Тёмное время королевства

На короткий промежуток Эренделл стих, отдыхая от впечатлений и поджидая прибывающих с минуты на минуту заграничных гостей. Лейтенант Каги уже получил от дальних застав несколько голубей с сообщениями о приближающихся каретах, а значит, неровен час до начала главного торжественного события сегодняшнего дня, а если не брать в расчёт коронацию — всего года. Года, принесшего всем без исключения жителям королевства значительно больше радости, нежели горя, ведь в этот год к ним наконец вернулась законная королева! Пусть её приход не обошёлся без происшествий, в конечном счёте почти не осталось тех, чьё сердце королева Эльза не смогла бы растопить. Люди полюбили её, и сейчас, изрядно повеселившись в компании друзей и соседей, разбредались обратно по домам с желанием продолжить празднование в тесном семейном кругу у жаркого очага. Небо окончательно почернело, и Эренделл в этом мраке сиял не хуже любой другой звезды: каждый дом, каждый переулок и каждый уличный фонарь вплоть до скрывающейся в утёсах дороги светились праздничными огнями, наполняя души людей теплом, а округу — едва ли не дневным светом. Жители дворца сейчас тоже пребывали в состоянии томного ожидания, распределившись по его территории и занимаясь своими скромными делами. Кристофф, например, всё ещё горевал по сгинувшим в лесу саням, но сопровождавшая его Анна смогла утешить бедолагу, и сейчас они вместе сидели на краю чаши одного из фонтанов и, прижавшись друг к другу, любовались россыпью звёзд, гадая, сколько гостей приедет на праздник. Фарделс, окончательно разочаровавшийся в местных горячительных напитках, бродил по крепостной стене, вызывая недоумение у несущего здесь службу лейтенанта. — Ваше высочество не изволит готовиться к праздничному балу в своих покоях? — учтиво поинтересовался Каги, когда юноша сделал третий круг и устало остановился рядом с ним. — Благодарю, лейтенант, но компания молчаливого военного мне сейчас больше по душе. Мужчина с пониманием кивнул и немного погодя протянул принцу свою увеличительную трубу. — Хотите посмотреть, как будут прибывать гости? Полагаю, их экипажи вот-вот покажутся на дороге. Младший Ленкой взглянул на него с благодарностью. Королева тоже ждала гостей, вот только подзорная труба была ей ни к чему. Она чувствовала, как копыта десятков лошадей рыхлят под собой свежий снег, ощущала их горячее дыхание в морозном воздухе, слышала скрип деревянных окантованных колёс по заснеженным дорогам королевства. Мурашки пробежали по телу, и она открыла глаза. Что это, мираж или эхо самой зимы? Волшебница едва приоткрыла завесу тайны над тем даром, которым обладала с рождения, но чувствовала, что не понимает и половины дарованной ей силы. Однако вопрос обстоял иначе — хотела ли она это знать. Взгляд скользнул на принцессу и ледовоза, сидящих под окнами и мило шушукающихся в свете ёлочных фонариков. Вот Кристофф потянулся за пазуху и вытащил крохотный свёрток — криво, но с явным старанием перевязанный цветными ленточками. Глаза блондинки сверкнули, и она подалась вперёд, не заметив, как перила покрываются тонкой коркой льда. Рыжеволосая принцесса вскинула руки и с необоснованной опаской взяла подарок. Дождавшись от оленевода одобрительного кивка, она рывком избавилась от многослойной обёртки и вскрикнула, приложив свободную ладонь ко рту. Как Эльза ни старалась, разглядеть подарка ей так и не удалось, зато она прекрасно видела, как Кристофф робко наклонился к Анне и за мимолётной паузой последовал короткий, но чувственный поцелуй. Девушка вздрогнула и посмотрела на руку, по локоть закованную в толстый голубой лёд. От нахлынувшей бури чувств её отвлек звон медных труб, доносившийся с северных ворот. Первые гости пожаловали в Эренделл. Взмахом обратив лёд в пушистый снег и смахнув его вниз, королева развернулась на месте и скрылась в полумраке дворца. Двери за ней тихо закрылись.

***

Люди с любопытством высовывались из домов, наблюдая за проезжающими по улицам разномастными каретами, хотя большая их часть уже успела навести шуму, и сейчас во дворе королевского дворца было не протолкнуться. Конюшие выглядели не лучше запаренных от долгой дороги лошадей. Они только и успевали освобождать их от упряжи и отводить к полным воды корытам, попутно выслушивая ценные указания от кучеров. Общими стараниями экипажи упорядочили на территории двора, и теперь они в несколько рядов стояли вдоль домов прислуги. За одной из карет во двор промелькнули три фигурки. Незамеченные в царящей суете, они скользнули за стоящие у крепостной стены бочки, и одновременно показались три детских головы с блестящими от восхищения глазами. — Смотри-смотри! — Мальчик в тёмно-зелёной шапке указал на один из экипажей, цвет которого почти совпадал с цветом его шапки. — Это карета графа Даймура! — Подумаешь, глянь сюда! — Другой, в одежде заметно дешевле, указал на выходящую из другой кареты девушку. — Это сама Сара Макбрайд! Я слышал, что красивее её не сыскать на всём севере! — Глупости! — подала голос единственная девочка в их компании. — Наша принцесса Анна куда красивее любой другой принцессы в мире! — Мне показалось, или время для посещений королевского дворца закончилось, — раздался над их головами строгий мужской голос, и троица испуганно взглянула на ухмыляющегося лейтенанта. Через минуту компания с визгом выбежала за ворота, но скоро их внимание привлекла ещё одна интересная персона. Прямо на каменном парапете сидел снеговик, мечтательно глядя на давно сбросившее последние листочки ивовое дерево. — Олаф! — Ребята быстро оказались рядом с ним, и тот приветственно улыбнулся. — А, дети! Чудесное время, не так ли? — Ага! Но тогда почему ты здесь? — тут же парировал один из мальчишек. — И почему ты грустный? — Девочка подсела к снеговику и взяла его за ручку. — Разве ты не должен быть сейчас с королевой и принцессой? — О, всё чудесно. — Его взгляд снова сделался печальным. — Но я ещё переживаю, что не смог доставить ваши традиции до Анны и Эльзы. Вы приняли меня, подарили частичку себя, а вместо этого, — он трагично отвёл взгляд, сделав небольшую паузу, — я сжёг их. Брр. Ребята переглянулись. Иногда сложно найти подходящие слова, особенно когда твой собеседник — волшебный снеговик, на которого к тому же снизошло философское настроение. Однако девочке в голову пришла одна идея, и, чмокнув снеговика в щёку, она спрыгнула к друзьям, принявшись что-то усиленно разъяснять им по дороге к городу. Олаф проводил их взглядом, хихикнул и, балансируя на широком парапете, направился в противоположную сторону, куда прибывали экипажи последних гостей. Тем не менее не хватало ещё одного, которого больше всего ждал стоящий на стене принц Гильфарда. Сколько ни всматривался юноша в утёсы, карета со знакомым гербом так и не появилась. Удручённо вздохнув, Фарделс сложил подзорную трубу лейтенанта, однако, не обнаружив его рядом с собой, остался стоять наверху, не желая присоединяться к образующейся между фонтанами толпе. Эти люди сильно отличались от простых жителей Эренделла, ещё недавно заполнявших двор. В дорогих мехах, королевских мантиях и мерцающих в свете фонариков украшениях, эти разной красоты мужи и дамы с манерным видом ожидали приглашения во дворец, стараясь держаться друг от друга на почтительном расстоянии. Многих в этом путешествии сопровождала личная охрана, и можно было рассмотреть выглаженные мундиры всех цветов и кройки, некоторые из которых выглядели едва ли не праздничнее нарядов сопровождаемых. Этим сейчас занималась Анна, не успевшая укрыться в стенах родного дома и с присущим ей восторгом осматривая собравшихся. Многих она видела впервые. Кристофф под предлогом очередного сюрприза ещё раньше сбежал к себе домой, так что принцесса встречала гостей в гордом одиночестве. «Поспеши, Эльза!» — взмолилась медноволосая, когда разношёрстная толпа устала изображать невозмутимость и стала медленно приближаться к ней.

