Пират

Команда встретила появление на корабле Тары вполне дружелюбно. Да иначе и быть не могло, ведь она являлась гостьей их капитана, а значит, и их гостьей тоже. Закон английского этикета призывал вести себя соответственно. Однако небритые, заросшие многодневной щетиной физиономии матросов произвели на молодую женщину не слишком приятное впечатление. Все эти люди очень походили на огромных горилл, и Тара удивлялась, как Эндрю удаётся с ними ладить? В ответ на её изумление Майнфорд рассмеялся: - Возможно, внешне мои матросы выглядят не слишком благородно, зато они – самые преданные существа в целом мире. Ради меня они пойдут на всё, даже на убийство. Так что, не советую сопротивляться, мисс. Вас захватил в плен самый знаменитый английский пират, и он намеревается сделать вас своей собственностью! – всё это было произнесено шутливым тоном, у женщины даже подозрения не возникло, что Эндрю только что сказал ей правду. И вновь Тара ничего не поняла, чем немало раздосадовала Майнфорда. Это уже второй раз со времени их знакомства, когда он пытается открыться перед ней, но его возлюбленная снова этого не видит! Возможно, говори он яснее, Тара бы могла обо всём догадаться, но говорить яснее Эндрю не мог. Он опасался, что подобная откровенность может в будущем сильно навредить ей, если в случае его поимки выяснится, что она знала о том, кем он является на самом деле. Эндрю время от времени посещало странное ощущение, что он рано или поздно будет пойман. Неизвестно, откуда оно взялось, это ощущение, но оно возникало в нём с размеренной периодичностью ещё с того момента, как Майнфорд стал пиратом, то есть более восьми лет назад. Этого не случилось только лишь благодаря тому, что Эндрю обладал поразительным, почти сверхъестественным чутьём к грозящей ему или его людям опасности и королевским ловушкам. Именно наличие этого качества и делало Морского Дракона неуязвимым, его до сих пор никак не могли изловить, сколько ни пытались. Тара чувствовала себя очень необычно, находясь рядом с этим человеком. Безусловно, Эндрю являлся самой незаурядной личностью из всех, какие этой женщине доводилось когда-либо встречать в своей жизни. Порой, он смущал её тем, что мог читать её, словно книгу. Иногда раздражал своими колкими, язвительными замечаниями во время их ссор. А размолвки у них случались очень часто, переходя иной раз в настоящую битву. Тара с младенчества отличалась неукротимым нравом, и её родня частенько подшучивала над нею, говоря, что ей надо было родиться в Ирландии, а не в Шотландии. Эндрю, несмотря на то, что был англичанином (а эта нация, как общеизвестно, отличается выдержкой характера и редкостным спокойствием, которое не могут поколебать никакие обстоятельства), в приступе ярости или гнева совершенно терял над собой контроль и становился похожим на разъярённого медведя. Как следует из Законов Природы, если воедино слить порох и огонь, грянет взрыв. И такие взрывы между ними случались. Когда подобное происходило, в ход шло всё, что попадёт под руку, от обычных булавок до предметов мебели. Ссоры между Эндрю и Тарой длились обыкновенно от силы полчаса, ибо эти двое слишком сильно любили друг друга, чтобы разругаться всерьёз и надолго. Заканчивалось всё тем, что они оба заключали друг друга в объятия и остаток энергии расходовали на то, что занимались любовью до потери пульса. Тару немного пугала страстность натуры её возлюбленного. Иной раз, она даже боялась этого. Неделя подобной любви кого угодно может довести, что называется, до ручки! Молодой женщине очень нравилось наблюдать за Эндрю, когда тот спал. В такие минуты его лицо бывало безмятежно-спокойным и младенчески - невинным. Казалось, ему