Like A Drum

Так горько, когда слова замирают На кончике языка, И странно, что усталость в глазах, Ещё не погасила твой разум. Отбрось меланхолию, Отбрось страх, Дорогой, это грех. Отбрось страх (Успокой разум) (с) IAMX - Quiet the mind

***

От: Жан чувак ну ты где блин? Кому: Жан Расслабься, я почти на месте. Последняя пара как всегда на другом конце кампуса! Читая наши сообщения, вы могли бы подумать, что мы недовольны общением друг с другом, но на самом деле все было как раз наоборот. Таким способом мы показывали, что рады видеть друг друга. На самом деле, последнее сообщение я писал ему с ухмылкой на лице. Погода в тот день соответствовала настроению – ярко и солнечно, без единого облачка в небе. Тропинки были завалены первыми опавшими листьями, которые хрустели под моим каждым быстрым шагом. Если вы еще не догадались, то в тот момент я спешил на встречу с Жаном. Он ожидал меня у фонтана в южной части университетского городка, чтобы вместе направиться на обеденный перерыв, а я опаздывал. Но так бывало только по пятницам. За последние две недели, с понедельника по четверг, мы вместе шли обедать сразу после астрономии, так что ждать никого не приходилось. А вот по пятницам было совсем другое дело. Кстати да, после нашей первой ночевки Жан оставался у меня на каждые выходные. Мы вместе обедали и ужинали, по вечерам тусили либо в моей комнате, либо в его. Но часто сидели у Жана, потому что приставка оставалась в его комнате, но иногда он хотел быть подальше от своих соседей по комнате хоть на некоторое время, так что мы направлялись в мою комнату, где смотрели фильм или лазили по интернету и болтали. Вечера, которые проводились в моей комнате, всегда расслабляющие, и мне очень понравилось, что мы с Жаном стали близки. Но это не значит, что я не любил бывать в комнате Жана - совсем наоборот, у него всегда было супер весело. Райнер и Бертхольд, двое соседей по комнате, были хорошими ребятами. С ними было комфортно, даже если мне было неловко, учитывая, что я знал об их ночной активности или обо всем остальном. Я также узнал, что Бертхольд - это тот парень, который должен был стать моим соседом по комнате, и хотя мне было обидно, что я жил один, я мысленно поблагодарил его за то, что он решил переехать. В конце концов, если бы он не сделал этого, Жан бы, наверное, не смог ночевать у меня (я также был ему признателен просто потому, что если бы он остался в Шине, то это мешало бы их сексуальной активности). Райнер и Берт иногда приглашали к себе блондинку небольшого роста с голубыми глазами и носом с горбинкой. Она частенько носила серую толстовку и вообще была со скучающим, но пугающим выражением лица. Обычно я заставал ее в гостиной, сидящей с остальными и уткнувшейся в телефон. А Конни… был просто Конни. Жан, Конни и я всегда вместе играли в видеоигры, и, как правило, все завершалось тем, что эти двое ссорились между собой за исключением тех дней, когда Саша приходила в гости - энергичная второкурсница с каштановыми волосами и любительница поесть, которая начинала чудить, когда была голодна. В те вечера, когда девушка присутствовала, то споры и драки начинались между ней, Конни и Жаном, и я всегда делал ставку, кто же первый начнет – почти всегда это была Саша. Мы ее не винили, считая, что всякий раз, когда мы внезапно начинали играть в Nintendo, который принадлежал Конни, то он специально выбирал Радужную Дорогу в игре Mario Kart*, что дико нас бесило - мы все ненавидели эту трассу. Когда мы играли на ней, Конни просто сталкивал каждого из нас с дороги*. Вечера, проведенные в Марии, всегда шумные и насыщены событиями. Стало понятно, что мы с Жаном теперь неразлучные друзья, и хотя ни один из нас не произносил этого вслух, мы в этом не сомневались. Ни с одним человеком мне не было так спокойно. И вот я, взволнованный, шел к фонтану, не ожидая ничего необычного, что могло бы произойти. До фонтана оставалось несколько метров, когда я услышал протяжные и вялые голоса. - Эй, милашка, куда это мы идем? - Хочешь присоединиться к нам? Я обернулся и увидел группу примерно человек из пяти. Парни разного роста стояли в круге на краю дорожки. Мне стало любопытно, я замедлил шаг, шаркая, пока не заметил, что в центре стояла миниатюрная блондинка, прижимая сумку к груди и уставившись вверх на парней с опаской. - В чем дело? Чего притихла? – спросил один. Я остановился, обдумывая, стоит ли мне вмешаться или нет… Я до сих пор сомневался в том, что там происходило. - Н-нет, - тихо проговорила блондинка, глядя себе под ноги. – Мне просто… нужно идти, так что вы извините меня… - она смело попыталась пройти мимо них, но парни загородили ей путь. - Но ведь это может подождать, не так ли? – предположил один, а остальные хором ответили «Ага» и «Пошли с нами». Я смотрел, как плечи блондинки вздрогнули, когда она переводила взгляд по кругу с одного на