"Ничего себе, сказочка!"

Дин спал так чутко, что пробудился от разговора, завязавшегося между попытавшимся, было, дезертировать хоббитом, таившим обиду на Торина (тот в отсутствие Гэндальфа то и дело отпускал в адрес мистера Бэггинса самые нелестные замечания), и несшим вахту Бофуром. Ага, стало быть, он проснулся вовремя. Сейчас по сценарию должен был начаться очередной трэш. Спящий рядом сном младенца Эйдан, который уже успел поменять место дислокации, не подозревал о трэше, поэтому предупредить о нём спутников не мог. Дин тоже сначала каким-то неверящим взглядом пронаблюдал за тем, как пол рассекают трещины, и только потом завопил на всю пещеру. Все, кто ещё спал, мигом проснулись и повскакивали на ноги. - Гоблины! – рявкнули хором Торин, Дин и наконец продравший глаза Эйдан. И тут всё рухнуло. Точнее, провалился пол, а вместе с ним гномы, хоббит и почти готовые к этому актёры. Это в фильме было весело изображать падение с огромной высоты, когда барахтаешься на фоне зелёного экрана, а потом всё доделывают компьютерщики. Сейчас Дину и Эйдану было не до смеха. Мало того, что от резкого падения внутренности, казалось, ухнули куда-то в пятки, так ещё и столкновение в твёрдой поверхностью оказалось весьма болезненным и совсем не смешным. - Кажется, я сломал себе… всё, – прохрипел Тёрнер, оказавшись между Глоином и Бомбуром. Это вполне могло оказаться правдой, особенно если учесть, что Бомбур в весовой категории мог тягаться с небольшим асфальтоукладочным катком. Дину повезло чуточку больше, но и то барахтаться в общей куче с отдавленными конечностями и зашибленной головой было весьма сомнительное удовольствие. Понять, что произошло, смогли не все. Не успели путники кое-как подняться на ноги, как тут же оказались в окружении мерзких тварей разных габаритов, мастей и количества бородавок. - Чёрт, Дин, это от них так воняет? – сморщил нос ирландец. Гоблины, действительно, смердели так, будто их вываляли в помойной яме. И про выгребную до кучи не забыли. Ибо уровень цивилизации этих мерзостных выродков определённо не подразумевал разделения мест отхожих и жилых, а о таких благах, как зубная щётка и "Аква Фрэш", тут и не подозревали. Вереща, рыча, брызжа вонючей слюной, гоблины шустро и сноровисто связали непрошеных гостей и гуськом погнали их по грубо сколоченным мосткам из полусгнивших необработанных досок. - Я представляю, как воняет от их короля… – Эйдан скривил такую скорбную мину, что идущие рядом Фили и Кили не смогли удержаться от весёлого фырканья. - Молсять! – прошепелявил один из мелких конвоиров, по очереди ткнув всех троих костистым кулаком, приделанным к покрытой лишайными струпьями руке. – Сагай давай, хномье отлодье! - Они ещё и косноязычные, – не унимался Тёрнер, вызывая смешки уже у остальных гномов, кто был поближе. – Хоть что-то положительное у них есть, вообще? - Я вылезу тебе язык, поганый селовесеско! – потешно взревела ходяча пакость и уже не так потешно врезала Тёрнеру кулаком по лицу. И тут же испустила дух, издав мерзкий предсмертный хрип, - это Дин, у которого руки были связаны впереди, как-то изловчился накинуть агрессору петлю из верёвки, что связывала всех в единую цепочку, и одним резким рывком переломить гоблину шею. На него тут же бросились всем скопом и принялись лупцевать уже по-крупному, а так же кусать и царапать. На помощь О’Горману поспешили пришедшие в боевое бешенство гномы, включая обычно тихого Ори, от которого чудесным образом присутствующие узнали несколько новых нелестных слов в адрес гоблинов. - Прекратить сейчас же! Потасовка была прервана тварью покрупнее и явно поумнее остальных. Раздав мелким обитателям подземелья пинков и зуботычин, гоблин перехватил верёвку, связывающую пленников, и потащил их дальше с весьма приличной скоростью. Тут уж было не до разговоров. Конечно, пробежка по полусгнившим доскам не прибавляла пользы ни здоровью, ни будущим перспективам угодить в какую-нибудь шахту в качестве рабов. Наконец, толпа мерзких уродов