Любовь куклы

Из крайности в крайность

POV Bella Я проснулась, когда за окном ещё было темно. Настроение было на нуле, и дело даже не в том, что голова раскалывалась, а в том, что я допустила ошибку, переспав с Эдвардом… опять. Эта игра в «кошки-мышки» ничего нам не даст, совершенно ничего. Мы так и будем бросаться из крайности в крайность. Искать выход там, где его нет. Чувствовать там, где нужно думать, и думать там, где нужно чувствовать… Сколько? Сколько это всё будет продолжаться: час, день, месяц или год?.. Знаете, если очень долго пребывать в состоянии между симпатией и влюблённостью и ничего с этим не делать, то твоя психика разрушается. Хорошо, если влюблённость переходит в любовь, плохо, когда влюблённость переходит апатию с фразой «Мне по хуй, я не люблю тебя». Любовь – штука мощная, она может разрушить целые города, может убить… И я виновата. Моя вина в том, что я не заметила, когда стала одержимой и просто-напросто «заболела» Эдвардом. Я уверена, что никогда не смогу отпустить Эдварда спокойно, без слёз и истерик. Это сейчас кажется нереальным – отпустить Эдварда в объятья другой? Вы в своём уме?! И всё же я должна буду это сделать рано или поздно. Видать, такова моя судьба… Он навсегда изменил меня. И рано или поздно, но я утону в этом болоте, возможно, проигрывая в игре… Мне так сложно, я просто больше не могу так. Мне кажется, что я потерялась, запуталась… Это так сумбурно, никому не кажется? Мой мозг просто когда-нибудь взорвётся от количества мыслей. Порой я просыпаюсь ночью и долго не могу понять где я, с кем и, главное, кто сейчас рядом… Точно так же и сейчас, я не знаю, чьей жизнью я живу, но однозначно это не моя жизнь. Я не такая! Я другая! А то, кто я сейчас – это не я! И я не могу принять, что Каллен меня изменил, хоть и понимаю это. Я знаю, что если Эдварда не будет рядом, то всё вокруг потеряет свой смысл. И это самое худшее. Я смогла привязаться к человеку, с которым «не судьба», и начала пытать иллюзии. Дура я, дура, это всё, всё вокруг самообман, мой личный Ад. Для меня смысл не в том, чтобы жить «по принципу», а в том, чтобы было о ком мечтать и для кого жить – это моя личная утопия, идеальная сторона Беллы, которую я не могу принять. Ибо я не такая, раньше я знала, что работа – моё счастье, о семье и любви я редко задумывалась. Я знала, что буду счастлива без этого, но теперь… С другой стороны, Эдвард может думать, что я его ненавижу… Я ему грублю, хамлю, отвергаю. А он остается рядом, принимая все мои атаки, и, наверное, любит. Любит просто так, ничего не требуя взамен. Знаете, я бы так не смогла. Не смогла бы любить, зная, что тот, которого я люблю, ненавидит меня. Я бы не смогла жить с мыслью, что Эдвард меня ненавидит, хоть и мне это нужно. Нужно, что прийти в себя и стать собой, а не той, кто я есть сейчас. – Дышу тобой. Живу для тебя. Люблю тебя, – я невольно прошептала Эдварду, смотря на него. Он такой милый, когда спит. Сильные и мускулистые руки обнимают меня, его голова у меня на груди, и его тело так доверчиво прижато к моему. Его губы слегка приоткрыты, и его горячее дыхание щекочет мне кожу. Сейчас он кажется таким беззащитным, наивным. Так и хочется обнять, прижать к себе ещё ближе и, ведя рукой по его волосам, прикоснуться к этим губам. Говорят, «губы