другого и отчаянно пыталась найти средство спасения… но со всех сторон она была окружена настойчивыми парнями. Затем в ее поле зрения попал я. Я застыл. Хмурые голубые глаза молили о помощи… «Да-да, знаю». Я незаметно кивнул ей, прежде чем направиться к группе неприятных типов. Выражение ее лица сменилось: вместо страха появилась надежда. Как трогательно. - Эй, ребят, - проговорил я отчетливо. – Она же сказала, что ей нужно идти. Может, вы просто отойдете и оставите ее в покое? Пятеро парней с раздраженными ухмылками повернулись ко мне, и я протиснулся в центр круга. - Окружать девушку и загонять ее в угол как-то ненормально, - произнес я, положив руку ей на плечо, и попытался незаметно вывести ее из круга. - Ты ее кореш? – один из самых высоких парней огрызнулся на меня. Мое сердцебиение участилось, когда я понял, к чему это может все привести. - Нет, но… - Тогда это не твое собачье дело. Послышался звук удара и визг стоящей рядом со мной девушки, когда я почувствовал, как кулак этого парня столкнулся с моим лицом, а точнее, удар пришелся по моей переносице. Я отшатнулся, в глазах потемнело, а нос онемел от боли. «Ой» - подумал я, наклонившись вперед и поднося руку к лицу, почувствовал теплые капли. Я посмотрел на ладонь и увидел темную кровь на коже. Сомнительные парни столпились вокруг нас, издеваясь и смеясь. - Тяжело из себя героя строить, а? – сказал один, толкнув меня сзади. Девушка стала держаться за мой рукав, когда ребята начали подходить ближе. - Чел, ты должен прекрасно понимать, что получишь по заднице, - сказал другой справа. Он замахнулся на меня, но я заблокировал его удар свободной рукой, а другая все еще находилась в хватке девушки. Третий попытался внезапно схватить ее. - Э-эй! – заорал я, притягивая ее ближе, когда другой парень толкнул меня, и горячая кровь сильнее полилась из носа. Серьезно же я вляпался… - А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! Все замерли и повернулись в сторону фонтана, откуда доносился крик, и… - Жан! – я ахнул, кровь текла по моим губам и брызнула, когда я произнес его имя. Жан бежал к нам на полной скорости, громко объявив о своем присутствии боевым кличем, который идеально подходил для такой вспыльчивой личности, как он. «Ну началось» - подумал я, поднимая блондинку на руки – она не сопротивлялась. Вероятно, она восхищенно смотрела в сторону таинственной фигуры, что мчалась в нашу сторону и должна прибыть через две целых и шестьдесят пять сотых секунд. Надо было быстро действовать, или она застрянет в… - Куда это вы намылились? – спросил парень, загораживая мне проход. - Сейчас узнаешь, - ответил я. Жан ворвался в круг со всей своей ловкостью и силой бешеного драчуна, нанося удар в грудь самого высокого человека и отправляя его отдыхать на землю. Остальные четверо обступили его (надо добавить, что он стоял над парнем, которому только что врезал), и я быстро отошел от места драки, относя девушку в сторону ближайшей скамейки, чтобы усадить ее, а потом помочь Жану. - А ты еще кто такой? Высокая молодая девушка с каштановыми волосами, собранными в хвост, и веснушками остановила меня, неожиданно возникнув передо мной и осуждающе пихая указательным пальцем в грудь. - Я-я Марко, но… - Марко, куда это ты собрался с моей подругой? Я напрягся, переводя взгляд от девушки передо мной на блондинку в моих руках. Крики позади меня становились громче, и мне очень хотелось повернуться и узнать, что происходит. Я надеялся, что Жану не сильно достанется, а затем в голову пришла мысль: «Господи, они же все на него накинулись!» - Имир! – восхищенно заверещала блондинка, извиваясь на моих руках. – Он помог мне! Меня окружали эти парни, они не отставали от меня, а он… От крика, который явно принадлежал Жану, я быстро поставил девчонку на землю. Девушка по имени Имир выглянула из-за нас, чтобы посмотреть на происходящую драку. - Эти, что ли? – спросила она. Мы кивнули в унисон. - Я скоро, - сказала она, делая шаг вперед. Она остановилась возле меня и грубо схватила за плечо. – А ты, Марко, никуда не уходи. Я с тобой не закончила. Я развернулся, чтобы посмотреть, как Имир вмешивается в драку, где двое держали Жана, а остальные безжалостно наносили удары. Длинной ногой она нанесла резкое движение прямо одному в голову. - Крутая у тебя подруга, - сказал я. Миниатюрная блондинка мило покраснела, и я посадил ее на ближайшую скамейку. Я собирался было повернуться и присоединиться к драке, как она снова схватила меня за рукав. - Подожди! У тебя кровь! – сказала она, дергая за рукав и жестом указывая, чтобы я сел рядом с ней. - Да, но мой друг… - Марко?! На этот раз это оказался Конни, который остановился как вкопанный при виде капающей крови с моего подбородка, и я спокойно обдумывал количество странных совпадений, что произошли в тот день, когда он сказал: - Какого хрена происходит? Мне нечего