сбавила темп. Конечно, оба актёра уже знали, что их ожидает встреча с королём гоблинов, вот только реальный этот субъект вызвал определённо не самые положительные эмоции. - Мать моя женщина! – воскликнул Эйдан, беззастенчиво разглядывая жирного гоблина, которого матушка-природа весьма щедро наградила бородавками, прыщами и грибком. - Отец мой мужчина! – вторил собрату по несчастью Дин. – Это ж сколько нужно жрать, чтоб отрастить такую задницу? Высказывание слетело с губ актёра скорее на нервной почве, чем от желания поглумиться над злобным и весьма опасным в своём могуществе уродом, но среди гномов всё равно раздались смешки, и даже среди гоблинов помельче, тех, что были самыми хилыми и бестолковыми, раздалось плохо скрываемое фырканье и похрюкивание. Король недобро прищурился, переводя взгляд с одного пленника на другого. - Кто посмел войти в мои владения без моего царственного дозволения? – вякнул толстяк. - Не по сценарию, – отозвался Тёрнер. - Определённо, – кивнул блондин. – Что-то пошло не так. А если учесть, что король гоблинов не рявкал, как то было продумано мистером Джексоном, а мяукал фальцетом, вся жуть от его выхода куда-то испарилась. Теперь уже гномы глядели на это чудо природы не только без страха, но ещё и с презрительной усмешкой. Ответом на заданный вопрос его величество никто не удостоил. - Кто вы такие? – продолжал пищать здоровяк, спускаясь со своего грубо сколоченного трона, который и троном-то можно было назвать, лишь включив на максимум воображение. – Шпионы? Воры? Убийцы? - Гномы, Ваше Злопыхательство, – склонился в раболепном поклоне один из жителей подземелья. - Гнооомыыы? – противно промяукал толстяк, уставившись на пленников выпученным глазом. - Мы поймали их в передней галерее, – подтвердил докладчик. - Обыскать их! – заверещал король, поправляя сползшую на переносицу корону. – Каждый карман! Каждую щёлочку! - Извращенец! – в той же манере взвизгнул Эйдан, вызывая очередную порцию уже неприкрытого смеха среди сотоварищей по оружию и местных обитателей. – Только попробуй! Я на тебя жалобу в полицию накатаю за домогательство! - Молчать!!! – взвизгнул предводитель гоблинов, и его подчинённые мигом принялись за дело, обчистив карманы пленников дочиста. - Ты! – король гоблинов указал жирным пальцем на Дубощита. – Король-под-Горой, я тебя узнал. Хотя, у тебя же уже нет никакой Горы, – ехидно протянул он. – Значит, ты не король, а просто ничтожество. - А у тебя много чего есть? – поинтересовался Эйдан, удержав Торина за ворот шубы, потому что Его Величество надумало набить наглецу морду. – Только это засранное подполье и кучка идиотов на побегушках, чего-то стоящего я здесь не вижу. - Ничего, скоро ты у меня не так заговоришь, – пригрозил Тёрнеру подземный самодержец. – Если будет, чем говорить. Что же до тебя, Торин Дубощит, один мой знакомый хорошо заплатит за твою голову, – верховный гоблин облизнулся. – Но только голову. Ничего лишнего. Широкомордый правитель подземного царства с трудом перебросил толстенное пузо с одного колена на другое, поворачиваясь к исполнявшей роль писца мелюзге. - Пошлите весточку бледному орку, – до смешного тонко мяукнул король. – Скажите, я нашёл его трофей. Чиркнув что-то на дощечке, мелкая пакость, гадостно похихикивая, полетела выполнять поручение. - Эй, отдай сейчас же, придурок! – не своим голосом заорал Дин, когда обнаружил, что один из подземных ушлёпков спёр его фотоаппарат. – Эта штука стоит больше, чем задница вашего короля! Мелкая тварь, не обращая внимания на возмущённые вопли, расчехлила инструмент фотоискусства и принялась лапать объектив своими грязными пальцами, оставляя на оптике царапины и сальные отпечатки. Если бы О'Горман уродился брюнетом, то на его голове после такого кощунства определённо бы выделились седые пряди. - Да я тебя... – прорычал актёр, ломанувшись, было, к наглецу, но его грубо вернул в строй гоблин покрупнее, а мелкий пакостник потрусил к королю всего этого сброда и с поклоном вручил