Выпусти зверя

POV Питер

В голове словно бьют маленькие молоточки, они отбивают ритм стекающей по моим рукам крови. Я продираю глаза и отчаянно пытаюсь оставаться в сознании. В кресле напротив меня Малия старается делать то же самое. Сквозь полузакрытые ресницы пробивается свет отражающихся от белоснежных стен солнечных лучей. Когда емкость заполняется полностью, из наших рук извлекают иглы. Мне не хватает сил даже на то, чтобы зарычать. Рик хватает Малию за руки и тащит к двери, ее волосы грязными сосульками падают на лоб. Меня тоже ведут обратно, но я не гляжу на дочь, а лишь покорно ступаю по полу босыми ногами. Сейчас я даже не могу припомнить, куда делась моя обувь. Мы медленной процессией двигаемся по коридору, я вижу ключи на поясе впереди шагающего Рика, но больше не предпринимаю попыток стащить их. Кости Малии до сих пор ноют после последнего наказания. Я лишь безразлично наблюдаю, как вместо нас в лабораторию забирают детей, чтобы вливать в них нашу кровь и наблюдать за их мучениями. Мальчик-подросток кричит и вырывается, но пара затрещин лишают его сил, и он беспомощно смотрит на меня. Меня разрывает от бессилия. Но больше всего на свете я хочу спать, хоть и знаю, что спать нельзя. Эти люди даже не дали нам с Малией воды после того, как выкачали с нас литра полтора крови. Я мешком падаю на каменный пол и блаженно растягиваюсь. Малии заметно хуже, чем мне, но она быстро восстановится, ее организм моложе и сильнее. Я приникаю к отделяющей нас решетке и нахожу ее руку. Считаю пульс. - Главное, оставайся в сознании, хорошо? - прошу ее я, - мы скоро отсюда выберемся. - Ты не можешь этого знать. - Не могу, но знаю. Подумай сама. Твой отец ищет тебя. Стайлз ищет тебя. Лидия ищет тебя. Весь город тебя ищет. Рано или поздно всем воздастся по заслугам, главное, протянуть до этого дня и вырвать им глаза лично до того, как это сделает кто-то другой. Малия хрипло хохочет. - Держись за меня и не отключайся, поняла? - спрашиваю я, она кивает и впивается в мою ладонь ногтями. Под ее глазами темнеют круги, ее губы все иссохли, а глаза совсем потемнели. - Постарайся, чтобы мое лицо не было последним, что ты увидишь в жизни, - стараюсь пошутить я. - Иногда я думаю, что это не такая плохая перспектива, - бормочет девушка. Я переплетаю свои пальцы с ее и опираюсь на холодную каменную стену. Я думаю, что главное самому поверить в то, что за нами придут. По крайней мере, не хочется умирать, не забрав парочку Смиттов с собой. Я пребываю в полудреме, то видя во сне солнечные лучи в рыжих волосах, то отрывками обдумывая наиболее кровавые способы мести. Я думаю обо всем, что могло бы случиться. Думаю о хмуром Дереке и о гордой Коре. Думаю о сильной Лидии и свирепой Малии. Я стараюсь запечатлеть в памяти их облик, все до последней черты. Проступающие желваки Дерека, когда он сердится; звонкий и такой редкий смех Коры; зеленые прозрачные глаза Лидии; расслабленные плечи Малии, когда она не чувствует, что все вокруг ей враги. Я стараюсь запомнить все это и даю себе обещание не забывать об этом даже в комнате с белыми стенами, куда меня непременно вновь заберут, может даже прямо сейчас. Никогда на самом деле не думаешь, что последний раз — это последний раз. Думаешь, что будет еще шанс. Думаешь, что у тебя есть вечность, но это не так. Видимо, следовало вставить мозги на место раньше, а не в последний момент. Наверно, люди и созданы для того, чтобы друг друга мучить. - Эй, - я вздрагиваю от голоса Малии, - кто-то просил меня не спать, а сам засыпаешь. - Нет, я просто задумался. - Ну да, задумался с закрытыми глазами. - Некоторые люди так думают. - Какие-то глупые люди. - Говори меньше, - советую я. - Не играй в папочку. - Лежи. - Я только это и делаю. - Тогда жди. - Чуда? - хмыкает она. - Хотя бы. - Чудес не существует. - Ты в них не веришь, значит, никогда не найдешь. - А ты веришь? - Хочу. - Так веришь? - Почти. - Отстань. Я улыбаюсь про себя. - Когда-нибудь я расскажу тебе о чуде, что со мной случилось однажды. - Отстань. - Правда. - Помолчи. Она сжимает мою руку и хрипло дышит.

