Владыки Ширадрила

- Мия! – резким фальцетом раздалось в горах. -Что?! – ответный фальцет. -Что произошло, объясни мне! -Ничего! -А зачем ты покинула реку? -Хотела от тебя подальше и твоих дружков уйти. Но, видимо, ничего не вышло. Проползи мимо вас, Учёных, незаметно! – прошипел высокий девичий голос. -И зачем? – глубокий тихий детский голос. -Глупый! -Твоё обвинение меня в глупости более чем необоснованно. Я задал вопрос. Ответь мне. – это было сказано с жёсткой и недетской интонацией. -Нет! -Как хочешь. Тогда я буду преследовать тебя до тех пор, пока не узнаю того, зачем сюда пробирался. -У тебя других дел нет? Ты ж Учёный! Иди налаживать мир во всём мире! Этим вы ведь занимаетесь, когда нажрётесь наркоты?! -Так… - голос заметно похолодел. – Во-первых, как я могу наладить мир во всём мире, когда я не могу наладить его с другом? Во-вторых, к чему ты говоришь о наркотиках? Я что-то сделал не так на том чаепитии? -Я была бы рада, если б это было простое чаепитие… - голос проникал всё глубже в горы. – А ты… Называешь меня своим другом, при том не обращая никакого внимания на мои чувства! -ЧТО?! – вскрикнул ребёнок. Но его голос тут же стал спокоен. - Какие чувства? -Мои! Я же… Я ведь… - создание смешалось. – Ах, что толку? Вы, мальчики, ничего в чувствах не смыслите! -Другие мальчики – возможно. Я же - Владыка Добра. Мне о чувствах побольше твоего известно. – обиженно просипело дитя. – И вообще. Ты сейчас поступаешь со мной жестоко. Я не вижу в твоих словах добрых чувств. -Надо было раньше видеть! -Видел же! И поверь, отвечал взаимностью! Я считал тебя лучшим другом среди ватуров! – ребёнок осёкся. - Ох… Я любил тебя. И буду любить. Пока ты будешь собой. А не этой ворчливой змеёй! Я хотел тебе сразу обо всём сказать… Но любовь между Сыном Вольфмира и ватуркой невозможна и запретна, меня это останавливало. -Ты Учёный, что для тебя может быть запретным? Да и потом.. Зачем об этом кому-то говорить? – шипение потеплело и стало приближаться к ребёнку. -Я – Учёный, в том-то и дело! Я должен подавать пример остальным! И об этом рано или поздно кто-то узнает! Ты видела ухмылку Салокнира? Он, небось, уже чего-нибудь себе вообразил. – резкий тихий фальцет. -И чего? Пусть воображает! Мы-то ничего никому не скажем. Глупый ты. И мне всё равно, что ты считаешь это обвинение «необоснованным». Это моё мнение. Послышался шумный рык-вздох, змейка медленно подползала к ребёнку. По пушистым щекам стекали слёзы, которые из-за обильного меха было невозможно заметить. Подол халата коснулся ледяного камня, ребёнок плюхнулся на него. Мия заползла ребёнку на колени и положила свою шипастую голову ему на плечо, обвитая его мягкими лапами.