Пират

Всю ночь Тара не могла уснуть. Ей не давали покоя слова Эндрю и его предложение. Да, она бы всё бросила, умчалась бы за ним хоть на край света! Живи она одна, сделала бы это, не задумываясь ни на секунду! Но, в том-то и дело, что она не одна… У неё есть муж, Кеннет… Что будет с ним, если она его оставит? Ведь он сделал для неё так много хорошего! Будет подло поступить с ним так после стольких лет тепла, заботы и любви, которые он дарил ей каждый день на протяжении пяти лет их брака. Кеннет сочтёт её неблагодарной и будет прав… Едва подумав так, Тара тотчас же принялась яростно возражать самой себе. Нет, нет, она не такая! Она совсем не такая! Просто она любит! Любит Эндрю Майнфорда! Разве не поступит она ещё хуже, если будет лгать самой себе?! Охо – хо! Кто бы помог ей разрешить эту дилемму, пока она не повредилась рассудком окончательно?! Поколебавшись ещё немного, Тара, наконец, решилась. Собравшись с духом, она поднялась с кровати, накинула капот и направилась в спальню мужа. Несмотря на то, что они были супругами, они всегда спали раздельно, сколько женщина помнила. У них даже не было первой брачной ночи, как это обыкновенно бывает у молодожёнов. Очевидно, Кеннет чувствовал, что его юная жена ещё не совсем готова к этому, потому и решил подождать до тех пор, пока Тара созреет. Конечно, ему очень хотелось её близости, ибо Кеннет очень любил жену, но он был по натуре чрезвычайно терпелив, вполне справедливо полагая, что его терпение будет впоследствии вознаграждено сполна. Увы, лорд МакБридди ошибался, хотя сам даже не подозревал об этом. Удивительно, до чего мы все бываем слепы, когда оказываемся влюблёнными! Как нам хочется верить в то, что нас так же любят, как любим мы сами! И как больно бывает прозреть потом, проснуться в один прекрасный день и понять, что никакой взаимной любви и не было на самом деле, это нам только чудилось! Тара вошла в спальню мужа и застала того, сидящим за столом с книгой в руках. Услышав шаги за спиной, он повернулся, и его лицо озарила одновременно и светлая, влюблённая и удивлённая улыбка: - Тара? Почему ты не спишь до сих пор? Уже два часа ночи. - Я знаю, Кеннет, что уже поздно, но мне необходимо кое-что с тобой обсудить. - А это не может подождать до утра? - Нет, не может. Дело срочное. - Ну, хорошо, - он отложил книгу в сторону и пересел на кровать, поближе к жене, - Я слушаю тебя. Чувствуя, что прежняя решительность начинает её покидать, Тара поспешила выпалить: - Кеннет, я ухожу! - Уходишь? – лорд МакБридди выглядел сильно озадаченным, - Но куда ты собралась, на ночь глядя? Может быть, всё-таки дождись утра, и я отвезу тебя туда, куда нужно? - Ты меня не понял. Никакого утра не будет. Я ухожу от тебя. Совсем… - Совсем…, - Кеннет некоторое время смотрел на неё так, словно впервые видел, затем встал и отошёл к окну, став к жене спиной. Тара безмолвно наблюдала за ним. Она не знала, о чём её муж думает в данный момент, но догадывалась, какие мысли и чувства могли обуревать его в эту минуту. - Это из-за того, о чём мы говорили? – неестественно тихим голосом выговорил, наконец, лорд МакБридди, поворачиваясь лицом к молодой женщине. - А о чём мы говорили? – спросила его жена. Конечно, Тара помнила тему их предшествующего разговора, а задала этот вопрос только для того, чтобы выиграть время и обдумать свои дальнейшие шаги на случай, если муж не захочет добровольно её отпустить. - Ты прекрасно знаешь! – вдруг, взорвался Кеннет, - Не прикидывайся дурочкой! Женщину этот взрыв немного испугал. Она никогда прежде не видела мужа таким. Обыкновенно, Кеннет бывал