повелителю отобранный фотоаппарат. Как сей инструмент не треснул в лапище урода, осталось загадкой. Король гоблинов принялся так и этак вертеть отобранную непонятную вещицу и вдруг заголосил так, словно его ткнули вилкой в глаз. На самом же деле он случайно сделал собственное селфи со вспышкой, которая и ослепила монстра, чьи глаза не были приспособлены к яркому свету. В пещере повисла необычная тишина. Гоблины как-то странно притихли, переглядываясь между собой, чем и воспользовались двое неуёмных королевских гномьих племянников. Синхронно проскользнув под ногами пленителей, Фили и Кили подскочили к толстяку, старший подсадил младшего, сцепив руки в замок и подбросив его повыше, после чего лучник выхватил из лап верховного гоблина драгоценную вещь и, совершив немыслимый кульбит в воздухе, приземлился аккурат на обе ноги. - Ходу! – коротко скомандовал Фили, врезаясь обратно в гущу мелких уродцев. - Я чувствую себя ущербным на их фоне… – пожаловался Эйдан, глядя, как радостный Дин принимает из рук Кили свой фотоаппарат. - Я ослеп! Ослеп! – верещало жирное чудище, прижимая грязные ладони к ослепшим глазам. – Убить их всех! Выпотрошить живьём! Выколоть им глаза! - Фу, народ, да это не король гоблинов, а какая-то изнеженная принцесса гоблинов! – усмехнулся Дин. – Парни, вам-то самим приятно подчиняться этому визгуну? Что это за король, который ведёт себя как конченная истеричка? Но, похоже, слова не возымели действия, и свора мелких уродов вновь кинулась на пленников, избивая их какими-то обрывками цепей, да и просто кулаками. Самый жирный гоблин, наконец, проморгался и с наслаждением наблюдал за побитием ненавистных чужаков, и тут кто-то из тварей покрупнее догадался влезть в кучу изъятого и случайно вытряхнул из ножен Оркрист. - ИИИИИИИ! – заверещал гоблинский король, мигом взлетая на свой сколоченный из гнилых досок трон, словно хозяйка кота Тома из одноимённого мультика, увидевшая пробегающего Джерри. Если бы у толстяка был ворох юбок, он непременно бы задрал их повыше. – Я знаю этот меч! Это Кусач! Гоблины, визжа от страха, грязной волной откатились от своих заклятых врагов и скучковались у трона. Торин спокойно наклонился, подобрал оружие и столь же спокойно взглянул в глаза предводителю местной шушеры. И тут пещера озарилась нестерпимо ярким светом, послышался звук, будто кто-то бомбанул из пушки, а вихрь горячего воздуха сбил с ног даже Дина с Эйданом. Из тени в освящённый факелами круг вышел сам Гендальф, собственной персоной, при шляпе и посохе, как полагалось. - Берите своё оружие! – громко велел маг. – Сражайтесь! В бой! Уж кого-кого, а актёров не надо было просить дважды. Особенно Дина, которого столь варварское обращение с дорогой оптикой просто-напросто вывело из себя. Выхватив из ножен вверенный ему Судьбой чёрный клинок, О'Горман первым ринулся в атаку. Показалось ли ему это, или же и взаправду произошло, да только Дин явно ощущал, как радостно дрожит в его ладони рукоять, кованная под длань эльфийскую. Меч словно возликовал, радуясь возможности отсечь несколько голов ненавистным тварям из подземелий, ещё пуще подстёгивая гнев своего нынешнего владельца. - И почему он всё время… опаздывает? – выкрикнул Эйдан, довольно профессионально снося вражьи головы наравне с более опытными гномами. - Маг никогда не опаздывает, мистер Тёрнер, – усмехнулся внезапно оказавшийся рядом чародей, для своего возраста уж очень шустро размахивая мечом, при виде которого даже неповоротливый король гоблинов с несвойственной его габаритам прытью умчался куда-то в темноту, вопя, как резанный. – И рано тоже не приходит! Он появляется в то время, когда положено! - Простите, может быть, мы уже побежим отсюда? – робко спросил Ори, прижимая к себе какую-то сломанную доску. - В атаку! – скомандовал Торин, бросаясь вперёд. Остальные гномы - за ним. - Мы, хоть, в правильном направлении движемся? – поинтересовался ирландец, заметив, что Гэндальф как-то не спешит покидать место сражения. Чародей