Часть 4
17 августа 2014 г., 10:55
― Я понимаю, что у тебя нет на меня времени, ― Себастиан огляделся, находясь в шумном потоке людей, теснящих его со всех сторон. Он попытался сойти с тротуара, когда его локоть снова задели, отчего кофе чуть было не пролился на дорогой костюм. ― Просто удели мне пару минут, окей? Пап? Ты меня слышишь? Эй, что за...
Себастиан отнял мобильный от уха и посмотрел на экран, оповещающий о прерванном вызове.
― Вот же урод, ― сквозь зубы выругался Смайт, засунув телефон в карман брюк и сделав глоток из картонного стакана.
После этого он поправил солнцезащитные очки и вернулся на тротуар, продолжая свой путь. Вглядываясь в лица людей, не боящихся выходить на улицу в такое неспокойное время, он видел то, с какой осторожностью оглядывался вокруг каждый прохожий. Они не чувствовали себя в безопасности даже в окружении полицейских, обещающих дать им защиту. Они понимали, что угроза не миновала, что в любой момент человек, идущий с ними рядом, может применить свои сверхспособности и оказаться злом. Мутанты – зло, так они считают. Так считает правительство, и в этом уверен Себастиан.
На прошлой неделе убогие подростки с отклонениями, которые они называют сверхспособностями, разграбили магазин, покалечив десятки людей, а ещё раньше в разных уголках города было найдено около пяти трупов мужчин и женщин. После экспертизы было установлено, что к их смертям причастны мутанты. И как же Себастиан ненавидел этих тварей за такую жестокость и вседозволенность. Они ещё требуют равноправия, требуют признания, снисходительного отношения. Хотят, чтобы люди считали их подобными себе. От мысли о такой возможности Себастиан скрипнул зубами, сделал последний глоток эспрессо и, со злости смяв пальцами стакан, выбросил его в урну перед входом в здание.
Охраннику даже не пришлось потребовать удостоверение, потому что уже привыкший к этой процедуре Себастиан держал документы наготове. Его пропустили внутрь без лишних вопросов, только коротко поприветствовав, на что Смайт быстро кивнул в ответ и прошёл на ресепшен. Из-за стойки ему улыбнулась милая девушка.
― Доктор Мейсон, здесь? ― сняв очки и принимаясь искать им место во внутреннем кармане пиджака, спросил Себастиан.
― Да, он у себя. А вам назначен приём?
Ничего не ответив на заданный вопрос, Смайт направился дальше. Он миновал узкий коридор, где на стенах были развешаны плакаты с информацией о том, какими способами все члены секретных служб по отслеживанию мутантов помогают обществу и всему человечеству стать свободней и богаче. Также на этих плакатах были представлены образцы «лекарств будущего», которые могли скоро поступить в продажу и даже те, которые могли быть изобретены, но для этого требовалось больше экземпляров.
Миновав коридор, Себастиан оказался в просторном холле. Здесь находилось шесть дверей, каждая из которых вела в отдельный кабинет. Смайт подошёл к одной из них, сверился с табличкой и, наконец, вставил свой пропуск в специальное отверстие. Вскоре красная кнопка индикатора сменилась зелёной, и железная дверь автоматически отъехала в сторону, почти не наделав шуму. Себастиан вошёл внутрь, и она закрылась за его спиной.
― Мистер Смайт? ― седоволосый мужчина в белом халате явно был озадачен такой внезапной встречей. ― Вы не должны быть здесь. Что-то случилось?
― Нет, ― на лице Себастиана появилось подобие дружелюбной улыбки, и он сделал несколько шагов навстречу доктору. ― Зашёл узнать, как продвигаются дела. Ведь ради чего мы все стараемся, собственно говоря?
На лице старика отразилось недоумение.
― Мы работаем над теми образцами, которые есть в нашем распоряжении, ― неуверенно произнёс он, смотря на Себастиана так, будто подозревая его в чём-то.