очень спокоен и ласков с ней. Впрочем, Тара прекрасно понимала его чувства. Будь она на месте своего мужа, наверное, вела бы себя точно так же. - Нет, это не из-за нашего разговора о ребёнке, Кеннет. Просто я люблю другого человека и хочу быть с ним. - Знаешь, подобным образом обычно поступают шлюхи, которые меняют своих любовников, как перчатки. Надоел один, найдут другого. Но ты – жена благородного человека, лорда! Неужели ты способна уподобиться проститутке?! Глаза Тары гневно вспыхнули. Она резко проговорила: - Кеннет, я всегда щадила твои чувства. И я никогда не позволяла себе дурно отзываться о тебе, ни в кругу твоих друзей и знакомых, ни с тобой наедине. То, что ты сейчас сказал, крайне оскорбительно для меня, как для женщины, тем более, твоей жены! И я… Он вплотную приблизился к ней. Глаза Кеннета очень напоминали сейчас раскалённые угли, они так и сверкали в полумраке. - Вот, как ты заговорила! Да уж, ты очень сильно пощадила мои чувства, когда сообщила о своём решении! Я очень тронут твоей заботой, милая! Спасибо тебе, родная! – он отвесил театральный поклон. - Кеннет, перестань сходить с ума! – возмутилась Тара. Она говорит с мужем о серьёзных вещах, а он ведёт себя, как цирковой клоун! - А я совершенно спокоен. Как рыба на сковородке. Потеряв терпение, Тара направилась к двери, бросив на ходу: - Я отказываюсь говорить с тобой, когда ты в подобном настроении. Продолжим разговор завтра. - Нет! Мы закончим его сегодня, сейчас! Убирайся из моего дома сию же секунду, дрянь, и больше никогда сюда не возвращайся! – заорал Кеннет и, схватив со стола тяжёлую пепельницу, запустил её жене вслед. Благо, Тара уже успела выйти из комнаты и закрыть за собой дверь, не то муж угодил бы ей пепельницей в голову. Возвратившись к себе, женщина перевела дух. Она предполагала, что Кеннета отнюдь не приведёт в восторг известие о том, что его любимая жена от него уходит, но ей и в мысль не могла прийти подобная реакция. Хотя… Если посмотреть на это с другой стороны… А чего она, собственно, хотела? Чтобы муж погладил её по головке за то, что она его бросает? Размышления Тары прервал стук в окно. Слегка испугавшись столь позднего и неурочного визита, она подошла и, увидев силуэт человека, чуть различимый в ночном сумраке, едва не закричала, но заметила, что ночной гость приложил руку к губам, призывая её этого не делать. Этот жест что-то смутно напомнил молодой женщине, точнее, кого-то, и она узнала сумрачного посетителя. Эндрю Майнфорд! Ну, конечно, он, кому же ещё здесь быть в такое время! Открыв окно, Тара впустила ночного гостя внутрь. Да, это действительно был Эндрю. Он насквозь промок (на улице лил дождь, как из ведра), вода ручьями стекала с его плаща и шляпы прямо на пол. - Эндрю! – воскликнула Тара, изумлённо воззрившись на него, - Что ты делаешь здесь, да ещё в такой ливень?! Он, молча, небрежно скинул мокрый плащ и шляпу, оставшись в одном камзоле и бриджах. Мокрые кудри слегка взъерошились, что придало их обладателю ещё больше своеобразной привлекательности, которой и без того было, хоть отбавляй. И вновь Тара ощутила, что её ноги буквально приросли к полу, а дыхание перехватило. Так же безмолвно он приблизился к ней, схватил в объятия и осыпал бешеными поцелуями. Это внезапное проявление столь бурной страсти повергло Тару в смятение. Она знала, что Эндрю человек очень страстный, но не предполагала, что настолько. Молодая женщина начала опасаться, как бы он в пылу не разорвал её на части. Но в то же время всё её существо блаженствовало сейчас. - Эндрю, почему ты пришёл сюда? – спросила Тара, когда