только рукой махнул, мол, беги и не оглядывайся. - Положено, так положено... – пробормотал Эйдан и побежал догонять гномью компанию, прихватив за шкирку Дина, который всё проверял свой драгоценный фотоаппарат на наличие повреждений. Как ни странно, но этот самый фотик оказался всей честной компании не менее полезным, чем клинки из гномьей стали и даже магический посох чародея, который не мог выдавать световые вспышки одну за одной. А вот вспышка на отбитом у гоблинского предводителя техническом приспособлении работала исправно: вся подземная шушера с воплями отскакивала прочь, поскольку их глаза не привыкли к столь ярким спецэффектам. Эти несколько секунд преимущества позволяли выстроившимся в цепочку гномам беспрепятственно добивать нечисть, расчищая себе путь к свободе. - Как он это делает? – воскликнул Тёрнер, поразившись тому, как ловко Кили использует лестницу вместо щита, чтобы прикрыться от летевших в него и сородичей стрел. – Такое ведь только в кино бывает! На самом же деле юному лучнику просто везло, но актёры, не слишком привычные к такого рода баталиям, списали всё на мастерство воина. Сами они чудесным образом не пострадали, не считая пары царапин, и вполне профессионально использовали полученные на съёмках навыки. - Торин! Не беги туда! – завопил О’Горман, когда Дубощит рванул к хлипкому деревянному мосту между двумя ярусами подземной скалы. – Верховный… Докричаться до гномьего короля актёр не успел. Вышеупомянутый гоблинский правитель выскочил откуда-то снизу прямо перед носом узбада, проломив мост. Он выполз на деревянный настил, словно какая-то перекормленная уродливая жаба, и мерзко захихикал, размахивая украшенной чьим-то черепом дубинкой, выполнявшей роль королевского скипетра. Торин немедленно получил этой самой дубинкой в щи и отлетел, впечатавшись спиной в Бомбура. - Думали сбежать от меня? – ехидно осведомился верховный гоблин. – И что же ты теперь сделаешь, Король-Без-Горы? Наверное, Торин собирался что-то ответить своему обидчику. Может, даже послать на «ишкакхеайдургнуль», но его вновь опередил прямо-таки пылающий праведным гневом Дин. Очередное фото со вспышкой вынудило вновь взвыть ослепшего правителя подземелья, и в тот же момент клинок из чёрного железа разрубил монстра практически пополам. С омерзительным звуком вывалились вонючие внутренности, часть которых мгновение спустя соскользнула вниз следом за располовиненной тушей. И всё бы ничего, вот только следом за королём гоблинов, заскрипев напоследок, рухнули остатки моста, на которых стояли гномы и Дин с Эйданом. Падение было стремительным, будто вагончик на американских горках резко ухнул по рельсам вниз. Орал даже невозмутимый внешне Двалин, не говоря уже об остальных. - Ди-и-и-ин! – фальцетом вопил Тёрнер, хватаясь за ненужную теперь опору моста. – Мы же тут разобьёмся на хре-е-е-ен! О'Горман отвечал товарищу по несчастью не менее громким ором, при этом с перепугу ничуть не стесняясь в выражениях. Но, то ли законы физики в Средиземье и правда были иными, то ли путешественникам просто повезло, но дна подземного ущелья все достигли относительно благополучно, разве что на Двалина шмякнулся Бомбур. - Кажется, я всё себе сломал… – пробормотал Эйдан, раскинувшись в позе морской «звезды» и скосив глаза в кучку. - Кажется, я тоже… – вторил ему Кили, повторив его действия. - Гэндальф! – вдруг не своим голосом завопил Дин, указывая куда-то наверх. Не зря, ой, не зря актёр так запаниковал: почти по отвесной стене, хватаясь мозолистыми лапами за мельчайшие выступы и трещины, на них мчалась серая волна визжащих от гнева и жажды крови монстров. - Нам нужно выбираться! Позабыв про то, что он «кажется, себе всё сломал», Тёрнер подскочил, как ужаленный, и взялся помогать гномам принимать вертикальное положение. - Их остановит солнечный свет! Быстрее! Наружу! Ирландец не заметил, как разочарованно закрыл рот Гэндальф, который, очевидно, готовился произнести воодушевляющую тираду про губительные для гоблинов