We're All Here Because We're Not All Here

Когда растерянная белокурая девушка заходит в зал для посещений, Чарльз уже ожидает там. Он машет ей рукой, и блондинка улыбается, откидывая локон за плечо. Здесь не так много людей: всего несколько пациентов со своими родными. Чарльз выбрал себе место на диване в середине комнаты. Он встает, когда девушка подходит к нему, и заключает ее в объятия. - Тебя тут совсем не кормят, - говорит Рейвен, сжимая его ребра. – Ты не должен быть таким худым. - Попробовала бы ты есть эту дрянь, - смеется ей на ухо Чарльз. Рейвен отстраняется, и они садятся. Девушка запускает руку в сумку и выуживает оттуда бекон, яйца и булочку. Пахнет аппетитно… Наскоро передав все это Чарльзу, она шепчет: - Съешь как можно быстрее, чтобы не успели конфисковать. Тот незамедлительно разворачивает еду и следует ее совету. Он думает о том времени, когда сможет есть все, что захочет. Как только выйдет отсюда. Он откусывает от булки еще кусок, и медсестра неодобрительно качает головой, но никаких действий не предпринимает. Молчание затягивается, пока Чарльз устраивается на диване поудобнее, а Рейвен внимательно его разглядывает. - Они ведь хорошо с тобой обращаются, да? – спрашивает она. - Вполне, - заверяет Чарльз. Рейвен облегченно вздыхает. - Тебе… лучше? – деликатно произносит девушка. Чарльз отводит взгляд. - Думаю, да. И вновь напряженное молчание, словно Чарльзу нечего ей сказать. Но это далеко не так. - Значит, я поступила верно, - говорит она, и Чарльз вскидывает бровь. Очевидно, что Рейвен хочет хотя бы небольшого облегчения от встречи. Своего рода катарсиса. Чарльз размышляет, настолько ли силен его эгоизм… сможет ли он дать ей то, что она просит. И отвечает: - Я бы так не сказал. Нет, не сможет. Рейвен в изумлении смотрит на него, слегка приоткрыв рот. - С объективной точки зрения, ты спасла мне жизнь, - объясняет Чарльз. Он вспоминает разговор с Хэнком, в котором истина расцвела, чтобы завять, уже в середине сеанса. – За это я в некотором долгу перед тобой. Возможно, откуплюсь молитвами. Но ты предала мое доверие, - заявляет он, а глаза блестят затаенной горечью. Рейвен закрывает лицо руками. Пациенты рядом вежливо отворачиваются, когда она начинает плакать. - Прости… Прости, Чарльз. - Если бы ты никогда не показывала мне эти чертовы таблетки, - мстительно и холодно продолжает он, – меня бы даже не было здесь. Так что да, Рейвен. Разумеется. Ты правильно поступила. Чарльз встает и просто уходит, оставляя Рейвен слишком разбитой и подавленной, чтобы бежать за ним. Он чувствует себя неловко за то, что спихнул всю вину и весь стыд на младшую сестру, но извращенное удовольствие от ее расстройства поглощает все. Удивительно, как приятна жестокость. Проходя мимо новичка – кажется, Эрика, – Чарльз замечает его мрачное выражение лица. - Вам помочь? – хмуро бросает он. Эрик пожимает плечами. - Ты будто только что из драки, - спокойно роняет новичок. Чарльз смотрит вниз на свои сжатые в кулаки ладони, а затем переводит взор на Эрика. - Вероятно, ты прав, - тяжело усмехается он. – Думаю, я победил.