его огненные губы, наконец, оторвались от её губ, - Это опасно! Тебя мог увидеть мой муж или кто-нибудь из слуг! - А мне всё равно, прелесть моя! Я люблю тебя и хочу видеть всегда, вот и всё! Она улыбнулась: - Ну, хорошо, мой прекрасный англичанин. Кстати, у меня для тебя хорошая новость. Я сообщила Кеннету, что ухожу от него. Майнфорд некоторое время изучал её лицо, очевидно, пытаясь отыскать на нём подтверждение этих слов. Тара вся светилась Счастьем! Его глаза так и засияли: - Тара, вот это сюрприз! Честно говоря, не думал, что у тебя хватит на это смелости! - Вы недооцениваете меня, господин советник! – она игриво – нежно щёлкнула его по носу. Став вдруг серьёзным, Эндрю спросил: - И что твой муж сказал тебе? Тара пожала плечами: - Устроил скандал и выгнал меня из дома. Собственно, иного я и не ждала, - женщина удивилась, как спокойно, даже равнодушно она говорит об этом. - Что ж, это прекрасно! Значит, мы сможем уехать прямо сейчас. Но…, - он замялся. - Но…? - Тебе придётся оставить свои вещи здесь. Тара удивилась: - Почему? В чём дело, Эндрю? Ты говоришь загадками, которые я сейчас не в состоянии разгадывать. - Мы поплывём на моём корабле. И тебе придётся выглядеть, как мужчина. Разумеется, я предупрежу команду о твоём статусе и поле, но будет лучше, если внешне ты ничем не станешь отличаться от моих матросов. Хотя, в одном всё же будешь, - при этих словах на губах Майнфорда заиграла мягкая, необычайно чувственная и очень соблазнительная улыбка. У Тары ёкнуло сердце. Она почувствовала, что готова пойти сейчас на что угодно ради одного поцелуя этих загадочно улыбающихся губ! - Да? И в чём же? – спросила, кое-как взяв себя в руки. - Я могу с тобой делать то, чего не могу с другими, - голос Эндрю такой бархатный, такой нежный и вкрадчивый…и такой любимый! Тара буквально млела, только лишь слушая его. Нашла в себе силы засмеяться, хоть больше всего на свете ей хотелось сейчас совсем другого! - Вы говорите непристойности, мистер Майнфорд! - Обожаю непристойности! – в тон ей ответил он, - Ладно, сокровище моё, нам пора. Не хочу, чтобы рассвет застал нас здесь, в Шотландии. Я выберусь из твоего дома тем же путём, каким сюда попал, а ты выходи через парадное крыльцо. Встретимся в дубовой аллее через пять минут, - Эндрю ещё раз поцеловал Тару, надел плащ и шляпу, выбрался через окно наружу и исчез в темноте. У молодой женщины от волнения дрожали колени, и она была вынуждена в поисках опоры опуститься на кровать. Тара ощущала себя напроказившей школьницей, ожидающей взбучки от учителя за свою шалость. Неизвестно, откуда, на неё, вдруг, накатил страх. Но чего она боится? Ответ пришёл сам. Неизвестности. Тара не знала, что ожидает её и Эндрю в будущем. Как сложится их дальнейшая жизнь?... Отношения?... Будет ли эта идиллия вечной или же она закончится, едва начавшись?... Как много дилемм… Сможет ли она разрешить их, найти ответы на все волнующие и пугающие её вопросы?... Женщина не знала. Она сомневалась, что сможет… Ладно, всё равно пути назад нет… Мосты через реку разрушены… Тара встала, прошла в свою гардеробную, отыскала там лёгкий шерстяной плащ с капюшоном, накинула его и покинула спальню. Из дома ей удалось уйти незаметно и тихо. В дубовой аллее её уже ждал Эндрю. Он помог Таре сесть впереди себя на свою лошадь, после чего сел сам, крепко обнял её одной рукой, второй захватил поводья и пустил животное галопом (эта скачка очень напоминала молодой женщине предыдущую, когда они с Эндрю ехали на побережье. Та поездка окончательно изменила всю её жизнь). Скоро их силуэты скрыла пелена дождя.