снится что-то очень красивое и яркое. Тара до мельчайших подробностей изучила его облик, вновь и вновь задаваясь вопросами: почему именно Эндрю Майнфорд привлёк к себе её внимание? Почему она, никогда прежде не терявшая голову, умудрилась по уши в него влюбиться? Что в нём такого особенного? И вновь, как и прежде, женщина не могла ответить на них. Однажды ночью Эндрю разбудил Тару. Открыв глаза, она увидела его рядом с собой. Лицо Майнфорда было тревожно-напряжённым. - Эндрю, что случилось? – спросила она, приподнимаясь с подушки. - Прости, милая, что прерываю твой сладкий сон, но у нас на корабле возникла чрезвычайная ситуация. Случился пожар, потушить который не удаётся, невзирая на прилагаемые нами усилия. Нужно срочно эвакуироваться, не то мы все превратимся в свежеприготовленные отбивные. Вставай, я помогу тебе выбраться отсюда. Перспектива сгореть заживо не слишком прельщала Тару, посему она в мгновение ока соскочила с кровати, быстро натянула на себя первое, что попалось ей на глаза, и вместе с Майнфордом покинула каюту. Коридор весь заполнился едким чёрным дымом, стало трудно дышать. Женщина закашлялась, от жара из глаз потекли слёзы. - Тара, закрой подолом платья рот и нос! – крикнул ей Эндрю, - Да скорее же, ты не невеста у алтаря! Так она и сделала. Дышать стало немного легче. То, что происходило потом, Тара помнила плохо. Эндрю тащил её по каким-то переходам и лестницам. Несколько раз она больно ударялась о дверные косяки, падала, в кровь сбивая руки и ноги, но вновь поднималась и бежала дальше. Сейчас шхуна представлялась ей огромной. Странно, раньше корабль был таким маленьким, а теперь, вдруг, неожиданно и резко увеличился в размерах. Но быть может, ей это только чудится, потому что она уже неизвестно, сколько времени пытается вместе с Эндрю выбраться наружу. Но едва появляется надежда, что это скоро произойдёт, как бушующее пламя в очередной раз преграждает им путь, и Таре с её возлюбленным приходится искать другой выход. Молодая женщина уже выбилась из сил, но духом не пала. Ей помогало присутствие рядом Эндрю, его ободряющие слова о том, что они обязательно спасутся. Как спокойно она чувствовала себя рядом с ним, спокойно и надёжно, невзирая на огненный беспредел вокруг! Ещё никогда прежде он не был для неё таким родным, любимым и желанным, как сейчас, в этой сумасшедшей пламенной пляске. И Тара знала, что не погибнет. Потому что рядом с нею был Эндрю! - Сэр! Капитан! Сэр, где вы? – услышали они голос откуда-то сверху. Эндрю узнал его. - Это Микс, - быстро проговорил Майнфорд, Тара явно уловила в голосе возлюбленного ноты радости, - Он, как всегда, вовремя. Эй, Микс. старина, мы здесь! – крикнул Эндрю, что было сил и тут же закашлялся, наглотавшись дыма. Из-под пола, прямо из-под самых их ног, начали вырываться языки пламени. Эндрю подхватил на руки обессилевшую возлюбленную, поднял её повыше, насколько мог, чтобы огонь не смог её коснуться. Он мысленно молил своего матроса побыстрее их отыскать и вывести отсюда, пока они с Тарой не отправились к праотцам. Вот и Микс. Наконец-то он добрался до своего капитана! - Сэр, идите за мной, я вытащу вас отсюда! – крикнул матрос, поманив его за собой. Майнфорд последовал за ним, бережно прижимая к себе драгоценную ношу. Тара доверчиво обняла возлюбленного за шею и прильнула к его груди, слушая частые гулкие удары его сердца. Неожиданно Эндрю охватило непреодолимое желание овладеть Тарой прямо сейчас, но, прекрасно понимая, что подобное невозможно, он постарался сосредоточить собственные мысли на другом. Это может подождать до тех пор, пока они не выберутся из передряги. Вот тогда он даст себе волю, и никто не сможет ему помешать! Позади