Твоё одиночество

Семь раз отмерь, один раз отрежь. Но у некоторых на это не хватает терпения

-Что мы имеем? - номер Эвергрин за один день был превращен в наш штаб. Сюда Эв притащила все свои наработки и заметки, которые успела найти в архивах. И теперь, сидя на мягком диване, я перебирала бумаги, которые взгромоздились на журнальном столике. -Ничего... - Бикслоу, что сидел напротив, заинтересованно разглядывал меня, склоняя голову то в одну сторону, то в другую. -Что? - не выдержав, я резко подняла глаза и посмотрела на парня. Тот усмехнулся и покачал головой. Тут я заметила, что Эв смотрит на меня с не менее обширным интересом. И только Фрид был занят делом. -Да я смотрю, что ты неплохо выступила, - Эв провела пальцем вокруг своего лица, намекая на мой расплывшийся макияж. Я поджала губы и снова опустила голову, разбирая бумаги. - Это нас, конечно, волнует, но ведь ты должна прийти с Дреером, а его мы не видим... -У него возникли дела, поэтому он ушёл, - я проговорила это, не отрывая взгляда от документов. -А, ну тогда ладно... - Эв усмехнулась и взяла стопку наработанного материала, чтобы сесть за соседний столик и пересмотреть их. Я не стала провожать девушку взглядом. - Может расскажешь, как ты попала на сцену цирка? -Это была всего лишь работа... - пробубнила я, бросая взгляд на Джастина. Мне хотелось найти поддержку хотя бы в его лице, ведь он там был. - Лучше расскажите, почему вы отправили Дреера. Фрид сказал, что будет кто-то из вас. -Его никто не отправлял... - Повелитель Душ широко улыбнулся, развалившись на диване рядом со мной. Я оставила несчастные бумаги в покое и вопросительно посмотрела на парня. Тот развёл руками. - А он сам вызвался, мол «за этой бестолочью только глаз да глаз нужен», - у него плохо получалось пародировать Дреера, но в моей голове всё равно появилось недовольное лицо предводителя Громовержцев, и даже эти слова были произнесены той интонацией, которая присуща только ему. Я кивнула Бикслоу и отвернулась, тяжело вздохнув. - Слушай, Люси... -Знаете, я устала, - отодвинув от себя стопку бумаг, я поднялась на ноги и одернула кофту. Бикслоу смотрел на меня снизу вверх, но я лишь поджала губы и отвернулась. - Продолжим завтра. Спокойной ночи, - не позволив кому-либо и рот открыть, я вышла из комнаты и закрыла дверь. Прижавшись затылком к стене, я закрыла глаза. Было довольно-таки трудно держать себя в руках. Меня всё ещё немного трясло из-за Лексуса, но так не хотелось показывать это Громовержцам. -Люси... - он двигается бесшумно. Я открыла глаза и посмотрела на Джастина, который вышел из комнаты Эв. - Ты плачешь? - он протянул руку, но я дернулась в сторону и провела рукой по щеке. Та и правда была мокрой. -Нет, видимо в глаз что-то попало... - я решительно направилась к двери в свой номер, но была перехвачена Фридом за запястье. - Ну что ещё? - мне хотелось жалобно всхлипнуть и попросить, чтобы меня оставили в покое, но что-то мне подсказывало, что никто моё желание выполнить не сможет. -Давай просто поговорим... - голубые глаза затягивали, и я поняла, что у меня нет никакого желания сопротивляться. Может быть, высказаться — это именно то, что мне нужно сейчас. Да, я не могла пойти к Эвергрин и всё ей рассказать, потому что я слишком слабая, чтобы признать свою зависимость от чужих слов. А Фрид... он всё знает. Лексус ему всё рассказал. - Идём... - он аккуратно потянул меня за руку в сторону своего номера. Дверь тихонько скрипнула, пропуская нас внутрь. Я сглотнула и опустила голову. Наверное, я буду об этом жалеть, но лучше всё же высказаться хоть как-то, чем молчать и страдать. - Садись, - Джастин указал мне на диван. Я упала на него без особого энтузиазма, скинула ботинки и подтянула коленки к груди. Джастин стянул с кровати покрывало и принес его мне, аккуратно накинув на плечи. Парень сел рядом, откинувшись на спинку дивана. - Лексус...