Slowly fading away Медленно исчезая, You're lost and so afraid Ты потеряна и так напугана. Where is the hope in a world so cold Где надежда в таком бездушном мире? Looking for a distant light Пытаясь отыскать далёкий свет, Someone who can save a life Того, кто может спасти жизнь, You're living in fear that no one will hear your cry Ты живёшь в страхе, что никто не услышит твой крик: Can you save me now? "Спасите меня!"

***

- Давайте попробуем еще раз, - улыбаясь, говорит Роберт. Он погружает иглу в руку Малии, она безэмоционально наблюдает за этим. В шприце явно кровь, но уже не наша. Роберт отходит от Малии и подходит ко мне. - Что это? - спрашиваю я. - Интересно? - спрашивает Роберт с гордостью. - На самом деле нет, я просто отвлекаю твое внимание, пока мои шпионы пробиваются к двери. Рик и Мик в дверях напряглись, Роберт замер, но почти сразу нервно хохотнул. - Шутим, значит. - Что поделать, - я пожимаю плечами. Роберт втыкает иглу мне в предплечье так, что она входит туда почти полностью, я сжимаю зубы. Он сделал это специально. По мере того, как жидкость из шприца начинает свое действие, я чувствую легкое головокружение. Зрение немного размывается, а слух притупляется. Я быстро догадываюсь. - Ты что, правда думаешь, что это сработает? - скептически спрашиваю я у Роберта, - я хоть и не медик, но понимаю, что подобное невозможно. - Заткнись, - шипит он. - Нет, ты правда идиот. Мог бы взять меня в долю, потому что кажется, что знаю я больше тебя. А уж помучить людей я готов каждый день. Мы бы сработались. - Заткнись! Малия недоуменно смотрит на меня. - Он идиот, - говорю я ей, - мы только зря тут мучаемся. Эти дети умрут зря. И твои дети, кстати, тоже. Последнее предложение я говорю Роберту, за что получаю удар по лицу. Я чувствую железный привкус во рту и улыбаюсь во все тридцать два зуба. - Ты знаешь, что я прав, но слишком глуп, чтобы хотя бы признать это. В конечном счете все твои усилия пропали зря. Я вновь получаю удар и чувствую, как ломается нос. Я размазываю кровь по лицу и смотрю прямо на Роберта. - О чем ты говоришь, черт возьми? - раздражается Малия. - Эти красавцы, - я указываю на Рика и Мика, - оборотни, прямо как их отец. А он хочет найти способ излечить их. Это гены, товарищ, гены не лечатся. - Но я сильнее них, - удивляется Малия, - как они могут быть оборотнями? - Видимо, папочка нашел способ притупить их силы, не так ли? - смотрю я на Роберта и перевожу взгляд на его детей, - и как? Нравится иметь столько сил и не иметь возможности ими воспользоваться? Юноши сжали кулаки, но не сдвинулись с места. - А вот это мы сейчас и проверим, - подытоживаю я и хватаю Роберта за загривок. Я бью его по металлической ручке своего кресла до тех пор, пока он не ослабевает и не перестает сопротивляться. Малия уже держит за горло меньшого Смитта, а второй наскакивает на нее с кулаками. - Забирай ключи и иди к камерам, - говорю я ей, перехватывая братьев на себя, - забери пленников и уходите отсюда. - А ты? - Я разберусь с ними и приду. - Лучше бы тебе говорить правду, - грозит мне Малия и исчезает, я усмехаюсь и обнажаю когти. - Видишь ли, - говорю я в пустоту, отбиваясь от Смиттов, - эти инъекции может и действуют, но вот только недолго. Думаю, в эту самую минуту мой организм уже излечился. Я швыряю Мика к стене и хватаю Рика за горло. - Не в той семье вы родились, ребята, не в той. Я слышу, как за спиной поднимается на ноги Роберт, и вижу, как в комнату врывается Каролайн с электро ружьем на изготовку. - Мальчики, прикончите девчонку, - зло выплевывает она, - с этим мы справимся. Мне в бок врезается дуло ружья, и по всему телу проходит заряд тока. Я не удерживаюсь на ногах. Сверху на меня обрушивается череда ударов, от чего трудно дышать. - Таким, как ты, следует знать свое место, - приговаривает она, ударяя, - знать! свое! место! - Таким блистательным умникам? - уточняю я на одном дыхании. Каролайн свирепо вскрикивает совсем как оборотень и наотмашь бьет меня по лицу, от чего в голове начинает звенеть. Очнувшийся Роберт бросается к столу с лекарствами и начинает чем-то звенеть. - Сейчас получишь укольчик и успокоишься, - истерично хохочет Каролайн. Я пытаюсь