― Их достаточно? ― Смайт подошёл к столу, возле которого стоял доктор, и опустил взгляд на наполненные шприцы, пугающие своим видом инструменты и колбы с кровью.
― На первое время хватит, ― будто осмелев, начал говорить старик. ― Но хотелось бы намного больше. Видите ли, многие из экземпляров не переносят опытов.
― То есть? ― взгляд Себастиана снова обратился к доктору.
― Они умирают, ― откровенно ответил тот. ― Я надеялся, что мутанты будут более восприимчивы к препаратам, но все мы ошибались. Даже самая маленькая доза может привести к гибели очень ценных образцов, и мы ещё не научились определять необходимые пропорции.
― Мы, в свою очередь, делаем всё, что можем, ― заверил Себастиан. ― Кстати, один мой хороший друг уже поймал рыбу за хвост.
Он широко улыбнулся, радуясь победе Блейна так, будто она была его собственной. Только по взгляду доктора можно было понять, что ему нужны подробности.
― Мой напарник вышел на мутанта, который очень скоро должен появиться в вашей лаборатории.
― Это потрясающая новость! ― потерев ладони друг о друга, воскликнул Мейсон. ― И какая у него способность?
― Это… Пока неизвестно. То есть я не интересовался, но обещаю, что…
― Ладно. Не так уж и важно, чем эта тварь владеет. Главное, что у нас будет ещё один подопытный кролик.
― Он уже загнан в клетку, не беспокойтесь, ― улыбнувшись, ответил Себастиан, а потом проследил за тем, как доктор взял один из лежащих на столе шприцов, взболтал прозрачную жидкость, которой тот был наполнен, и внимательно посмотрел на Смайта.
― У меня осталось одно незаконченное дело. Не хотите присоединиться?
Себастиан неуверенно кивнул и проследовал за стариком, попутно застёгивая пиджак на единственную пуговицу. Они спустились вниз по ступенькам, остановились возле какой-то двери, которую Смайт не видел здесь раньше, и пальцы доктора быстро забегали по цифровой клавиатуре, вбивая шифр. Себастиан даже не попытался его запомнить, потому что символов было слишком много, а потом дверь перед ними открылась, и доктор Мейсон жестом пригласил его войти следом.
Здесь царила непроглядная темнота до тех пор, пока не щёлкнул включатель, и в помещении стали одна за другой загораться лампы. Теперь Себастиан мог видеть, что это была небольшая палата, в углу стояла койка, на которой лежала девушка, чьё лицо было разукрашено множеством синяков, кровоподтёков и царапин. Она лениво открыла глаза, щурясь от яркого света. Её руки и ноги были крепко привязаны к конструкции, на которой она лежала, а рот был заклеен плотным пластырем.
Девушка выглядела болезненно уставшей, глаза явно раскраснелись и припухли от слёз, на запястьях уже виднелись ранки, натёртые жёсткими ремнями. Она что-то тихо промычала, взглянув на Себастиана, но он лишь брезгливо на неё покосился, а потом обратился к доктору.
― Что у неё за способности?
― Были, ты хотел сказать, ― поправил старик, выпуская струю жидкости из шприца в воздух.
― Были? ― Себастиан нахмурил брови, не понимая этого уточнения.
― Она лишилась сил, ― безразлично пожав плечами, ответил он и подошёл к койке. Девушка беспомощно застонала, закачав головой, а в уголках её глаз выступили слёзы. ― Тебе не рассказывали? Эти твари больше не могут использовать свои способности после одной инъекции, которую мы вводим им в самом начале.
― Весьма предусмотрительно, ― заметил Смайт, после чего проследил за тем, как доктор грубо схватил девушку выше локтя, когда та вздумала сопротивляться, извиваясь на койке. ― Что вы делаете?
― С ней мы уже закончили, ― он поднёс шприц к выпуклой вене на руке и, не заботясь, ввёл иглу.
― Вы… Это убьёт её? ― Себастиан почувствовал лёгкую тошноту при виде того, как девушка дёрнулась, и шприц выскочил обратно, но доктор тут же ввёл его снова. Кровь заструилась по бледной коже.