сказал про рукопись, про свои чувства к тебе... Да и просто о тебе рассказал. -Ты теперь меня ненавидишь, да? - этот вопрос слишком сильно волновал меня, чтобы я просто закрыла на него глаза. Не знаю, что я чувствовала бы на месте Джастина, Эв и Бикслоу. Наверное, мне было бы очень обидно за Дреера. Хотя...что я могу чувствовать на их месте, если я даже со своими чувствами в своей ситуации разобраться не могу? Всё стало слишком сложно. -Нет, Люси, - Фрид качает головой, словно разговаривает с маленьким ребенком, объясняя ему элементарные вещи. Я чувствую себя невыносимо глупой и наивной, но это хоть какие-то чувства. Всё лучше опустошенности. - Ты не делала ничего плохого. -Я сделала из Дреера монстра, - да, именно так я и думала. Что своей слепотой превратила блондина в злодея его рукописей, а до меня он был абсолютно нормальным. -Всё не так... - Джастин шумно вздохнул. - Лексус сам виноват. Обычно он не медлит, но в твоём случае Лекс позволил Нацу завладеть всем твоим вниманием. Если бы он был...уверенным в себе, то всё сложилось бы иначе. -Как, Фрид? - я смотрю на него потерянными глазами. Наверное, он читает во мне отчаяние, потому что поддаётся вперед и обнимает меня. У меня нет сил его отталкивать, но и не особо хочется. - Как, чёрт побери? Если он был в меня влюблен, то сейчас уже ничего не осталось. У него ничего ко мне нет! Господи, лучше бы я ничего не находила... Лучше бы я вообще не брала его рукопись. -Тише-тише, - Фрид теряется, пока я всхлипываю на его плече. Я дрожу, стараясь взять себя в руки и успокоиться. Этого никто не должен был видеть. Даже Фрид. Я не могу так убиваться из-за Дреера. Я не могу так страдать. Но почему тогда у меня такое чувство, что меня убили дважды? Сначала Нацу со своей амнезией в связи с возвращением младшей Штраус, теперь Лексус со своим «ничего никогда не было». Неужели я такая лёгкая мишень? -Я сама себя не понимаю, Фрид... - выдыхаю, понемногу успокаиваясь. - Я его никогда не любила, так почему... почему несколько строчек его рукописи меня так...изувечили? Почему? -Ты просто впечатлительная, Люси. Вот и всё. Ты его никогда не любила? И не надо. Лексусу никто не нужен. Он в состоянии сам о себе позаботиться. Тем более изгнание сделало из него другого человека. Он уже давно не тот, что прежде... - Фрид поднимает моё лицо за подбородок и проводит большим пальцем по щеке. Я смотрю ему в глаза и понимаю, что они всё такие же холодные. Голубые льдины в ледяном море. -А что с тобой не так, Фрид? - я сглатываю, пока он гладит меня по щеке. Я не знаю, почему он это делает, но Джастин не отводит взгляд даже тогда, когда я делаю судорожный вздох. Почему-то мне страшно пошевелиться. - Ты...не пустой, как я... Ты холодный. -Общалась с Бикслоу? - он отстраняется медленно, словно растягивает этот момент, а я выдыхаю и прижимаюсь спиной к подлокотнику дивана. -Нет, - я не разговаривала со Стражем. Когда он сказал мне, что я пустая, то мне уже в тот момент было необходимо расплакаться, потому что никто не видел мою душу настолько оголенной, как он. И мне не было обидно, что Бикс сунул нос не в своё дело. Может быть это было связано с тем, что мне очень хотелось, чтобы в мою душу кто-то залез. - У тебя такие глаза. Глаза Эвергрин переполнены вечным желанием движения, у Бикслоу глаза горят нескончаемым весельем, у Лексуса — яростью. У тебя же они невыносимо холодные. Что произошло с тобой? -То же, что и с Лексусом... - Фрид смотрит на меня так, словно говорит не о душевной проблеме, а о погоде. У меня внутри всё натягивается подобно гитарной струне, но я продолжаю сидеть, притягивая к груди колени. - Я влюбился. Только вот...