было ему ответить. Шум от Жана, Имир и пяти парней, что были позади нас, сразу привлек его внимание. Я повернулся и увидел, что драка привлекла большую толпу зрителей. - Опять Жан в драку попал, да? – сказал Конни, со звуком фотографируя происходящее на телефон. - Эй! Ты что делаешь? – спросил я, сбитый с толку. - Сохраню на память, - он раздраженно вздохнул, лихорадочно тыкая пальцами в сенсорный экран. Конни включил блокировку на телефоне и отдал его мне. - Подержи его, лады? – попросил он и побежал сломя голову в теперь уже шквал борющихся конечностей, кулаков, пинков, ударов и прочих движений, которые они только могли использовать. Это выглядело так, как будто два парня выбивали все дерьмо друг из друга, не понимая, что они на одной стороне. Как только Конни приблизился, то сразу же получил удар по голове. Ну, еще бы. «И где гребанная полиция, когда она так нужна?!» - Подойди, - блондинка позвала меня своим мягким и спокойным голосом. Она потянула меня, чтобы я сел с ней рядом на скамейку, и я вынужден был подчиниться. - Большое спасибо, что помог, - сказала она, копаясь в сумке. – Ты очень добрый. - Да нет проблем, - добавил я. «Вообще-то проблемы есть» - думал я, слушая, как Жан недовольно кричал на Конни. Девушка вытащила закрытую упаковку одноразовых бумажных платочков, открыла и вытащила один. Она использовала его, чтобы вытереть кровь с моего лица - для этого ей пришлось встать на колени на скамейку и приблизиться к моему лицу. - Как тебя зовут? – спросил я, завороженный ее ясными и голубыми глазами. Она действительно была прекрасной, почти ангелом, но все же «это не оправдание для тех пятерых, что окружили ее». - Криста, - сказала она. Ей это имя подходило. Она вытащила второй платочек. – Ладно, теперь, пожалуйста, прижми вот, только не запрокидывай голову назад, хорошо? Я взял платочек и послушно приложил его к носу, зажимая. Тогда Криста решила прикоснуться к моей переносице, и меня передернуло от боли. - Ой, прости, тебе не больно? – я кивнул в ответ. – Боюсь, что у тебя появятся синяки и отеки… Прости, что тебе досталось из-за меня. - Все намана, - снова сказал я, убирая платочек от носа, чтобы увидеть, сколько крови было, но затем Криста хлопнула меня по плечу, ругая, и приказала приложить платок обратно, что я и сделал. - НЕ ЛЕЗЬ, ЙЕГЕР, - крикнул Жан. Криста и я наблюдали со своих мест, как девушка азиатской внешности с красным шарфом вытаскивала из драки агрессивного на вид парня-шатена. Быстро окинув взглядом толпу, я заметил Сашу, которая вопила и поддерживала Жана и Конни. А еще она поглощала чипсы, будто присутствовала на турнире по боксу. «Очень даже похоже, да?» Тогда я и заметил три знакомые фигуры, что направлялись в нашу сторону в полном замешательстве, смотря на происходящее. Я помахал им, и они стали пробираться сквозь толпу нетерпеливых любителей насилия. - Марко! – прогудел Райнер; Берт и , Энни немного отставали. – Что случилось? Мы получили сообщение от Конни… Тебя уже вышибли с ринга? Это немного задело мое чувство достоинства, но, к счастью, Криста спасла мой имидж. - Он спас меня от толпы недоумков! – пискляво проговорила она. – Имир хочет, чтобы он остался здесь, чтобы поговорить с ним после того, как закончит. Внимание Райнера переключилось на нее. - Криста! А я тебя почти и не заметил. - Ух ты, Марко, ты спас ее от парней? Это… очень впечатляет, - сказал Берт, нервно всплеснув руками и оглядываясь на драку. Я собирался упомянуть, что облажался бы, если бы Жан не прибежал, как маньяк, но Райнер опередил меня и спросил Кристу: - А Имир-то где? Раздался отчетливый женский голос среди воплей восторженной толпы. - ВРЕЖЬ ЕМУ, ПЛЕШИВЫЙ. Имир держала предплечьями одного за шею спереди, пока Конни не подбежал и не крикнул: - НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК! – один удар по виску, и парень упал без сознания. Я с гордостью следил за Жаном, который был весь в побоях, синяках и крови; как он перекинул одного парня в сторону самого высокого, который уже давно валялся в отрубе. - Эй, Энни, - позвал Райнер низким голосом и хрустнул пальцами. – Это не те подонки, что мешали тебе на прошлой неделе? Она вздохнула, ее скучающее выражение лица оставалось неизменным. - Думаю, они просто перепутали меня с ней. Затем эти двое со светлыми волосами направились к драке, чтобы надрать кое-кому задницы, а Берт встал возле Кристы и меня, сложа руки. Я мысленно отметил, что буду раздражать Энни, только если у меня будет суицидальное настроение. Драка продолжалась еще несколько минут, пока кто-то не закричал: - ПОЛИЦИЯ! ВАЛИМ ОТСЮДА! Толпа разбежалась во все стороны за считанные пять секунд - мы, кстати, тоже. Те парни, от которых я «спас» Кристу, подхватили своего друга без сознания и помчались прочь, пока я схватил ее на руки и бросился вслед за остальными, которые побежали в сторону столовой.