на губах – надежная печать», и эта та печать, которая может убить или придать сил. Как же обидно, что утром жизнь всегда кажется более многообещающей, чем ночью, и хорошей в целом. Чем ближе к ночи, тем больше страхов и мыслей. Мыслей тупых, ненужных, пессимистических… И боязнь. Все страхи – как наяву. Самой большой мой страх – второй шанс – давать ли второй шанс Эдварду? Прошу лишь, не вините меня в страхе за себя, за нас, за всё. Просто больно потерять кого-то ещё раз… В очередной раз. Я не хочу всю жизнь болеть страхом, что Эдвард бросит меня. Я боюсь, что он уйдет, уйдет неслышно, тихо, не прощаясь, по-английски. Я хочу нормальной жизни. С хорошим прошлым и светлым будущим. Но, увы, это утопия для сумасшедших, нет жизни светлой и хорошей, да ещё и нормальный, без прошлого, которое причиняет боль. Разве это всё будет у меня с Эдвардом? Разве он захочет всю жизнь меня терпеть? Это же женская природа: всё прощать, но ничего не забывать. Я скоро надоем Эдварду, знаю. Я должна сделать так, чтобы он жил дальше, позабыв меня. Нам вместе не быть. Мы вместе не будем счастливы. Да и любят мужчины не так, как мы – женщины. Преданность – вот какова у них любовь. Преданность и любовь одно и то же. А вот мы… А что мы? Мы хотим сердечков, цветочков, слов красивых и поступков сильных. Ничто на этой планете не может сравниться с любовью женщины. Ибо наша любовь добра и сострадательна, терпелива и заботлива… Она чистая и сильная. И если надо будет, мы пойдет за нашим мужчиной в огонь и воду независимо от того, что он делает, несмотря на рискованность его безумных поступков, на время и обстоятельства… Несмотря ни на что. Для нас нет идеальных мужчин, но если любишь, то плевать на всё. В одной книжке я прочла, что женщина сможет почувствовать себя по-настоящему удовлетворенной, только когда у нее будут четыре разных мужчины: старик, пугало, половой гигант и гей.* Знаете, кому-то это покажется бредом, но так и есть. Идеалов не существует, мы любим тех, кого мы любим. Не нужно питать иллюзии про принца на белок коне – проснитесь! Мы живём не в таком мире, у нас всё по-другому… Я же не жила все эти годы, я просто существовала. И когда я получила то, о чём мечтала, то поняла, что мне этого и не нужно. Просто вот такой вот закон подлости: захочешь чего-то – жизнь ни за что просто так тебе этого не отдаст, но как только расхочешь – жизнь тебе будет совать это «что-то» на каждом шагу. Когда я была одна, то я ценила хоть что-то в этой жизни, а сейчас я способна сделать любую глупость, лишь бы… Лишь бы он был рядом, лишь бы улыбался… Но я была бы не я, если бы не противоречила сама себе. Одновременно я ничего хочу. Надоело всё. Простите меня за это… Сколько в людях ни разочаровывайся, все равно удивят. Я разочаровалась в любви, в любви Эдварда, но он меня всё равно может удивить. Как же я смогла несколько лет назад так ошибиться? Я была маленькой, наивной… Еще тогда я смогла полюбить душу, не зная тела, а теперь я просто схожу с ума, прикасаясь к телу любимой души… Так странно, так желанно, но правильно ли? И почему же я мыслю так глобально, а действую так обычно и банально?.. – Белла, моя Белла, – неожиданно во сне как-то по-собственнически пробормотал Эдвард и покрепче обнял меня. Его лицо было лицом