In-Game

The colors conflicted As the flames climbed into the clouds I wanted to fix this But couldn't stop from tearing it down © Linkin Park – Burn It Down

…Она безумна – и упивается своим безумием. Она ныряет в этот омут без остатка, она дышит под этой виртуальной водой, она пляшет в небесах – и в её глазах отражается туманная дымка несуществующего неба. Она тянет за собой, приглашая станцевать вместе с ней – и ты соглашаешься, принимаешь эти правила игры. Потому что это и твои правила игры тоже. Потому что ты тоже живешь в своем выдуманном мире. Просто пересеклись случайно ваши поля зрения в этом тумане войны. Просто вы видите одно и то же, и этот туманный лес – один на двоих. - …А в реале как тебя зовут? - Триша. А тебя? - Не поверишь, – хихикает она. – Лира. Просто Лира. - Охотно верю, – киваю я отстраненно. Больше мы ни разу не называли друг друга по именам. Это осталось лишь между нами, нам всё равно проще обращаться по никам. В конце концов, мы никогда не увидимся в реальности, мы так и останемся друг для друга лишь голосами в наушниках, аватаркой в строке чата… Вас разделяют сотни километров – но её голос звучит совсем близко, вот она как будто поблизости, как будто сидит рядом, прислонившись спиной к твоей спине, взбудоражено комментируя происходящее на экране…

***

…Хлопья снега падали с серого неба, оседая на осеннюю опавшую листву. Траксес сидела молча, стараясь не шевелиться, только вслушиваясь в тихое дыхание рядом. Лиралей спала, но сон этот не был спокойный. То и дело в её вдохах проскальзывали сиплые всхлипы, то и дело она вздрагивала, плотнее кутаясь в тоненький плащ, никак не защищающий от окружающего холода, становящегося всё сильнее и сильнее. Дроу была привычна к холоду. К ночным теням, пляшущим на границе её поля зрения. Они давно уже не пугали её как в детстве, они стали родными, и в этих причудливых силуэтах угадывались переплетения желанных грез – и потаенных страхов, с которыми научился жить. Но ночь становится темнее, холоднее. Темноту вдруг разбивает вскрик - это рыжая лучница плачет во сне, уткнувшись в плечо беловолосой соседки. Этот вопль нарушает тишину, ломает покой, он пугает. Он напоминает о страхе перед темнотой, перед холодом, он звучит неожиданно жутко, как будто неся с собой отголоски чьего-то чужого безумия…

Эти сны… они преследуют её. Они слишком реальные, они сводят с ума. Раз за разом на этой сцене, лишь роли меняются. Вновь и вновь она видит всё чужими глазами, чувствует чужую боль.

Я – огненная птица...

Опьяняющее чувство полета, и ветер, распаляющий мое пламя. Мой голос – пронзительный крик, разлетающийся над развернувшейся внизу бездной, в которой вспыхивают и загасают огни сражения. Я – свет в темноте, я – огонь, горящий для других. Свеча, что сжигает себя, чтобы озарять путь в темноте идущим. Взлететь к облакам, сворачиваясь в полыхающий клубок, падая к земле. Не чувствуя боли, но зная уже, что это падение – последнее, что за ним уже не наступит перерождение. Что эту звезду, стремительно летящую в чёрную бездну, потушат так же легко, как тушат сигареты о холодные перила. Упасть вниз – и рассыпаться пеплом, как летит пепел от тех же сигарет, что сжигают нашу жизнь изнутри. Ты знаешь, как это больно – сгорать заживо?

Я – играющий с огнем...

Это всего лишь игра, новая схватка над горящим лесом. Мы как гонщики, на запредельной скорости мчащиеся по трассе ночью. Неверное движение – и твои ошметки от столкновения со столбом ещё долго будут искать по округе. Сводящее с ума чувство опасности, пугающее – и влекущее. Мотыльки летят на огонь, и пламя сжигает их дотла, и их хрупкие крылья осыпаются пеплом, падая в чью-то пепельницу. Они соревнуются, кто быстрее долетит до своего финала. Они сами разжигают тот огонь, в котором сгорят… Мы сами готовим себе наш костер, на котором нас сожгут. Не так ли, пляшущая с огнем?.. Давай посмотрим, кто быстрее сгорит на этот раз в искрящемся Аду, в который мы вместе превратим этот лес? Ты знаешь, что такое – когда горят сами кости?

…Где-то внутри она знает, кем будет в этот раз. И боится этого. Нет слов, как она любит и ненавидит эту фигурку…

Я – рыжая лучница...

Мой смех разносится ветром по лесу, как разносится огонь, сжирающий все на своём пути. Я и есть этот огонь, рыжим отблеском мелькающий за деревьями, и вновь играющий с тобой в старую смертельную игру. Сможешь потушить меня? Поиграй со мной… Давай вместе пропляшем через чёрный туманный лес, что оба мы знаем наизусть, и до реки, что вновь станет нашей общей могилой. Вновь ноги поскальзываются на холодных мокрых ступенях, и вновь мы оба кубарем летим в воду, собирая все каменные выступы по пути, ломая о них кости, но продолжая драться до конца. Уже зная, что умрем оба. Ты знаешь, как это жутко – понимать, что ты уже обречен, но продолжать сражаться, продолжать ухмыляться сквозь боль?.. Ты знаешь, как это страшно – захлебываться кровью, утопая в тенях, идя на дно, и пытаясь утянуть за собой другого?..

Я – …

***

Вздохнув, Траксес притягивает к себе спящую Лиралей, обнимая за плечи. Она – слабый источник тепла, но это всё, чем она сейчас может помочь. Помочь казалось бы незнакомой лучнице, забредшей в её лес. Лес, в котором вдруг потекло остановившееся время…