***

- Дружище, мы надрали задницы каким-то серьезным чувакам! – Конни усмехнулся, перегнувшись через стол, и стукнулся кулаком с Жаном, который в ответ засмеялся. Вся наша несносная и шумная компания сидела за столом, адреналин все еще тек по нашим венам после драки. Большинство из нас получили травмы различной степени: разбитые губы, синяки под глазами, кровь из носа и опухшие скулы. Конни был на «пятьсот девяносто три процента уверен», что сломал один из пальцев. Энни была единственной, кто вышел из боя невредимой, за исключением прически – волосы закрывали часть лица. Конни сидел слева от меня, а Криста справа, Жан напротив, рядом с Райнером и Бертхольдом. Имир и Энни сидели по другую сторону от Кристы. Мы сдвинули несколько столов, чтобы можно было вместе пообедать и отпраздновать нашу «победу», так что все сидели за одним длинным столом. Со временем к нам присоединилась Саша, которая села напротив Конни и развлекала всех подробностями с места происшествия. В момент, когда она рассказывала свой преувеличенный драматический рассказ про драку, к нам присоединились девушка-азиатка и ее суровый на вид друг, которые поставили стулья и сели рядом с Бертом и Энни. Они притащили с собой паренька со светлыми волосами до подбородка, с челкой, которая прикрывала его густые брови. Я сразу узнал в нем одного из своих одногруппников по истории. - Это Микаса, Эрен и Армин, - представил Жан, показывая на каждого. Я также узнал, что они редко ходят по отдельности, что Микаса «офигительная», Жан не ладил с Эреном, а Армин был «довольно крутым чуваком». А еще Жан закончил ту же школу, что и они. - Ладно, ребятки, давайте все поблагодарим Марко, который мужественно спас и защитил нашу дорогую и всеми любимую Кристу, - сказал Райнер глубоким и низким голосом, поднимаясь на ноги и подняв вверх стакан с газировкой. В ответ послышалось несколько восклицаний радости и похвалы, когда все сидящие за столом встали вокруг меня, поднимая вверх свои напитки. Я, абсолютно растерянный, взглянул на Жана за помощью, но все, что он сделал, так это пожал плечами. Да уж, очень мне полегчало. Даже Энни принимала участие, но без улыбки или какого-либо намека на удовольствие от происходящего. - За Марко, - радостно объявил Конни. – Кого волнует, что после драки его лицо сильно изменилось? Я поморщился, но эти слова были уместны, учитывая мою покрасневшую и набухшую переносицу. Затем Криста нагнулась и поцеловала меня в щеку. Все засмеялись, а я покраснел – лицо так горело, что я даже удивился, что до сих пор не воспламенился прямо там. - Давай с нами, Марко! – приободрила Саша, держа одной рукой стакан над головой, а другой пихая в рот картошку фри. Я неохотно поднялся на ноги, а затем мы все чокнулись дешевыми пластиковыми стаканами из столовки – жалкая имитация официального тоста. Когда мы сели, Жан сказал: - Какого черта? Ты бы отхватил люлей, если бы я не появился, и теперь ты получил всю славу? Я слабо ухмыльнулся и схватил его руку в свою. - Ох, Жан, - я мечтательно вздохнул, заметив с полным удовлетворением, как на его лице появился румянец после моих последующих слов. – Все в порядке, ты - мой герой, – я захлопал ресницами, как влюбленная девчонка, на что он зашипел и отпрянул; все остальные наблюдали за нами. Имир наклонилась через Кристу, пока ее рука лежала на ее маленьких плечах, и сказала: - Эй, Марко, помнится, я с тобой не закончила? Я напрягся. - Да расслабься ты, ок? Я просто хотела пригласить тебя на свою вечеринку на следующей неделе! В четверг вечером, на Хеллоуин, можешь привести с собой кого захочешь… - О! – удивился я. – Ну, я… Весь стол взорвался жалобами и криками одобрения. Конни высказался: - Эй, Марко, соглашайся, тогда меня можешь с собой взять. - И меня! – закричала Саша. - Ребят, вы уже приглашены, - пробурчал Райнер, затем обратился к Бертхольду и Анни. – Мы, кстати, тоже идем. - Как это получилось, что вас уже пригласили? - спросил Жан, на что Берт нервно ответил: - Н-ну, мы же друзья с Имир, так что… - Я знал ее, еще когда учился на первом курсе, - согласился Райнер. «Как тесен мир» - подумал я, оглядывая всех сидящих. В итоге оказалось, что почти все будут на вечеринке, и хотя я не их любитель, все же согласился прийти, и остальные восприняли это на ура. Я предупредил Жана, что если я пойду, то он тоже, на что он поморщился от нежелания участвовать во всем этом. В остальной части нашей посиделки мы болтали, шутили и обсуждали яркие моменты драки. На этот раз я был рад и спокоен, находясь в большой группе людей – я очень надеялся, что у меня получится подружиться со всеми ними. Это было странно и почти вдохновляюще – полномасштабная потасовка объединила нас всех при серьезной беде. Глядя напротив себя, я заметил, что Жан не разделял всеобщую радость. Он выглядел почти… больным, с лопнувшей губой и опухшей щекой. - Жан? – позвал я его спокойно, пока все остальные разговаривали между собой. – Ты в порядке? Выглядишь не очень… Он посмотрел в мои глаза и кивнул, но по-прежнему выглядел ужасно: глаза потускнели, лицо бледное. Он отодвинулся от стола, поспешно извиняясь, и сказал, что ему нужно в уборную. Когда он вернулся, то выглядел намного лучше: лицо посвежело, а кривая усмешка заменила собой хмурый взгляд, что был раньше. Поэтому я выкинул все из головы и присоединился к беззаботной беседе с остальными. Он тоже.

