Starlight

When you're gone, it's like I'm in one second in time Когда ты ушёл, то мне показалось, что через секунду I'm frozen. Я застыну. When you're gone, it's like I lost one half of my mind Когда ты ушёл, то мне показалось, что я потерял половину рассудка: Stolen. Его украли. "Как только таких Земля носит," - на этой фразе я просыпаюсь уже вторую неделю. Проклятые сны не дают мне покоя. Они напоминают мне тот ужасный дождливый вечер, они напоминают мне о Стайлзе. Его голос звучит в моей голове не только во снах, я будто постоянно слышу эти убивающие фразы, сказанные с таким презрением, что я готов провалиться сквозь землю. Стыд охватил меня еще тогда, и вот уже две недели он преследует меня. Я - гей. Пора признаться себе в этом. Я - гей. Повторяю вслух. Я - гей. Стойте, разве я гей? Просто посмотрите на меня и мои интересы. Я же не слушаю какую-нибудь Марайю Кери, я не смотрю фильмы и сериалы для девушек, я не увлечен модой, уходом за собой. Я не знаю, кто я. Точнее сказать, я - никто. Не рыба не мясо. А что самое странное, что мужчины для меня не являются предметом влечения. Я хочу только Стайлза. И то, "хочу" - громко сказано. Хотеть-то я хочу, да только чего хочу? Я хочу быть рядом, хочу чувствовать близость между нами, но не такую близость. Секс с мужчиной? Боже упаси. Это кажется таким неправильным, таким ужасным и грязным. Да и о чем я вообще думаю? С каких пор я размышляю на эту тему? Ах да, с тех самых пор, Дерек, как рыжая бестия решила ткнуть тебя лицом в то, что ты влюблен в Стилински. Влюблен. Слово-то какое гейское. Хотя разницы никакой. В любом случае я облажаюсь. В очередной раз. Что ж, вот мое очередное утро. Некуда идти, нечего делать. Очередной раз я просыпаюсь в холодном поту. Очередной раз удивляюсь, "как только таких (как я) земля носит". Кто же знал, что Стайлз окажется гомофобом. Утро не из приятных. На улице сыро, пасмурно. Сквозняком открылась дверь. Теперь не только по улицам Лондона гуляет холодный неприятный ветер, а еще и в моей квартире. И в моей душе похоже... Я проклинаю себя за все. Мне нечем себя оправдать. Мне противно собственное отражение. Я уеду. Вернусь в родные штаты. К черту эти эксперименты с переездами и случайными знакомствами. Я не герой какого-то романа, чтобы гнаться за Стайлзом на край земли и бесконечное количество раз признаваться ему в своих чувствах. Нет, спасибо, мне и одного раза хватило. Сегодня ко мне должна заглянуть Мартин. Она сказала, что хочет со мной поговорить. Я не отказался, хотя и не горю желанием с ней общаться. Если бы не она, может, все бы обернулось в лучшую сторону.

***

- Ты должен найти его и поговорить с ним, - настаивала Лидия, расхаживая туда сюда перед диваном, на котором я сидел. Она была сосредоточена, ее руки были сложены на груди, голова чуть наклонена вперед, а из аккуратного янтарного пучка все же выбивалась тонкая прядь волос. - Я пытался с ним поговорить, а толку-то? Лидия, я благодарен за то, что ты беспокоишься, но не стоит, правда. Я уже забил. Стилински уже в прошлом, тем более, что я скоро уезжаю. - Что значит "Стилински уже в прош..." Стоп. Стоп стоп стоп стоп, - затараторила Мартин. - Уезжаешь? Куда? Зачем, Дерек? От проблем убегают только слабаки! Одумайся, окаянный! - Лидия, не лезь. Ты уже довольно постаралась, - сморозил я. - Хочешь сказать, что ты меня во всем винишь?... Отлично, Дерек! Просто прекрасно! Так держать! Молодец! - сарказм так и лился из ее уст. - Если бы ты хоть немного думал своей жалкой головой, а не своей сексуальной задницей, то понял бы, что сидеть сложа руки нельзя! Ты так всю жизнь просидишь! Мать твою, с тобой бесполезно разговаривать, ты думаешь лишь о себе, эгоист хренов! Я тебе про Стайлза говорю, про парня, которому действительно одиноко без тебя, который тебя понимает и ценит! А ты мне про переезды! Конечно, давайте пожалеем бедного несчастного Дерека, который сдался после первой же попытки! Отлично, Хейл! Катись в свои штаты! - с этими словами она развернулась и вышла из квартиры, громко хлопнув дверью. Я тяжело вздохнул. Мне нечего было ей сказать. Наверное, она права, я бегу от проблем. Но я все равно уеду. Я не смогу найти Стайлза, да и если найду его, то просто не знаю, что скажу. Стайлз, должно быть, уже обзавелся новыми друзьями и проводит с ними свое свободное время или гуляет со своим любимым другом детства Скоттом. Сегодня четверг... Я взглянул на часы: в это время Стайлз только выходит из университета. Сегодня у него 5 пар, последняя - история. Обычно он выходил безумно уставший, плелся с рюкзаком на плече на парковку, и заметив мой Камаро рядом со своим Джипом-развалюхой, тут же веселел и подходя ко мне, говорил: "Хмурый каратист всё же явился на поле боя для мести," - или еще какую-нибудь несусветную чушь. Я улыбнулся своим воспоминаниям. Мы прямо на месте решали, что будем делать этим вечером. Обычно выбор падал на какой-нибудь боевик у меня дома в компании пива и пиццы. Были дни, когда мы выбирались в какой-нибудь бар или клуб, но это было редко, так как Стайлз знал, что я не люблю шумных компаний. Иногда он ночевал у меня, когда я решал, что он переборщил с пивом, и не пускал его за руль. Он мало говорил о себе, я мало говорил о себе. Нам и не нужны были долгие и напряженные рассказы о прошлом и о семье, мы узнавал друг друга постепенно и совершенно случайно. Мы обращали внимание на мимолетно брошенные фразы, которые впоследствии могли сложиться в четкую картинку прошлого человека. В итоге, мы знали друг о друге все, и старались не затрагивать больных тем в беседе. Завтра у меня самолет. Я собираю вещи, продолжая восстанавливать в памяти вечера, которые никогда больше не повторятся.

