Терминал "Б"

Спускаясь по трапу самолета, Джон полной грудью вдыхал воздух прошлого, которое очень старательно пытался забыть. Лучи палящего афганского солнца принимают его в свои объятия, пробираясь под кожу и при малейшей возможности оживляют в памяти любые воспоминания. Оглядываясь по сторонам и наблюдая, как группа молодых парней живо обсуждает все, что их окружает, Ватсон проходит в здание аэропорта, чтобы забрать багаж. Время не стоит на месте. Кабул изменился: пыльные, полуразбитые дороги облачились в асфальт, количество людей в форме и с оружием наперевес уступает количеству мирного населения, что спокойно прогуливается по улицам, и только запекшиеся следы от пуль в стенах зданий напоминают о том, куда все-таки ты попал. Джон всегда считал Афганистан со всеми его городками и селами подвижным памятником. Памятником сотням тысяч ушедших солдат и простых людей. И Джон снова вернулся, чтобы отдать дань, возложить свою душу к подмосткам этого памятника, вернулся для того, чтобы мелким шрифтом выцарапать свои инициалы на мемориальной доске где-то в своей голове, вернулся, чтобы остаться. Разглядывая холодные стены небольшого аэропорта, Джон снова и снова прокручивал в голове моменты своего военного прошлого, незаметно для себя проводя параллель с настоящим. Логан сказал, что к времени окончания регистрации прибудет кто-то из расположения, дабы доставить капитана Ватсона в целости и сохранности в штаб для дальнейшей передислокации в одну из точек. - Капитан Ватсон? – послышалось из-за плеча, и Джон тут же развернулся, встретившись взглядом с молодым парнем в форме. - Да, - он слегка кивнул головой. - Лейтенант Беллами по личной просьбе майора Хилларди прибыл, - парнишка в секунду вытянулся в струну, приставив руку к виску, отдавая честь. На вид ему было около двадцати пяти лет; высок, худощав и бледен, будто годами не бывал на солнце. - Вольно, лейтенант, - Джон коротко улыбнулся, продолжая разглядывать молодого военного. - Разрешите взять ваш чемодан, сэр. Я доставлю вас в штаб. Машина ждет нас у черного входа, - поспешно затараторил Беллами, означая план действий. Джону оставалось только соглашаться со всем. Он представлял их встречу с майором. Когда-то в далеком прошлом Хилларди сказал, что в Афганистан вернуться лишь те, в чьих душах и телах война останется навсегда или в виде огромных шрамов от ранений, или в виде воспоминаний, которые прочно закрепились на подкорке головного мозга. - Свободен, лейтенант Беллами, - спокойным голосом, с едва заметными нотками хрипотцы, проговорил Хилларди, попутно поднимаясь с кресла, в приветствующем жесте протягивая ругу для рукопожатия Джону. – Ну, здравствуй, сынок, сколько времени мы не виделись, а ты все же вернулся. Майору было чуть больше шестидесяти лет, все лицо его было изрыто глубокими морщинами, как он сам говорил шрам времени, волосы, что всегда были идеально зачесаны назад, полностью облачились в серебристую мантию, несмотря на почтенный возраст в темно-карих глазах майора никогда не пропадал блеск и задор. - Не мог не вернуться, - с ноткой грусти в голосе ответил Джон. Он не солгал, но если бы Шерлок был жив, он ни за что не вернулся бы сюда. Потеряв дорогого человека, он готов возместить пустоту, что образовалась в его груди службой. - Рад, что ты говоришь так, - Хилларди добродушно улыбнулся, усаживаясь в кресло, недавняя рана беспокоила его, поэтому вынести долгого стояния на ногах он не мог. Это раздражало и злило военного, который не привык к тому, что его организм его подводит. – Нам нужны опытные парни вроде тебя. Логан говорил тебе, куда именно ты отправишься? – перебирая стопку бумажек, майор взглянул на Джона. - Нет, сэр. Я получил информацию только о месте прибытия и о том, что именно вы займетесь моим передислоцированием в одну из точек, - ответил Джон, осознавая то, что действительно не представляет, куда на этот раз забросит его судьба, но четко понимая, что на этот раз ему абсолютно все равно. - Ты отправишься