Тёмное время королевства

— Демид Мстиславович Кайсаров! Пожилой, но хорошо сложенный мужчина прошёл мимо представившего его человека и низко поклонился королеве, чуть не махнув по деревянному полу седеющей бородой. Эльза со скучающим видом рассматривала его, и, признаться, одет он был, что называется, с иголочки: на груди белоснежного фрака красовалась большая золотая медаль с двуглавым орлом; белые брюки с ровной стрелкой заканчивались чёрными, начищенными до блеска сапогами, а на носу с помощью заправленной за затылок верёвочки держались квадратные очки на тоненьких дужках. Она старалась выглядеть подобающе истинной королеве, но её мысли витали где-то под потолком, мешая сконцентрироваться на происходящем. В памяти сразу всплыли воспоминания о дне коронации, и девушка тяжело вздохнула, опуская глаза на посла. — Ваше Величество, я прибыл к вам из далёкой страны по велению Его Величества Николая I, дабы обсудить возможное торговое соглашение между нашими государствами и получше узнать вашу культуру и быт. Разные слухи о Эренделле достигли и наших берегов, а потому моему повелителю было крайне любопытно убедиться в их правдивости, — с небольшим акцентом поведал этот невысокий мужчина, пристально глядя на королеву через стёкла очков. Слуги, стоящие поодаль от королевы, перевели на неё тревожный взгляд. Слухи. Эльза неосознанно закатила глаза от одного произношения этого слова. Ей не нужно было объяснять, о каких именно слухах идёт речь. После событий шестимесячной давности некоторые люди вроде герцога Везелтона по возвращении на родину раструбили о произошедшем в Эренделле почти на весь свет. С тех пор некоторые гости с подозрением смотрели как на королевство в целом, так и на саму королеву в частности. — Королева? Прошу простить меня за прямоту, если я вас обидел или сказал что-то не так… — начал оправдываться посол, от волнения сбиваясь на русский. — Не беспокойтесь, господин посол, я всё понимаю. Мы с превеликой радостью познакомим вас с богатой историей и культурой королевства Эренделл. Также я уверена, что нет веских причин отказывать вашему государю в торговле между нашими государствами, а потому я велю подготовить все бумаги для подписания торгового соглашения. А пока слуги отведут вас в ваши покои, где вы можете чувствовать себя как дома. Кай, — Эльза махнула стоящему в стороне дворецкому, и тот быстро подошёл к гостю, — проводи господина… Кайсарова в его комнату. Голос Эльзы звучал уверенно и строго, но её глаза источали такое очарование, что посол застыл в восхищении, не в силах отвести взгляда. — Ваша светлость! — наконец выдохнул он, снова поклонился до пола и засеменил к выходу в сопровождении прислуги. Когда остальные присутствующие разошлись по своим делам, Эльза устало осунулась на троне и закрыла лицо руками. Ей хотелось бросить всё, выскочить на улицу и, пришпорив коня, уехать как можно дальше в лес, наслаждаясь скрипом снега под ногами и дуновением ветра в волосах. Возможно, даже посетить одинокую гору… — Королева! Эльза! — раздался в коридоре знакомый голос. «Только не он…» — раздался в голове её собственный голос. В тронный зал довольно уверенной для гостя походкой ворвался симпатичный парень среднего роста и крепкого телосложения в неплохо скроенном костюме, уже испачканном и покрытом слоем снега. Стряхнув снег посреди зала, он с невозмутимым видом устремил взгляд карих глаз на Эльзу. С сильным опозданием подоспела стража, но девушка остановила их взмахом руки. — Фарделс, сколько раз я должна тебе повторить, что в королевский дворец нельзя просто так вламываться без приглашения? — с явным раздражением поинтересовалась королева, мысленно представляя голову этого ловеласа на ледяной пике. — Однажды мне надоест останавливать моих стражников — и твоему отцу придётся забирать тебя из эренделльской темницы. Пожалуй, от чего Эльза устала больше, чем от королевской рутины, так это от неимоверного количества объявившихся ухажёров, которых не смущала даже сверхъестественная сила королевы. И если большинство из них понимали непрямые намёки на отказ, то молодой принц соседнего Гильфарда был не из понятливых. Он был вежлив и учтив с королевой, но его манеры и поведение иногда ставили её в тупик. Впрочем, ему магическим образом удавалось соблюдать тот баланс, при котором его выходки были скорее милыми, чем раздражающими. А может, ему просто нравилась компания королевы в его деловой ссылке в Эренделл, подозрительно растянувшейся вплоть до её дня рождения и Рождества. Кто