Тёмное время королевства

Кто-то аккуратно коснулся оголённого плеча королевы, и та нехотя приоткрыла глаза, окунаясь их взглядом в темнеющую небесную высь. Слегка повернувшись, она увидела стоящего рядом Кая, который в покорном ожидании молча следил за пробуждением девушки. — М-м, Кай. Я, кажется, задремала. Сколько сейчас времени? — Девять утра вторника, миледи. Сегодня новогодняя ночь. Эльза протёрла заспанные глаза и посмотрела на дворецкого более осознанно. — Что-то случилось? Тот не знал, как правильней начать, а потому немного замялся и наконец сказал: — Та картина, что вы приказали нам повесить в вашу комнату. С чёрными волосами. Мы нашли художника, что написал её. Блондинка сначала тупо смотрела на дворецкого, а затем ошарашено и даже как-то испуганно отвалилась на спинку кресла. Она вообще сказала это тогда только для формальности и никак не могла рассчитывать, что её слуги окажутся такими хорошими ищейками. Вот кого нужно было назначить в разведчиков. — Замечательно, — это прозвучало слегка фальшиво, — и где же вы его нашли? — Он сам пришёл к нам и сейчас стоит у главного входа. Миледи. Это окончательно выбило Эльзу из колеи и с осторожностью затравленного зверя она приподнялась с насиженного места и глянула вниз через балконные ограждения. К счастью или сожалению, таинственного художника скрывала террасная крыша и увидеть его с этого балкона было невозможно. В голове закружилось множество вопросов, но задавать все их простому дворецкому было бы бессмысленно. — Как он выглядит? Откуда он взялся? Вы не пустили его внутрь? — всё же вырвалось у девушки, и, выпрямившись, она засеменила прочь с балкона, уводя за собой полноватого мужчину. — Ну, — продолжал Кай, когда они стали спускаться с этажа, — невысокий и весь сгорбленный. Не знаю. Стража призналась, что не видела его до того, как он постучался в двери. Словно вместе со снегом с неба свалился! Сказал, что ему нужны исключительно вы. Что есть разговор. Эта информация ещё больше насторожила Эльзу, и когда они наконец оказались у входа во дворец, она какое-то время не решалась подойти к двери и ещё дольше тянула руку к ручке. Резко выдохнув, она на инерции распахнула перед собой одну из двух дверей и вперилась взглядом в фигуру, целиком и полностью сокрытую махровой коричневой мантией с глухим капюшоном, под которым едва ли можно было различить лицо. Мужчина стоял так, словно знал, в какой именно момент ему откроют дверь и тут же поклонился, становясь ещё меньше и ростом не превышая десятилетнего ребёнка. — Вечер добрый, королева Эльза, — как по писанному вымолвил он, выпрямляясь насколько возможно и теперь становясь хоть немного похожим на взрослого человека. — Как же несказанно я рад нашему знакомству. Блондинка только медленно кивнула, пропуская незнакомца во дворец. Она приметила в его руках довольно длинный в соотношении с ростом самого человека посох, который почти весь был увешан всевозможными оберегами, амулетами, фигурками и прочими побрякушками. — Кто вы? — последовал вполне логичный вопрос от королевы. — Ох, старая голова. Забыл представиться. — Мужчина остановился рядом с девушкой, и бесцеремонно взяв её руку, поцеловал сухими потрескавшимися губами тыльную сторону. — Моё имя Ахроакид. Эльза слегка искривилась, но руку не одёрнула. — Вы пришли по делу? — добавила она, глядя на любопытничающего старца. — Иначе бы и следа моего здесь не было, — подтвердил тот. — Мы можем где-нибудь… уединиться? Это предложение немного покоробило девушку, и она даже чуть не засмеялась, но затем что-то сказала стоящей рядом служанке, и та вместе с Каем пошла в сторону королевской трапезной, куда так же последовали и собеседники, но значительно уступая предыдущим в скорости. — Вы знаете, кто я? — на всякий случай спросила Эльза на ходу, стараясь не пялиться на бредущего по левую руку мужчину. Капюшон, а уж тем более мантию он снимать явно не собирался, как и расставаться со своим посохом. — Конечно. Кто ещё не знает о чудесной волшебнице неземной красоты, способной повелевать самой природой. Эти слова были