***

Оставалась неделя до вечеринки, которая пролетела так же быстро, как и предыдущие, а время всегда летит быстрее, когда тусуешься с Жаном. Мы даже прогуляли одну или две пары, чтобы вместе провести время, что только доказывало, как мы были заняты учебой в отсутствии друзей. Ну да ладно. - Имир устраивает лучшие вечеринки, - заверил нас Райнер, когда я и Жан высказали настороженность о предстоящей поездке. – Они бывают редко, но оно того стоит. Единственная причина, по которой она собирает вечеринку на Хэллоуин в этом году, так это ее новые отношения с Кристой. Она привязалась к ней, как никто другой. Все равно никто из нас не решился бы отказаться от вечеринки, а я бы чувствовал себя ужасно виноватым, если отказался бы... Имир пригласила меня, и это был способ показать, что она признательна мне за то, что я удержал Кристу от греха подальше, и я это уважал. - Там не будет толпы народу, - сказал Берт. – Имир слишком избирательная, чтобы приглашать тех, кто разрушит ей дом. И еще, н-ну, если что, я вам это не говорил, - он понизил голос, - но она не самый социальный человек в мире. Всегда заканчивается тем, что она отталкивает людей из-за своей бесчувственности, а некоторых даже пугает. Только не поймите меня не правильно, Имир очень крутая. Я кивнул. Так даже лучше, что вечеринка будет приватной. Идея о том, что дом будет наполнен чужими пьяными и потными людьми, вовсе не привлекала меня.

***

День вечеринки наступил, и хотя я первым вызвался довезти себя и Жана (а также некоторых других) к Имир, Армин быстро отказался от этой затеи. - Я уже решил, что всех подвезу. Я вас заберу, когда приеду во второй раз. И я все равно не буду пить, - сказал он. Я собирался протестовать и сказать, что я тоже не собирался пить, но на самом деле я в этом не был уверен… Раньше я не пил. Но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, верно? Таким образом, Армин был, по сути, нашим водителем, проезжая от кампуса до дома Имир два или три раза. Я без конца благодарил его, когда я и Жан запрыгнули в его внедорожник, извиняясь за нервотрепку, но он заверил нас, что волноваться не стоило. Мы оказались последней партией пассажиров у Армина, поэтому, когда мы добрались до пункта назначения, мы оказались последними, кто приехал. Когда мы вошли, музыка гремела, и хотя людей было не так много, примерно человек пятьдесят или около того, все толпились. В двухэтажном доме было много пространства, так что было не очень тесно. Большинство людей танцевали, значительная часть сидела в гостиной, где они пили и шумно смеялись. Первое, что бросилось мне в глаза, было два очень вычурных коротких платья для горничной, что висели на стене напротив входной двери… И это было крайне странно видеть в доме, который якобы принадлежал Имир. Энни, Бертхольд и Райнер развалились на диване. Берт сразу встал, как только заметил нас. - Я, эм, думаю, вас стоит предупредить, особенно тебя, Жан, - проговорил он, переводя взгляд между нами, а затем на платья. – Не лезьте ни с кем в драку. На вечеринках Имир есть одно правило – те, кто утраивает драки, должны надеть эти платья и драться в них. Жан и я обменялись вопросительными взглядами. Берт продолжил: - Это просто для того, чтобы ничего не сломать в ее доме. Н-но в прошлом году два парня устроили драку на одной вечеринке и… Это была самая крутая вечеринка. Мы понимающе кивнули, и он вернулся к Райнеру на диван. - Тогда я очень хочу, чтобы кто-то устроил драку, - улыбнулся Жан, и я засмеялся, кивая. - ЭЙ, А НУ ВЕРНИСЬ В ПОДВАЛ, НАРКОША, ТЫ НЕ ДОЛЖЕН ПОДНИМАТЬСЯ НАВЕРХ И ВОНЯТЬ НА ВЕСЬ ДОМ! – кто-то кричал. Жан и я наблюдали, как Конни вдруг побежал сквозь толпу в прихожей, Имир следовала по пятам. Она остановилась, как только увидела нас в гостиной. - Привет почетным гостям! – воскликнула она, затем нахмурилась. – Ваш лысый дружок нарушил правило – курить марихуану только в подвале, - затем она помчалась в коридор, пробираясь сквозь толпы танцоров. Мы пожали плечами и последовали за ней. Мы оказались на кухне – в этой комнате музыка была менее оглушающей – где и нашли Конни, пытающегося