***

‘Cause nobody feels you like I do, Ведь никто не понимает тебя так, как я, Nobody kills me like you do, Никто не убивает меня так, как ты, Nothing I take can ever cut through, Ничего, что я принимаю, нельзя отобрать, I'm in trouble. У меня неприятности. I look at myself and I don't know Я гляжу на себя и не понимаю: How I'm stuck to you like Velcro? Как я мог пристать к тебе, будто застёжка-липучка? Can't rip you off and go solo, Не могу оторвать тебя и уйти один, I'm in trouble. У меня неприятности. Пятница. Я проснулся по будильнику. Вещи собраны еще вчера. Скоро должен приехать Билл, забрать ключи от машины и довезти меня до аэропорта. Сегодня ночью мне впервые за последние недели не снился Стайлз. Может, это знак к началу новой жизни. Завтракаю, одеваюсь. Иду к Лидии, чтобы попрощаться. Она открыла дверь не сразу. Тяжело дыша, она улыбнулась мне лишь уголками губ, в ее глазах, как мне показалось, было то ли удивление, то ли страх. Она вышла за порог своей квартиры и прикрыла за собой дверь. С ней явно творилось что-то странное. Короткий разговор: - Все-таки уезжаешь? - Все-таки уезжаю. - Жаль. Может останешься, а? - Нет. Лондон теперь в прошлом. Голос, донесшийся из квартиры Мартин, заставил меня вздрогнуть. Лидия же, услышав его, с глубоким вдохом прикрыла глаза. - Кто там пришел, Лидс? Дверь за спиной Мартин открылась, и я увидел Стайлза. Он был одет как обычно, но выглядел безумно уставшим: бледный, сутулый, с синяками под глазами. Единственное, что я заметил не сразу, это остатки красной помады на его губах. Остатки красной помады Лидии. Значит, Стайлз получил то, чего так долго добивался. Я улыбнулся сквозь боль: - Что ж...Будьте счастливы... Я развернулся и пошел прочь, ноги подкашивались. Главное, дойти до своей квартиры. Идеально все продумано. У меня перед глазами сразу всплыли образы смеющихся надо мной Мартин и Стилински. Я подумал, что скорее всего они с самого начала просто издевались надо мной. Разыграли "гребаного гомика", заставили верить им, заставили поверить в то, что я влюбился в Стилински, заставили усомниться в своей ориентации. Конечно, именно поэтому Лидия всегда была рядом, чтобы контролировать мои действия. Всё это подстава. Хорошо продуманная подстава. Мэг - подставное лицо, игравшее роль неверной девушки Стилински. Все ее действия тогда в баре - это хорошо отработанный сценарий. Стилински тоже неплох в своей роли. Так естественно сыграть алкогольное опьянение, хах, я ведь поверил. Я поверил во все. Только вот я не вижу смысла в этом розыгрыше... Никакой выгоды они не извлекли из этого. Только если они моральные уроды, наслаждающиеся чужими страданиями. Я зашел в квартиру, закрывая за собой дверь, но мои действия остановила сильная рука Стилински. Я перевел взгляд с его руки, сжимающей моё запястье, на его лицо. Было видно, что он чересчур напряжен: брови нахмурены, челюсти сильно стиснуты, ноздри раздуты. - Ты пожалеешь, если уедешь, - прошептал он. When you go, it's like I put my life on the line, Когда ты уходишь, то мне кажется, что я ставлю свою жизнь на кон, It's over. Всё кончено. When you go, I'm tripping but I'm pretending I'm fine, Когда ты уходишь, я свирепею, но притворяюсь, что всё хорошо, So dumb. Так глупо.