать Дима своим коллегам, что сидели по левую руку и лишь с улыбкой наблюдали за его реакцией.       Они так долго ждали, когда Дима наконец-то включится в процесс, что сейчас негласно решили проявить солидарность и добровольно отдать эту участницу ему.

***

      — Смотрите, как быстро повернулся Билан! Это прям чудо какое-то, по-другому и не скажешь! — прокомментировал Нагиев, который стоял сейчас в комнате ожидания в компании Пелагеи и её матери. И если ведущий искренне радовался за девочку, что действительно хорошо поет и, которая смогла пробить кресло самого привередливого наставника этого сезона (а именно так Билана и прозвали под конец первого съемочного дня), то мама и бабушка этой участницы радость ведущего не разделяли.       У Пелагеи, если честно, в тот момент, когда Дима всё же повернулся к Нике, вообще всё остановилось. Внутри всё сковало от страха и ещё одного непонятного, но настойчиво бьющего по вискам чувства.       И если с первым было все понятно. Участие Ники в проекте под началом Билана явно не входило в её изначальный план, который она так долго и упорно продумывала все эти месяцы. Честно говоря, это вообще выходило за все мыслимые и немыслимые рамки… И оставалось ей сейчас лишь до последнего надеяться, что к Веронике повернется кто-нибудь другой и она изменит свое решение идти к тому, кто первый повернется.       А вот со вторым чувством было все немного сложнее. Пелагея впервые увидела встречу своей дочери и её отца, отчего сердце в груди сделало тройной аксель и приземлилось где-то районе пяток. Ей всегда так хотелось, чтобы у её малышки был отец — с первого дня, с первого её вздоха, но не вышло… А сейчас, они стоят друг напротив друга, смотрят своими одинаковыми карими глазами друг на друга и даже не подозревают о своем родстве.       И была в этом какая-то несправедливость — горькая и неприятная правда жизни.       — Ну все, это конец! А о чем я тебе говорила? Плохая это идея, плохая! Но ты разве когда нибудь слушала мать? И, скажи мне, что ты собираешься сейчас делать? Все, она в его команде! — начала суетиться Светлана Геннадьевна, как только закончилась песня, а к сцене вела лишь одна бела дорожка от кресла Билана.       Песня закончилась, никто больше не повернулся, а надежда окончательно покинула это поле боя.       — Да, что вы та кричите на бедную девушку? Есть какие-то проблемы с Биланом? — спросил Нагиев, который внимательно вслушивался в каждое слово блондинок, — Вы не переживайте так, Билан отличный наставник, это он сегодня чего-то вредничает. Говорит, музу не нашел пока еще, а ваша девочка пришла и уложила его в полный накаут! — по привычке отшутился ведущий, чем забил, кажется, последние гвозди в крышку этого и без того прочного и надежного гроба, которой сейчас накрыло Светлану Геннадьевну, — Наоборот, надо радоваться тому, что ваш ребенок отлично спел и теперь, как минимум, задержится у нас до следующего этапа, а там кто знает, что её ждет.       — Спасибо большое, мама просто очень хотела, чтобы внучка к Фадееву пошла, — мило улыбнулась Поля, сжимая в руке локоть матери. Ругаться здесь с ней по поводу Димы и их некогда отношений Поля все ещё не хотела, а тем более она не хотела выносить это на обозрение Нагиева и еще нескольких операторов и модераторов, что сейчас непрерывно снимали каждое их слово и действие.       — Пелагея, не дай Бог… — начала было Светлана Геннадьевна, но тут же была прервана мужчиной, которому это беспочвенное, на первый взгляд, волнение безумно надоело:       — Так, а ну прекратили! Давайте лучше послушаем, что скажет нашим наставникам ваше чадо!