знает. — Прошу прощения, о моя королева, но этим чудесным зимним утром я прогуливался по вашему восхитительному городу, и в голову мне пришла чудесная мысль! — Он бурно жестикулировал и расхаживал по залу, вызывая у стражников недовольное бормотание. — Вы, должно быть, осведомлены, что завтра сочельник, и, если у вас нет никаких неотложных дел, быть может, вы согласитесь составить мне компанию на утренней охоте? Его неуклюжая улыбка скорее была похожа на гримасу боли. Поджав нижнюю губу, Эльза перебирала в голове все возможные и невозможные причины, по которым она могла бы отказать этому горе-казанове. Но с другой стороны… она так хотела развеяться, и предложение Фарделса было веской причиной, чтобы выбраться из города и немного остудить голову, а затем она вернётся к предпраздничным обязанностям, и все будут довольны. — Благодарю за предложение, принц Ленкойл. Вы, должно быть, осведомлены, что в эту пору у королевских особ много обязанностей, так что я подумаю и дам свой ответ завтра утром. Теперь на лице юного принца засияла искренняя улыбка. Он резко выпрямился, чем вызвал позвякивание алебард у себя за спиной, после чего манерно поклонился и выпалил: — Как пожелаете, моя королева! — А затем с довольным видом устремился к выходу, едва не расталкивая на пути стражников. — Это будет долгая ночь! Эльза с прищуром проводила довольного парня до двери и поднялась с трона. На сегодня больше встреч не намечалось, а потому она отпустила стражу и решила немного прогуляться по дворцу. Она большую часть жизни провела в своей комнате, так что даже родной дом во многом был для неё чем-то чуждым. А легко ли жить в доме, стены которого для тебя чужие? Вряд ли. Длинные коридоры с высокими потолками манили королеву за собой, заставляя останавливаться у очередной двери. В основном они вели в тёмные гостевые комнаты, во многих из которых мебель была аккуратно накрыта простынями. Её дворец больше напоминал забытую гробницу, нежели счастливое обиталище. Эти мысли вели молодую королеву дальше по ветвящимся коридорам. Вот одна из дверей вывела её в огромную залу с лакированным полом и большим количеством картин на стенах. Это место явно пустовало, хоть и была видна кропотливая работа слуг, не позволяющих пыли задерживаться на ажурных рамах. Всевозможные культурные деятели, герои античных легенд, писатели, рыцари, музыканты и политики — все они сейчас смотрели на королеву Эренделла, бредущую вдоль стен. Её не смущали пустые взгляды нарисованных людей, ведь, кроме неё, в этом зале никого не было. А к одиночеству она привыкла давно. Единственным близким человеком всегда оставалась сестра, но после годов затворничества вернуть былую лёгкость в отношения оказалось не просто. Лишь уединение порой спасало от всех навалившихся проблем, когда она могли просто закрыться в своих мыслях и идти вперёд, порой даже не глядя куда. Она любила Анну всем сердцем, но и взваливать на неё свои тревоги ей не хотелось. Да и как объяснить родному человеку, что твоя корона сдавливает голову, большие пиры не приносят радости и даже красивые мужчины не греют душу. Всё это было любо Анне, но не ей. Блондинка остановилась и взглянула на одну из картин. Ничем не примечательный портрет женщины в длинном платье тёмно-синего цвета со сбившимися на голове вороными волосами и холодным взглядом голубых глаз. Но что-то удерживало внимание девушки, хоть она и не понимала, что именно. В царившем в зале полумраке Эльза не могла рассмотреть её лица, а потому подошла вплотную, не в силах даже отвести взгляд. И с каждой секундой этот взгляд становился всё мрачнее и устрашающе. Что-то до боли знакомое было в нём. Что-то… Дверь за спиной скрипнула, и Эльза затравленно обернулась, затаив дыхание и уставившись на бесформенный невысокий силуэт, застывший в дверном проёме. — Это не похоже на столовую. — Олаф! — облегчённо выдохнула девушка и подошла к снеговику, стискивая его в своих объятьях. — Оу, Эльза, ты сегодня особенно любезна, — промычал Олаф и похлопал девушку по спине палочкой, заменяющей ему руку. — Что это за место? Здесь как-то мрачновато и неприятно пахнет. Королева поднялась и тревожным взглядом окинула помещение, будто пытаясь вновь найти ту картину. Но та словно не хотела попадаться на глаза, и Эльза развернулась к снеговику: — Просто галерея. Пойдём, малыш, ты, кажется, искал столовую. Выйдя в другой коридор, она закрыла за собой дверь и последовала за неутомимым Олафом, оставляя людей на картинах дожидаться своего следующего посетителя.