в провинцию Гильменд, город Лашкар Гах. Там нуждаются в таких смельчаках как ты, Джон. На северо-востоке Лашкар Гаха стоит наша база, ты прикреплен к Терминалу «Б», - майор Хилларди протянул Джону свернутую карту вместе с парой документов, - именно туда ты и прибудешь, сынок. Джон подошел ближе к столу для того, чтобы взять бумаги из рук Хилларди. В этот раз ему устроили более радушный прием. На карте была изображена местность той самой базы, а документы давали разрешение на въезд и свободное перемещение по ней. Военврач поднял глаза и снова обратился к старому знакомому. - Благодарю вас, майор, - Джон понимал, что прием на этом окончен и чашечку чая с кусочком трайфла ему никто не подаст. Он стоял перед столом Хилларди и ждал дальнейших указаний. Хотя и так было понятно, что сейчас Джон должен отбыть на базу, принять свои обязанности и тотчас же приступить к их выполнению. - Ну, что ж, Джон. Если тебе всё понятно и вопросов ко мне не имеется - я не смею задерживать тебя здесь, - Хилларди вопросительно взглянул на военврача для того, чтобы убедиться, что вопросов у него действительно нет. - Мне всё ясно, сэр, - Джон уловил этот бесстрастный взгляд майора и тут же ответил ему. За всё время разговора он стоял, не шелохнувшись и говорил только тогда, когда к нему обращались. Джон потихоньку вспоминал, как это быть военным, служить в Афганистане, обращаться к лицам старшим по званию, - всё это всплывало в голове военврача, стоило ему только вернуться обратно. - Тогда ступай, - Хилларди легко улыбнулся и кивнул головой, давая понять Ватсону, что очень рад их мимолетной встречи. Майор встал из-за стола и подошел к Джону ближе. Было видно, что раненная нога всё ещё беспокоит его, но жесткие военные принципы не позволяли майору принимать обезболивающие. Наверное, эта боль всякий раз напоминала ему где и зачем он находится, несмотря на то, что это не так легко забыть. Джон, со всей серьезностью солдата, отдал честь майору, на что тот дружески улыбаясь, похлопал военврача по плечу. Оба были очень рады видеть друг друга, но поскольку ни тот, ни другой не умели красочно выражать своих эмоций, они лишь пожали друг другу руки и разошлись по разные стороны кабинета. В коридоре Джона ждал лейтенант Беллами. Видимо, доставка Джона Ватсона целым и невредимым к месту назначения сегодня было его прямой и неотъемлемой обязанностью. Лейтенант известил военврача о том, что сейчас им необходимо снова вернуться в аэропорт для того, чтобы вылететь на базу Кэмп Бастион и ввести Ватсона в курс дела. Перелет был относительно недолгим, что, безусловно, порадовало Джона. Прибыв на базу, он и лейтенант прошли все меры безопасности и отправились к Терминалу «Б». Всюду, куда ни глянь, стояли люди с оружием в знакомой светло-коричневой форме. Это были высокие мужчины с широкими плечами, загорелой кожей и сильными жилистыми руками. Они словно ястребы ходили из стороны в сторону и, будто выжидая чего-то, оглядывались то на прохожих, то друг на друга. Отойдя от вертолетной базы на внушительное расстояние, Джон вместе с Беллами приблизился к палаточному городку, где жили обычные солдаты. Здесь уже не было взыскательных военных с автоматами и рациями. Здесь слышался только говор и смех молодых ребят, активно обсуждавших что-то под небольшим самодельным навесом. Обстановка, царившая среди них, до боли в сердце напоминала Джону ту, которая приняла его в свои колкие охваты несколько лет назад. День близился к закату, и жаркое афганское солнце вот-вот было готово скользнуть за горизонт. Кэмп Бастион находилась далеко от населенных пунктов, поэтому вокруг базы не наблюдалось ничего, кроме людей в военной форме и пустырей, наполненных светло-бежевым песком. - Мы уже близко, сэр, - послышался голос лейтенанта, - Сейчас я проведу вас к главному штабу Терминала «Б», где вас и встретят, - Беллами проговорил это так быстро, что Джон еле уловил суть сказанных слов. Он взглянул на своего гида и кивнул, давая ему понять, что