Ещё вчера они были "ДОЛГО И СЧАСТЛИВО"

У нас много чего было «впервые». Знакомство с родителями друг друга – впервые для обоих. Жить вместе – впервые для обоих. И даже первое люблю. Впервые между нами, впервые для обоих. И одному Богу известно, сколько ещё времени это «люблю» томилось бы в сердце. Мы чуть не попали в аварию. Шеннон чудом объехал идущий нам навстречу, по нашей полосе грузовик. Именно тогда и было сказано заветное, взаимное «Я люблю тебя». Предложение руки и сердца спустя пять лет совместной жизни на моём дне рождения. Под мои слёзы и визги окружающих. И брак, свадьба впервые для нас. Всё было прекрасно. На самом деле, праздник моей мечты. Всё было так, как я хотела, как я мечтала. И в конце вечера расстёгнутый ворот его белоснежной рубашки, закатанные рукава, но всё ещё застёгнутая жилетка. Моя фата на спинке стула, и туфли за креслом. И мы были счастливы, как дети. Улетели этой же ночью в шикарный Монако. И мы поругались, как только заселились в отель. Впервые за нашу семейную жизнь. Шеннон куда-то ушёл, впервые молча ушёл, пока я была в душе. И его не было сутки. Конечно, никой брачной ночи и брачного дня у нас не было, не говоря о том, что я сходила с ума в неведении. А оказалось, что он просто напился, проиграл все наличные деньги, подрался с барменом, и был взят под арест. Я не хотела его видеть, слышать. Я так злилась. И пока он отсыпался на кушетке, я впервые пожалела, что вышла за него. Пожалела спустя несчастные сутки после свадьбы… Но потом всё вернулось на круги своя. Он красивый, счастливый, улыбчивый, с горящими глазами. Крепко прижимает к себе, нежно целует. И я таю от каждого его прикосновения, от каждого взгляда. Он мой. Мой Шеннон. Но потом снова что-то менялось. Он становился раздражительным, очень занятым. Я все время боялась, что он может вернуться к наркотикам, даже иногда проверяла его карманы, телефон. Целовала руки, а сама рыскала глазами в поисках крошечных следов от инъекций. Но нет. Ничего не находила. А потом он снова становился прежним, моим. И я снова была счастлива, семья – идиллия. Но Шеннон говорил, что я стала нервной, изменилась, мало уделяю ему внимания. Мне было тяжело переносить перемены в нём. - Как я могу уделять тебе его больше, когда ты сутками торчишь в студии? – кричала я в очередной ссоре. - Ничего не сутками, - отмахивался он. Врал. Знал, что мы видимся последнюю неделю только ночью. Ленивой ночью, уставшие. Секса не было почти месяц. Хотя… Может зря я так переживала? Может так живут все семьи? Но Клер довольная, траханная раза три в неделю, а я раз в месяц… - Ты больше не хочешь меня? – смотрю на него сквозь слёзы. - Не говори глупостей, я просто устал, - отмахивается, утыкается лицом мне в шею. А я отталкиваю его. Не хочу этой близости с ним сейчас. Мама всегда говорила, что нет ничего хуже в отношениях двух, чем ложиться в кровать с мужчиной, который чем-то обидел, сделал больно, или просто злит тебя в данный момент. Вот и Шеннон сейчас. Точно так же! - Ну сделай над собой усилие, полюби меня. Мне не нужно долго, мне не нужен супероргазм, мне просто нужно удостовериться, что ты ещё любишь меня, что всё ещё хочешь. Что между нами не встала третья. Пожалуйста! – смотрю ему в глаза. - Я могу заверить тебя в этом, детка, - шепчет он, целует в висок, крепко обнимает. - Шеннон, прекрати! – визжу от злости, отталкиваю его. – Не обнимай меня! Не обнимай! Не обнимай! – меня трясёт от ярости. - Холи, я действительно устал. Я не хочу быть бревном с тобой. Просто трахнуть тебя ради того чтобы трахнуть? Нет! Я не хочу так! Давай завтра с утра. Я разбужу тебя сексом, - улыбается. Я встаю с кровати, тяжело выдыхаю. - Не нужно, - качаю головой. – Я думаю, нам нужно взять перерыв. - Перерыв? Что ещё за перерыв? Холи, мы не парочка голубков, встретившихся только что на крыше! Мы муж и жена! Ты почти пять лет моя жена! Никакого перерыва мы брать не будем, миссис Лето! И что ты вообще подразумеваешь под «перерывом»? - показывает воздушные кавычки. - Разъехаться, - опускаю глаза. - Разъехаться? – гремит он над моей головой. – И когда съедемся? Когда ты решишь, что отдохнула от меня? Когда я соскучусь? Я соскучусь в этот же вечер, мать твою! Приеду и заберу тебя. Хотя, погоди. А где ты будешь жить? - В Мар Виста, - тихонько отвечаю. - В Мар Виста? – рычит. – Ты же