No Rest For The Wicked (Нет Покоя Нечестивым)

Девушка, сидевшая за столиком возле окошка, не моргая, следила за проходящими мимо людьми. За большим окном кафе виднелись грозные тучи, которые постепенно сгущались над ранее чистым бескрайним небом Нью-Йорка. Время близилось к девяти часам вечера, и Гвен, наверное, в сотый раз за эти сорок минут глянула на экран телефона: ни пропущенного вызова, ни нового сообщения. Ничего. Устало вздохнув, она заказала еще одну чашку горячего латте, и постаралась сохранить спокойствие. Блондинка готова была ждать сколько угодно, чтобы увидеть любимого кареглазого брюнета. Она прекрасно знает, что сейчас ее парень, очевидно, спасает родной город от очередных нападений преступников. И поэтому не может сдержать волнение, колотящее ее изнутри – каждый раз, когда Питер опаздывает или не отвечает на звонки, в душе Гвен умирает частичка спокойствия и здравого смысла. Она готова быть рядом на высоте небоскребов, только чтобы знать, что Паркер жив и здоров. В его случае ей хватит просто слова «жив». Но Человек-Паук одним взглядом пресекал все возможные варианты таких предложений. И его можно было понять - он не хотел терять еще одного любимого человека. Вот поэтому Гвен была тут, а не там. Мирно сидела у окна и ждала Ее Персонального Героя. Раздался звук колокольчиков, входная дверь распахнулась, и мир Стейси пошатнулся, играя другими красками: тучи над Нью-Йорком больше не казались такими пасмурными, вкус латте во рту перестал быть слишком пряным, а ее лицо расслабилось от неглубоких морщинок беспокойствия. Розовые губы изогнулись в простой улыбке, когда Паркер сел на соседний стул. - Прости-прости-прости! – начал тараторить друг, размахивая руками, - страшная пробка. Девушка засмеялась: - А что, в понятие «страшная пробка» ты вкладываешь еще и гонки по вертикали? - Да, да – парень не мог не улыбнуться в ответ, еле сдерживая свои чувства, которые бушевали внутри его. Питер хотел заключить ее в объятия, поднять ее, обнять крепко-крепко, чтобы белокурая девушка не смогла даже вдохнуть, и закружить по всему кафе. Она дарила ему крылья, и он, в свою очередь, хотел сделать ее самой счастливой девушкой на планете. - Что? - Что «что»? – повторил парень, отвлекаясь от своих мыслей. - Что это был за взгляд? – Задала свой вопрос еще раз, наивно улыбаясь, - Вот сейчас, опять! Паркер перетянулся через весь стол: - Просто думал о том, какая ты у меня догадливая. Приблизившись, Питер почти невесомо прикоснулся своими губами к ее. Паркер почувствовал легкую улыбку Гвен, которая обвила его шею руками, притягивая своего парня чуть ближе, заставляя углубить поцелуй. Она соскучилась – и хотела чувствовать его, понять, что вот он тут, целый и невредимый, материальный. Не какая-нибудь галлюцинация. Но супер-герой отстранился от девушки, загадочно улыбаясь. - Что у нас сегодня по программе? - Нет никакой программы, чистая импровизация, - Гвен отпила остывшее латте, и продолжила: - Питер, мы так редко можем выбраться куда-нибудь вместе. У меня – учеба, у тебя – спасение целого города. Я понимаю это, и хочу наслаждаться каждой секундой нашего общего времени. Она перевела дыхание – слова дались ей нелегко, и столько всего хотелось сказать еще, но нужно ли это сейчас, подходящий ли это момент? Горько улыбнувшись про себя, девушка решила, что случится это не сегодня, потом, позже. Когда-нибудь. – Поэтому никакого плана. Только ты и я. Вдвоем. Настолько долго, насколько это возможно сегодня. - Питер Бенджамин Паркер, какая неожиданная встреча! – незнакомый мужской голос раздался прямо за спиной парня, вынуждая того встать со своего места и оставить слова Гвен безответными. - Гарри? – Питер не поверил своим глазам, - Гарри Озборн? Ностальгическая улыбка тронула его губы, а глаза засветились блеском воспоминаний детства. - Я смотрю, ты снял брекеты. Теперь тебе нечем отвлекать внимание от могучих бровей! – Блондин с голубыми глазами улыбнулся белоснежными зубами, и кинулся обнимать старого приятеля. - А ты все еще сушишься феном по утрам? – слишком язвительно спросил Паркер, и оба рассмеялись. Гвен Стейси вежливо встала со стула, протягивая хрупкую ручку незнакомцу. - Гвен, знакомься - Гарри Озборн, пропавший лучший друг детства! Гарри, это – Гвен, моя… - Питер запнулся. Она была для него больше, чем просто девушкой. Светом, надеждой, целым миром… - девушка. Глаза блондинки засияли искренним счастьем, когда Паркер произнес «моя девушка». Было очень приятно принадлежать ему. Зеленые глаза встретились с карими, и мир перестал существовать для них. Казалось, секунды замедлили свой бег по настенным часам, а остальные люди замерли на месте. Озборн не мог не заметить, как эти двое связаны между собой. Они были отражением друг друга и, кажется, действительно счастливы вместе. Гарри чувствовал себя лишним, но долгожданная встреча с другом смывала неприятный осадок. Парень внимательно оглядел белокурую девушку с ног до головы, и уголки его губ потянулись вверх. - Приятно познакомиться, - Гарри аккуратно поцеловал тыльную сторону ладони новой приятельницы. - Взаимно, - смущаясь, ответила Стейси, и как можно быстрее отвела руку. – Наверное, трудно быть ребенком великого Оскорпа? - Не труднее, чем каждый год менять место жительства. Все интуитивные чувства Гвен встрепенулись, а ее разум насторожился. Здесь было что-то не так. Девушка не понимала, что заставило ее интуицию резко взметнуться: то ли Озборн, то ли резкая смена настроения Питера. - Гвен – сотрудница Оскорпа, - заметил Паркер. - Правда? – удивился блондин. – Тогда мой отец должен гордиться такими ценными сотрудниками. Норман Озборн. Человек, создавший научный центр всего мира - Оскорп. Девушка не была лично знакома с этим мужчиной, потому что он давно не появлялся в своем детище из-за тяжелого недуга. Питер внимательно посмотрел в окно, будто бы услышал или увидел что-либо интересное. - Зачем ты вернулся? - Дела семейные не ждут, Пит, - весело сказал Озборн. – Чем занимается твоя спутница? - Совсем ничего особенного, бывший отдел Курта Коннорса, - ответила Гвен, продолжая следить за Питером, который мыслями был не здесь, а где-то далеко. - Курт Коннорс, - нарочисто медленно произнес Гарри, будто бы вспоминая, но на самом деле пытаясь завладеть вниманием блондинки. Его усилия оказались тщетными. - Гвен, - наконец сказал Питер, - мне нужно… буквально на пару минут… Девушка, грустно улыбнувшись, кивнула. - Гарри, еще увидимся? - Я останусь в этом городе еще надолго. - Круто, значит, да, - сказал Паркер, вылетая из кафе. - Что-то случилось? – заботливо спросил Гарри Гвен, которая пыталась сморгнуть непрошенные слезы и глядела в окно, наблюдая, как брюнет скрывается за углом здания. На улице послышались звуки сирен. - Нет-нет, все нормально, - ответила Стейси, покачивая головой. Вдруг запищал мобильный телефон с новым сообщением от Питера. Гвен торопливо прочитала смс, и подняла свои глаза на компаньона. Тот, в свою очередь, пронзительно наблюдал за ней все это время. Этот парень однозначно пугал девушку, но Стейси убедительно улыбнулась: - Было очень приятно познакомиться с тобой, Гарри. Не каждый день знакомишься с наследником научной империи. Надеюсь, мы еще встретимся. - До скорой встречи, Гвен Стейси, - прошептал Озборн, провожая взглядом белокурую девушку. «Наше «долго» сегодня длилось не столько, сколько мы бы хотели, но однажды все изменится. Я обещаю»