***

Королева была одна. В руках она держала подарок Анне и улыбалась от мысли о том, как всё это время они были близки к идее традиции. Вот только сам подарок теперь казался ей уж слишком банальным. Положив коробочку на стол, она подошла к окну и украдкой осмотрела двор, полный гостей и их экипажей. Все они ждали, когда снежная королева распахнёт двери и пригласит их на грандиозное торжество, и было крайне невежливо заставлять их ждать слишком долго. Боясь, что кто-то мог заметить её, королева вернулась к подарку и подняла взгляд на широкое полотно, изображающее её отца во время коронации. Как давно это было, и как ещё дальше казались события шестимесячной давности, когда она, будучи совсем другим человеком, стояла перед этой картиной в шёлковых голубых перчатках и мысленно проклинала тот миг, когда придётся их снять. Благо всё это осталось в прошлом. Перчатки ей больше не нужны, да и коронация бывает всего раз в жизни! Сунув коробочку в один из ящиков, Эльза погладила пальцами раму и вышла из комнаты. Тени от свечей сопровождали её на пути, то и дело вздрагивая и играя в воображении королевы причудливыми фигурами. Неожиданно перед глазами вновь предстала зубастая окровавленная пасть чудовища, и Эльза едва не споткнулась о край выстилающего коридор ковра. Нет, страхи долой! Порывом ветра она распахнула перед собой двери в холл и, расправив плечи, прошагала до входной двери под очарованные взгляды собравшихся слуг. Кай оторвался от окна и, задернув шторку, с облегчением посмотрел на поистине чудесную королеву. — Ваше величество. — Время начать торжество, — на ходу произнесла Эльза и потянулась к дверным ручкам. Дворецкий проводил её отеческой улыбкой, занимая место среди прислуги. Гости же едва ли не лезли несчастной принцессе на голову, однако отпрянули, стоило двери шумно распахнуться. В наступившей тишине прозвучал спокойный, уверенный голос вышедшей вперёд королевы Эренделла: — Дамы и господа, добро пожаловать!

***

— Ты мой герой! Анна стояла в коридоре у самого прохода в холл и экстравагантно обмахивалась неизвестно где найденным веером. После того, как Эльза поприветствовала гостей и тем самым объявила о начале второй половины праздничного дня, все приезжие переключились с заурядной принцессы на весьма занимательную персону королевы. Благо ей удалось убедить людей в том, что общаться в тёплом помещении под конец декабря будет гораздо приятнее и скоро приезжие неохотно расползлись по дворцу. Многие из них по тем или иным причинам не присутствовали на коронации Эльзы, так что все последующие события и сама девушка вызывали у них плохо скрываемое любопытство. Правители северных земель никогда не отличались особой теплотой и чрезмерной любезностью, но присутствовать на Рождественском балу и лично познакомиться с настоящей волшебницей не мог отказать себе даже самый старый и вредный из присутствующих — герцог Дун Корвельд, рыскающий своим крючковатым носом по столам с закусками с первых минут пребывания в замке. Эльза усиленно прокручивала в голове имена и титулы тех, на кого падал её взгляд, а потому совершенно пропустила слова сестры мимо ушей. — Прости, Анна, что ты сказала? — Я сказала, — без всякой обиды повторила принцесса, чуть не плеснув шампанское себе в декольте. — Что ты мой герой. Героиня? — задумчиво закатила глаза. — Не важно. Ты знаешь, я человек общительный, но мне кажется, выйди ты на пару минут позже, и они бы начали праздничный ужин с меня. — Довольная своим юмором, она хихикнула и проводила восторженным взглядом тарелку с ягодно-карамельным десертом. — Ага, — единственное, что смогла ответить королева, хотя сейчас она прекрасно слышала Анну. Её взгляд был прикован к вошедшим с улицы мужчинам разного возраста и комплекции, одним из которых был многострадальный Фарделс. — Слушай, я отойду, а ты пока развлекайся. Сделав шаг в сторону, она обернулась к сестре, провела большим пальцем по красному следу от джема на её щеке и под пристальным взглядом слизнула его. Анна обмерла, провожая взглядом Эльзу, а затем с довольной улыбкой поплыла на запах скрывающегося в одном из залов шоколадного фонтана. — А, Эльза! — Принц радостно махнул вышедшей из-за колонны девушке и в сопровождении двух людей пошёл ей на встречу. — Я как раз искал тебя. Экипаж моего отца немного задержался в дороге, но он очень хотел с тобой поздороваться. Держа руки перед собой, блондинка подняла взгляд на лицо весьма крупного мужчины и учтиво ответила на его поклон лёгким реверансом. Трудно было сказать, какого роста он на самом деле, но Эльза доставала ему разве что до груди. Округлое лицо украшала густая борода с пышными бакенбардами, а на голове росли не менее шикарные каштановые волосы, почти достававшие мужчине до плеч. На праздник отец Фарделса пожаловал в неброской коричневой форме, мундир которой украшало несколько орденов, тогда как довершала образ короля теряющаяся в вышине скромная корона. Вопреки не самому красивому лицу с горбатым носом и глубокими рытвинами, его добрые собачьи глаза цвета липового мёда приковывали к себе всё внимание и располагали к приятной беседе за чашечкой травяного чая. Будучи уже знакомой с королём Гильфарда, Эльза знала, что за внешней суровостью и железным характером этого великана скрывается очень скромный и порядочный джентльмен. — Моё искреннее почтение, королева Эльза. Весьма признателен вам за приглашение, для моей семьи является честью посетить ваш дом в столь знаменательный день! К тому же разве мог я устоять от возможности вновь видеть ваше великолепие, — мягким басом произнёс мужчина и поцеловал тыльную сторону женской ладони. — Крайне признательна вам за визит, король Этелион. — Эльза улыбнулась, и глаза склонившегося мужчины заискрились от восторга. — Вы и ваши близкие всегда будут желанными гостями в моём доме. Он ещё раз поклонился и сделал шаг назад, тогда как Фарделс покосился на стоящего рядом молодого человека и с явным переигрыванием декламировал: — А это мой брат, с которым вам не довелось познакомиться ранее, — кронпринц Гильфарда Уильям Ленкойл! Эльза перевела взгляд на представленного и чудом удержалась от того, чтобы не выказать ему неуважение сморщенным от неприязни лицом. С холодным спокойствием она приподняла полы платья и, сама того не понимая, чересчур пристально уставилась на его вычищенный до дыр костюм. Сложно было поверить в то, что этот человек хоть как-то связан с семьёй Ленкойлов: высокий, худощавый, напоминающий богомола юноша передвигался на тонких кукольных ногах и брал её за пальцы своей тонкой, как трость, рукой, с влажной липкой ладонью. Его вытянутое лицо отдавало болезненной бледностью, от которой даже Эльзе с её фиолетовым оттенком кожи стало не по себе, а впалые щёки, вечно принюхивающийся нос землеройки и скользящие по её телу хитрые маленькие глазки явно не добавляли желания проводить с этим человеком лишнее время. Что уж говорить, старшая Разенграффе поставила бы на кон свою потерянную корону на то, что он едва ли умел ездить верхом или драться на шпагах. Уильям отпустил её руку, сделал шаг назад и резко поклонился впридачу. Эльза ошарашенно моргнула. — Крайне опечален, что обстоятельства помешали нам познакомиться во время вашего визита в Вардар, ваше величество. — Его светло-карие глазки в очередной раз скользнули по груди королевы. Эльза ещё никогда в жизни не испытывала подобного чувства неловкости. Король, отвлёкшись на проходящего слугу с бокалами, пропустил эту сцену, зато Фарделс очень внимательно следил за братом, и его покрасневшее лицо отнюдь не выражало одобрения его поведению. — Я крайне признательна, что вы всё же посетили наш скромный праздник. Дружеские отношения наших королевств очень важны для всего севера и для меня в частности. — Стоило отдать должное, она и правда была снежной королевой, ведь её невозмутимости в данной ситуации мог позавидовать любой. — Не стоит формальных любезностей, ваше величество, — хохотнул мужчина и, сделав небольшой глоток, почти опустошил бокал. — Но я просто не мог не побывать в Эренделле в этом году! — Тут его лицо помрачнело. — Хотя выбраться из Гильфарда нынче крайне проблематично. — За последнее время на плечи нашего отца свалилось очень много забот, — самодовольно подхватил Уильям своим высоким голосом. — Поставки из союзных королевств резко сократились из-за риска распространения чумы, которая не на шутку разгулялась близ горного хребта на дальнем севере. Вновь услышав про чуму, Эльза вздрогнула, ногтями впившись в юбку своего тёмно-синего платья. — Некоторые уже закрыли границы. — словно извиняясь, продолжил за сына Этелион. — Создаются резервации. Люди напуганы. Многие спешат на юг, спасаясь от этой невидимой смерти. — Прошу довольно, — не выдержала девушка, и от кончиков пальцев заструился едва заметный пар. Король смутился, помялся с ноги на ногу и допил оставшиеся в бокале капли. — Прошу меня простить. Вы правы, сегодня Рождество, не стоит портить праздник подобными разговорами. С минуту они молчали, буравя взглядами пол, а затем Эльзу окликнул кто-то из слуг, и она, вежливо извинившись, поспешила к своему спасителю. Принц проследил за тем, как блондинка со слугой быстро скрываются из виду и бросил испепеляющий взгляд на старшего брата. Тот, впрочем, спасся в компании отца, и вместе они отправились разговаривать с другими гостями и принимать раздаваемые у ёлки подарки. Фарделс же, чувствуя внутри разгорающиеся угли ярости, шмыгнул между людьми в неизвестном направлении.