между мной и Лексусом есть различие. -И какое? - это нездоровое любопытство. И признавать это гадко. Когда в твоей жизни всё плохо, то ты с головой уходишь в чужие проблемы, чтобы не думать о своих. Это помогает, но лишь на время. Рано или поздно ты возвращается к исходной точке и снова начинаешь мучиться. -Я о своей влюбленности сказал, а он не смог, - Фрид выдыхает эти слова с особой горечью, словно жалеет о своём поступке. На его лице читается простая фраза «лучше бы я этого не делал», но он ничего не говорит больше. Смотрит перед собой и о чем-то думает. Я опускаю глаза на его руки. Длинные пальцы, подстриженные ногти, душа пианиста. Мне всегда было страшно думать о Фриде, потому что он слишком серьёзный человек. Я боюсь таких людей. С ними, конечно, надёжно, но всё равно липкий страх заливает твои вены. Ты живёшь в предвкушении чего-то. Может я испытываю нечто такое из-за того, что плохо его знаю, но что-то подсказывает мне, что от этого ощущения я ещё не скоро избавлюсь. -Ты в кого-то влюблен? - я не уверена, что хочу знать ответ на этот вопрос, но Фрид даже не поворачивает головы. -В Лисанну Штраус, - его спокойный тихий голос, который напоминает мне шелест травы, заставляет кровь в жилах мёрзнуть. Я не могу поверить в то, что он говорит мне. - Я сказал ей о своих чувствах перед её смертью. Она мне ничего не ответила, а потом её не стало, но... Как тебе известно, Лисанна вернулась, и теперь... - Фрид откидывает голову и смотрит в потолок, почему-то теперь мне хочется его обнять. - Я в прострации. Где-то в промежутке между «до» и «после». -Потому что она с Нацу? - я не проговариваю эти слова. Скорее просто выдыхаю, но они долетают до ушей Джастина, и его губы кривятся в усмешке, от которой меня почти передергивает. -Потому что она с Нацу, - мне больно на него смотреть. Сильные люди ломаются с треском. Если прислушаться, то можно уловить звук крошащейся воли и непоколебимости. Вот и я слышала это в дыхании Джастина, видела это в его холодных глазах и длинных пальцах. Его решительность и что-то светлое ломаются, как позвоночник. Нет позвоночника — нет опоры. Я боюсь, что Фрид рухнет. А если рухнет Фрид, то как не рухнуть мне? Почему-то я вижу в нём опору, и мне почти больно от мысли, что Джастин ломается. Я отбрасываю в сторону все предрассудки и поддаюсь вперед, обхватывая Фрида за шею. Он не шевелится несколько секунд, а затем кладёт руку мне на спину. Мои глаза снова наполняются слезами, и я всхлипываю. -Я расстроил тебя? - в голосе Фрида нет и намека на страдание, но почему-то я всё равно его слышу. - Люси... -Если ты не можешь плакать, то я буду плакать сегодня за двоих, - мне хочется поддержать его, хочется быть хоть для кого-то здесь нужным. И когда рука Фрида смещается с моей спины на мои волосы, я не могу больше сдерживаться, начиная рыдать в голос. -Лексус оказался прав, ты и правда глупая, - он говорит тихо. Пусть я и не вижу его лица, но слышу в голосе улыбку. И в ней столько боли, сколько не будет ни в каких словах. Так мы и просидели всю ночь. Фрид гладил меня по волосам, а я рыдала, потому что рыдать за двоих — то ещё тяжкое занятие.