― Да, ― непринуждённо ответил старик. ― Она не представляет больше никакой ценности.
Себастиан медленно кивнул, поджав губы и не отводя взгляда от беспомощно сжимающихся пальцев девушки.
* * *
Расслышав шум в прихожей, Блейн поднял глаза от книги и стал прислушиваться к шагам. На самом деле, события фантастического романа совсем его не волновали. Смотря на страницы, Блейн думал совершенно о другом, перечитывая одну и ту же строчку по нескольку раз. ― Себ, это ты? ― Нет, ― появившись в дверном проёме комнаты, отозвался Себастиан. ― Это маньяк, который пришёл, чтобы тебя изнасиловать. ― Если честно, то очень похоже на тебя, ― Блейн усмехнулся на скорченную Смайтом возмущённую гримасу. Тот прошёл к кровати, на которой сидел Андерсон, снимая с себя пиджак. Избавившись от вещи, он откинул её в сторону, а потом пролез поближе к другу. ― Что читаешь? ― Себастиан перевернул книгу, чтобы взглянуть на обложку и название, после чего громко её захлопнул, отложив в сторону и бесцеремонно разместившись на коленях Блейна. ― Ты хотя бы… ― Как твои дела? ― перебил Смайт, снизу вверх посмотрев на друга, и тому ничего не осталось, как проглотить последнее, что он собирался сказать и, пожав плечами, ответить на вопрос. ― Всё… нормально? ― Ты понял, о чём я. ― Нет, ― чувствуя нарастающую внутри тревогу, соврал Блейн, на что получил упрямый взгляд Себастиана. ― Тот парень. Курт или как там его? ― А что с ним? ― Ты увиливаешь от ответа или издеваешься? ― Себастиан свёл брови у переносицы, не до конца понимая поведение друга. Он не хотел говорить об этом с ним? ― Да, нет же! ― странно, но вышло убедительно. ― Просто не знаю, для чего ты спрашиваешь. ― Для чего? ― искренне возмутился Смайт. ― Прошло уже четыре дня, если ты не заметил, а мы до сих пор не знаем, что за способность у этого выродка. Блейн поджал губы, чтобы не выронить ничего непростительного в защиту Курта. Это последнее слово, как ножом по сердцу. Себастиан никогда не выбирал выражений, когда дело касалось мутантов, поэтому стоило привыкнуть и раньше. Но почему-то раньше Блейн не замечал за собой такой реакции. Он сделал вдох, чтобы успокоиться. ― Мы знаем, ― тихо произнёс Блейн, и брови Себастиана слегка приподнялись в ожидании. ― И? ― Это лёд. Ну, знаешь, он владеет всякими штуками, которые… ― Я понял, ― прервал Смайт, улыбнувшись. ― Думаю, в лаборатории порадуются такой находке. По их мнению, мы работаем слишком медленно. ― Неужели? ― не скрывая злости в голосе, процедил Блейн, но Себастиан, к счастью, счёл это за обычное недовольство, направленное на ограниченные сроки. ― Да, они хотят, чтобы мы управлялись с одним объектом в течение недели. ― Так просто? Одна неделя на то, чтобы заслужить доверие, стать другом или чем-то большим? ― Перестань, ― фыркнул Смайт. ― Научись приспосабливаться. Если появились сроки, то действуй настойчивее. Только и всего. ― Каким образом? ― раздражённо бросил Блейн. На это Себастиан развёл руками. ― Тебе виднее. Насколько далеко зашли ваши отношения с Куртом? ― Они… Мы… То есть, ― Блейн снова запнулся, чтобы взять паузу. Нужно было собрать все мысли в кучу, а чувства запереть на замок где-то очень глубоко внутри, потому что они мешали сейчас и способны были выдать его с головой. Себастиан продолжал сверлить друга недоверчивым взглядом. ― Мы движемся в верном направлении. ― Насколько далеко? ― нетерпеливо повторил свой вопрос Смайт. ― Думаю, что осталось совсем немного, ― приложив усилия, для того чтобы произнести это, ответил Блейн. Он получил одобрительную