полны невозмутимости, и Разенграффе даже не решилась на лёгкое смущение по случаю такого необычного комплимента. Поднявшись по одной из лестниц на второй этаж, оба направились по южному коридору в сторону единственной двери. — И знал я о вас задолго до остальных, — словно невзначай бросил он, когда прислуга открыла перед ними дверь и взгляду открылась небольшая трапезная, больше похожая на комнату зажиточного барина с зачем-то поставленным посередине прямоугольным столом. «Да кто ты такой?» — пронеслось в голове у королевы, и она медленно вошла в помещение следом за гостем. Несколько слуг быстро наметали на стол какие-то лёгкие блюда и с обеих концов выложили сервиз. В комнате тихонько горел камин и вместе с множеством свечей создавал непринуждённую атмосферу для беседы, однако на человека в мантии тени ложились как-то жутковато и навевали неприятную тревогу. Эльза бы хотела, чтобы Кай остался здесь и не оставлял её наедине с этим неприятным человеком, но тот настоятельно попросил оставить их вдвоем. При всём желании девушка не могла отказать гостю, и после наполнения бокалов вином дворецкий вместе с остальными посторонними удалился из комнаты, с тихим щелчком закрыв за собой дверь. Эльза сидела за одним концом стола и безотрывно смотрела на противоположный, где мужчина как ни в чём не бывало наложил себе на тарелку побольше вкусностей и принялся медленно уплетать их, словно позабыв о королеве и столь важных для него вопросах. А может, это был обычный бездомный, прикинувшийся важной шишкой и, воспользовавшись мнимостью блондинки, просто пришёл поесть задаром. Что ж, если бы это действительно было так, Эльза бы только вздохнула с облегчением и, может, даже предоставила ему горячую ванну напоследок. Но её тайным желаниям не суждено было сбыться. — Да, — внезапно подал голос человек, оторвавшись от печёного яблока. — Я знаю вас достаточно хорошо, Эльза Разенграффе. Вы можете считать меня своим другом, но я пришёл сюда не для простой болтовни или набивания желудка. Я пришёл предупредить вас, ибо вы слишком мало знаете о мире и людях вокруг себя. Королева внимательно слушала его, откинувшись на спинку стула и пригубив бокал с вином. — Миру, каким вы его знаете, очень скоро придёт конец. Война уже прочищает свои окровавленные трубы, а враг давно стоит на пороге в ожидании приглашения. Не сегодня-завтра грянет буря, и только вы способны успокоить её, как уже делали это раньше. Но ваши враги хитрее, и они лучше подготовлены. Но самое главное, что они уверены в своей внезапности. — У Эренделла нет и никогда не было врагов, — отчего-то твёрдо парировала Эльза, стараясь в полумраке рассмотреть скрытое капюшоном лицо. — Вы правда так полагаете? — Мужчина сделал глоток из бокала и гулко засмеялся себе под нос. — Вы молоды и наивны, королева. Все живущие в этом мире люди больше всего желают лишь получить власть и, разумеется, приумножить её. Что вы думаете о Ионсарде? — Макбрайды, может, и славятся дурными манерами и высокомерным отношением ко всем окружающим, но они вряд ли решаться объявить войну в столь неблагоприятное время. К тому же торговый союз с Эренделлом очень выгоден и разрывать его было бы безрассудством. Снова раздался этот глухой смех, и на мгновение девушке показалось, что она слышала какие-то странные пощелкивания со стороны сидящего, но списала это на поленья в камине. — Ошибаетесь. Ионсард давно уже смотрит в вашу сторону, взвешивает риски и подсчитывает доходы от захвата ваших шахт, портов и лесопилок. У них имеется грозная армия, и они славятся весьма агрессивным подходом к делу, так что ничего хорошего ждать от них я бы не советовал. Эльзе всё меньше нравился этот человек, но этикет и королевские манеры не позволяли ей прервать его или тем более выдворить вон. — Ну а что насчёт Хродгарма? — Это королевство вообще находится далеко на северо-востоке, и уж тем более ему нет никакого дела до нашего. Более того, король Карос был другом моего отца и не имеет никаких причин для войны. — Но их экономика чахнет. Торговые пути уже не приносят желаемого дохода, а