улизнуть с целой коробкой пиццы. - Але, гараж! – ругалась Имир. – Ты не можешь взять целую коробку, мне все равно, сколько ты дней не жрал. Положи обратно. - Но это для Саши, - пожаловался он. – Ты же знаешь, как она бесится, когда голодная? Внезапно под нашими ногами раздался шум, напоминающий звук умирающего кита, который каким-то образом пересилил орущую музыку и крикливых пьяных. - Господи боже, бери. Возьми и спускайся в подвал, ты меня понял? – заявила Имир. Конни одобрительно усмехнулся, закрывая коробку и выходя из кухни. - Ооо, здорова Жан, Марко, - пролепетал он, кивая каждому из нас. Его налитые кровью глаза с трудом фокусировались на нас. Мгновение мы смотрели ему вслед, затем Жан, наконец, сказал: - М-да, мы не пойдем к наркоманам Саше и Конни. - Я и не собирался, - сказал я. Поэтому мы решили посидеть вместе за кухонным столом; Жан вытащил несколько банок пива из рядом стоящего холодильника. - Ты же умеешь держать себя в руках, когда пьян? – спросил он небрежно, открывая алюминиевую банку. Я тупо уставился на него. А он в ответ на меня. - Т… ты никогда раньше не пил? – он выглядел шокированным. - Не-а. Он нахмурился и скептически смотрел на меня. - Ты хочешь сказать, что в свои восемнадцать ни разу за всю жизнь не пил? - Девятнадцать, - поправил я его. – И да, я это и имел в виду. Тогда он замолчал. - Девятнадцать? Погоди, тогда, когда у тебя день рождения? - Шестнадцатого июня. - Ты старше меня на целый год, но ты все еще на первом курсе? Я потупил взгляд, глядя на поверхность стола из необработанной древесины. - Ну, после окончания школы я целый год работал на двух работах, чтобы оплатить колледж, так что… Да. - А, - все, что он сказал. – Ты никогда не говорил. Я пожал плечами. - А ты и не спрашивал. - Ладно, - вздохнул он. – Это значит, что мне придется пристально следить за тобой. И я ни за что не пропущу такое зрелище, когда Марко Ботт напьется в свой первый раз. Я покосился на него. - Почему ты думаешь, что я буду в стельку пьяный? Жан ничего не ответил – он просто подпер лицо ладонью, упираясь локтем в стол, и сделал глоток из банки, при этом смотрел на меня с самодовольным выражением лица. Затем он кивнул в сторону другой банки, стоявшей на столе, и на меня. Я закатил глаза и потянулся за банкой, с легкостью открывая ее. Глядя на жидкость внутри, мне потребовалась секунда, чтобы морально подготовить себя, и я сделал маленький глоток. Это. Было. Омерзительно. Я поморщился от ужасного вкуса, который обжег мои вкусовые рецепторы. - Не буду врать: эта дрянь просто омерзительна, - сказал я ему. И все же, он продолжал молчать, отпивая из банки. Его лицо оставалось все таким же самодовольным; он был уверен в своей правоте, и это начинало меня бесить. Я осторожно сделал второй глоток, позволяя тошнотворной жидкости попасть в мое горло. Я усмехнулся ему. - Ты думаешь, что я опьянею от того, что даже пить не могу? - Расскажи мне о своей школе, Марко. - Ч-что? - Расскажи мне о своей школе. Ладно, он спросил об этом наобум. Я не знал, зачем ему это, но я рассказал ему о своей школе, о друзьях, которые у меня были, о девушке, с которой встречался в десятом классе, об учителе, которого на дух не переносил, о музыкальном клубе, в котором выступал, и так далее. Он, в свою очередь, поддерживал разговор вопросами: далеко ли у нас зашло с моей подружкой? Была ли она шикарной телочкой? Уволился ли тот надоедливый учитель? Вау, я играл в музыкальной группе, и на чем же? Сыграю ли я как-нибудь для него песню на пианино? Во время разговора я не обращал внимания на банку, которую держал, но каким-то образом она опустела. Я подумал, что подсознательно пил из нее, когда говорил и слушал, но выпить целую банку и не заметить этого? Я почувствовал приглушенный шум в задней части головы, и, не успев ничего понять, в моей руке оказалась вторая банка… Жан забрал пустую и заменил ее на новую, открыв ее для меня и вложив в мою ладонь. Я уставился на него. - Ну? – сказал он и приложился губами к банке. – Продолжай. - Эм… А на чем я остановился? - Ты рассказывал о жутких воспоминаниях с