***

Постепенно во дворце начинало закипать празднество: потратив на знакомства, тактичные разговоры ни о чём и лёгкие закуски около двух часов, гости с облегчением приняли приглашение на танцы, ведь многие планировали провести большую часть праздничного вечера за этим занятием. Длительность же данного мероприятия ограничивалась лишь моментом, когда королева Эльза должна была произнести торжественную речь по случаю Рождества, намеченную на полночь, но расчехляющие и настраивающие инструменты музыканты готовились играть вплоть до рассвета. Праздничный ужин в нужный момент как раз должен был вернуть собравшимся силы для продолжения торжества, но уже сейчас в столовой глаза разбегались от обилия съестного, выставленного на длинном обеденном столе и приставленным к нему столам поменьше. Гостиные, залы и коридоры шумели голосами и пестрели яркими людьми и украшениями, наполняя королевский дворец неповторимой атмосферой праздника. Анна чувствовала себя словно рыба в воде, ловко маневрируя между преграждающими путь гостями в поисках знакомых лиц. В её руке неизменно искрился бокал с шампанским, из которого она не сделала ни единого глотка. Уж больно ей нравилось ощущать себя причастной к этим важным дамам и господам, дополняющим свои яркие образы дымящимися сигаретами в мундштуках, бокалами или иной взрослой атрибутикой. В последний приём с заграничными гостями, являвший собой коронацию Эльзы, ей не удалось в полной мере вкусить этого настроения, ведь вся голова была занята принцем Хансом и его ложной, как выяснилось позже, симпатией, зато сейчас Анна была счастлива, и никакие посторонние мысли не отвлекали её от подслушивания разговоров и хождения по собственному дому с видом благородной леди из дальних краёв. Она любила людей и любила наблюдать за ними, а потому нередко ход принцессы замедлялся при очередном интересном повороте в чьей-то истории. Таким неспешным шагом она прошла весь второй этаж и задержалась у приоткрытой двери одной из гостевых комнат, откуда доносился тихий смех и шёпот. Любопытство помешало ей посмотреть по сторонам, и в следующую секунду на юную принцессу налетел ураган с длинными чёрными волосами в вызывающем бордовым платье поверх соблазнительного женского тела. Анна едва не нырнула в ту самую дверь, лишь благодаря природной сноровке удержавшись на ногах и бросив сначала испуганный, а затем суровый взгляд на запыхавшуюся красотку. — Смотри, куда прёшь! — позабыв нормы приличия — или не знав их вовсе, — рявкнула та, но, признав в поправляющей причёску помехе Анну, расплылась в ехидной улыбке. — О-о, вы только посмотрите, своим присутствием меня поощрила сама принцесса Анна! А чего это мы разгуливаем по коридорам в одиночку? Где же твой знаменитый свинопас? Медноволосая злобно фыркнула и подалась вперёд, исподлобья сверля взглядом это до безобразия симпатичное личико. — Сара! К твоему сведению, он не свинопас, а королевский ледовоз! И вообще, это не твоё дело. Но именуемая Сарой лишь скрестила руки на аппетитной груди и засмеялась. Сара Макбрайд была горючей смесью высокомерия, красоты и паршивого характера, что делало из неё идеальную бомбу замедленного действия. Впрочем, чаще всего не приходилось долго ждать, чтобы не услышать от неё какую-нибудь остроумную колкость в свой адрес, если только вы не входите в тот немногочисленный список людей, с которыми нужно вести себя вежливо или даже кокетливо. Однако непокорный нрав воинственной девушки не раз играл с ней злую шутку, а потому на правой щеке прекрасного лица красовался весьма внушительный шрам, усиленно скрываемый самой девушкой за горой пудры. Её волосы, которые могли доставать ей до талии, красиво завивались на голове в причудливом узле и потому свисали только до плеч. Ни один волосок не смел выбиться из этой трудоёмкой причёски без ведома хозяйки, а потому Анна с некоторой отрадой приметила несколько таких после столкновения. Идеальное подтянутое тело и длинные стройные ноги сгубили не один десяток мужских сердец, но стоило только нежеланному ухажёру перейти дозволенные рамки приличия, выставленные самой девушкой, и он рисковал оказаться в лучшем случае на полу, а в худшем — на больничной койке. Но многим надоедливым юнцам хватало и одного взгляда её удивительных фиолетовых глаз, пронзающего не хуже закалённого бастарда. — Для тебя я кронпринцесса Сара Макбрайд, наследница алмазного трона и вместе с ним всего Ионсарда! — как бы невзначай, но вместе с тем очень конкретно ответила она, переведя невозмутимый взгляд с раскрасневшейся Разенграффе на собственные ногти. Злобно мыча, Анна, наконец поправившая свою непослушную причёску, пыталась подобрать хоть одно подходящее слово из тех, которые крутились сейчас на языке, но гораздо больше ей хотелось просто броситься на эту чертовку! Ситуацию спас проходивший по коридору стражник. — Всё в порядке, ваше высочество? — учтиво поинтересовался он, вопросительно поглядывая на подмигнувшую ему брюнетку. — Благодарю, всё хорошо. — Прикрыв глаза, медноволосая быстро сосчитала до десяти и благодарно улыбнулась мужчине, который, в свою очередь, кивнул и пошёл дальше. Девушки вновь остались наедине и с минуту в гнетущем молчании мерили друг друга взглядами. — Итак. — Анна с грустью взглянула на опустевший бокал. — Какими судьбами тебя занесло в Эренделл? Неужели родные стены больше не греют? — Боюсь, Аннушка, мы обе прекрасно знаем ответ. — Твои родители здесь? — Анна вскинула бровь, ведь никак не ожидала, что многоуважаемая чета Макбрайдов примет приглашение от проклятой королевы, как называли Эльзу злые языки. — Как видишь. — В этих словах звучало искреннее разочарование. Не желая продолжать этот спонтанный диалог, принцесса Эренделла состроила кислую мину и отошла в сторону, пропуская эту вертихвостку. — Рада была повидаться, сиротка. — Сара оскалилась в улыбке, проходя вплотную к Анне, и, не давая той опомниться, поспешила скрыться из виду. Медноволосая с приоткрытым ртом и с трясущимися от злости и обиды кулаками подалась к стене. Не позволяя себе быть обиженной какой-то проходимкой, она резко выпрямилась, схватила бокал у проходящего мимо слуги и залпом осушила его. Во рту забурлили пузырьки, а в голову с кисловатым вкусом ударило алкоголем. Вернув ожидающему мужчине два пустых бокала, она задорно икнула и зашагала вниз к тронному залу.