ребенка, у которого отбирают сладости. Губки надуты и складки от некой злости в области глабелли**. А затем на губах Эдварда возникла легкая улыбка, и лицо приобрело некий нейтралитет с внешним миром, оно выражало беззаботность и идиллию. Сейчас кажется всё таким правильным, но вот почему же я чувствую себя неправильно? Почему я не чувствую себя так же беззаботно? Почему я волнуюсь и чего-то жду?.. Может, я просто рада своему несчастью? Может, я из тех, которые ничего не хотят менять в своей жизни? Или из тех, кого вечно что-то не устраивает? Или из тех, которые любят страдать и склонны к мазохизму? А может, из тех, кто умеет любить и ненавидеть одновременно? А может, я вообще кукла и люблю той самой кукольной любовью?.. А может, всё и сразу? Мисс Полна Дерьма, чтоб его! Я ведь рада своему несчастью! Вот, наверное, в чем вся проблема, вот объяснение: я рада своему несчастью, и спасти меня от этого невозможно. Боже, почему это всё не сон? Почему я не могу проснуться, а за окном светит солнце, птички поют, всё хорошо и любимые люди рядом? – Как жаль, Эдвард, что ты любишь меня, а я люблю тебя. Как жаль… – По моей щеке покатилась слеза. «Женщина должна быть с тем мужчиной, который думает только о ней», – говорила мама. «Все остальные отношения заранее обречены», – предупреждала мама. – Эдвард, Эдвард, что же ты со мной делаешь?.. POV Edward – Эдвард, Эдвард, что же ты со мной делаешь?.. – шептала Белла, играя с моими волосами. Я чувствовал Беллу. Время от времени я просыпался, но не хотел открывать глаза. Боялся, что она исчезнет и всё это окажется сном. Как же хорошо, что всё это не сон. Как же мне хорошо сейчас… – Поменьше думай и не позволяй всякому дерьму впитывать тебя в свое дерьмо, – сказал я хриплым от сна голосом, отчего Белла вздрогнула, и её рука перестала играть с моими волосами. Я открыл глаза и посмотрел на Беллу. В её глазах было столько эмоций: страх, любовь, беспокойство, нежность… И в следующее мгновенье это всё исчезло, оставляя в глазах одну непроницаемость. В следующее мгновенье Беллина рука вновь заиграла с моими волосами, отчего я, кажется, замурлыкал. – Вся наша жизнь – сплошное испытание. Жизнь – это игра, в которую ты играешь каждый день. Если я перестану думать, Эдвард, то проиграю. Я не умею и не люблю проигрывать. У каждого из нас есть свои секреты и свои козыри… И вообще, я лучше буду молча думать, чем вслух произносить свои мысли. Я не умею разговаривать, но умею правильно чувствовать. Слова, которые я произнесла вслух – я их вечный раб. А если я молчу, то я свободна… Я почти не слышал её. Я настолько был увлечен её губами, её голосом, запахом, телом, что не заметил, как она начал рассказывать стихотворение: – Две сотни ловушек ты расставил на моем пути, Ты говоришь: убью тебя, если наступишь на них. Сам ты расставил ловушки, и всякого, кто наступит на них, Ловишь и убиваешь. И ослушником зовешь.*** Я молчал. Я не знал, что ответить. Я лишь коснулся рукой её щеки и утонул в омутах тёмно-карих глаз. Я чувствовал, как через руку проходит электричество, и тогда осмелился поцеловать её. Она ответила. Не ударила, не закричала, а ответила. Впервые в жизни я поверил, что всё может быть хорошо. Ещё через мгновенье в наших телах произошла химическая реакция. Мы прореагировали.