говорящими игрушками в детстве. - Ах… Точно. Я не знаю, как долго мы сидели там и разговаривали. Наверное, прошло несколько часов… Время одновременно текло слишком быстро и медленно. Все было как в тумане, ощущение, будто время замедлилось. Через некоторое время даже музыка стала тише, и мы с Жаном болтали почти шепотом. Сколько Жан выпил? Понятия не имею – я изо всех старался следить за тем, сколько выпил я. Я почувствовал себя слегка пьяным, и во время разговора с Жаном мой рот делал странные движения, и в итоге слова получались нечленораздельными. Это было своеобразное ощущение, против которого я не возражал… Мне даже понравилось. Все, что я отчетливо запомнил с той вечеринки, так это низкий голос Жана, такой мягкий; как его слова окутывали меня, затягивали своим низким тоном и спокойствием. - Аккуратнее, Марко. Жан, когда напьется, лезет целоваться. Я подпрыгнул от неожиданного вмешательства в нашу беседу, отодвигаясь от лица Жана – я даже не заметил, как близко мы были. - Йегер, завались! – крикнул Жан. Я повернулся и увидел Эрена у меня за спиной, который смел три бутылки со стола. - Я просто решил предупредить его! – крикнул раздраженный Эрен в ответ. – Ты лезешь целоваться, когда напьешься, ты же сам знаешь. Более того, Микаса тоже прекрасно знает об этом! - Я сказал: закрой рот! – Жан вскочил со стула, с грохотом сбивая его в сторону. Я вздрогнул от шума. «Жан всегда так злился, когда пьян...?» - Ради бога, нам было пятнадцать лет! Насколько я помню, тебя тогда привязали к столбу с флагом и хорошенько отметелили… - Это к делу не относится! – рявкнул Эрен, держа кулаки вдоль швов. – Если ты решил вспомнить все дерьмо, которое было в школе, то кто еще подбежал к Микасе в первый день в школе, как полный придурок, и сказал: «Ты мне снилась, давай поженимся и заведем кучу детишек»?! - Я НИКОГДА ЭТОГО НЕ ГОВОРИЛ! - Еще как говорил! Ты без умолку болтаешь о своих тупых снах, как будто это кого-то из нас волнует! Да кто вообще поверит в эту брехню?! Глаза Жана расширились, и я мог бы предугадать, что внутри него что-то рушилось… Он был почти близок к своей критической точке. - Они не брехня, Йегер, закрой свой поганый рот! Просто заткнись, перестань говорить! Глаз Эрена дернулся. - А то что? Тебе приснится еще один кошмар про меня, а потом ты прибежишь плакаться, как в тот раз? Жан резко огрызнулся: - МЫ ДУМАЛИ, ЧТО ТЫ УМЕР, МУДАК! – он бросился к нему, и Эрен инстинктивно отступил назад к стене. Жан схватил его за ворот рубашки, поднял до уровня глаз и прижал к стене. Я быстро поставил банку, которую держал, и вскочил со стула. - ПОЧЕМУ ТЫ ВСЕГДА ТАКОЙ БЕЗБАШЕННЫЙ?! – он кричал ему в лицо с яростным взглядом. - ДА ЧТО ТЫ ВООБЩЕ НЕСЕШЬ?! – кричал Эрен в ответ. На кухню вбежал Армин с широко распахнутыми глазами прямо в тот момент, когда Жан придавил Эрена к стене, и оба кричали друг на друга. - Эрен?! – воскликнул он. – Жан, что ты делаешь?! - ЖАН! – кричал я, но он не слушал. Я начал дергать его, чтобы он выпустил Эрена. Армин делал все возможное, чтобы помочь, но, честно говоря, все это было бесполезно. - ЖАН, ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! – я крикнул ему в ухо, и он остановился. - Кто-то дерется? – мы услышали чей-то взбудораженный голос из прихожей, и Жан, наконец, отпустил его, и Эрен упал на пол с глухим стуком. - Позаботься об Эрене, я… выведу Жана на улицу… Хорошо? – сказал я, с трудом преобразуя свои мысли в речь. Армин кивнул, положив руку на плечо своего друга в то время, когда я схватил Жана за руку и повел через коридор к входной двери. - Не хочу я на улицу! – запротестовал он, на что я ответил: - Либо на улицу, либо наденешь платье. Это вполне могло случиться, потому что половина гостей заполонила узкий проход на кухню. - Я слышал их здесь! – мы услышали чей-то голос. - Интересно, кто это был? – сказал другой. «Охота на ведьм», а точнее за тем, кто чуть не подрался, началась. Жан послушно последовал за мной. И хотя я изо всех сил старался идти равномерно, я неоднократно натыкался на стены и людей, но нам успешно удалось выбраться за пределы дома Имир.