***

Я просыпаюсь в кровати, прижимаясь к чужому боку. И мне тепло. Кто-то бережно обнимает меня, и почему-то просыпаться мне не хочется. Я лишь крепче жмусь к сильному надёжному телу и не желаю открывать глаза, но проходит несколько минут и мне надоедает. Я поднимаю голову и вижу Фрида. Он спит. Его зеленые волосы разметались по подушке, а черты лица смягчились. Может, я правда помогла ему вчера, и Джастину стало легче? Я выбираюсь из его объятий медленно и аккуратно. Всё-таки было бы неплохо переодеться в свежую одежду. Когда я выхожу из комнаты и тихонько прикрываю за собой дверь, чтобы не разбудить моего ночного спасителя, сбоку от меня хлопает другая дверь, и я вздрагиваю. -О, Люси, ты провела ночь с Фридом? - Бикслоу выглядит очень довольным, и почему-то я заливаюсь румянцем, хотя не должна, ведь ничего такого не делала. -А ты с Эвергрин? - моя защитная реакция поражает не только меня, но и Бикслоу. Но если я всё ещё сама с себя нахожусь в шоке, то Страж приходит в себя быстрее и подмигивает мне. -А то, - он проходит мимо меня и цокает языком. - Я не буду против, если ты сойдёшься с Фридом, - этой фразой он вгоняет меня в ещё более глубокий ступор. И только когда Бикслоу скрывается за дверью своего номера, я соображаю, что стоило сказать, как я и Фрид провели эту ночь, но уже слишком поздно, а стенам отеля в общем-то плевать на мои оправдания. Когда я оказываюсь в своём номере и начинаю стягивать с себя вещи, то понимаю, что моя кофта пропахла Фридом. Передергиваю плечами и отбрасываю её в сторону. Нет, я и Фрид просто товарищи. И то, что произошло вчера, всего лишь всплеск эмоций, который был необходим нам обоим. Я запоздало понимаю, что отношусь к Фриду как к брату. Наверное, это касается и Бикслоу. Дорогие мне братья. Надо же, как сложилась жизнь. И всё же от мысли, что Страж подумал, будто я и Фрид были вместе, меня передергивает дважды. Почему-то это кажется мне гадким, словно я кому-то изменяю с человеком, к которому ничего не испытываю. Вещи летят в сторону вместе с ощущениями, я нарочно пытаюсь их выкинуть из головы. Не об этом мне сейчас думать надо. Не об этом. Меня ждёт работа в цирке. Наверное, придётся объясняться перед всеми, что произошло вчера после выступления. Мне хочется верить, что никто не разглядел лица Лексуса в полумраке палатки. «Больше ты туда не вернешься». Я вспоминаю его слова не вовремя. Кофта падает к ногам, а я зябко передергиваю плечами. Мне трудно успокоить что-то внутри себя. Это неприятное чувство поднимается к горлу, и я его сглатываю вместе с болью и обидой. Наверное, нужно было ударить Дреера. Может тогда мне было бы хоть чуточку легче. Но я его не ударила, поэтому сейчас стою и смотрю на кофту у своих ног. Кажется, я одеваюсь со скоростью света, а когда покидаю номер, то сталкиваюсь в коридоре с Эвергрин. Она улыбается и хочет мне что-то сказать, но я отмахиваюсь и бегу прочь. Вниз по лестнице и на улицу. Я не готова разговаривать. Зато, когда я добираюсь до цирка, там кипит жизнь. Работники перетаскивают какие-то железные прутья, балки. Девушки носятся с костюмами в руках. Во всей этой кутерьме я нахожу палатку-гримёрку и заскакиваю внутрь. На всё той же софе сидит Лилс. При виде меня она вскакивает на ноги. -Лейла, я вчера так испугалась, - девушка бросается мне на шею, а я испытываю лёгкий шок. Не готова была к такому приветствию. - Как ты? Всё в порядке? Он не обижал тебя? -Нет, всё в порядке, - я отодвигаю брюнетку от себя за