***

Белла спала словно ангел. Я не верил, что такая красота бывает настоящей, пока не встретил Беллу. Я не верил, что этому ангелу можно причинить боль, но я сам же её и причинил… Как же притягивает её холод снаружи и огонь внутри. Она такая маленькая, такая любимая, такая только моя. Моя. Моя хорошая, моя единственная, моя любимая… Её хочется прижать к себе и никогда не отпускать. Вечность бы прижимал её к сердцу и целовал, был просто рядом. Я не знаю, что такое любовь, но я знаю, что такое преданность, хоть и сам предавал. Однажды я предал Беллу и ответил за это. Я знаю, какова цена предательства, а поэтому верность – одно из немногих, что для меня в этой жизни важно и имеет значение. Я ещё покрепче притянул к себе Беллу и зарылся в её волосах, вдыхая её запах. Мне так сейчас хочется объявить всем: «Это Моя женщина»! Но я не знаю, имею ли я на этом право. – Как же я тебя люблю, – шептал я Белле, целуя её в лоб и покрепче прижимая к себе. – Я люблю тебя до беспамятства, моя родная. Болею тобой и люблю тебя самозабвенной любовью. Ты лишь поверь мне, прошу… Я что-то ещё шептал, бредил, пока не погрузился в сон окончательно. POV Bella Жарким днём я проснулась от того, что нечем было дышать. Еле вырвавшись из цепких рук Эдварда и надев халат, я пошла на балкон. Боковым взглядом заметила, как Эдвард, почувствовав потерю тепла, прижав к себе мою подушку, и обеспокоенное выражение его лица вновь сменилось на счастливое и беззаботное. Эх, если было бы всё так просто… Как только я вышла на балкон, меня окутал морской воздух с прохладным ветром. Но для меня настолько всё было пропитано горечью, что я ничего не замечала. Я лишь чувствовала безысходность. Что, чёрт возьми, происходит?! Я потерялась… Ненавижу безысходность, ненавижу бросаться из крайности в крайность, ненавижу отчаяние. Иногда мне тяжело находиться рядом с Эдвардом, и я не понимаю, почему. Я пошла бы ради него на многое, если не на всё. Такова истинная любовь, скажете вы? Такой любви не бывает, кто-то будет твердить? Тот, кто согласен с последним, потерял в жизни любовь. Его предали, его разлюбили, его ненавидели те, кого он любил… Такой человек просто любил, а потом его бросили по какой-то причине, и он остался ни с чем, один на один самим с собой. Я знаю это, сама так же думала, но это всё самообман. Мое сердце всё чаще становится похожим на перегруженный корабль, который вот-вот пойдет на дно. Что мне сделать, чтобы не утонуть? Выбросить за борт свою гордость и независимость? Эх, если бы можно было вырвать и выбросить прошлое так, как можно вырвать и выбросить страницу из книги. Зачем я познаю Эдварда? Я познаю Эдварда, другого Эдварда, и из-за этого влюбляюсь в него всё больше и больше. Если бы было всё так легко… В который раз я это говорю – подумать страшно. Вот зачем я встретила Эдварда в своей жизни? А встретив его и пережив его предательство… Зачем судьба вновь нас свела? Что может быть хуже случайной встречи с прошлым?.. Я почувствовала на губах солёную влагу. Слёзы. А я-то думала, что все слёзы уже давно выплакала, а оказалось, что нет. Что же, это всего лишь слёзы. А ЭТО всего лишь моя жизнь. Это же элементарно, Ватсон! Я почувствовала на губах ленивую улыбку, по которой текут непрошеные слёзы… Моя жизнь… А кто я в ней?! Он наркоман, и этим всё сказано, она проститутка, и этим всё сказано, он террорист, и этим тоже всё сказано… А кто я? Я знаю лишь то, что я прячу за словами свои страхи, переживания, сама за ними прячусь. Но это всё иллюзия, слова меня не всегда буду защищать. Я стараюсь изо всех сил избежать этого, отказываюсь выходить из этой иллюзии, но реальность… Но реальность есть реальность, и она не всегда красивая и хорошая. Может, мне стоит уехать? Уехать далеко-далеко? Туда, где никто и никогда не найдет? Уехать и жить вдали от Эдварда? Вдали от всех?.. Вдали от