Эндрю рушились балки, с грохотом падая на пол и разбрасывая искры, но он упрямо продолжал идти вперёд, всё так же крепко сжимая в объятиях Тару. Наконец, все трое очутились на верхней палубе и увидели шлюпку, уже спущенную на воду, в которой находилась часть матросов. Остальные были в другой лодке. - Придётся догонять их, сэр, - сказал Микс, - Они довольно далеко отплыли от шхуны, и ждут нас там. Я отдал парням такой приказ, а сам отправился на ваши поиски. Эндрю наклонился к Таре: - Ты умеешь плавать, милая? Она слабо отрицательно покачала головой. - Что ж, тем хуже. Ну, ничего, что-нибудь придумаем. Держись за меня и ничего не бойся. В гости к Нептуну нам с тобой ещё рано, - он нежно и в то же время ободряюще улыбнулся любимой и, крепче обняв её, прыгнул за борт. Микс последовал за своим капитаном. И вовремя. На шхуне прогремел оглушительный взрыв, расколовший её пополам. Искры и доски так и полетели в разные стороны. Эндрю с Тарой и Микс гребли изо всех сил и довольно быстро достигли одной из шлюпок, где Майнфорд передал женщину в руки матросов. От усталости и боли она лишилась сознания, и сейчас, бледная и бесчувственная, лежала на дне лодки. Скоро рядом с ней оказались Эндрю и Микс. Майнфорд заботливо укрыл возлюбленную одеялом, протянутым ему кем-то из его команды, лёг подле неё, крепко обнял, прижался головой к её кудрявой головке, блаженно закрыл глаза и тут же уснул. Сколько времени они плавали по морю, никто не знал. Может быть, неделю, а, возможно, и целый месяц. Стоял мёртвый штиль. Ослепительно синела прозрачная небесная высь. Нигде ни облачка. Солнце лениво перекатывалось с востока на запад, каждодневно проходя свой извечный маршрут. От жары у моряков потрескались губы. Страшно хотелось пить, но вода стала драгоценностью, её можно было расходовать лишь по каплям, чтобы возможно дольше продлить её запасы, поэтому жажда нещадно мучила всех. Труднее всего пришлось, конечно, Таре. Если уж закалённые, видавшие виды мужчины испытывали страдания, то что говорить о ней, хрупкой и слабой женщине! Жара донимала её ещё сильнее, чем остальных, но молодая женщина старалась держаться мужественно. Она прекрасно понимала, что у моряков и без неё забот хватает. К чему добавлять им ещё больше хлопот?... Эндрю видел, в каком состоянии находится его любимая, и изумлялся силе и твёрдости её духа. В то время как некоторые из его матросов повесили носы, Тара продолжала держаться бодро. Удивительно, откуда у такого хрупкого цветка столько жизненной энергии?! Вот и верь после этого определению женщины, как слабого пола! Однажды на закате ещё одного дня бесцельного скитания по бескрайнему водному простору, моряки заметили какие-то неясные очертания на горизонте. - Капитан, как вы думаете, что это может быть? – обратился Микс к Эндрю, глядя в бинокль, - Издали напоминает какой-то остров. - Дай-ка я взгляну, - Майнфорд взял бинокль из рук матроса и поднёс к глазам, - Да, Микс, похоже, перед нами действительно кусок суши. Наконец-то мы обрели то, что так долго и трудно искали! Прикажи остальным следовать за нашей шлюпкой. Мы пристанем к берегу, - наклонившись к Таре, он нежно коснулся рукой её щеки, - Держись, милая, скоро ты сможешь вволю отдохнуть! Женщина слабо улыбнулась возлюбленному. На разговор у неё уже не было сил. Известие, что поблизости долгожданный, пусть и не родной, берег, придала морякам сил, и они за каких-нибудь пару часов причалили к острову. То был совсем небольшой кусочек суши посреди океана. Нетронутая первозданная чистота и невинность этого места делали его похожим на Райский Эдем. - Эндрю, мы попали в сказку! – восхищению Тары не было предела, - Раньше мне казалось, что прекраснее