x x x

- Твою мать, я ж сказал тебе не приходить сюда! – восклицает Алекс. - Я здесь не из-за тебя, - отвечает Скотт. Он поднимает очки наверх и трет глаза. – Мама прислала. - Что ей теперь-то нужно? – стонет Алекс. Скотт облокачивается на стол. - Вот, велела передать это, - Брат толкает к нему коробку, и Алекс с отвращением косится на нее. Под крышкой виднеется синий плюшевый мишка, в которого он осторожно тычет пальцем. - Элвин, парень, которого ты там встретил… - начинает Скотт, и Алекс дергается. Когда говоришь о проведенном в тюрьме времени, такое иногда происходит, пожалуй. - Он шлет тебе привет и еще… «сваливай нахрен из психушки, кретин». - Слова настоящего поэта, - нервно бормочет Алекс. Скотт подпирает щеку рукой, не сводя глаз с брата. - Почему ты здесь все-таки? У тебя и серьезных зависимостей-то нет… ну, сейчас, по крайней мере. Тот лишь отмахивается. - Каждый раз, когда я звоню и прошу забрать тебя, врачи говорят, что ты не готов для выписки, - Скотт наклоняется вперед. – Так что же творится у тебя в голове? Алекс вытаскивает медведя из коробки и задумчиво начинает крутить на столе вокруг своей оси. - Не знаю. Ну то есть знаю, но все сложно. Трудно об этом говорить. Трудно с этим мириться. Сочувствие мелькает во взгляде Скотта. - Иногда мне кажется, что тебе нравится тут. Нравится лечиться. Алекс странно смотрит на него из-под темных ресниц. - Если я чувствую себя лучше, это не значит, что мне нравится здесь. - Но это правда, - продолжает Скотт. – Ты будто счастливее становишься, - Он улыбается. – И я рад за тебя. Алекс пожимает плечами. - Не разводи сопли, бро, а то вагину ненароком отрастишь. Но он не может удержаться от ухмылки, и вскоре они уже тихо смеются, стоя во дворе и вдыхая свежий горный воздух окрестностей Брэддока.

x x x

Услышав, что к нему посетитель, Эрик вначале шокирован, но затем шок сменяется настороженностью. Он не хочет слышать ни о чем, что связано с его жизнью до Брэддока. Эрику вообще в принципе и жить-то не хочется, но этот ужасно надоедливый доктор МакКой ему точно голову бы откусил, озвучь он свое желание. Поэтому когда Эмма Фрост, чертова Эмма Фрост, приходит к нему, Эрик призывает на помощь всю свою волю, чтобы не пригвоздить ее к стене и не задушить голыми руками. Боковым зрением Эрик замечает Чарльза, болтающего с Алексом. Эрик не в восторге, что она увидит жизнь в пределах Брэддока. На ней белоснежный плащ, блестящий в свете люминесцентных ламп коридора, а в руке сумка… с его вещами? - Эрик, - приветствует она. Тот даже не встает из-за стола, даже не смотрит в ее сторону, даже не шевелится. Женщину это, похоже, совсем не волнует, она спокойно опускается напротив. - Знаю, ты не рад мне. Уж я-то точно не рада тебе. Но нам нужно кое-что обсудить. - Уходи. Уходи сейчас же. - Мистер Шоу согласился полностью оплатить твое лечение в реабилитационной клинике Элизабет Брэддок, - без запинки продолжает Эмма. – Он чувствует за собой некоторую вину из-за твоего срыва. Хотя, разумеется, освобожден от ответственности, выиграв это дело об убийстве. Мои соболезнования, - добавляет она. – Уверена, твои родители были чудесными людьми. - Мне не нужны его деньги, - рычит Эрик. – Мне нужно, чтобы он оказался за решеткой. - Увы, этого не произойдет, смирись, милый, - наигранно вздыхает Эмма и придвигает ему через стол сумку. – Подарок от мистера Шоу. В знак его расположения. Она поднимается, чтобы уйти, когда Эрик кидает ей вслед: - И как ты только живешь с этим! - Очень даже неплохо, - не оборачиваясь, бросает она через плечо. – Хорошего дня, мистер Леншерр. Охрана проверяет сумку и возвращает Эрику. Он несет ее в палату и вытряхивает содержимое на кровать. Пара черных водолазок, большой золотой медальон и книга под названием «Непреодолимая скорбь». Эрик зашвыривает книгу в самый дальний угол и тянется за медальоном. Пара движений пальцами, и пакетик таблеток вываливается в раскрытую ладонь. Подарок в знак расположения, голос Эммы все еще звучит эхом у него в голове. Эрик сжимает мешочек и запихивает в щель между досками в полу. - Не сегодня, - вслух произносит он.