***

Ей было тяжело. Просто нестерпимо. Она чувствовала, что скоро огромная чаша терпения переполнится и вся вода выплеснется, одной крупной волной топя ее, унося на дно. Сегодня мог быть замечательный день, где только он и только она, но судьба оказалась менее благосклонной по отношению к ним. Ощущение несправедливости буквально разрывало девушку изнутри, мешая думать над молекулярной химией. А Гвен думала. Думала и терялась в своих же мыслях. Вздрагивать от звуков сирен, прислушиваться к утренним новостям, трястись от непринятых вызовов… Бояться неизвестности, скрывающейся за дверьми ее дома. Такова ее участь? Жить с осознанием того, что можешь потерять его в один короткий миг. За одну секунду. И не успеть сказать те самые слова, ради которых люди живут. - Гвен. Девушка резко оторвалась от конспекта, двумя шагами подскочив к окну своей комнаты. Прохладный ночной ветерок взъерошил светлые локоны, а нежная кожа покрылась мурашками. - Извини меня, если сможешь. Я знаю, что не заслуживаю этого прощения, но оно мне необходимо как воздух. Ты мне необходима. Посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри, - Гвен подняла на него глаза, обрамленные пушистыми ресницами. - Того человека, которого ты сейчас видишь, слепила ты. И поэтому я больше всего на свете не хочу причинять тебе боль. Он обхватил ее лицо своими руками, стряхивая слезинки с ее щек: - Я люблю тебя. Поэтому мне так трудно каждый раз отпускать тебя. - Питер, - прошептала Гвен, изо всех сил обнимая парня, - я все понимаю. Иногда между людьми становятся обстоятельства или другие люди. И тогда… - она запнулась, - все теряется. Но я не хочу терять тебя. - Не потеряешь, - прошептал парень, целуя в лоб свою девушку.

***

Блондин устало склонил голову, рассматривая фотографии парня и девушки. Сколько их? Пять, десять, какая, впрочем, разница? Перелистывая сенсор изящными пальцами, его взгляд наткнулся на вчерашнюю статью городской газеты. Супергерой в красно-синем трико. Какая ирония! Ухмылка изобразилась на его лице, но когда парень зацепился за напечатанные черные строчки «Фотограф: Питер Паркер», она поблекла. Ужасная дрожь в пальцах вернулась. И едва выносимая боль, раздирающая тело, тоже. Он умирал, но хватался за тонкие нити надежды. И, кажется, его стойкая уверенность в надежде только что родилась, когда он вернул те фотографии обратно. Счастливые Гвен Стейси и Питер Паркер. В Таймс-Сквере, возле кафе, заходящие в Оскорп, выходящие из школы… Все было так просто.