моей родной Шотландии нет ничего. Теперь же я готова в этом усомниться. Да, моя страна изумительна, но это… У меня просто нет слов! Её детский восторг тронул Майнфорда. Непостижимо, как этой женщине удаётся сочетать в себе два таких несхожих образа?! С одной стороны, Тара совершенно невинное и чистое создание, с другой же – сам соблазн во плоти. Она настоящий фруктовый коктейль с лёгкой примесью жгучего перца. И эта смесь будоражит его кровь, заставляя её клокотать, точно лаву в жерле вулкана, готовую вот-вот выплеснуться наружу. Матросы занялись перетаскиванием вещей, захваченных с корабля, из шлюпок на прибрежный песок. Пользуясь тем, что сейчас их никто не мог видеть, Эндрю подошёл к Таре и, взяв за плечи, развернул к себе. Подняв её лицо за подбородок, заставил возлюбленную посмотреть в свои глаза. - Тара, ты хоть представляешь, как давно мы не были вместе?! – его голос, полный огненной страсти, дрожал от нетерпения. - Мне кажется, мы не разлучались ни на минуту, по крайней мере, за всё время нашего скитания по морю, - кокетливо взглянув на него из-под ресниц, она плутовато улыбнулась. Конечно же, Тара прекрасно понимала, что имел в виду Эндрю, просто хотела немного его подразнить. И у неё это получилось. Он вспыхнул, его глаза угрожающе сверкнули. - Уж не хочешь ли ты сказать, что устала от меня?! Если это так, я очень легко могу освободить тебя от собственного присутствия! – с этими словами Майнфорд подхватил молодую женщину на руки, взвалил себе на плечи, словно какой-нибудь мешок с отрубями, и понёс к воде. Тара испугалась. Похоже, Эндрю воспринял её шутку всерьёз. Но ведь прежде его всегда отличало неплохое чувство юмора. Что же с ним происходит теперь? Возможно, её любимый просто устал, вот и ведёт себя так… - Эндрю, немедленно отпусти меня! – завопила она, молотя кулачками по его плечам и спине, - Я пошутила! Отпусти, слышишь! Её требование не возымело на него абсолютно никакого воздействия. Майнфорд заволок Тару в океан и резко сбросил со своих плеч. Падая, женщина неловко взмахнула руками и нырнула. Благо, здесь было не настолько глубоко для того, чтобы утонуть, но достаточно, чтобы наглотаться воды. Вынырнув, Тара принялась кашлять и отплёвываться. Она была вне себя. Молодая женщина совершенно не ожидала подобной реакции Эндрю на всего лишь шутку, причём, весьма невинную. - Ну, подожди, негодяй! – выкрикнула она, выбираясь на берег и стремительно направляясь к нему, - Ты воспользовался моей беспомощностью, тем, что я не умею плавать! Но придёт день, когда преимущество будет на моей стороне, и я с превеликим удовольствием его использую! – закончив свою тираду, Тара убежала прочь. Эндрю не стал её догонять. Он решил дать Таре возможность успокоиться и выпустить пар. Майнфорд прекрасно понимал, что был неправ, но у него имелись свои объяснения собственному поведению. Как уже упоминалось ранее, Эндрю неотступно преследовала мысль о том, что его рано или поздно поймают. И чем дальше, тем больше она донимала его, и ему всё труднее становилось отогнать её от себя. Майнфорд решил заранее приучить Тару к подобным неожиданным и резким всплескам своей жестокости, чтобы потом ей было не так больно и тяжело пережить его арест. Конечно, это глупо, но сейчас подобный способ виделся Эндрю наиболее правильным. Он любил Тару всем сердцем и всей душой, но предпочёл бы, чтобы женщины не оказалось рядом, когда его поведут на казнь. Так будет лучше и для него, и для неё. Тара, не видя его смерти, не станет так сильно переживать, как если бы возлюбленный умер у неё на глазах, а ему, в свою очередь, будет легче встретить свой час, глядя в синюю высь небес, а не в огромные тёмно-серые глаза своей любимой.