солнечные лучи. - Вы слишком много говорите, мистер Тёрнер… – пробормотал маг, подбирая полы своей серой хламиды и припуская следом за отрядом. На счастье, до ближайшего выхода оставалось всего-то каких-то двести метров. Расшвыряв и наскоро порезав заспанных часовых, которых-то и было всего четверо, да ещё не самых крупных, приключенцы один за одним выбегали на свежий воздух, радуясь тому, что живы. Клонившееся к закату солнце на какое-то мгновение ослепило их, бывших во тьме подгорных пещер, казалось, целую вечность, но глаза созданий, чья природа не была изуродована первородным Злом, быстро привыкают к свету. - Свобода! – радостно завопил Кили, обнимая брата. – Мы победили! Остальные гномы тоже принялись обниматься, а потом подключили к этому делу своих высоких друзей. Не радовался только Гэндальф, который озирался по сторонам, словно что-то искал. - Два, три... Пять, шесть... – бубнил в бороду волшебник. – Десять, одиннадцать... А где Бильбо? Последний вопрос прозвучал особенно громко, и общее веселье по поводу спасения из гоблинских подземелий как-то сразу резко сошло на нет. Гномы переглянулись, словно бы силились увидеть среди товарищей знакомую всем низенькую фигурку мистера Бэггинса, но, увы, такового не обнаруживалось. - Где наш хоббит?! – ещё громче вопросил маг. - Спрят… – начал было Эйдан, но Дин зажал ему рот рукой. – Что? – шикнул ирландец. – Сейчас Торин начнёт поливать полурослика грязью и помоями. Оно надо? - Не лезь, – прошептал О'Горман. – Он не в адеквате, видишь же! Гендальф сейчас всё разрулит. - Я скажу, где он! – рявкнул Дубощит, пылая не совсем праведным гневом и едва не брызжа слюной. – Мистер Бэггинс воспользовался своим шансом и сбежал! Не зря он не хотел идти в этот поход, где нет возможности спать на пуховой перине и греться у очага, вкушая сытную еду! Мы больше не увидим нашего хоббита! Он уже далеко, на полпути к своей норе! - Опять не по сценарию, – пробормотал Тёрнер, глядя как раз на ту сосну, за которой прятался Бильбо. - И вы так просто его отпустили?! Одного?! – взревел маг, страшно сдвинув седые брови. Голос его звучал столь грозно, что даже Торин ошарашено заткнулся. Гневить чародея было опасно для здоровья, и это понимали все, даже актёры. - Вы хоть понимаете, что натворили, болваны?! – продолжал злиться волшебник. И тут-то как раз и появился Бильбо. Он возник словно из ниоткуда за спиной у мага и деликатно кашлянул, привлекая к себе внимание. - Бильбо, а мы уж простились с тобой! – радостно воскликнул Кили, намереваясь обнять друга-хоббита. Похоже, в этом мире младший из братьев просто обожал обнимашки. - А как ты проскочил мимо гоблинов? – задал вполне логичный вопрос Фили, удерживая весело трепыхающегося родственника за шкирку. - И, правда, как? – сурово повторил вопрос мрачный Двалин. - Ну.. Всякий хоббит умеет быть незаметным, когда нужно, – не задумываясь, ответил полурослик. – Такова наша природа. К тому же, данное качество присуще всем порядочным взломщикам. При этом Бильбо как бы между прочим сунул руки в карманы жилета, продолжая как ни в чём не бывало невинно хлопать глазами и улыбаться. - Интересно, а это колечко работало бы в нашем мире? – в глазах Эйдана уже зажёгся озорной огонёк. – Прикинь, сидит ПиДжей у себя в трейлере, попивает кофе, и тут чашка сама по себе начинает летать по воздуху. - Ага, а потом сама проливается ему на голову, – тихо поддержал мысль О'Горман. – И он такой кувырк с табуретки! - Вот только нам не позволят вынести этот раритет отсюда, – продолжил Тёрнер, наблюдая, как гномы и волшебник умиляются поведению хоббита. – Уверен, Гэндальф знает, что у Бильбо есть кольцо, и что это кольцо из себя представляет. - Не знает он, а только догадывается, – тихо проговорил Дин. – И что-то мне подсказывает, что нам не следует слишком много болтать. В это время вдалеке раздался звук, похожий на волчий вой. Все присутствующие каким-то непостижимым образом догадались, что это вовсе не волки, и сразу задали стрекача. Гэндальф