***

      И стоит отметить, что когда остальных наставников развернуло лицом к Нике, то ни Полина, ни Макс не смогли сдержать удивленных возгласов и слов похвалы. Вероника пела достаточно сложную композицию для шестилетнего ребенка, к тому же на прекрасном английском языке без явного акцента, что автоматически наводило на мысль, что на сцене девочка-подросток, а тут…       — Ну, привет, ангел! Как тебя зовут, сколько тебе лет и откуда ты нам приехала? — начала знакомство Полина, которой не терпелось узнать хоть что-то о юной участнице.       — Здравствуйте! Меня зовут Вероника Ханова, мне шесть лет и я из Лондона, — спокойно произнесла Ника, пытаясь подавить в себе сильнейший поток радости. Глаза горели, на лице была широченная улыбка, а сама она лишь крепче сжимала микрофон и ждала новых вопросов.       И пока Полина готовилась задать новый вопрос, Билан словно оцепенел, который раз за последние десять минут. Фамилия девочки неприятно резанула слух, доставая из недр памяти что-то давно забытое. Дима, безусловно, вспомнил девушку, на которой ещё несколько лет назад хотел жениться. Вспомнил он также, как неудачно они разошлись. А потому ему очень хотелось, чтобы фамилия была просто нелепым совпадением, а не очередной шуткой жизни над ним.       — Вероника Ханова, да и из Лондона? Интересно… — Полина не на шутку заинтересовалась новой участницей, которую же ещё и по своей воле добровольно отдала в команду друга, даже не дав себе шанса побороться за нее, — Ты живешь там или переехала с родителями?       — Я там родилась и живу, но моя мама и бабушка из России, поэтому я знаю русский.       — Ну, теперь понятно, почему у тебя такое чистое произношение, — теперь в разговор подключился и Фадеев, который не мог не отметить того, что девочка действительно очень хорошо пела на английском, — А кто научил тебя так красиво петь?       — У меня мама певица, ну была когда-то, — все ещё продолжая без стеснения отвечать на вопросы наставников, Ника, кажется, была готова сейчас рассказать им про всю-всю свою жизнь, — Я вообще в маму пошла, она у меня рано начла петь и я тоже!       — Ну что, Вероника, добро пожаловать в команду? — спросил Дима, понимая, что ничего большего у неё он спросить не может, да и не хочет пока. Вопросов, безусловно, целая куча и маленькая тележка, но он решил отложить их на время репетиций. Ведь времени теперь у них будет предостаточно, можно не переживать.       — Нет! Я не Вероника, меня так только родные называют, а для всех остальных меня зовут просто Ника! — прервала его Ника, как только услышала такое непозволительно обращение к себе. И она пока не знала тонкостей того, как нужно правильно представляться людям, чтобы те сразу начинали называть её нужной формой имени, но, к счастью, имела смелость вовремя поправлять людей, если нарушались её границы.       — Хорошо, Ника, буду знать, — подмигнул Дима, вмиг преодолевая расстояние до сцены и подхватывая ребенка на руки, от чего Ника лишь рассмеялась и крепко прижалась к своему наставнику.       Через пару минут, когда девочка немного отстранилась и с улыбкой посмотрела ему в глаза, Дима внимательно оглядел её, судорожно пытаясь уловить в этой задорной улыбке знакомые черты, мимику — хоть что-нибудь.       За всем этим Билан и не заметил, что слишком странно на них сейчас смотрели все остальные. Гагарина и Фадеев ждали, когда он поднесет девочку к ним для банальных приветственных объятий, чтобы ещё раз сказать, что она большая молодец и пожелать удачи.       Ника же просто не понимала, почему мужчина вдруг подхватил её и не опускает, но говорить ничего не решалась, потому что, в принципе, она была не против посидеть у кого-нибудь на ручках.       А Дима, кажется, найдя что-то знакомое, но так и не поняв, что именно, спустя ещё какое-то время все же опустил Нику на пол и шоу, как говорится, продолжилось.

***

      «Вспомнил. Он помнит!» — пронеслось в голове у Пелагеи, когда она увидела озадаченное лицо Билана, после того, как Ника произнесла её свою фамилию. После эти опасения подкрепились странным общением её дочери с ним на сцене, что конкретно загнало её в тупик. И что делать дальше?       — Мама! — с криком в комнату вбежала Ника, тут же оказываясь в объятьях блондинки. Её счастью не было предела. Она безумно рада, что она прошла дальше, ведь это обозначает, что они с мамой и бабушкой ещё, как минимум, на два месяца задержаться в Москве. В городе, который с каждым днем открывался и манил девочку все больше и больше.       — Ты у меня большая молодец, я так горжусь тобой! — сказала Пелагея и подняла дочь на руки, пока Светлана Геннадьевна с недовольным лицом стояла в стороне.       К сожалению, женщина даже не начинала учиться в ГИТИСе, как некоторые, а потому так быстро лукавить и переключаться с негатива на позитив она не могла. Хотя, скорее, просто не хотела.       — Так, Пелагея… — как только была отснята подводка с Нагиевым и им разрешили уходить, к Поле подошел какой-то мужчина, в руке которого был большой блокнот, — А вот! Так, Пелагея Сергеевна, мы вас завтра ждем в студии проекта, чтобы подписать новый договор, познакомиться с наставником, в данном случае с Димой Биланом, и получить дальнейший план репетиций.       — Хорошо, спасибо большое, — быстро ответила Пелагея, пока до конца не понимая, что от неё требуется и как это «познакомиться» с наставником. А можно без этого? Обязательно ли знакомиться?       — А я же говорила, — заметив замешательство на лице дочери, Светлана Геннадьевна продолжала открыто показывать свое недовольство тем, что все сложилось именно так.       — Так, давайте собираться и поедем в какой-нибудь ресторан отмечать участие Ники в проекте, — блондинка мягко улыбнулась дочери, демонстративно игнорируя все выпады со стороны матери, и направилась в сторону гримерных комнат.       Они со Светланой Геннадьевной еще обязательно поговорят, в этом она уверена на сто процентов, а потому не было сейчас никакого смысла решать Веронику праздника. В конце концов спела она великолепно, в проект попала, со всеми поставленными перед нею задачами справилась на отлично!       Весь оставшийся день Ника делилась с мамой и бабушкой впечатлениями о выступлении, не скрывая своей искренней радости по поводу того, что все складывается именно так. И Поле со Светланой Геннадьевной лишь оставалось мило улыбаться девочке, чтобы не омрачать этот день своими переживаниями. Они же здесь все-таки из-за неё, да?

Старая любовь, пусть даже и угасшая, все равно всегда отдается в сердце тупой и мучительной болью…