***

Эльза закрыла дверь в собственную комнату и, немного опешив от обращения к ней незнакомой фигуры, ответила расплывчатым приветствием. Всю жизнь этот дом был пристанищем тишины и одиночества, но с момента, как девушке удалось вернуть в королевство лето, здесь то и дело появлялись порой совершенно незнакомые ей лица. Радовало, что большинство из них хотя бы были счастливыми. Её путь лежал в комнату, где она оставила подарок, но на подходе её окликнул расхаживающий под руку со своей пассией королевский казначей. — Чудесный вечер, ваше величество! Уверен, наши гости будут в восторге! — Его язык немного заплетался, и Эльза подумала, не было ли ошибкой подавать выпивку до танцев. — Благодарю, Гунар, но это заслуга каждого жителя Эренделла. — Верно подмечено, ваше величество! — с неприятным смешком кивнул лысеющий мужчина. — Без крестьянских денег всё это было бы невозможно! Парочка откланялась и с выразительным смехом направилась дальше, потеряв к королеве всякий интерес. Подати в королевстве были настолько маленькими, насколько это позволяло положение дел, но девушке всё же захотелось проверить на досуге эту сторону правления. Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. В тревожной задумчивости постояв у двери ещё какое-то время, Эльза вздохнула и быстрым шагом направилась туда, откуда уже слышались праздничные хоралы, предвещающие бальные танцы. Ко входу в королевский зал она подошла как раз под конец пения, готовясь открыть дверь, как вдруг сбоку донёсся полный восхищения восклик: — Боже, Эльза, выглядишь великолепно! Она испуганно повернулась — хоть и узнала голос, но всё равно не хотела портить сюрприз раньше времени. Однако сюрпризов хватало не только у неё. — Кристофф? — обомлела блондинка и, не веря своим глазам, приблизилась к роскошному молодому человеку. Его было не узнать: ослепительно белый сюртук со скрывающейся под ним бежевой жилеткой, сорочка, выглаженные чёрные кальсоны и лакированные туфли. Довершали образ торчащий из воротника платок и прилизанные бог знает чем на макушку волосы. Впервые от него пахло не стойлом, а чем-то очень вкусным, кажется, корицей или мускатным орехом. — Что, ужасно? — Парень виновато уставился на королеву, но вместо ожидаемого скептического взгляда ощутил бережное касание тонких девичьих пальцев, поправляющих его растрепавшийся платок. — Ты выглядишь достойно, — произнесла Эльза с такой гордостью в голосе, что ледовоз довольно тряхнул головой. — Это сюрприз, — он понизил голос, словно боясь быть услышанным. — Для Анны. Не хочу, чтобы она думала обо мне только как о вонючем болване. Эльза улыбнулась, высоко ценя старания друга. Ей всё ещё было интересно, что же оленевод подарил младшей сестре, но создавалось впечатление, что его внешний вид вызовет куда большие эмоций. — Лейтенант Каги сначала меня не узнал, сразу такой вежливый, — усмехнулся Кристофф, но, приметив отсутствующий взгляд королевы, робко коснулся её плеча. — Эльза? — М? — быстро подняла глаза на улыбающегося друга. — Уверен, Анна и остальные глаз от тебя не оторвут. Губы Эльзы дрогнули, и она обняла Кристоффа, стараясь не помять его вновь. В ответ он едва коснулся её талии, ведь понятия не имел, насколько хрупким является то, во что она одета. Бегло взглянув на ближайшие часы, она облегчённо вздохнула. Стрелки показывали четверть восьмого, а значит, до её праздничной речи оставалось больше четырех часов, так что у волшебницы было достаточно времени для приятного времяпрепровождения. — После тебя, Кристофф. Парень робко улыбнулся, ещё раз неосознанно окинул её взглядом и, стараясь не привлекать общего внимания, пробрался в зал, оставив дверь приоткрытой. Эльза опустила глаза и посмотрела на сложенные в замок руки. И всё же страх не отпускал, вот только боялась она не эфемерных чудовищ в своём воображении, а самых обычных людей, собравшихся сейчас за этой дверью. Многие из них всё ещё считали Эльзу дьявольским отродьем. Противоестественные вещи пугают людей, а её сила наглядно продемонстрировала, что страх их отнюдь не беспочвенный. Они боялись её так же, как она боялась их. Не лучшая почва для добрососедских отношений, но именно с этим полноправной королеве приходилось иметь дело. Украдкой заглянув в щель, блондинка задумалась, а хотела бы она сейчас отказаться от своей магии? Ответа не последовало. В наступившей паузе перед началом танцев двери отворились — и вмиг смолкли все разговоры. — Эльза, королева Эренделла! — с помпой произнёс Кай, когда волшебница вышла из-за колонны и остановилась у своего трона. Взгляды больше двух десятков людей устремились на девушку, столь хрупкую на вид, словно её требовалось хранить за стеклом. Среди этих глаз были и бирюзовые глаза Анны, стоявшей в сторонке и до этого момента только успевшей восхититься парадным образом Кристоффа. Она оторвала руки от его груди и завороженно следила за тем, как Эльза занимает место на троне и как присутствующие кланяются ей вполсилы. Некоторые шептались про странный вид королевы, платье на которой, по их мнению, было уж слишком откровенным, но принцесса видела в этой фигуре идеал женской красоты. Эльза осмотрела ждущих её людей, и на лице появилась добродушная улыбка. — Начнём же наш Рождественский бал! Музыканты кивнули и на счёт три зал наполнился дивной вальсовой музыкой, под которую первые пары без промедления пустились в пляс. Блондинка сразу почувствовала себя лучше, утратив долю прежнего внимания и позволив себе немного расслабиться. Поскольку она являлась королевой, отныне единственным временем, когда она могла отдохнуть, был нерегулярный сон и праздники, ведь в промежутках ей на голову тут же сваливалась гора забот, с которыми без её участия почему-то никто не мог разобраться. Откинув голову на спинку и взглянув на магические гирлянды, она вновь подумала об отце. До неё на этом самом троне восседал он, и все эти неведомые маленькой кронпринцессе заботы лежали на нём. Он никогда не любил вдаваться в подробности, каково это — быть королём, но, судя по воспоминаниям Эльзы, он всегда оставался весёлым и жизнерадостным, притом что корону он унаследовал, будучи совсем ещё мальчишкой. Она взглянула на стоящий рядом трон, отличающийся разве что цветом обивки. Ну конечно, с ним всегда была мама. Может, в этом была причина его оптимизма? Блондинка невольно скользнула взглядом по толпе, однако долго искать не пришлось. — Эльза, твоё платье! — Анна вспорхнула к ней, словно подхваченный ветром осенний листок, и приземлилась на свободное место. — Ты не подумай, но иногда я так сильно тебе завидую! Чтобы мне сшили такое платье, придётся ждать месяц, не меньше! — О, не стоит, — смущённо ответила королева, подняв руку к груди. — Иногда я жалею, что не могу подождать, ведь ожидание — половина удовольствия! — Ка-ак мудро! — протянула Анна и развалилась на троне, вызвав у Эльзы короткий смешок. Принюхавшись, она хотела поинтересоваться, какой по счёту пустой бокал был у принцессы в руке, но мелодия смолкла, и блондинка отвлеклась на аплодисменты. Началась следующая; и пары вновь закружились по залу, пока остальные с любопытством разворачивали свои подарки. Пока всё шло строго по плану. — Не сочтёт ли ваше величество за честь быть моим партнёром для следующего танца? Эльза опустила взгляд и удивлённо посмотрела на того самого неприятного молодого человека, который вместе с тем являлся братом Фарделса. Как его там, Уильям? — Прошу прощения, ваше высочество, но пока я не настроена на танцы. — Эльза дёрнула носиком и улыбнулась, стараясь выглядеть максимально приветливой. Наследный принц Гильфарда осёкся, явно не рассчитывая на отказ, но после состроил невозмутимый вид и поклонился. Его взгляд скользнул на голубое платье её сестры, и пальцы старшей Разенграффе машинально вцепились в подлокотники, но, прежде чем этот слизняк успел произнести хоть слово, рядом с ним возникла шкафоподобная фигура Кристоффа. Смерив принца взглядом, он широко улыбнулся Анне, игриво поклонился и протянул руку с выставленной кверху ладонью. — Вы позволите? — Он кокетливо вскинул брови. Анна хихикнула и, спрыгнув с трона, схватила его за руку. — Конечно, мой рыцарь! И парочка с ехидным смехом влилась в число танцующих. Уильям же оторопело смотрел им вслед, переведя полный непонимания взгляд на королеву, которая с той же улыбкой лишь пожала плечами. — Боюсь, моя сестра уже занята.