улыбку Себастиана, а ещё тупую боль в сердце. Непонятную даже ему самому. Смайт поднялся с колен Блейна и приблизился к его лицу. ― Ты можешь рассчитывать на мою помощь, знаешь? Блейн вздрогнул, когда ладонь Себастиана заботливо легла на его щёку, но попытался сдержанно кивнуть, не отводя взгляда от его глаз. Представляя на их месте голубые глаза Курта и то, как он будет смотреть в них при следующей встрече, чувствуя себя предателем. ― Да, я… Когда мне понадобится… ― Это ведь случится очень скоро, да? ― в надежде услышать положительный ответ, спросил Себастиан. ― Дай мне ещё три дня, ладно? ― Не больше, ― улыбнувшись, сказал Смайт и поцеловал Блейна в щёку.* * *
Курт остановился, чтобы отодрать от брюк, налипшую на них траву, и смахнуть пыль с кроссовок. Они шли уже слишком долго, а Рейчел всё приговаривала, что осталось совсем немного. Курт поверил ей несколько раз, но сейчас уже не был уверен в правдивости этих слов. На автобусе они выехали за город, нашли какой-то старый парк, в котором не было ни души, сначала долго петляли по заросшим тропинкам, потом спустились по разваливающимся ступеням и, пройдя ещё немного, оказались здесь. Курт не успевал за Рейчел, пытаясь понять, где они находятся. ― Осталось совсем… ― Нет! ― неожиданно перебил её Курт, на что Берри даже обернулась, подарив ему недоумевающий взгляд. ― Ты меня больше не обманешь. ― Правда, это было где-то здесь. ― Не ты ли говорила то же самое… ― Хаммел не успел договорить, как споткнулся о камень и чуть было не упал, кое-как удержав равновесие. ― Это точно здесь! ― даже не обратив внимания, воскликнула Рейчел. Она прошла под веткой раскидистого дерева, и Курт, наклонившись, проследовал за ней. Когда он выпрямился и отряхнулся от посыпавшихся на него сухих листьев, то увидел перед собой какой-то заброшенный дом. Это был всего лишь один этаж, не покрытый крышей. Строение разваливалось будто на глазах, но нельзя было не согласиться с тем, что это идеальное место для них. ― Идём же, ― поторопила Рейчел и взобралась на крыльцо. Курт кивнул ей в ответ и сделал то же самое, после чего прошёл в дверной проём, заглядывая внутрь. Помещение не было разделено на комнаты, поэтому представляло собой большой светлый зал с выбитыми стёклами и с посыпавшейся на потолке штукатуркой. Здесь было довольно просторно, но не слишком безопасно. Курт боялся, как бы эта хрупкая конструкция не обрушилась на их головы во время тренировки. По крайней мере, это место находилось далеко от людских глаз и обещало сохранить их тайну. ― Как ты узнала… ― Об этом месте? ― спросила Рейчел. ― Это не я. Мне рассказали о нём уже давно. ― Кто? Медленные шаги Курта раздались слишком громко, отскакивая от стен пустого зала. Рейчел тоже прошла немного вперёд и остановилась, не оборачиваясь. ― Неважно. Его уже нет. ― Кажется, я помню, как… ― Мы с ним тоже занимались в этом зале, ― немного надломленным голосом продолжила Берри, развернувшись к Курту. ― Он владел огнём, и это было очень красиво, знаешь. Хаммел огляделся и теперь на стенах заметил чёрные следы от языков пламени, которые не замечал раньше. Он помнил рассказы Рейчел о каком-то парне, с которым она познакомилась год назад. Она сразу выяснила, что он ― мутант, поэтому Курт не беспокоился, когда они проводили время вместе. Берри была воодушевлена этим знакомством, это было видно, только она не часто делилась рассказами о нём. Курт лишь знал, что его звали Финн, и что ей нравилась его своеобразная манера шутить. Но однажды и это прекратилось. Рейчел больше не