Под золотым небом

«Но такие, как Брейк», думает Гилберт, «должны быть рыцарями – но не спасать принцесс из огромных замков, а вместе с драконом дурить людям головы». Официальные собрания Пандоры невообразимо скучны – протокол предписывает присутствовать на них всем, включая самых мелких служащих, а кто в их обществе будет обсуждать по-настоящему важные вопросы. Зарксис словно читает ее мысли: усмехается и, предварительно проследив, что герцог Барма смотрит в другую сторону, кидает в нее карамельку. Гилберт ловит, за что тут же получает неодобрительный взгляд главы рода Найтрей. Но такие, как Брейк, должны быть шутами на королевской службе и - по воле Его Величества – кому дарить злую шутку, кому – отравленную иголку. Учитывая, как умеет шутить Брейк, Гилберт не уверена, кому повезет больше. В портсигаре последняя сигарета: Ворон шарит по карманам в поисках спичек, но кто-то, мнимо заботливый и услужливый, протягивает уже зажженную. - О себе бы лучше позаботился, - фыркает девушка, но с наслаждением затягивается: чтоб его, этого зануду Барму с его неприязнью к дыму. - Я себя прекрасно чувствую, - тянет альбинос и без спроса садится на подоконник. – Но я рад, что тебе не безразличен. - Иди в Бездну. - И я тебя. Никотин медленно впитывается в легкие. - В самом деле, Гил, - смеется Зарксис. – Сколько можно быть такой букой? Тебе стоит думать больше про своего дорогого господина – он гораздо беззащитней меня. Гилберт ни капельки ему не верит: ни веселому тону, ни вечной улыбке, ни чересчур искренней интонации. Потому что такие, как он, поклянутся всеми силами Тьмы и Света, что никогда не умрут. И безрассудно сдохнут первыми.