***

Время волшебным образом тянулось так медленно, что Эльзе начало казаться, будто утро не наступит никогда. Один вальс сменялся другим, а стрелки часов в дальнем углу едва подползали к половине девятого. Слуга любезно предложил королеве выпить, и она с благодарностью приняла у него бокал, мельком поглядывая на возвращающуюся с оленеводом сестру. — Знаешь, Кристофф, без этого костюма ты двигаешься гораздо лучше, — бросила Анна, но, заметив на его лице краску, тут же воскликнула: — Ты меня понял! — На её щеках тоже появился румянец. — Ух, пожалуй, мне надо присесть. — Это точно, — с ехидной улыбкой заметила Эльза и, моргнув парню в знак одобрения, отпустила его пройтись. — Ты выглядишь уставшей. — Попробовала бы ты танцевать с Кристоффом, я бы на тебя посмотрела! Уж не знаю, от чего я больше устала — от самого танца или от спасения своих туфель. Звонко рассмеявшись, Эльза тут же деликатно прикрыла рот ладошкой. Анна лучезарно улыбнулась ей и подхватила смех, вызвав у ближайших гостей недоумение. С довольными вздохами сёстры смолкли, осматривая немного поредевшие ряды присутствующих: видимо, некоторые отправились взять себе перекусить прямо накануне праздничного ужина или отошли по иным неотложным делам. Эльза перевела взгляд на Анну, и они выпалили почти одновременно: — Как тебе праздник? Девушки снова захихикали. Блондинка стрельнула глазами на ёлку и ответила первой: — Это чудесно, но я всё ещё немного волнуюсь. Гости выглядят счастливыми, а мне всё кажется, что они только и делают, что сравнивают меня с отцом. Анна насупилась и подвинулась на край трона, чтобы быть как можно ближе к сестре. — Эй, всё хорошо. Теперь ты королева, и скоро о твоих праздниках люди будут судачить на улицах. — Анна жадно осмотрела приталенное платье королевы и остановилась на едва доходящем до колена вырезе. — А о тебе многие наверняка думают уже сейчас. — Вот уж не сомневаюсь. — Рука блондинки с жаром поднялась. — Видела бы ты, как на меня смотрел старший Ленкойл! — Король? — Анна едва не упала с трона. — Да нет, его наследник. Он и сам не красавец, но от этого взгляда мороз по коже. — От такого каламбура волшебница ухмыльнулась. — Скажи, как ты выдерживаешь… всё это? — Мальчишки, — сказала принцесса таким деловым тоном, что Эльзе показалось, будто она отвечает на совете, а не ей. — Впрочем, я мало кому интересна, ведь когда твоя сестра — королева с магическими способностями, можешь рассчитывать на внимание разве что оленевода! — Вновь добродушная улыбка, быстро скрывшаяся в узкой полоске сжатых губ. — Но я серьёзно. Многие давно метят на место подле королевы Эренделла. Эти разговоры начались едва ли не на следующий день после смерти родителей, уж поверь мне. — Это отвратительно. Мы что, в Средневековье? Анна рассеянно пожала плечами. Эльза хотела сказать что-нибудь ещё на эту тему, но не смогла подобрать слов. Не прошло и недели, как ей исполнилось двадцать два, а предприимчивые соседи уже думают о наследниках, которые заменят её на троне. От этой мысли ей снова стало не по себе. К счастью, от порции негативных мыслей отвлёк Кай, как раз кстати пригласив всех присутствующих на праздничный ужин. Когда принцесса и королева рука об руку последними шли в столовую, первая легонько пихнула вторую в плечо и шепнула: — И если ты хочешь знать, по мне праздник что надо! Анна всегда умела вызвать у старшей сестры улыбку, даже если та была немного вымученной и мимолётной. Когда девушки оказались в столовой, их глазам предстала чарующая картина множества горячих блюд, сервиза и выпивки, вокруг которых каждый на своём месте восседали изголодавшиеся гости. Все вновь ждали королеву, но на этот раз ожидание их было недолгим. Гости почтительно поднялись, когда Эльза встала во главе стола и глазами пробежалась по Анне, вставшей у первого стула по правую руку. Слева своё место занял Кристофф, а вот Олафа нигде не было видно. Впрочем, может, это и к лучшему, уж слишком много внимания обычно привлекает живой снеговик, а сейчас ей как никогда хотелось простого человеческого ужина. Фарделс тем временем расположился рядом с братом, который без стеснения продолжал донимать отца какими-то разъяснениями. — Друзья! — Звон серебряной вилки о бокал прервал немногочисленные разговоры. — Сегодня вы прибыли в Эренделл, дабы вместе с моей семьёй отпраздновать чудесный праздник Рождества! — Эльза смолкла, уткнувшись взглядом в стол. — И хотя все мои близкие сегодня со мной, я прошу поднять бокалы в память о короле Агнарре и королеве Идуне, которые навсегда останутся в памяти каждого жителя Эренделла и всего севера. Возражений не возникло. Каждый из присутствующих за столом поднялся и, погрузившись в свои мысли, осушил свой бокал. Анна сделала это последней, когда Эльза и остальные уже опустились на места. Ей всё ещё не верилось, что праздник наконец состоялся, вот только родителей на нём уже не было. — Господа. — Эльза лёгким движением обвела рукой стол, и это было сигналом для начала трапезы. Ужин прошёл без эксцессов, разве что господин Кайсаров и герцог Корвельд за другим концом стола долго не могли поделить блюдо из сушёной трески. В остальном же все были довольны, с упоением поглощая поданные слугами прямиком с королевской кухни блюда и напитки из местных погребов. Стол гудел от разговоров, но ели все прилично, соблюдая нормы этикета и усиленно стараясь не отвечать оппоненту с полным ртом. Эльза в основном смотрела в свою тарелку и поднимала голову, только чтобы выслушать очередную похвалу или поздравление. Её самой хватило только на пару плоских шуток, поддержание диалога о ледяных скульптурах и смех над Кристоффом, случайно уронившим кусок пирога в кружку с пуншем. Когда трапеза подошла к концу, праздник перешёл в короткую стадию отдыха, и в коридорах стало значительно просторнее. Сытые и уже немного согревшиеся вином гости вновь разошлись по дворцу: кто-то обустроился в креслах вдоль стен, некоторые уютно расположились возле камина в одном из залов, а остальные просто стояли в сторонке группами по несколько человек и вели ленивые беседы, спасаясь таким образом от гнетущей тишины. Музыканты, которым слуги также любезно принесли угощение, теперь в мечтательном блаженстве наигрывали на инструментах ненавязчивые мотивы, фоном звучавшие под сводами. Пока Эльза куда-то отлучилась, Анна в сопровождении Кристоффа дотошно рассматривала в коридоре очередное украшение в виде Олафа, пытаясь угадать, кто из её друзей был автором. От столь занимательного мероприятия их отвлёк кашель, которым обычно стараются привлечь внимание слушателя, однако в данной ситуации он звучал как привлечение внимание к своей персоне. Кристофф недоумённо обернулся первым и тут же позеленел. — Господа, — выдавил он и покосился на Анну, явно узнавшую, кому принадлежал столь бестактный жест. Принадлежал он, разумеется, Саре. Сидевшая за ужином дальше всех от королевы чета Макбрайдов вместе с любимой дочерью стояла сейчас напротив и буравила взглядами принцессу вместе с её несчастным спутником. — Пама, мама, с превеликой радостью хочу представить вам мою очень хорошую знакомую, кронпринцессу Эренделла и по совместительству сестру королевы Эльзы — Анну! А этот чудесный молодой человек — её жених. — Язвительность, с какой Сара произносила это, была столь же очевидна, сколь и безразличие пожилой четы. Рыжая закипала с каждым словом, но, к удивлению, именно дружелюбный смех Кристоффа не позволил этому перерасти во что-то серьёзное. Пожилой король и королева Ионсарда, может, и были самыми гнусными правителями на всём севере, но правила этикета заставили их учтиво поклониться принцессе, и она ответила им с той же неохотой. Оленевод отделался неуклюжим кивком, видимо только сейчас осознав, как его представили. — Как невежливо. — Брюнетка вскинула ладошку ко рту. — Я ведь не представила тебе моих родителей! — Она нарочито игнорировала побагровевшее лицо стоявшей напротив. — Мой отец — Франк Макбрайд, король Ионсарда и полноправный хозяин алмазного трона! «Будто это хоть что-то значит за пределами вашего дурацкого королевства», — промелькнуло в голове Анны, не дойдя до языка. — А также крупный землевладелец, значимый общественный деятель, отличный стрелок из мушкета и обладатель внушительного денежного состояния. Представленный мужчина почтенного возраста, в расшитых серых королевских одеждах с множеством медалей и орденов, важно поправил монокль на левом глазу и слегка приподнял белый цилиндр, под которым хорошо виднелась седина волос. Лицом он чем-то напоминал выбравшегося из-под земли и разбогатевшего крота, который, несмотря на изменившийся образ жизни, всё также продолжал щуриться, шевелить гусарскими усами из стороны в сторону и постоянно к чему-то принюхиваться длинным острым носиком. Откуда-то послышался раскатистый смех, а музыка в тронном зале зазвучала чуть громче. Сара тем временем продолжала: — Моя мама — Беатрис Макбрайд, королева Ионсарда, потомственная француженка, неоднократная победительница в состязаниях по верховой езде и шахматам и, прошу заметить, отборная красавица! Женщина с причудливой шевелюрой была значительно моложе своего супруга и выглядела весьма утончённо: руки её были сокрыты кружевными перчатками бледно-розового цвета, красивое платье пурпурного цвета облегало стройное тело, маленькая красная шляпка поверх ярко-рыжих волос и выглядывающие из под полов платья хрустальные туфли. Сразу было видно, что цвет глаз и вечно оценивающий взгляд Сара унаследовала от неё. — А-а, принцесса Анна, — абсолютно равнодушно сказала королева, будто только сейчас заметила её присутствие. Она сделала шаг вперёд, и их взгляды встретились. — Много о вас наслышана. — Взаимно, — нахмурив брови, буркнула Анна, стойко выдерживая зрительный поединок. Женщина презрительно хмыкнула и, вернувшись назад, уверенным жестом вцепилась в руку своего молчаливого супруга. — Что ж, приятно было познакомиться. Надеюсь, сегодня королева Эльза сможет удержать себя в руках и вечер не закончится очередным катаклизмом. — Беатрис покосилась на дочь, и та покорно усмехнулась. Лицо Анны же теперь почти сливалось с цветом её волос. — Идём, подыщем себе компанию по достоинству. Эмили, вот ты где, негодница! Хватит плестись и выпрями спину! В коридоре показалась совсем юная девушка необычайной природной красоты и обаяния, на пару лет младше самой Анны, которая с виноватым видом просеменила до старшей сестры и пикнула, получив лёгкую затрещину от матери. Хотела бы Анна что-нибудь сказать, но это только ещё больше разозлило бы королеву. Есть поговорка: «В семье не без урода», так вот в семье Макбрайдов всё обстояло ровно наоборот, и младшая Эмили была лучиком света в непроглядном мраке её семьи, а потому никак не могла похвастаться особой любовью со стороны родителей. Её одежда не пестрила красками, скромные туфельки не блестели в свете софитов и густые светло-каштановые волосы почти до поясницы не были скручены в невообразимую причёску. Но несмотря на всё это, она была вежливой, добропорядочной и милосердной, чего уж точно нельзя было сказать об остальных членах её семейки. Девушку постоянно шпыняли и сравнивали со старшей сестрой, пока ей оставалось послушно соглашаться со всеми укорами и беспрекословно подчиняться матери. Анна познакомилась с ней всего три месяца назад, но даже за это время девушки успели крепко сдружиться, так что теперь они постоянно отправляли друг другу письма и пару раз даже выбирались в совместные поездки. — Эми. — Анна робко подняла ладонь в знак приветствия, и та наконец подняла глаза. Девушки неуклюже улыбнулись друг другу, но тут последовал очередной упрёк со стороны королевы, и младшая дочь покорно опустила голову, скрываясь за упавшими волосами. Сара, внимательно наблюдая за принцессой Эренделла, издевательски скривилась, толкнула сестру в спину и, шепнув ей что-то, горделиво зашагала вслед за родителями. Теперь Анна вновь осталась наедине с оленеводом, который всё время держался как можно ближе к стене и вообще старался не издавать звуков, дабы не привлекать к себе ненужное внимание. — Иногда забываю, что, кроме вас с Эльзой, бывают и такие... королевы. — Его слова вернули Анну из бушующего урагана негативных мыслей, и она посмотрела на него с благодарностью. — Идём. — Девушка обхватила его указательный палец всей ладошкой, и они вместе направились в противоположную сторону.