упоминала о Финне, больше не было улыбки на её лице и разговоров о том, как здорово они погуляли в парке или сходили в кино. ― Начнём? ― прервала размышления Курта Рейчел, и тот немного растеряно посмотрел на неё. ― Я не знаю, что нужно сделать, для того чтобы… ― Хаммел приподнял руки ладонями вверх, словно это могло помочь девушке лучше понять природу его сомнений. ― Скажи, что ты делаешь, когда хочешь изменить внешность? ― Ничего. Просто представляю того человека, в которого хочу перевоплотиться, ― Рейчел закрыла глаза всего лишь на секунду, а когда открыла, то перед Куртом стояла уже не она. Это был парень с тёмными волосами и выразительным взглядом. ― Хорошо, я должен… Должен подумать об этом, так? ― Курт отвернулся в другую сторону, чтобы в случае чего не задеть подругу, и выставил руку вперёд, крепко зажмурившись. ― Просто покажи мне себя, ― шёпотом произнёс Курт. Он совсем ничего не почувствовал и открыл глаза, убеждаясь в том, что ничего и не произошло. Тогда Хаммел потряс запястьем и принял ту же позицию. Он собирался не думать ни о чём другом, кроме силы, сидевшей внутри него. Нужно было сконцентрироваться, попробовать вызвать всплеск эмоций, чтобы расшевелить что-то неконтролируемое, колючей проволокой свернувшееся где-то в груди. Курт глубоко вдохнул, мысленно сосредоточился на своей цели, сжав и разжав пальцы, и, наконец, подался вперёд. Он снова распахнул глаза, но ничего не произошло. У него не вышло. ― Знаешь, в чём твоя проблема? ― Курт повернул голову, чтобы через плечо посмотреть на Рейчел в образе незнакомого ему парня, которая стала подходить ближе. ― Ты слишком много думаешь. ― Ты же сама сказала, что я должен… ― Ты должен представить, ― перебила она. ― Сиюминутная мысль. Понимаешь? Курт неуверенно кивнул, заняв свою позицию и обратившись лицом к противоположной стене. Он собирался представить то же, что происходило в том сне. В сегодняшнем сне, когда все эти фокусы со льдом казались такой простой забавой. Так легко ледяная субстанция вырывалась из-под его пальцев, что, казалось, нет ничего проще на свете. Этого Курт и пытался добиться. Он представил озеро. Представил ледяные пластины под своими ногами и почувствовал холод кончиками пальцев, а ещё то, как закипело напряжение в жилах. Улыбка коснулась его губ, но Курт одёрнул себя, сейчас ему необходима концентрация. Огромная сила тонкой нитью скользнула по устьям его вен, просочилась сквозь их замысловатые переплетения и горячей болью обожгла задрожавшую ладонь. Сердце Курта забилось в разы быстрее от предвкушения и страха всё испортить. Это его шанс, который нельзя упускать. Он должен показать самому себе на что способен. Курт сжал пальцы, разжал их, и тут же в стену ударила мощная ледяная струя, от столкновения с твёрдой поверхностью разлетевшись на множество мелких осколков. И пока Хаммел снова не сжал пальцы в кулак, она продолжала бить в одно и то же место. Удар был настолько оглушительным, что Рейчел за его спиной вскрикнула и прикрыла уши. Обернувшись, Курт увидел это, а так и то, что теперь Берри приняла свой облик. ― Это всегда выходит так… Громко? ― Не знаю, ― признался Курт, прижимая к груди своё пульсирующее запястье другой рукой, словно боясь, что оно само по себе может причинить вред. ― Я никогда не делал такого. Только в своих снах, но это не одно и то же. ― Ладно, ― Рейчел приблизилась к нему, с опаской поглядывая на подрагивающую руку. ― О чём ты подумал? ― Об одном из сновидений. Я рассказывал тебе. Оно было настолько ярким, что я не смог отличить