приподняться, но очередной разряд тока пригвождает меня к полу. Роберт подносит шприц с к моей шее, я скалюсь и рычу. Какая-то вспышка проносится перед носом, и я слышу истошный крик. Роберт ужасаясь разглядывает свою окровавленную руку, точнее то, что от нее осталось. Кисть валяется у противоположной стены, пригвожденная к ней скальпелем. В дверном проеме стоит Малия, вся в крови, но живая. - Ну никуда без меня, - самодовольно говорит она и молниеносно бьет Каролайн в висок. Та падает на пол и рассекает себе бровь. Недолго думая, я сгребаю ее в охапку и придавливаю весом собственного тела. - Лежи и не дергайся, - приказываю я ей, забираясь сверху и переводя дыхание. Малия тем временем приближается к Роберту и прикладывает его головой к железному столу. Многочисленные склянки с различными жидкостями падают на пол и разбиваются. - Нет, нет, нет, нет, - талдычит Роберт, подбираясь к ним, - нет, нет, нет, - он поднимает глаза на Малию, - ты больная! Вы все микробы в этом мире! - Даже так, - ухмыляюсь я, - еще что расскажешь? - Я вас уничтожу! Я раскидаю части вашего тела по всему миру, вы будете гнить... - Романтично, - Малия поднимает его за лацканы халата и швыряет к стене. - Да, я бы предпочел погнить в разных частях мира, чем в одной, - соглашаюсь я. - Не болтай, бери это и цепляй ее за что-нибудь, - Малия кидает мне скотч со стола, и я приматываю Каролайн к пыточному креслу. Малия делает то же самое с Робертом. Она приближает свое лицо к Каролайн и улыбается: - Больше не хочешь пересадить мои органы? - спрашивает она у нее, - твое счастье, что я больше не тот человек, который убивает других. - Малия, нам нужно идти, - я беру ее за предплечье и тяну за собой, она неохотно отходит от Каролайн и идет со мной. Мы выходим в коридор. - Зачем ты вернулась? - спрашиваю я у нее. - Знала, что ты опять накосячишь. - Тебе следовало уходить вместе с остальными, - качаю я головой. - Они справятся сами. - Я понимаю, что ты беспокоилась за меня, но этим детям нужна помощь. - Ни за кого я не беспокоилась! - восклицает Малия, - и вообще, заткнись и иди. Я усмехаюсь. - Как скажешь. Мы поворачиваем налево и натыкаемся на тупик, разворачиваемся в другую сторону и устремляемся к лестнице, прикрепленной к стене и ведущей наверх. - Где здесь выход? - Я отправила всех наверх, - отвечает Малия, - выбила дверь. Там коридор и снова лестница. - Значит идем. Лестница эта оказывается более хлипкой, чем мы себе представляли. При прикосновении она скрипит и грозит развалиться. Я пускаю Малию вперед, она пыхтя закидывает правую ногу на перекладину. Я слышу, как рвутся ее уже затянувшиеся порезы и морщусь. Я беру ее за талию и подсаживаю повыше. Она огрызается. - Я могу сама! - Я не сомневаюсь. Но я предпочту, чтобы ты начала умирать от потери крови на каталке у врачей, а не в душном пыльном подземелье. - Я в состоянии сама о себе позаботиться. - Я понял, - в этот раз огрызаюсь я, - теперь молчи и подтягивайся. Я пристраиваюсь чуть ниже на лестнице и держусь прямо за Малией. Она тяжело дышит, но не подает виду и не издает звука. Краем глаза я замечаю, как лампу в противоположном конце коридора заслоняет чья-то тень. Тихий хлопок, свист рассекаемого воздуха. - Быстрей! - кричу я, увернувшись. В стену за мной врезается серебряная пуля. Рик бежит к нам через весь коридор. Малия торопится и мы успеваем добраться доверху быстрее, чем он добежать до нас. Мы захлопываем дверь и бежим. - Куда? - спрашиваю я, когда мы достигаем развилки коридора. - Слишком сложно. - Нам нужно лишь найти окно, давай поторопимся. Выберемся через него. Малия кивает и открывает первую попавшуюся дверь. За ней оказывается гостиная. Будто назло, из-за двери напротив выходит Мик с пистолетом наготове. Мы захлопываем дверь и бросаемся в другую сторону, я крепко держу Малию за руку и тащу на второй этаж, потому что за другой дверью оказывается ванная без окон. Мы достигаем второго этажа. Прямо напротив лестницы большое окно с тяжелыми створками. Открываем его. За спиной уже слышится топот ног. Братья поднимаются по лестнице. Малия выпрыгивает и тяжело приземляется. Я ставлю ногу на подоконник, как под лопатку что-то ужасно