***

Эльза в который раз возвращалась от своего тайника ни с чем. Каждый раз ей казалось, что пришло время подарить сестре подарок, но в последний момент она откладывала это, боясь показаться поспешной. А если Анне он не понравится или она расстроится, что не подарила подарок первая? Эльза уже решила, что ко дню рождения Анны заготовит столько подарков, что она не сможет унести их в руках! То-то же! Но от сиюминутного восторга королеву отвлекла мысль, что до этого ещё надо дожить, а со всеми подготовками к зимним фестивалям, своему дню рождения и Рождеству у неё не осталось времени придумать для Анны ничего лучше того, что сейчас лежало в столе в гостевой комнате. «Глупая Эльза. Нужно было подарить ей пижаму или игрушку. Ох, какие глупости, она уже не ребёнок! — стук каблучков задавал ритм её мыслям. — А может, кружевное бельё? О боже, Эльза, о чём ты вообще? Будь хорошей…» Девушка остановилась перед лестницей. Будь хорошей девочкой, да. Эта фраза ещё долго будет сниться ей в кошмарах. За ней следовали все самые плохие события в жизни будущей королевы. Иногда она искренне удивлялась, что не эти слова были последними, что отец сказал ей при жизни. «Впрочем, наверняка Кристофф уже позаботился об этом, — с некой горечью продолжила она, спускаясь. — Может, именно это он и подарил ей? Как бы глупо ты выглядела, подари один подарок с простолюдином». «Но он мой друг! — раздался в голове тот же голос, но с другой интонацией, и блондинке стало даже не по себе от такого живого диалога. — Споришь сама с собой, молодец. Да и твой подарок едва ли лучше кружевного белья». Подходя к тронному залу, королева поправила причёску, вместе с этим нехитрым жестом разгоняя мысли прочь. За дверью вновь звучала вальсовая музыка. Сейчас она войдёт в зал, сядет на трон и с довольным видом будет дожидаться времени своей праздничной речи. И ничто больше её не потревожит. — Эльза, давай потанцуем! Девушка подняла голову и рассеянно уставилась на склонившуюся к ней сестру. Анна источала приятный аромат, и от неё веяло жаром, словно она только отошла от печи. Бирюзовые глаза блестели в нескольких сантиметрах от лица королевы, так что та невольно отстранилась к спинке. — Что, прости? — переспросила блондинка, ведь сама не поверила в услышанное. — Дава-ай, я уверена, сейчас будет очень красивый вальс! — Принцесса взмахнула ресницами, и её глаза хитро блеснули. Эльза метнула взгляд на часы. Одна минута одиннадцатого. К этому времени гулянья вернулись в свою активную фазу и даже больше, ведь теперь гости не боялись взять больше одного бокала и смех едва не соперничал со звучащей музыкой. Будучи занятыми своими делами, никто не обратил ни малейшего внимания на вставшую королеву, разве что Кай учтиво кивнул да стоящий в тени Фарделс тут же устремил на неё любопытствующий взгляд. Но Эльза смотрела только на Анну, которая незаметно для остальных успела переодеться в одно из своих лёгких платьев, весьма доходчиво говорящее о желании принцессы развлекаться до упаду. Зазвучали очередные аплодисменты музыкантам, которые уже приметили идущую парочку и стали быстро подстраивать инструменты под нужную тональность. Эльза вновь почувствовала всеобщее внимание и на мгновение стушевалась, замедлив шаг. Почувствовав натяжение, Анна быстро оглянулась и, видя в глазах старшей сестры тревогу, взяла её за обе руки. — Не бойся. Тебе понравится. Это не сложнее, чем кататься на коньках. — Ты прекрасно знаешь, что я умею танцевать. — И всё же королева улыбнулась в знак благодарности, когда они вышли в центр зала. Все голоса смолкли, только одиночные ноты разыгрывающихся музыкантов нарушали сейчас царящую тишину. Десятки глаз, смотрящих удивлённо и вместе с тем пытливо, ощущала королева на своих непокрытых плечах, но Анна излучала такую уверенность, что все сомнения испарялись сами собой. Было видно, как корсет у бежевого платья быстро вздымается на округлой груди, но глаза её смотрели уверенно и даже строго. Эльзе начало казаться, что Анна всё же выпила лишнего. — Ты уверена? — спросила Эльза, когда Анна взяла её левую руку, а свою положила ей на талию. — Конечно! Не зря же я репетировала. — весело парировала Анна и кивнула ждущим сигнала музыкантам. Она хотела что-то добавить, но тут зазвучали первые ноты ксилофона, и зал наполнился волшебной музыкой, от которой даже у Эльзы пробежали мурашки. На несгибаемых ногах она закружилась вместе с ведущей её Анной, и свет в помещении сразу потускнел, сменяясь магическим сине-зелёным сиянием из-под потолка. Гости спешно расступились, давая больше пространства танцевальной паре. Музыка постепенно набирала силу, включая лютню, словно капель, зазвучавшую в такт туфель сестёр Разенграффе, чеканящих три четверти. Но Эльза ничего этого не замечала, а только с пульсирующей в висках кровью безотрывно глядя на Анну, которая, казалось, не танцевала вовсе, а просто парила в сантиметре от земли. Только заметив до смешного сосредоточенное лицо старшей сестры, она покрепче прижала её к себе, и в этот момент ансамбль, словно горн, набравший в себя музыку, разразился ей в основной части произведения. Эльза ощущала каждый удар сердца сестры, словно оно билось в её груди. По окнам побежали морозные узоры, но для сестёр мир вокруг уже растворился в голубой дымке: все эти напыщенные гости, все украшения и подарки, все страхи и волнения. Всё исчезло. Пол уходил из-под ног, стены раздвинулись, и остались только они вдвоём. Напряжение схлынуло, и королевская кисть скользнула по плечу рыжеволосой. Дыхание перехватило, а щекочущее чувство в животе заставляло кончики пальцев леденеть. Она вновь ощущала то забытое чувство, какое сопровождало её во время создания волшебного дворца на вершине Северной горы. Эльза подняла голову и встретилась с сестрой взглядом. Без сомнений, она чувствовала то же самое — чистое, неподдельное счастье. Это читалось в её глазах. Единственных глазах, которые смотрели на неё с такой любовью. Музыка стала затихать, и вихрь вокруг них постепенно приобретал очертания тронного зала и наполняющих его людей. Пол под ногами вновь затвердел, и, если бы не крепкая рука Анны, блондинка могла бы распластаться на нём в своём блестящем облегающем платье. Её дыхание было тяжёлым, но полным наслаждения, а на лбу и шее у сестры отчётливо виднелись струйки пота. Королева томно закрыла голубые глаза, и сёстры замерли вместе с последними прозвучавшими нотами.