его от реальности. ― Да, и твою комнату мы потом от морозильной камеры отличить не смогли. ― Я попробую ещё, ― предупредил Курт, и Рейчел предусмотрительно отошла, предоставляя другу побольше свободного пространства. На этот раз Хаммел повернулся к окну, в котором было выбито стекло. В идеале он мечтал о том, что всего лишь одним движением руки мог бы воссоздать ледяную гладь вместо стеклянной. А сейчас ему просто хотелось хотя бы постараться не задеть раму. Курт сделал очередной вздох, раскрыл ладонь, мысленно попытался представить результат, но не успел, потому что хрупкая и в то же время мощная струя уже вырвалась наружу. Она пролетела сквозь отверстие в стене, проломив деревянную раму, и упала в нескольких метрах от Курта, который тяжело дышал, наблюдая за этим и оставаясь на месте. Разочарование снова накатило долгожданной волной, и Хаммел опустил плечи, всё ещё ощущая силу в своих руках. Она никуда не делась, поэтому нужно было продолжать.* * *
Курт облизнул губы, чтобы распробовать вкус, задержавшийся на них после очередного долгого поцелуя. Он так любил это: смотреть на Блейна в тот момент, когда его ресницы были ещё опущены, рот соблазнительно приоткрыт, а грудная клетка слабо приподнималась снова и снова, как будто до этого он совсем не дышал. После этого его глаза открываются, и он смотрит на Курта с какой-то надеждой, тоской и нежностью. Поэтому Курт не выдерживает и в который раз приближается к лицу Блейна, чтобы потом прильнуть к влажным губам и ласкать их своими долго, не отрываясь ни на секунду. Блейн простонал от очередного прикосновения, широко открыл рот, позволяя Курту языком проникнуть внутрь и взять всю инициативу на себя. Андерсон, в свою очередь, подчинялся его настойчивым движениям. Он распахивал губы, пытаясь поймать губы Курта, которые находились так близко, кружили совсем рядом, но не поддавались. Хаммел словно дразнил его, отстраняясь, не давая себя попробовать, а потом вновь припадая к Блейну в глубоком поцелуе. И Блейну это нравилось, он улыбался, обнимая лицо Курта руками и притягивая его ближе, срывая прикосновение за прикосновением, влажными отпечатками остающиеся на коже. Курт чуть отклонился назад, остановил рукой, нетерпеливо последовавшего за ним Блейна, поймав на себе его недоумевающий взгляд. Но Хаммел собирался развеять его сомнения, он снова приблизился, чуть высунув язык и оставляя Блейна на месте, после чего влажно провёл самым кончиком по нижней губе Андерсона. Тот судорожно выдохнул, поддавшись вперёд и поймав губы Курта для ещё одного поцелуя. ― Я мог бы продолжать так целую вечность, ― признался Блейн, опустившись на траву. Курт зашевелился на нём. ― Можем это проверить? ― Почему бы и нет? ― Блейн ладонью ласково провёл по щеке Курта, и тот на секунду прикрыл глаза от наслаждения. Ему так нравились эти маленькие знаки внимания. ― Не помнишь, сколько часов длился самый долгий поцелуй? ― Нет, а что? ― Хотел рассчитать возможность на то, чтобы побить рекорд, ― Хаммел усмехнулся, притронувшись пальцами к виску Блейна. Тот не издал ни звука, просто его глаза в одно мгновение застыли, потеряв жизнь. Рот так и остался приоткрытым, только губы посинели, словно на улице внезапно стало невыносимо холодно. Волосы и ресницы покрылись инеем, а тёплая ладонь, так и оставшаяся на щеке Курта, вдруг стала ледяной. ― Блейн? ― Курт с ужасом в глазах наблюдал за этим, боясь поверить в произошедшее. ― Блейн? Блейн, пожалуйста, нет, ― он стал трясти Андерсона за плечо, поглаживая по бледной щеке. Но тот