строить новые порты просто некому. Денег на содержание армии не хватает, и скоро им придётся искать место побогаче. Припоминается, кроме Эренделла в их относительной близости ничего нет. К тому же, Карос уже не молод и потерял былую славу и уважение. Многие поглядывают на его трон, а без прямого наследника его место может занять тот, кто пообещает народу сытое будущее. — Откуда вы всё это знаете? — не выдержала блондинка, подавшись немного вперёд. — Я много чего знаю, — уклончиво отозвался человек. — В моём возрасте знать мало было бы просто оскорбительно. А если учесть, что я много путешествую и люблю читать, к моим словам стоит прислушаться. Эльза недовольно прищурилась и хлебнула ещё вина, потому что больше ей в горло ничего не лезло. — А что вы думаете о Гильфарде? — после театральной паузы протянул мужчина. В его словах слышалось некоторое удовлетворение. — Гильфард и семья Ленкойлов была дружна с нами ещё со времён правления моего деда. Они благородны, честны и никогда не пойдут на предательство своих главных союзников. И уж тем более на войну. — Король Этелион мёртв. — спокойно начал Ахроакид, и по лбу королевы побежала ледяная капелька пота. — Старший Уильям слишком слаб и тщедушен для управления столь могущественным королевством, а принц Фарделс кто угодно, но только не король. Последнее высказывание вызвало у девушки жгучее негодование, но она поборола в себе злость и лишь сжала в руке кипу салфеток. — Оставшись без власти, Гильфард моментально канет в лета, если бы не Ионсард. Как долго Макбрайды мечтали о присвоении этого лакомого куска, как долго ждали такого подходящего момента. Захватив власть, они многократно усилят свои ряды, и их армада победным маршем пройдёт сначала по всему побережью, затем по полуострову, а потом и по материку. Не говорю о том, что им удастся захватить весь континент, но даже завершение первого пункта кто-то в Эренделле вряд ли сможет лицезреть живьём. В лучшем случае женщин с детьми уведут в рабство, а мужчин поставят в авангард. Не самый желанный конец для вас и вашего королевства, не так ли? В комнате повисло гробовое молчание. Мужчина в мантии не торопил мысли королевы и просто смотрел на неё из-под капюшона, наслаждаясь каждой секундой этой победной тишины. Всё только что сказанное никак не укладывалось в аккуратной голове Эльзы. Она пыталась убедить себя, что всё это полнейший бред и мир, как и прежде, благоухает и цветёт, но отчего-то крупные хлопья страха и сомнений обрушились на утопический сад, скрывая его под чёрным снегом. — Этелион мёртв? — переспросила она, прожёвывая каждую букву как горькую смолу. — Но он же просто был ранен… — Слишком серьёзно, как выяснилось. Увы, — без тени сожаления подтвердил старец. — Убийца при покушении обмазал оружие ядом, и король скончался позднее в страшных мучениях. Эльза опёрлась локтями о стол и вцепилась пальцами в копну платиновых волос. — Неужели всё так плохо. — Нет, не всё. Девушка подняла намокшие глаза и уставилась на собеседника. — Я же сказал, что единственная надежда может не избежать, но хотя бы победить в грядущей войне – это вы. Вы, королева Эренделла и по совместительству человек, обладающей невероятным для простых смертных даром. Вы и представить не можете, какой силой владеете. Вместе с вами у нас есть шанс победить. Но есть проблема. Пусть вы сильны и стоите тысячи простых воинов, у врага их гораздо больше и одной вам не справиться. — Что же делать? — Эльза уже отбросила все сомнения и только ждала новых слов этого таинственного незнакомца, словно они были панацеей от всех её болезней. — К счастью и у вас есть союзник. Пусть он не похож на остальных, пусть его методы сомнительны, а солдаты страшны, но союзника лучше вам не найти. — Кто он? — Это сокрытое во льдах и укутанное вековыми снегами королевство на севере – Формснорд. Вы уже слышали о нём? Что ж, тогда вы должно быть знаете и о его могущественном и несокрушимом правителе – короле Нолане Морринвальде II. Пазл сложился на глазах. Умом Эльза ещё не могла до конца поверить в рассказанное Ахроакидом, но