«Будешь ты в декабре Вновь со мной, дорогая…»

Тишина неприятно окутала всё вокруг, пока короли, королевы, принцы и лорды всех соседних королевств не опомнились и по ушам не ударил шум бурных оваций. Открыв глаза, Эльза осознала, что едва не уронила голову сестре на плечо и быстро выпрямилась, только сейчас отпустив её руки. Анна выглядела смущённой, но счастливая улыбка говорила о том, что её затея увенчалась успехом. Сделав короткий шаг друг от друга, они обменялись благодарными жестами: Эльза сделала реверанс, а Анна шуточно отвесила ей рыцарский поклон, что вызвало в толпе одобрительные смешки. Теперь королева была даже рада, что большинство гостей находились в приподнятом алкоголем расположении духа. Музыканты не стали задерживать желающих продолжить веселье, и вновь заиграла дивная музыка, под которую по залу закружились парочки. Похоже, о танце королевских сестёр люди забыли почти моментально. Сами девушки успели дойти до трона, не проронив при этом ни слова. — Благодарю. — Анна дёрнула головой и взглянула на довольную королеву. — Это было чудесно. Принцесса не нашлась что ответить, так что лишь смущённо поправила выпавший локон. У трона стоял Кристофф, всё ещё одетый как при параде и явно внимательно наблюдавший за разыгравшимся представлением. — Думаю, мне стоит взять у тебя пару уроков по вальсованию. — Он наверняка специально придумывал комплимент для принцессы, и та, хихикнув, махнула ладошкой. — Вальсированию, Кристофф. К тому же Эльза танцует гораздо лучше меня. Королева, всё ещё пребывающая в приятном самозабвении, откликнулась на своё имя и отрицательно замотала головой, вызвав у парочки дружный смех.

***

В это время свой одинокий пост на дворцовой стене нёс лейтенант Каги, рассевшись на кривом табурете, наслаждаясь доносившейся из дворца музыкой и попутно балуя себя любезно принесённой Гердой медовухой. Он не был любителем светских балов, семьи у него не было, да и суматоха последних дней изрядно вымотала старого солдата, а потому его нисколько не тяготило назначенное им же ночное дежурство. Напротив, он был весьма озадачен и даже раздражён странным шумом со стороны города, ведь наблюдение за звёздами приятно скрашивало его трудовой досуг, а теперь приходилось лезть за возвращённой Гильфардским принцем трубой для разведывания обстановки. По ту сторону моста со всех сторон стягивались горожане с фонарями, задорно смеясь, угощаясь выпивкой и показывая соседям разные непонятные вещи, которые большинство держало в руках. Лейтенант недовольно зарычал. «И что ж вам дома не сидится. Ночь на дворе, будьте вы неладны!» — продолжал ворчать мужчина, спускаясь во двор и с грозным видом перекрывая дорогу шагающей по мосту процессии. — Что за балаган! Расходитесь по домам, люди, в королевском дворце проходит торжественный приём заграничных гостей! — Мы и без тебя знаем, болван! — донёсся из толпы знакомый голос. Мужчина густо покрылся краской, и мундир на его груди угрожающе затрещал. — Брунгильда, клянусь, будешь и дальше нарушать общественный порядок — я лично запру тебя на ночь в камере! Вперёд вышла та же крупная женщина, уже вступившая сегодня в перепалку с лейтенантом и не единожды до этого. — Брось, Дуффи, не будь таким брюзгой! — хитро ухмыльнулась она, понимая, что лейтенант удавится, но не пропустит их просто так. — К тому же у нас есть разрешение члена королевской семьи. — Да ну? — смутился ещё больше лейтенант, так как очень не любил, когда его называют по имени. — Позволь-ка мне взглянуть на это разрешение! Улыбка на лице женщины стала просто невыносима, но тут она сделала шаг в сторону, и из-за её пышной юбки вышел увешанный побрякушками снеговик. Каги вытаращил на него глаза и, как рыба, беззвучно хлопнул ртом. — Доброго вам вечера! Все эти люди со мной! — радостно декламировал Олаф, глядя мужчине прямо в глаза. — Да, господин Олаф, я вижу. — Мужчина зыркнул за пославшую ему воздушный поцелуй женщину. — Но понимаете, королева сейчас принимает во дворце очень важных гостей, и такое большое количество незваных гостей может испортить праздник. — Праздник может испортить твоё настроение! — раздался очередной голос из толпы. — Да, королева всегда рада своим подданным! — вторил ему другой. — И у нас традиции! — воскликнула подбежавшая девочка, протягивая офицеру банку с небольшим корабликом внутри. Лейтенант тяжело вздохнул. Волшебный снеговик действительно был членом королевской семьи, да и каждый из этих людей был хорошим добропорядочным гражданином, но почему они не могли принести свои традиции на несколько часов раньше? — Хорошо-хорошо! Ждите здесь, а я поговорю с королевой. Он быстро развернулся и, миновав кареты с фонтанами, взметнулся по крохотной лесенке, теряясь во дворце. Осмотревшись, люди с весёлым гомоном последовали за ним.