говорила, что сдала квартиру. О каком доверии ты говоришь? Может, ты там встречаешься с мужчиной? - Не говори ерунды, - отмахиваюсь. - Нет! Холи, нет! И ещё раз нет, и ещё тысячу раз будет нет! Мы не будем разъезжаться, - тяжело дышит. - Давай хотя бы какое-то время поживём в разных комнатах, - предлагаю. - Нам, что? По шестьдесят? Нет! - Ну давай я хотя бы буду спать на диване, а ты на кровати, - снова ищу компромисс. Я не могу сейчас спать с тобой в одной постели! - Да в чём дело? Холи, тебе противно спать рядом со мной? – срывается. - Не противно! Не противно! Я просто злюсь! – кричу. – Я буду спать на софе! – рявкаю. Вытаскиваю из ящика под кроватью одеяло, хватаю подушку - Я посплю на софе! – Шеннон встаёт, двигается к дивану. - Нет, я! – спорю. - Холи, - с укором произносит он. - Хватит спорить со мной, Шеннон! Хватит! – я на грани. Сейчас снова разревусь и устрою истерику. - Что с тобой? Ты беременна? – он не понимает моей истерики. Плюхается на софу. - Я не беременна! – он специально меня раздражает. - Ты уверенна? – морщится он. - У меня месячные! – рычу. - А! – смеётся он. – Ну тогда всё понятно! – отворачивается к стене, хохочет. – Вредная, истекающая кровью истеричка. - Заткнись! Заткнись! Заткнись! – луплю его ладонями по спине. – Ты весь состоишь из раздражающих меня атомов! – трясёт от бешенства. - Всё! Успокойся! – разворачивается, крепко сжимает мои запястья. – Ложись спать. Ты устала, - гонит меня в постель. - Тебя не спросила! – фыркаю. Хочу поцеловать его, а потом убить! Смотрю на улыбающиеся губы. И тут он больно сжимает мой сосок, прижимая кожу к серёжке. Я визжу, бью его по руке. – Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты так делаешь! – рычу. - Да? Но в постели ты не жалуешься, - улыбается он. Я молча ложусь в постель и не могу сдержать слёз. Плачу тихо, в подушку. Я устала. Я так больше не могу. Мне тяжело. - Шеннон, ты спишь? – всхлипываю. - Нет, - тихий голос из другого угла спальни. - Иди ко мне, - прошу я. Он ещё никогда ничего так быстро не делал. Я крепко обнимаю его за шею, нежно целую в губы. - Ты плакала? – шепчет. Он не слышал. - Шеннон, - зову его. - Да? – шепчет мне на ухо. - Я люблю тебя, - слёзы снова текут по моим щекам. - Я тоже люблю тебя, родная! – горячие губы прикасаются к моему виску. - Шеннон, - снова зову. - Да? – слышу, что улыбается. - Шеннон, я хочу развода, - хриплю, сглатывая ком в горле. - Что? – отлетает от меня, как ошпаренный. - Я хочу развода, давай разведёмся, - киваю. – Я устала, ты устал. Нам тяжело вместе. У тебя так много работы, я боюсь, что мы станем чужими друг другу. - Ты слышишь себя? А если мы разведёмся, то не станем чужими? Где логика, Хол? – он жутко злится. - Нет логики, - качаю головой. – Есть желание развестись. - Холи, ты сейчас делаешь большую глупость. - Мы сделали большую глупость пять лет назад, когда поженились. Пять лет до этого были чудесными. Почему мы не оставили всё как есть? Зачем поженились? Всё пошло наперекосяк. Мы только и делали, что ссорились. За пять лет не смогли даже родить ребёнка, - развожу руками. - А ты хотела ребёнка? – сводит он брови. - Не знаю, - жму плечами. – А ты бы хотел? - Не знаю, - качает головой. - Вот видишь! – повышаю голос. - Что Хол? Что? Скажи! Хочешь ребёнка? Давай заведём ребёнка. - Не хочу воспитывать малыша в разведённой семье, - вытираю слёзы. - Если мы заведём ребёнка, то нам не нужно будет разводиться! О, Господи! Холи, ты же не глупая! Так какого чёрта тупишь? - С завтрашнего дня я начну собирать вещи, - ложусь обратно в кровать. - Нет, не начнёшь! Мы не будем разводиться! Я не позволю тебе разрушить нашу семью из-за очередных бзиков во время месячных! – рычит. - Завтра я начну собираться, - укрываюсь одеялом с головой. – Спокойной ночи. - Дура! – слышу, как оглущающе громко хлопает дверь в комнату, и он кричит что-то сердитое. Я захлёбываюсь слезами. Я люблю его, но так продолжаться не может. У нас были идеальные отношения, пока мы не поженились. Это были отношения моей мечты. Но грёбаная свадьба изменила всё, всё испортила. Не стоило соглашаться. Лучше бы мы и дальше не были женаты, были просто влюблённой парой, любовниками. Нарожали бы целую сотню детей и умерли в один день. Но после «JUST MARRIED» романтическая история пары заканчивается, и ей на смену приходит суровая реальность…