Эдварда… А смогу ли? Нет, не смогу, ибо жить вдали от него или без него – всё равно что спрыгнуть с крыши высотного здания. «Любовь – это всего лишь слово, но до тех пор, пока кто-нибудь не наполнит его смыслом», – писал Пауло Коэльо. Я сделала ошибку, когда наполнила это слово смыслом, смыслом всей жизни… Пятнадцать букв, три слова. «Ненавижу, но люблю». Странно, да? Если здраво и трезво подумать, то какое будущее ждёт меня с Эдвардом? Какое у нас будущее? На что я могу рассчитывать, если я буду рядом с Эдвардом? Свадьба, семья, дети, внуки, старость и «пока смерть не разлучила нас»? Банально и глупо этого ожидать. Я не хочу этого, слишком банально, слишком наивно, слишком глупо… Эдвард изменил меня, и уже ничего не будет как прежде… У каждого в жизни появляется такой человек, после которого ты меняешься. И совершенно неважно, было это безграничное счастье или сумасшедшая боль. Ты просто понимаешь, что таким, как раньше, ты больше не будешь. Я медленно, по мгновеньям плыву в никуда по жизни. Ещё мгновенье, и я изменю нашу с Эдвардом жизнь. Ещё мгновенье, и наши пути разойдутся, как мосты в русском Санкт-Петербурге. А потом ещё один шаг, и он найдет свою любовь. Ещё немного, и кроме пустоты, в которую я буду смотреть и чувствовать после Эдварда, у меня ничего не останется. Может быть, когда-нибудь я буду иметь мужа, семью, детей… Но не сейчас, но не с Эдвардом. Не мы и не для нас. И сейчас я осознаю, что, возможно, Эдвард просто испытывает жалость, что он со мной сейчас из-за жалости. Он просто привык ко мне и хочет прощенья. Ему на самом деле не нужна я, моя любовь, не нужно ему это всё… Да к черту всё! Мне надоело так жить! Я устала любить человека и ненавидеть за прошлое. Я вот иронизирую тут всё, сопротивляюсь, но мне хочется быть счастливой, очень хочется. Трудно в это поверить, я даже вслух боюсь говорить об этом, но я этого хочу. Да вот только принципы, стереотипы… Для счастья мне нужна амнезия и жизнь с чистого листа как минимум. Если здраво подумать, то разве о такой, как я мечтает Эдвард? Он мечтает о хорошей жене, которая нарожает ему детишек, превратится в домохозяйку и прочая лабуда. Да вот только я не такая и такой быть не хочу. Я из тех, кто вечно ноет и жалуется на свои проблемы, но ничего не делает для их устранения. Можете считать меня глупой, но я ухожу. Ухожу из этого дерьма, с меня достаточно. Я доучусь и уеду из города, страны. Я просто уйди в никуда… С меня довольно этого мазохизма, этих игр. Я соберусь воедино, но только не сейчас, а чуть попозже и не с ним. Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, я никому не даю это увидеть. Я ведь человек воспитанный: я все время улыбаюсь и твержу, что «всё хорошо, я в порядке!» Я улыбаюсь, потому что думаю, что если скрывать и не говорить о страдании и боли, то оно исчезнет. Но это миф, очередная иллюзия… Я так хочу стать холодной ко всему, чтобы не полюбить на всю жизнь. Чтобы вены не рвались под кожей от ревности. Чтобы прикосновения все не запоминать, а потом не скучать по ним. Чтобы ровно стоять на ногах при его взгляде и не чувствовать бабочек в животе из-за него. Он. Я не буду называть Его по имени, теперь для меня всегда Был, но уже нет Его. В этом мире, к сожалению, никому не нужна правда. Все люди врут или «что-то недоговаривают», как говорят некоторые. Так пусть же Он думает, что я с ним играла и никогда не любила его. Пусть думает, что я предала его. Он найдет мне замену, я знаю. В мире незаменимого человека нет, поверьте. Зайдя в комнату, я тихо и молча начала приводить себя в порядок и собирать вещи. А потом осмелилась подойти к Нему. Теперь есть только Я и Он. Мы есть, но друг без друга. – Я так больше не могу. Я ухожу. Надеюсь, ты это слышишь. Прости, но так нужно. За мной лишь послышался легкий скрип входной двери и неприятный звук колесиков чемодана.