душой она чувствовала, что именно сейчас перед ней рассеялся густой туман, открывая вид на те самые цветущие сады и играющие утренней росой поля. Что именно этот парень с ледяными руками будет её принцем на белом коне, который возьмёт её с собой и унесёт прочь от всех бед и невзгод. Так ей хотелось думать. — Ах, так вы с ним уже знакомы? Это радует, — как-то настороженно заговорил мужчина, когда Эльза упомянула про вечер перед Рождеством. — Значит, вам не нужно объяснять всё с нуля. Разговор немного затух, и каждый из сидящих думал о своём, потихоньку доедая оставленные на столе яства. Эльзе каждый кусок всё тяжелее лез в горло, ибо её тяготило рассказанное Ахроакидом. Насколько она была слепа и наивна, если всё это время не замечала сгущающиеся над родным королевством тучи. Она совершенно ничего не знала о войнах и была не готова к роли главнокомандующего. Но если всё действительно так мрачно, у неё просто не было иного выбора, кроме как принять союз от этого Нолана, дабы элементарно уберечь Эренделл от уничтожения. Покачав головой и слегка отодвинув от себя тарелку, она решила перевести тему в иное русло. — Мои слуги сказали, что вы представили себя в качестве художника, написавшего мой портрет. Но почему на нём я выгляжу так странно? Человек смачно откусил кусок от спелой груши и тихо замычал, причмокивая и видимо пытаясь что-то вспомнить. — Ах да, портрет, — протянул он, бросая хвостик от съеденного фрукта на свою тарелку. — Я помню его, но не вижу в нём ничего странного. — А как же чёрные волосы и эти сияющие голубые глаза? — не отступалась Эльза. — Вы смотрите поверхностно. Загляните глубже. Этот портрет – ваша противоположность. Тёмная противоположность. Я вижу её так, — парировал мужчина. — К тому же никому не дано знать, что ждёт нас за очередным поворотом судьбы. Не стоит принимать за абсолютную достоверность сегодняшнее, ведь завтра всё может измениться. Такова жизнь. — Тёмная противоположность? Вы имеете в виду мои тёмные качества? Злую меня? — Блондинка вдруг вспомнила жуткое видение со своей копией и пылающим Эренделлом. — В каждом из нас живёт зло, королева. В ком-то его больше, в ком-то меньше, но ещё никому из живых не удалось избавиться от него безвозвратно. К тому же если бы не было зла, как бы мы узнали, что такое добро? Да и что по вашему собой представляет добро? Из нашего мира давно ушло истинное понятие добра, остались только его редкие составляющие. Это старик произнёс как-то тихо и загадочно, будто говорил сам с собой. Оба сидящих тут недоговаривали многого, но иначе было нельзя. Эльза хотела расспросить старца о своём видении, о голосах в голове, но боялась рассказывать этому человеку такие сокровенные вещи. Так же её интересовало, каким образом этот незнакомый ей мужчина видит её тёмную сущность такой, если они встретились впервые в жизни. Уж кого, а такого необычного субъекта Эльза точно бы не забыла. Похоже, он действительно хорошо знал её, и это настораживало ещё больше. Этот Ахроакид был не просто художником, в этом точно не было никаких сомнений. — Ну а что насчёт вас? — решила выстрелить в воздух королева. — А что не так? — Вы знаете, что ждёт вас за поворотом судьбы? Старец сплюнул на тарелку виноградную косточку и довольно усмехнулся. — Может, я и могу иногда угадать погоду и делать смутные прогнозы событий, но даже моей мудрости не хватает для точного лицезрения нити судьбы. Такое вряд ли под силу кому-либо из ходящих под луной. Что же касается моей судьбы, её струны уже давно спутались и покрылись инеем забытья. А впереди нет ничего, кроме вечной и беспросветной тьмы. Мужчина снова издал странный щелчок ртом и замолчал. Эльза вряд ли могла понять до конца, что он имел в виду, но его слова почему-то заставили её жалостливо перевести взгляд на камин. — Скажите, Эльза, — начал он после небольшой паузы. — А вы случайно не знаете о сфере Амун’Галона? Девушка отвлеклась от раздумий и отрицательно покачала головой. — Нет, конечно. Это было бы слишком удивительно. Позвольте, я расскажу вам небольшую историю, ведь вы всё