впивается, разрывая плоть. Рик добрался до нас. Я успеваю лишь сгруппироваться, чтобы было не так больно падать. Я не чувствую боли, но это пока - боль придет позднее. Я кулем падаю вниз, встречаю лицом землю. Привкус крови пополам с землей чувствуется во рту и на зубах. Сверху раздается еще один выстрел, который угождает в бедро. Малия кричит, но я не разбираю слов. Ее взгляд словно зажженный фитиль опаляет воздух. Она кладет мою руку себе на плечи и поднимается. Маленькая девочка тащит меня на себе. Все, что остается мне - это покориться ей. Мы ковыляем по траве, хромая. Я чувствую, как кровь сочится из моих ран. Силы покидают меня. Мы видим калитку, на которой висит огромный замок. За оградой лес. Лишь бы выйти в лес. Лес - это лучший вариант, что может быть. Волки живут в лесу. Это их территория. А мы волки. Я слышу голоса за домом. Еще немного и они нагонят нас. Нужно торопиться. - Еще немного, - пыхтит Малия. Нам остается метром пятьсот, когда пули в моем теле начинают себя странно вести. Я чувствую вибрацию, потом жжение. В следующую секунду во мне словно взрывается фейерверк. Я рычу, чувствуя, как ломаются кости и впиваются в кожу изнутри. Ноги подкашиваются и мы падаем на землю. Я вижу, как из-за угла появляются братья с оружием наизготовку. - Что не так, что случилось? - восклицает Малия, - нам осталось совсем немного. - Тебе. - Чего? - Тебе осталось. Я не дойду дальше. - Еще чего. Вставай и топай. - Нет, Малия, - я качаю головой, - тебе лучше поторопиться. Она хватает меня за руку и тянет за собой, поднимаясь с колен. Я же чувствую, как тело наливается свинцом. Все сложнее держать глаза открытыми. Малии не удается сдвинуть меня с места. Я слышу, как Рик и Мик взводят курки. - Поднимайся же, старикашка! - горько кричит она, всхлипывая. - Старикашка свое отходил, - улыбаюсь я, - иди, наверняка вся стая рыщет в этом лесу. Найди их. - Я никуда не пойду без тебя, - она наклоняется ко мне и снова пытается поднять. Я сажусь и кладу ладонь на ее щеку. Я смотрю в ее глаза пару секунд, но в голове это растягивается на часы, дни, месяцы. - В этот раз тебе придется послушаться, иначе ты умрешь. Времени совсем не осталось. Беги, приведи помощь. Я дотяну, но только если ты поторопишься. - Если ты здесь умрешь, я с тобой никогда в жизни больше не заговорю. - Договорились. Клятва на мизинчиках? Она фыркает, поднимается и бежит вперед, периодически оглядываясь. Я делаю попытку встать, готовясь встретить врагов с достоинством. Рик и Мик бегут в нашу сторону, целясь в убегающую Малию. Я иду им навстречу,тяжело переставляя ноги, с расплывающимися картинками в голове. Рик нажимает на курок, когда я встаю у него на пути. Еще одна пуля застревает в животе, но она кажется ничтожной малостью в данный момент. Я бью братьев головами друг об друга, но это действие не имеет должного эффекта. Я получаю по лицу оружейным прикладом и отлетаю назад, падая на спину. Я вижу, что Малия уже перемахнула через забор и облегченно выдыхаю. Все будет хорошо. Из раны толчками выходит кровь, будто отсчитывая последние минуты. Рик перезаряжает пистолет и направляет его на меня, в этот раз целясь в голову. Я возвожу глаза к небу. Мы за городом, думаю я. Здесь звезд непривычно много. А какие они яркие... Я мог бы быть писателем, вдруг понимаю я. Я бы мог писать рассказы. Истории о магии. Об оборотнях и их стаях. О кроликах, исчезающих в норах. Я бы написал о воздушных шарах, уносящих ввысь маленькую девочку, у которой бы была счастливая семья: семья, которая не погибла в автокатастрофе, семья, которая не пропала и не исчезла. Семья, которая была. Как жаль, что все обернулось не так. Все обернулось горем, кровью и смертью. Я понимаю, как жалею о том, что девочка ничего так и не увидела.

Your heart is full of broken dreams Твое сердце полно осколков мечтаний, Just a fading memory Воспоминания тускнеют, And everything is gone but the pain carries on Всё прошло, но боль все продолжается. Lost in the rain again Снова потерян под дождем When will it ever end Закончится ли это когда-нибудь? The arms of relief seem so out of reach Спасительные объятия кажутся недостижимыми. But I am here Но я здесь Red - Not Alone