***

Прохладный вечерний воздух наполнял наши легкие, когда мы сидели плечом к плечу на ступенях крыльца Имир. Жан плотно закрыл глаза и наклонился вперед, держась руками за голову. Я молча смотрел на него, его дыхание постепенно восстанавливалось. Не знаю, сколько минут мы провели в тишине, я был слишком пьян, чтобы посчитать, но, вероятно, много. Когда он, наконец, открыл глаза, его дыхание было спокойным; я осмелился спросить: - Ты в порядке? Он даже не взглянул на меня. Он просто шумно, глубоко и медленно вдохнул воздух, очень медленно, так медленно, что я подумал, что он бы сдулся, как воздушный шарик, и сморщился рядом со мной, и выдохнул. - В порядке, - его голос был хриплым, и он явно не выглядел в порядке. - Хочешь поговорить об этом? – попытался я. Он пожал плечами. Я не знал, что сказать. Я никогда не видел, чтобы Жан так злился, действовал сгоряча и был неконтролируем. Я даже не знал, что послужило причиной… - Жан? Что Эрен имел в виду? Что за кошмары? Он покачал головой, глядя на ступеньки под ногами. Ну вот, он не хотел говорить об этом. Он вообще не хотел ни о чем говорить, и меня это напугало. В тот момент, несмотря на то, что я сидел рядом с ним, Жан был далек от меня. - Жан, вернись, - я сказал спокойно, но мой голос дрожал. Он посмотрел на меня широко открытыми глазами. - Я… здесь, чувак. Я здесь, - он посмотрел на меня в замешательстве, которое затем сменилось на беспокойство, и я вздохнул. - Ты действительно не хочешь поговорить? Он снова нахмурился и отвел взгляд на лужайку перед домом. - Ты знал, что у меня не так много друзей? – пробормотал он. Я уставился на него. - Эм…? Он кусал нижнюю губу. - Да. И… не так много людей, с которыми я близок. - … Я ничего не сказал. Я хотел, чтобы он продолжал, мне нравилось, к чему все шло. - Такое чувство, что… ты единственный, с кем я так хорошо общаюсь, - он затих, и я терпеливо ждал продолжения, но он молчал. - Скажи что-нибудь, - проговорил Жан, и я поднял на него брови. - Что, например? – спросил я. - То, что я сказал полную глупость! - Но я не думаю, что это глупо. - Правда? - Правда, - подтвердил я. Мгновение мы сидели тихо, обдумывая. - Так… я твой лучший друг? – спросил я напрямую, и я готов был поклясться, что Жан покраснел в темноте. - Н-ну… да, конечно. Тупой вопрос, конечно ты мой лучший друг, - я слабо улыбнулся, наблюдая, как он сглотнул, а пальцы теребили рукав. – А я… твой лучший друг? Я слегка пихнул его в плечо. - Да. От слабой улыбки, которая появилась на его губах, мое сердце наполнилось странным искрящимся счастьем, от которого закружилась голова. Я сжал губы, пытаясь сдержать ухмылку. Я и Жан – лучшие друзья. «Надеюсь, навсегда» - подумал я. - С другими мне так одиноко, - выпалил он. Я был весь во внимании, но он застыл с широко распахнутыми глазами. Наверное, он хотел сказать что-то очень глубоко личное… но боялся продолжить. - Продолжай, - поддержал я его. – Что ты имеешь в виду? Он посмотрел на меня янтарными глазами, наполненными таким страхом и неуверенностью, что больно было смотреть. Я ободряюще улыбнулся. - Я слушаю. Он сделал еще один глубокий вздох перед тем, как опустить голову. - С другими мне одиноко, - повторил он. – Но… не с тобой. Я молчал, давая ему время собраться с мыслями, как он продолжил: - Я с трудом нахожу общий язык с людьми, Марко, я… Не многие меня понимают. И это, конечно, моя вина, но все же… - он схватился руками за живот, наклоняясь немного вперед. – Ощущение, будто я существую на другой планете… По крайней мере, в эмоциональном плане. Я сам никому не навязываюсь, и другие тоже не контактируют со мной на эмоциональном уровне, и я… Мне очень одиноко, - последнюю фразу он сказал низким жалобным воем; его голос был наполнен болью, и это звучало как отчаянная просьба о помощи. То, что Жан сказал, было невероятно трудным для понимания, но я постарался понять его. - У всех есть такой человек, с которым легко общаешься, который понимает тебя. Я сомневался, что встречу такого же… Мой разум цеплялся за каждое слово. «Сомневался? Он сказал это в прошедшем времени? Он думает, что нашел понимающего его человека?» Я нервно откашлялся. - Эм… Ты думаешь, это я? Ну ты понял… Тот человек? У тебя? Он не смотрел на меня. - Может быть. Я уставился на свои ладони, чувствуя неприятную тяжесть в животе. - Жан? - Да? Я повернул голову в его сторону и положил руку на плечо. - Я найду. Не важно, на какой планете ты существуешь прямо сейчас, я пойду искать тебя, и найду. - Спасибо, Марко, - прошептал он. Так мы и сидели несколько мгновений, наслаждаясь присутствием друг друга, закутавшись в наши куртки, под которые проникал холодный воздух. Сидя здесь, рядом с Жаном, я чувствовал и физически, и эмоционально, что хотел… Я чувствовал, что хотел… Я вытащил руку и наклонился в сторону бетонных ступенек. - Марко?! Я ответил ему звуками рвотных позывов, после чего все содержимое моего желудка оказалось на земле, и Жан успокаивающе похлопал меня по спине. - Хороший способ все испортить, дружище, - проговорил он. Я даже не мог ответить ему остроумной репликой – меня продолжало тошнить. Он гладил мою спину, приговаривая: - Глубоко вдохни… Дыши медленно и глубоко. Он был прав. Мое тошнотворное состояние все испортило, но, скорее всего, не в том смысле, о котором он подумал. А потому, что я хотел держать его за руку.