равно никуда не спешите? Вообще Эльза планировала сделать ещё кое что важное сегодня, но отчего-то просто не могла отказать этому старцу, а потому он сделал ещё один глоток вина и в предвкушении чмокнул. — Когда-то давно, когда нашим миром ещё правили силы куда более могущественные, чем люди, один… колдун по имени Амун’Галон, возжелал жить вечно и создал шар, в который заточил свою бессмертную душу, дабы тело и разум оставались навечно молодыми и здоровыми. Надеюсь вы понимаете, что это я говорю в весьма упрощённой для вас форме? Хорошо. И всё бы ничего, но только для создания этой сферы ему пришлось фактически продать свою душу в рабство. Навечно. — Но кому? — не выдержала Эльза, всё это время почти не отводившая взгляда от тёмной прорези капюшона. — Этого не дано знать даже мне, но, говорят, силы могущественней и ужасней не сыщешь даже в преисподней, — в очередной раз довольно расплывчато ответил старец. — Вечная жизнь взамен на вечное служение. Весьма сомнительная сделка, если бы не силы и способности, которые приобретал он вместе с бессмертием. — И что это за способности? — Власть над самой смертью, королева. По спине блондинки пробежали мурашки, и она боязливо поёжилась. — Кто из живущих не мечтал повелевать армией тех, чьи дни уже давно минули? Общаться и возвращать тех, кого забрало время или несправедливая судьба? Кто не мечтал о длани рока? Фактически пользуясь своим даром, владеющий сферой автоматически выполнял прихоти своих нанимателей. Порой и без ведома самого владельца. Ахроакид прервал рассказ и, сделав пару тяжёлых вздохов и осушив бокал с вином, продолжил. — Но не всё так просто. Сферу было весьма легко утратить, ведь своим чародейским естеством она притягивала алчных и нечестивых людей во всех уголках Земли. Забавен тот факт, что утративший сферу моментально терял бессмертие, но душа его навеки оставалась под заточением. И повезло тому, кто перед утратой сферы пользовался ей недолго и не особо рьяно. Но то были очень тёмные и древние века, а потому до наших дней не дошло упоминаний о каких-то невероятных действах владельцев сфер, а что дошло уже воспринимается не больше, как старческие байки. Развиваясь и умнея, люди стали таить своё сокровище от посторонних глаз и часто на многие столетия исчезали из человеческой жизни. Исчезала и сфера, но, как говорится, всё тайное становится явным, а потому рано или поздно при иногда весьма невероятных обстоятельствах она переходила из рук в руки, так путешествуя по анналам истории. Стоит заметить, что человек незнающий и непосвящённый вообще мог не признать в умещающемся на ладони шарике что-то сверхъестественное, выкидывая его на следующий день. А уж о какой-то чёрной магии я и говорить боюсь. Знаете, сколько за всё время существования сферы людей смогли-таки связаться с потусторонним миром? Шестьдесят четыре. А призвать мёртвых? Семнадцать. Причём у шестерых это не уходило дальше воскрешения домашнего питомца или скоротечно ушедшего родственника. Кстати двое из них моментально теряли рассудок и по очевидным причинам сфера покидала их безвозвратно. Чтобы обладать таким могущественным и древнейшим артефактом нужно быть не простым человеком. И я говорю не о статусе. Удивительный факт, но лучше всего она работает у благородных, великодушных, честных и в целом светлых людей. Противоположности притягиваются, но на самом деле только истинно стойкий физически и духовно человек способен совладать с той тьмой, что таится внутри Сферы душ. Да-да, именно так её называет большинство тех, кто хоть когда-нибудь слышал о ней. А сколько в ней уже душ… такого числа ещё не придумала наука. Бывали случаи, когда люди сходили с ума или сводили счёты с жизнью лишь после её детального рассмотрения. Мужчина замолчал, переводя дух и закусывая сладким виноградом. Описать чувства и эмоции Эльзы сейчас было почти невозможно, но только одного шока хватило бы человек на десять. Она пыталась разложить по полочкам всё услышанное, но полки сознания проламывались под таким весом, рискуя обрушить всю сложную конструкцию