с несвойственной почтенному старцу живостью мчался впереди отряда, обогнав даже Торина. Не землю стремительно опускалась ночь, и когда беглецы достигли того самого обрыва с соснами, стало уже совсем темно. - Лезьте на деревья! – скомандовал чародей. - Нет бы использовать магию, чтобы других защитить, а он первый на дерево полез, – пробормотал Эйдан, подтягиваясь на нижней ветке и карабкаясь выше. Дин явно справлялся без него, поэтому ирландец, усевшись верхом на толстый сук, взялся помогать забираться гномам. - Дядя, дядя, смотри, как я могу! – весело воскликнул Кили, крутнувшись пару раз вокруг крепкой сосновой ветки, как спортсмен вокруг перекладины. Возможно, собравшимся это только показалось, но, похоже, у Дубощита прибавилась ещё одна седая прядь в волосах, когда он это увидел. - Хватит баловаться! – рыкнул Двалин. – Залезаем как можно выше! - Да я и выше так же могу! Смотрите! Словно позабыв о том, что внизу уже бесновались варги, младший племянник Короля-под-Горой вскарабкался ещё на пару метров вверх, выбрал ветку поудобнее и повис на ней вниз головой. - А ещё я прям отсюда стрелять могу! – похвалился он, но не успел снять с плеча лук, как ветка треснула, и темноволосый принц с воплем рухнул вниз. - Прям отсюда ты разве что можешь полететь в пасть одной из этих тварей, – почти спокойно произнёс Тёрнер, успев ухватить юного гнома за руку и втащить на тот же сук, на котором сидел сам. Кили, мелко дрожа, вцепился в плечо актёра, старательно не глядя на Торина, который так и сверлил его бешеным взглядом. Наверное, если бы узбад мог дотянуться до юного отпрыска любимой сестрицы, и если бы они все не находились в столь плачевном положении, Кили наверняка получил бы ремня. Но, когда под деревьями мечется и воет стая обезумевших от голода и злобы варгов, становится не до разбора полётов. - Смотрите, вон эта рожа белая! Кажется, Эйдан соревновался в болтливости со своим невысоким двойником, однако после его слов все, как один, повернули головы туда, куда он указывал. По камню чиркнули когти огромного варга, который нёс на своей спине внушительных габаритов орка, абсолютно лысого и с крюком вместо левой руки. - Не может быть... – прошептал Торин. Но это не было дурным сном, как до последнего надеялся гномий король, и происходило на самом деле. За Азогом толкалась орава таких же уродов, как и он сам, только более мелких, и вся эта кодла во главе со своим предводителем жаждала крови. - Что-то мне подсказывает, что один на один мы с этой тварью не выстоим, – обратился к другу Эйдан, проверив на всякий случай, легко ли выходит меч из ножен. – И дело не только в варгах, которые крутятся около него. - Убить их всех! – громогласно рыкнул Азог. – Но помните, Дубощит мой! В отличие от разожравшегося короля гоблинов, своим мявканьем вызывающего лишь презрительную усмешку, этот субъект одним своим видом был способен нагнать страху на большинство своих противников. Крепкие сосны зашатались от ударов: варги, недолго думая или вообще не думая, врезались в них головами с разбега, чтобы сшибить гномов с веток, как шишки. - Дин, если я не выживу, завещаю тебе свой ноутбук и коллекцию чистых футболок, – пробормотал Эйдан, вцепившись в шершавый ствол. - Спасибо, друг, – вздохнул актёр, с трудом удерживаясь на дереве после очередной попытки варга раскачать его. – Но, боюсь, что если мы не выживем, то оба. И обернулся на чародея, пытаясь понять, собирается ли Гэндальф вызывать своих орлов или нет. Вместо этого маг перебрался с одной опасно качающейся сосны на другую, и первое дерево попросту рухнуло, увлекая за собой часть гномьего отряда. Дин едва успел перехватить за руку вопившего от страха Дори, в которого вцепился более упитанный Глоин, и мысленно поблагодарил своих тренеров, которые гоняли его на спортивной площадке. - Гэндальф, где там твои орлы? – рявкнул Эйдан после того, как весь отряд дружно перескочил на следующую сосну. – Мы не умеем летать! Если чародей и хотел сказать что-то, то