***

— Прошу простить за беспокойство, ваше величество. Эльза убрала руку от лица и, ещё посмеиваясь заразным смехом сестры, повернулась к немного запыхавшемуся начальнику своей личной охраны. — Ну что вы, лейтенант. Что-то случилось? — Понимаете, тут такое дело, — он пытался подобрать не слишком грубое слово для творящегося на улице, дабы не задеть чуткий слух своей госпожи. — Тут на улице небольшое происшествие. Из-за спины мигом показалась голова принцессы, переключившей всё своё рассеянное внимание на мужчину. — Происшествие? — Эльза немного напряглась, ведь лейтенант был одним из самых доверенных её лиц и вряд ли стал дёргать по пустякам. — Надеюсь, ничего серьёзного? — Если за серьёзное вы не считаете толпу горожан во дворе, — скривившись, подытожил он. — То ничего. Анна хихикнула, а брови королевы поползли вверх. Причём удивлена она была именно фактом того, что жители Эренделла решили вновь посетить дворец в начале одиннадцатого в Рождество, притом что они не так давно разошлись по домам, а утром и вовсе проигнорировали приглашение. — И чего же они хотят? — Традиции, моя госпожа. Говорят, принесли традиции. И с ними ваш снеговик. — Олаф. — Эльза с улыбкой закатила глаза. — Благодарю, лейтенант. Я разберусь. — Ваше величество. — мужчина коротко поклонился и, отставая на пару шагов, последовал за ней. Музыканты как некстати устроили перерыв, и гости с любопытством наблюдали за выходящей из тронного зала королевой в сопровождении офицера стражи. На ходу Эльза представляла, что её ждёт на улице, но неожиданные неприятности подстерегали королеву значительно раньше. — Слушай сюда. Если ты ещё раз так на неё посмотришь, я вобью твои кривые зубы тебе в глотку. — Голос, без сомнений, принадлежащий Фарделсу, доносился из кладовой по правую руку. — Она моя, ты понял? — Не горячись, братец! — Шорох и кряхтения сопровождали жалобные стоны. — Но, похоже, её величество не жалует нас обоих в равной степени. Лейтенант нахмурился. Рука машинально потянулась к рукояти меча, но была остановлена жестом королевы. — Да я тебя!.. Дверь с грохотом распахнулась, и оба молодых человека полезшими из орбит глазами уставились на волшебницу, с угрожающим видом опустившую сочащуюся магией руку. Однако та смотрела только на младшего из братьев, который понимал всю патовость данной ситуации. Тем не менее ему она не сказала ни слова, обратившись к мужчине: — Лейтенант, наши гости, похоже, перебрали спиртного. Проводите их в одну из гостевых комнат, им нужно привести себя в порядок. После этого она направилась дальше, однако в груди вновь неприятно защемило. Неужели никто не способен воспринимать её как человека, а не только как снежную ведьму или, того хуже, удачную партию для брака?! Взмахнув рукой, она на ходу преобразовала своё бальное облегающее платье в классическое ледяное, буквально материализующееся на ней на ходу и с холодным треском оставляющее позади короткий шлейф с большим узором снежинки. В этом платье она чувствовала себя комфортнее. Войдя в холл, девушка сразу увидела взбудораженных слуг, небольшой группкой толкущихся у входной двери. Вопреки негативным ожиданиям, оттуда доносились радостные голоса и даже смех. Эльза было подумала, что с удовольствием променяла бы вечер в компании этих напыщенных особ на очередной праздник в кругу жителей её королевства, но подсознание предательски напомнило ей о страхе, с каким они смотрели на неё в день коронации, и усиленно возводимое хорошее настроение дало очередную трещину. Как не крути, среди людей она всегда оставалась чужой. — Королева! Это королева! Слуги расступились, и в холл прорвалась целая лавина из галдящих и в большинстве своём также подвыпивших горожан. Эльза сама не заметила, как оказалась в окружении восхваляющих её подданных и слуг, явно не знающих, что им делать. — Друзья, прошу вас, ни к чему так шуметь. — Скромная улыбка в тот же миг заставила всех замолчать. — Лейтенант Каги сказал что-то про традиции, но разве это не могло подождать до завтра? Столпившиеся в холле горожане переглянулись и виновато забормотали про Рождество, но тут на первый план вновь вышел Олаф. — Ну что, дружок, неужели это опять твои проделки? — Девушка с укоризной посмотрела на снеговика, но он с важным видом отрицательно мотнул головой. — А вот и нет! Я только помог проникнуть во дворец, а идея принадлежит им! Блондинка училась сдерживать удивление от ежедневных проделок своих близких, однако троица подошедших к снеговику детей в очередной раз смогла вызвать на её лице удивление. — Простите, королева Эльза, — взяла слово девочка с острым носиком точь-в-точь как у её сестры. — Олаф так расстроился, что не смог доставить вам наши традиции, что мы решили… — Она замялась от пристального взгляда возвышающейся девушки. — Ну, доставить их сами. Взрослые умилённо наблюдали за ней, а затем согласно закивали. Тут позади раскрылась дверь и в холле показалась громада ещё одного северного правителя, который до этого почти всё время пребывал в столовой, поглощая одну куриную тушку за другой и заливая это элем прямо из бочки — Реган Громобой. Никто точно не знал, кто нарёк этого тучного мужчину таким грозным прозвищем, но поговаривают, что в молодости он по силе не уступал медведю. Сейчас же мышцы сменились жиром, и комплекцией он отдалённо напоминал Олафа. Впрочем, громогласную отрыжку у него никто отнять не мог. Пребывая в крайне весёлом настроении, король провёл тыльной стороной ладони по губам и мутным взором окинул собравшихся людей. — Кто все эти добропорядочные христиане, ваше величество? — Мои верноподданные, король Реган. — Эльза уже привыкла смотреть на большинство своих коллег снизу вверх. Горожане как один уставились на громаду осматривающего их, словно скот, короля. — А почему они столпились тут, как стадо овец? Уверяю вас, вашей выпивки хватит на всех! — Он взмахнул руками, и некоторые инстинктивно пригнулись. — Айда веселиться! И не глядя больше на людей, он уверенной поступью зашагал обратно вглубь дворца. Эльза почувствовала, как у неё засосало под ложечкой: теперь ей было бы совсем неловко отсылать этих людей по домам. — Друзья, я благодарна вам за все ваши традиции и рада буду видеть всех желающих на нашем праздничном вечере. Толпа разразилась ликованием, однако большинство из них стремились вручить королеве свою традицию, а не броситься на стоящие в холле закуски. Слуги принялись помогать Эльзе, раскладывая и расставляя всевозможные яства, украшения и безделушки куда только могли. Она с улыбкой принимала каждый подарок и неустанно сыпала словами благодарности, то и дело поглядывая на часы. — Может, это немного, но мы успели связать для вас кое что, чтобы вы не мёрзли в своих ледяных хоромах, ваше величество. — Это так мило с вашей стороны, миссис Олсен, — натужно произнесла Эльза, беря в руки полосатую шапку, будто сшитую из всех цветных ниток, оставшихся в королевстве. От неё за метр разило кошками. — В следующий раз непременно возьму её с собой. Передав шапку Каю, она моргнула, сама не заметив, как поредела толпа. Большинство с наилучшими пожеланиями распрощались и отправились домой, другие скромно проходили в коридоры дворца, прислушиваясь к льющейся из тронного зала музыке, тогда как перед Эльзой остались стоять трое детей и снеговик. Они осматривали девушку с благоговейным трепетом. — Мы тоже хотели вручить вам наши традиции! — сказал один из мальчиков, неуверенно протягивая девушке тряпичную игрушку какого-то синего чудища, одновременно похожего на рыбу и лягушку. Эльза украдкой взглянула на его белые тканевые зубы, и по спине пробежали мурашки. Второй мальчик подарил ей клюшку для игры в крикет, а девочка с гордостью вручила банку с корабликом, который она, по её словам, сделала самостоятельно. — Какие милые традиции. Но разве ваши родители не будут беспокоиться, что вас нет дома в столь поздний час? Ребята неоднозначно переглянулись и Эльза догадалась, что ответ её только расстроит. — Мы из городского приюта, ваше величество. — Девочка улыбнулась, явно стараясь не выказывать неуважение не знанием королевой данного факта. — Но сестра Клементина знает, что мы здесь. Честно-честно! Мальчишки хором закивали. Положив подарки на пустой стол рядом с собой, Эльза опустилась к троице и потрепала одного из мальчиков по макушке. — Может, тогда вам сходить в столовую и отведать чего-нибудь вкусненького? — подмигнула она, как любила делать Анна, и лица детей просияли от восторга. Эльза повернулась к подошедшей на её жест Герде и добавила чуть тише: — Пожалуйста, накормите их и будьте с ними поласковее. И пошлите человека в приют, пусть предупредит, что они переночуют во дворце. Женщина с едва сдерживаемой улыбкой поклонилась и, взяв детей в охапку, направилась с ними вслед за остальными слугами. — Мы любим вас, королева! — крикнул вдогонку мальчик, и двери за ними закрылись. Эльза осталась одна. Часы по дому громко пробили одиннадцать, а стёкла на окнах угрожающе задребезжали. Он уже близко.