его не слышал. Он лежал неподвижно, устремив застывший взгляд сквозь Курта и не в силах больше пошевелить губами. Он был мёртв. ― Блейн, нет! Господи, ― Хаммел чувствовал горячие слёзы, которые не был способен сдержать, а ещё холодную ладонь Блейна в своих руках. Курт проснулся, широко распахнув глаза и шумно втянув в лёгкие воздух. Он понял, что на щеках остались мокрые дорожки от слёз и принялся их вытирать, лихорадочно осознавая и то, что это был всего лишь сон. Ещё один кошмар, хуже всех остальных, которые ему приходилось видеть. ― Курт? ― справа раздался чей-то голос, но из-за мыслей Хаммел не сразу понял, кто его звал. Он повернул голову, увидев Блейна, который справлялся с кассой за стойкой. ― Я уснул? ― осведомился Хаммел, оглядываясь, чтобы найти часы и узнать, сколько времени проспал. ― Да, но не беспокойся, ― улыбаясь, заверил Блейн. ― Я обслужил трёх клиентов, и все они остались довольны. Курт облегчённо выдохнул, потёр воспалённые от нечаянных слёз глаза и встал. Он пересёк помещение своего магазина, подойдя к Блейну. ― Все деньги я оставил здесь. Можешь пересчитать, а чеки... ― но Андерсон не успел договорить, потому что Курт прервал его внезапным объятием. Он крепко прижал Андерсона к себе, утыкаясь носом в изгиб его шеи и мысленно радуясь тому, что ещё не смог причинить вреда этому парню. Курт не простил бы себе такую оплошность, поэтому даже сейчас его ладони не коснулись Блейна. ― Всё в порядке? ― осторожно спросил Андерсон, бережно обнимая Курта в ответ и чувствуя то, как неспокойно бьётся его сердце. ― Да, я... Просто видел кошмар, ― он поцеловал щёку Блейна, прежде чем отстраниться. ― Пора закрывать магазин? ― Да-да, ― Хаммел растерянно огляделся, взглядом разыскивая ключи. ― Подождёшь меня снаружи? Блейн кивнул и вышел, спустившись с крыльца. Он видел, как беспокойно спал Курт, как постоянно вертелся и жмурился, а ещё то, как в уголках его глаз собирались слёзы. Что-то мучило его. Возможно, это было связанно с прошлым, а, может быть, опасения из-за будущего. Ведь Курт должен был понимать, что находится в опасности каждый день и каждую минуту. Должен чувствовать себя загнанным в тупик, потому что всё вокруг давит на него. Правительство создаёт идеальные условия для «невыживания», а любой человек, появляющийся в его жизни, представляет собой потенциальную угрозу. Как сложно, должно быть, бояться доверять. Такая простая потребность, в которой ты отказываешь себе ради своего же блага. Блейн вздохнул, поджав губы и опустив глаза, а потом быстро обернулся на Курта, который, справившись с замком, подошёл к нему. Андерсон не смог не улыбнуться парню. ― Я провожу? ― с надеждой спросил Блейн. Себастиан говорил, что ему нужно узнать адрес, на всякий случай, если они вдруг потеряют с ним связь. Курт уже хотел согласно кивнуть, как заметил протянутую к нему навстречу руку, и инстинктивно отшатнулся назад, прижимая свои руки к груди. ― Н-нет, не стоит… Я думаю… Не надо, правда. ― Курт? ― Блейн обиженно прищурился, пытаясь понять, в чём дело. ― Мне нужно зайти ещё в одно место, поэтому… ― Курт с опаской обошёл Блейна, держась на расстоянии и попятился назад, продолжая говорить, ― В следующий раз, ладно? ― Хорошо, ― расстроенно согласился Андерсон, не переставая сверлить парня подозрительным взглядом. Не попрощавшись, Курт развернулся, пока его ничто больше не останавливало, и быстро зашагал от магазина. Его руки, плотно прижатые к груди, дрожали, и он мечтал поскорее оказаться дома. Подальше от угрожающего разоблачением города.