в последний момент передумал, ибо корневая система сосны, по природе своей не рассчитанная на такой груз, начала сдавать позиции. Дерево опасно затрещало, кренясь в сторону обрыва. - Перебирайтесь дальше! – только и успел крикнуть маг, делая это первым. Кое-кто из гномов уже начал возмущённо кряхтеть, мол, не наше это дело - скакать по деревьям, подобно хвостатым белкам. - Вперёд, если не хочешь стать ужином варгов! – Эйдан совсем невежливо подпихнул Балина, чтобы тот перебрался на пока что нетронутую сосну. Гном начал ворчать что-то о невежливости некоторых представителей человеческой расы. - О наших манерах порассуждаете позже, уважаемый Балин! – крикнул Дин, протягивая старику руку. – Сейчас немного не до того! А тем временем чародей, успевший раздобыть несколько крупных шишек, решил-таки использовать их в качестве снарядов. Запалив их, маг шустренько раздал импровизированные файерболы всем желающим. Кили, радостно взвизгнув, запустил таким снарядом в морду одного из варгов, попал точно в цель и, издав короткое «И-и-и-ха!», чуть не свалился с дерева. Хорошо, что Фили был рядом и успел удержать безбашенного братца. Ещё несколько огненных снарядов нашли свои цели, завоняло горелой шерстью и плотью, и варги с визгом отступили на время. Но гномы и сами оказались в огненной ловушке: немедленно занялась хвойная подстилка, и вот уже спустя несколько мгновений, казалось, что пылает всё вокруг. И тут Торина, которому надоело слушать лающий говор Азога, накрыло. Вытащив из ножен меч, Дубощит спрыгнул на поваленный ствол и зашагал в направлении заклятого врага. - Как бы он свою шевелюру не подпалил, – пробормотал Тёрнер, наблюдая за не очень умным поступком гномьего короля. – Гляди, как развевается. В самом деле, всему этому трэшу не хватало только эпичной музыкальной темы, которая в фильме как раз присутствовала. Правда, на тот момент о музыке никто и не думал, ибо сосна, на которой повисла вся гномья братия во главе с Гэндальфом, да плюс два актёра-раздолбая, не выдержала столь мощного натиска и с треском грохнулась, зависнув над обрывом. Там же, словно новогодние игрушки, повисли и гномы. Правда, племянники Дубощита, чародей и актёры оказались в более выгодном и устойчивом положении, чем остальные, но им было не до радости, ибо те, кто висел, начали соскальзывать в пропасть. Торин в это время, думая, что сейчас его грозный и невероятно эпический вид вкупе с оторванным от сосны дубовым щитом поможет ему в один момент справиться с ненавистным Азогом, набросился на орка. Не тут-то было. Повинуясь короткой команде хозяина, белый варг ринулся навстречу наглому гному и сбил его с ног. Не успел Дубощит опомниться, как получил орочьей палицей в челюсть и снова рухнул на землю. - Дин… – выдохнул Эйдан. – Может, возьмём мелких и вместе наваляем этому инвалиду войны и умственного труда? И тут всех удивил Бильбо. Совершенно неожиданно хоббит бросился вперёд и отважно встал между оглушённым Торином и надвигающимся на короля гномов белым варгом. Разумеется, он один не выстоял бы против даже самого хилого из свиты Азога, и орки это знали, так что, когда полурослик со всех сил полоснул своим крохотным мечом по белой звериной морде, попытавшейся сунуться к Торину, злодеи на какое-то время просто замерли от такой наглости. Этой крохотной заминки хватило, чтобы Фили и Кили, не сговариваясь, ударили противника с фланга. Тут же к общей потехе присоединился и Двалин с актёрами, которым тоже хотелось внести свой вклад в сокращение орочьего поголовья. Пока одни сражались с орками, а другие пытались не свалиться в пропасть, никто сначала не заметил, что в воздухе раздался громкий звук, похожий на хлопанье гигантских крыльев. Закричала явно крупная и хищная птица, за ней вторая, и вот, враги уже по одному падают в бушующее пламя. Орлы, прилетевшие на помощь, хватали орков и варгов прямо с земли и швыряли их в прожорливый огонь. Чем там всё закончилось, актёры досмотреть не успели. Их обоих, словно полевых