мировоззрения. Невероятно, сколько она не знала, но сколько ещё предстоит узнать. — А как же её уничтожить? — неожиданно для самой себя выдавила королева, тут же закрыв рот и стараясь сделать вид, будто спросила не она. Капюшон старика приподнялся, и оттуда донёсся приглушённый, но затем возрастающий ехидный смех. — Уничтожить? — почти шёпотом переспросил он, словно боялся быть услышанным. — Такие вещи невозможно уничтожить. Не в нашей вселенной уж точно. — Вы лжёте. — Эльза испуганно бегала глазами по комнате, стараясь даже краем глаза не смотреть на собеседника. Сейчас она действительно была уверена, что кто-то сказал это за неё. Наступило гнетущее молчание. Старик неотрывно смотрел на девушку, словно думая, не недооценил ли он её знаний. Наконец раздался тот неприятный щелчок, и он снова усмехнулся, видимо, сделав для себя какой-то вывод. — А вы не такая незнайка, как кажетесь, Ваше Величество. Что ж, есть способ. Как простой странник и скромный художник, не буду заверять вас в его точности и действенности, но это единственное, что мне приходилось находить по этой теме. Единственное, но принадлежащее самому Амун’Галону. Видимо, он решил найти способ после выяснения всех тонкостей сделки и нашёл его перед своим концом. В текстах говорилось о ритуале, весьма простом на практике, но сомнительном при подготовке. Говорилось о нанесении на меч законного короля особых рунных пентаграмм, которые после ещё одного предварительного ритуала с кровью последнего владельца сферы обретут силу, способную при ударе этим мечом уничтожить её раз и навсегда. Причём я не берусь утверждать, но, кажется, там упоминалось и о освобождении всех порабощённых сферой душ. Но это всё лишь смутные данные, и никто никогда не пробовал сделать ничего подобного. Да и вообще я вам этого не рассказывал. Такой непоколебимый и сухой на эмоции, старик явно нервничал, постукивая по столу пальцами с большими чёрными когтями. Эльза не сразу обратила на это внимание, но свет от лампады падал довольно чётко, и привидится такое точно не могло, однако она решила не заострять на этом большого внимания. Сейчас её больше интересовало поведение мужчины. Но неожиданно для неё он вдруг стал спешно собираться, уже поднимаясь со стула и благодаря королеву за столь приятное общение. — Вы уже уходите? — Я сказал всё, что должен был… и даже больше. Время слишком дорого, чтобы тратить его на посиделки. Несмотря на отказы, королева всё же решила проводить этого необычного гостя до главного входа. Прислуга открыл перед сгорбленным старцем дверь, и он уже почти вышел за порог, как его одёрнула вопросом хозяйка дворца. — Одного я не понимаю. Вы говорите, что никому из людей не удавалось воспользоваться сферой в меру и что многие теряли её довольно быстро. Но тогда кому она принадлежит сейчас? Неужели… — Терпение, королева. Очень скоро вы получите ответ на этот вопрос, а пока что хорошенько обдумайте мои слова. Не уверен, что мы когда-нибудь ещё сможем вот так поговорить. Эльза легонько обхватила себя руками и поклонилась уходящему гостю. Тот, покачиваясь, спустился по пяти ступенчатой лестнице и, оказавшись на засыпанной каменной кладке, обернулся, сжимая в правой руке свой посох. Каково же было удивление старшей Разеграффе, когда она увидела на месте глаз старца плотную чёрную повязку. Моментально назрели вопросы насчёт того, как всё это время он мог с такой лёгкостью передвигаться, есть и что он был за художник. Но кричать с вопросами вдогонку было неэтично, а потому, не став наблюдать за вальяжной ходьбой человека, Эльза развернулась и вошла в помещение. Что-то вдруг дёрнуло её обернуться, но на месте только что еле плетущегося старика не осталось ничего, кроме медленно спадающего с неба пушистого снега. Ничего, даже следов. — Ты видел, — резко спросила королева у открывавшего двери слуги. — Куда он исчез? — Кто, Ваше Величество? Эльза снова почувствовала эти неприятные мурашки на спине и, оставив прислугу без ответа, быстрым шагом направилась вглубь дворца, стараясь побыстрее спрятаться от окружающих глаз во мраке коридоров.