Vereri praeteritum, fcreare uturum.

В полной темноте они пробираются сквозь небольшой, но довольно глухой лес. Мукуроу ведет их за собою. Один лишь бонус от Вонголы. При себе их кольца и коробочки. От дыма не видно ни зги, но они упорно пробираются вперед. Враг спасается, как может. Он был готов к смерти, но так просто он не сдастся. А вдруг фортуна ему улыбнётся. Слишком часто с этим сталкивался Мукуро и не разу Тсуна. Но кажется, что все пройдет хорошо, обязательно будут хорошо и неважно, что Савада, словно ребёнок вертит головой, а Рокудо косится в его сторону. - Лес жалко, - жалобно протягивает Тсуна. Лес и вправду жалко. Густые кроны деревьев, что скрывают за собою небо и губят малые ростки, не позволяя им выйти к свету, закрывают собою всё. Но те, что захотят жить, обязательно подвинут титанов этого леса. Так же как и они. Стволы обнять невозможно даже наполовину для него. Красивый, будто из какой-то сказки. - Согласен, - Мукуро тоже жаль стариков природы. В этом мире больше всего природу любит он. Она невинна, чиста, хранит молчание и боль. Если надо, может и хищником быть. Ему нравятся росянки. Они красивы и опасны. Таят в себе сладость жизни и смерти. Природа единственная кто является настоящим историком, она может рассказать правду об этом мире, о тех, что приходили, о тех, кто умер. - Ладно, - с сожалением вздыхает Тсуна. - Пошли с подземного? - А может с главного? - Мукуро нагло ухмыляется, зазывая босса за собою. - Позер, - фыркает в ответ Савада. Небольшой особняк в глубине леса. Здесь находится одна из семей, что является одним из старейших кланов идущих за Вонголой. Мукуро спокойно открывает двери главного входа, проходя вперед, и лишь потом пропускает за собою босса. - А вы нахальны молодые люди, - усмехается старик, сидя в глубоком кресле и держа в руках бокал. - В наше время мы были поскромнее. - Вы так ярко и красочно нас встретили, - усмехается Тсуна, проходя вперед. - Что мне показалось, что это было предлежащее чувствовать себя как дома. Старик хрипло смеется, приглаживая бровь. Мукуро встревожен. Тсуна сегодня в первый раз покинул стены Вендикаре, отправляясь в месте с ним на первую миссию. Скорее разведку, для них же. Он всегда атаковал без разбору, сразу же вытаскивая всю информацию. А тут... - Я знаю, кто ты, я знаю, что с тобой сделали, - старик обращает свои бледные глаза на мальчика. - Я знаю, зачем ты пришёл. - Тогда, сможешь ли ты дать мне ответы? Старик играет бликами в бокале, иногда посматривая через на мальчишек. Для него эти ребята всего лишь дети не больше. Но в их глазах есть то, что ему нравится. - Ты ведь знаешь наверно уже, что Ноно с детства в крови. - Нет, я не знаком с его юностью. - Слушай внимательно мальчик и попробуй понять. Старик продолжает задумчиво вертеть бокал, Тсунаёши терпеливо ждёт. Мукуро зорко следит. В его руке медленно кружат частицы тумана, словно пыль в янтарно-вечерних лучах. - Ноно был уличным воришкой в одном из старых районов. Его отца убили по пьяни, а матери он и не знал. Баба умной оказалась. Сразу ушла. Так он и остался на улице. Всё логично и привело бы к стандартной истории из мира бродячих. Мы были с ним неприятелями. Простые дворовые разборки за карманы прохожих. И как бы мне не хотелось признавать, но он был ловчее меня и даже умнее. Старый сыч усмехается, делает глоток вина и возобновляет историю, ведомую лишь ему. - Тогда для него был тяжелый период. Он выживал, как мог. Воровал, жил в заброшках, но каждый день вставал и шёл к своей цели. Он хотел убить того мафиози, что застрелил отца. Это была простая, но расчетливая месть. Он шёл к ней по четко выстроенному плану, которого мы не знали. Мы смеялись, а он лишь скалился. До тех пор, пока ему не улыбнулась фортуна. Восьмая нуждалась в помощи. Старик, ставя бокал на стол, хлопает в ладоши, восклицая: - Кто бы мог поверить в этот бред! А быть может, уже тогда он сделал так, как нужно ему. Кто бы мог подумать! Это судьба: удача подбросила случай. Если честно, я до сих пор не верю. У старика огонёк в глазах. Савада уже сменил не одну позу. И вправду, кто бы мог подумать... - Она сделала его своим наследником. Представила его как сына. Почему и как это произошло - до сих пор тайна, которую Ноно очень бережно скрывает. На любой вопрос он усмехался. Он убил её. Это мы знаем точно. И как сын, провозглашенный принц встал на трон. - Эта история кажется мне знакомой, - Тсунаёши хмурится, а вот Мукуро наоборот сосредоточен. - Да, Тсунаёши. Занзас, это повторение, которому он не дал случиться. И как только Ноно почувствовал угрозу от названного сына, сразу же усыпил его на много лет. - Но он имел пламя с рождения? - Именно! Иначе бы Восьмая не назвала его наследником. Как потом стало известно, она не могла иметь детей. Но правда это или нет, никто точно не знает. - И тогда? - И вот тогда мы увидели его во всей красе. Он подтянул нас всех. Мы оказались в его руках. Ноно умело тянул за ниточки, и только с возрастом стало понятно, что мы лишь куклы в его руках. Ситуации были созданы так, что можно было сетовать лишь на судьбу да суку жизнь. - Ясно. Я сумел узнать от вас много нового. Всё остальное лишь пыль. - И что ты будешь делать с этой информацией? Тебе не доказать, мы не смогли. - Вначале проверю сказанное вами. - Тсунаёши поднимается с места, собираясь уйти. Разговор с этим человеком не имеет продолжения. Рассказы сбрендивших на власти и деньгах стариков не имеет смысла дольше слушать. Основа есть и хватит. - Что будет дальше? - старый дон спрашивает скорее для порядка. Он видит, как пламя копится в руке хранителя, но он и в жизни не думал, что сумеет увидеть его. Мукуро призвал самого древнего, огромного стража ада. Горящий в пламени он медленно подходит к своей добыче, показывая клыки, взгляд зверя рассказывает об ужасах, что ждут старого дона в аду. Мукуро идет с ним, похлопывая там, где должен быть загривок. И только когда дверь за Тсунаёши закрывается, Мукуро спускает пса на застывшего от ужаса старика. Тсунаёши пробегаться взглядом по обуглившемуся лесу с сожалением. Ему бы хотелось, чтобы величественные цари природы никогда не умирали. Но люди не умеют ценить живое, будь-то животное или растение, неважно. - Закончил? - спрашивает Тсунаёши, как только слышаться шаги. - Да. - Давай домой. Появилось несколько интересных моментов. Нужно разобраться. - Ты про смерть восьмой? - Мукуро тихонько подходит со спины. Ему нравится запах его Неба. Он проводит носом по открытой части шеи, вдыхая пьянящий аромат, прикоснется к пояснице, и в этот момент Тсуна отходит в сторону, не позволяя большего. Изгнанник досадно цокает языком, но все же следует за боссом. Он не может настаивать, хочет, но не может. Ему кажется, что он скоро сорвется. Либо возьмет желаемое силой, либо забьёт на все, махнув рукой.