понял план дальнейших действий. Лейтенант, похоже, превосходно знал своё дело, поэтому вот уже весь день он отлично справлялся со своими обязанностями и доставлял свой «багаж» в назначенное время и место без каких-либо затруднений. Приблизившись к штабу, Ватсон вместе со своим проводником остановился у входа. Сейчас Джон просто валился с ног и всё чего он хотел – это добраться до своей койки и принять горизонтальное положение как можно скорее. Лейтенант оставил чемодан Джона на земле, отошел на один шаг и отдал честь новоявленному капитану, как бы показывая ему свою блестяще выполненную миссию. - Вольно, лейтенант, - Джон сказал это лениво со слабым смешком в голосе, будто за всё это время они успели подружиться и эта формальность была совсем ни к чему. Но устав есть устав, и с этим не мог поспорить даже Джон Ватсон. Увидев своих гостей в одно из окон, из здания показался мужчина крепкого телосложения в стандартной форме и обуви. Было видно, что он ждал этого визита и был к нему готов. Мужчина подался навстречу Джону и лейтенанту Беллами, издалека приветствуя своих визитёров едва заметной улыбкой. На вид ему было не меньше 35-ти лет. Его русые, выгоревшие на солнце волосы были коротко острижены. Лицо молодого человека имело загорело-коричневый цвет, почти у всех европейцев, прибывших сюда, после полугода службы бывает такой же. Он приблизился к только что подоспевшим военным и представился. - Капитан Конарс, сэр, к вашим услугам, - мужчина обратился непосредственно к Джону, так как позже стало понятно, что с лейтенантом Беллами он уже знаком. - Капитан Ватсон, - Джон протянул руку, делая как бы дружеский жест ещё незнакомому, но уже понравившемуся ему человеку. Вообще, Джону было неловко из-за того, что с ним обращались как с Её величеством. Он вполне мог самостоятельно добраться хотя бы до штаба, и лейтенанту Беллами не обязательно было провожать его до двери, как 15-летнюю девочку после свидания. Но лейтенант всего лишь выполнял приказ, и Джон прекрасно это понимал, поэтому не стал возражать. - Беллами, вы можете быть свободны, - Конарс многозначительно взглянул на лейтенанта, давая ему понять, что свою работу он выполнил как нельзя хорошо. Молодой человек откланялся и через полминуты два капитана стояли у штаба совсем одни, - Пройдемте, я покажу вам, где вы будете спать. Это недалеко, буквально через несколько метров, - Конарс указал на здание левее штаба. - Конечно, пройдемте, - радости Джона не было предела. Ему, наконец, удастся поспать за весь день. Два перелета вымотали военврача, и он не мог думать ни о чем, как о кровати и подушке. Он следовал за Конорсом и старался не упустить ни единого слова, слушая его. - Завтра в 7 часов вы должны быть на утренней планерке в главном штабе, - капитан указал на него жестом, - там вам объяснят цель вашего пребывания здесь и дадут дальнейшие инструкции, - они остановились у дверей того самого здания. - Благодарю, вас, капитан Конарс, - Джон улыбнулся, произнося это. - Ваша комната 9-я. Завтра в 7 вас будут ждать, - Конарс задумчиво нахмурил брови, пытаясь вспомнить, ничего ли он не забыл. Когда выяснилось, что всей необходимой на тот момент информацией Джон Ватсон владеет, капитан простился с ним и отправился обратно в штаб Терминала «Б». Джон без труда отыскал свою комнату. Номер «9» был обозначен мелом, на двери, сделанной из какой-то фанеры. Открыв её, военврач увидел две кровати, шкаф, стол, два стула, вешалку и окно, расположенное напротив двери. Одна из кроватей уже была занята. Об этом говорила одежда в шкафу и на вешалке, но сейчас Джону было не до того. На кровати военврача лежала военная форма. Он отложил её на стул, чтобы умоститься удобнее и, наконец, заснуть младенческим сном. Уже через две минуты Джон лежал в своей постели. Сейчас его не интересовало абсолютно ничего. Он заснул почти сразу же, как только лег в кровать. Солнце уже село и впереди Джону Ватсону предстояла служба, которая совсем не была похожей на предыдущую.