мышей, подхватили гигантские мозолистые лапы и швырнули... Куда-то швырнули, в общем. Оба парня не слишком благообразно шмякнулись на покрытую перьями птичью спину, а далеко внизу стремительно исчезали пылающие сосны. О’Горман и Тёрнер только успели увидеть, что всех гномов, а также Бильбо и Гэндальфа тоже забрали с поля боя. Торин в бессознательном состоянии и не совсем эпично болтался в когтистой лапе одного из орлов, чем весьма беспокоил племянников, особенно старшего. Глянув вниз и сообразив, что они реально летят, да ещё и без страховки, Эйдан как-то придушенно пискнул и, распластавшись на орлиной спине, намертво вцепился в пару огромных перьев, вдобавок уткнувшись в птицу лицом. Орёл тут же принялся возмущённо голосить, чем напугал Эйдана ещё больше, тот с перепугу рванул руки на себя, забыв разжать пальцы, и в каждом кулаке у него осталось по перу. От такой наглости несчастная птица в буквальном смысле завизжала матом (по крайней мере, Дин позже клялся, что слышал, как орёл выдал пару весьма непристойных словечек). Актёров ощутимо тряхнуло, и если бы не некоторая сноровка, которую парни приобрели на занятиях при подготовке к съёмкам, оба отправились бы в свой последний полёт до ближайшего дерева или камня внизу. - За холку держись, как другие! – гаркнул другу в ухо О’Горман. – Видимо, холка у них менее чувствительная! Тёрнер попытался сделать, что ему сказали, но пальцы словно свело судорогой. Парень даже не мог их разжать. Дину пришлось подстраховать товарища, чтобы он всё-таки не грохнулся с орлиной спины. Полёт продолжался весь остаток ночи, а с рассветом гигантские птицы опустили продрогших и замученных путешественников на какой-то скалистый мыс и одна за другой поднялись в небо, издавая прощальный клич. - Не могли до горы подбросить, – проворчал О'Горман, но тихо, чтоб никто не услышал. Рядом закряхтели гномы, пытавшиеся хоть как-то размяться. Гэндальф колдовал над бессознательным Дубощитом. - Дин? – не открывая глаз и сидя прямо на земле, спросил Эйдан. – Мы приземлились? - Угу, – буркнул тот, проверяя, на месте ли найденный в пещере троллей чёрный меч. Удостоверившись, что оружие при нём, актёр почти что бережно потормошил приятеля за плечо. – Хватит притворяться, Тёрнер, вставай давай. - Меня никогда… не укачивало в самолётах… – пробормотал ирландец, не меняя позы. – Но после этого полёта я, кажется, умру сейчас… - Что с ним? – участливо поинтересовался Бофур, присев рядом на корточки. – Помощь нужна? Обеспокоенный Дин помог другу сесть. - У нас есть хоть немного воды? – спросил он гнома. - У нас есть кое-что получше, – хитро улыбнулся обладатель шапки-ушанки, отцепляя от пояса небольшую фляжку. – Попробуй это. Должно его оживить. Актёр настороженно понюхал предлагаемое угощение и мгновенно узнал ту самую гномью бодягу, которой его попотчевал Глоин в самую их первую встречу в Хоббитании. Да уж, если эта штука не убьёт Тёрнера, то точно сделает сильнее. - Знаешь, ему бы просто водицы, – попробовал осторожно настоять на своём О'Горман. - Вот, держи. Между ними вклинился вполне себе бодрый и почти не помятый Фили, протягивая новозеландцу бурдюк с водой. - А самогон, думаю, помог бы лучше, – пробормотал Бофур. Кое-как отпоив позеленевшего Эйдана до того состояния, что он смог сам стоять на ногах, Дин отвёл товарища в сторонку, наблюдая, как гномы столпились вокруг кинувшегося обнимать полурослика Торина. - Гору свою не прозевайте! – откашлявшись, подал голос Тёрнер. – Действительно, на орлах было бы быстрее. А ещё через этот лес лезть… Все обернулись, как по команде, всматриваясь в ту сторону, куда Эйдан махнул рукой. На затянутом утренней дымкой горизонте в самом деле виднелась та самая знаменитая Одинокая Гора, древнее королевство гномов, захваченное коварным драконом. Кое-кто из отряда тут же пустил скупую мужскую слезу, предавшись внезапно накатившим воспоминаниям, остальные же воодушевлённо двинулись следом за Гэндальфом. Отряду предстояло ещё спуститься с утёса.