плечи, причём пытаюсь это сделать как можно аккуратнее, чтобы она не заметила моей нервозности. У меня получается. - Я смотрю, твоя нога уже в строю. -А, - Лилс не сразу понимает, о чём я толкую. Но когда я указываю ей на её лодыжку, то она заходится смехом. - Да, мазь, которую мне принёс врач, просто волшебная. Я снова могу танцевать! - для наглядности она делает несколько прыжков и даже кружится на месте. - Как тебе? -Великолепно, - потихоньку я отхожу от своих переживаний. Да, здесь работа и жизнь кипит, поэтому не стоит отвлекаться на всякие глупости. - Даниэль здесь? -Да, только что заходил и забыл это, - Лилс взяла с трюмо знакомый длинный список и протянула мне. - Я тут немного занята подготовкой к выступлению. Можешь ему отнести? Он с ним носится, как курица с яйцом. Ничего без этого списка не может... -Да, конечно... - я забираю лист из её рук. - Доставлю в лучшем виде, - пока Лилс отвлекается на какие-то свои дела, я опускаю глаза в список. Да уж, народа здесь работает достаточно. Чтобы проверить всех за один день мне нужна помощь. И Лилс на эту кандидатуру явно не подходит. Я выхожу на улицу и оглядываюсь по сторонам. Конечно, я поищу Даниэля, но не сейчас. Мысленно вычеркивая из списка Милс, Лилс и Даниэля, я начинаю перебегать с имени на имя. Джеймс, Соул, Ким, Рейна и так далее. Рядом с каждым именем была указана должность. Выступающих я сразу же отмела. Лилс сама сказала, что из артистов никого нет, чтобы был связан с животными. Значит...остаётся обычный персонал. А такого здесь оказалось немного. Всего лишь десять человек. Завернув за угол вместе со списком, я достаю клочок бумаги и начинаю судорожно переписывать оставшиеся имена и должности, постоянно озираясь по сторонам. Мне совсем не хочется попасться кому-нибудь на глаза. Нет, я не совершаю никакого преступления, но это может прийтись кому-нибудь не по душе. Как только я убираю свой список в карман, за мой угол заворачивает парень и удивленно шарахается назад. Я шумно втягиваю воздух. -О, ты же та самая, да? - он щелкает пальцами свободной руки, а затем его губы растягиваются в добродушной улыбке. - Лейла! Заклинательница. Тебя вчера ещё поклонник на плече уволок, даже никто глазом моргнуть не успел... -Видимо я, - я киваю медленно и улыбаюсь, как мне кажется, ужасно глупо, но парня это нисколько не смущает. - Какая я знаменитая, - я стараюсь не нарушить стереотип о том, что все блондинки немножко дурочки. Чем больше людей здесь так думают, тем дольше я буду здесь в относительной безопасности. - А ты... -Мигель, - он протягивает руку, и я жму её, не особо задумываясь. - Местный грузчик. Здесь уже несколько лет работаю. Я родом из пригорода Миллеса. А ты? -Я не местная, - досадливо киваю головой, а затем показываю Мигелю список. - Ты не знаешь, где сейчас Даниэль? Лилс просила занести ему. -О, наша танцовщица слишком хороша, чтобы быть в роли курьера? - он задаёт вопрос, но не даёт мне на него ответить. Как только я открываю рот, парень рвётся продолжить говорить. - Ладно, я всё равно иду к нему. Давай мне, я занесу, - он указывает на сумку в своей руке. - Кое-какой реквизит для выступления. -Было бы замечательно, - я вручаю ему список и благодарно улыбаюсь. - У меня тоже куча дел. -Будешь готовиться? -К чему? -Ну как? К выступлению, - он пытается изобразить что-то в роде призыва духа. У него выходит это весьма забавно, но совсем на меня не похоже. Я смеюсь и киваю. - Хорошо, тогда до встречи, - он скрывается за очередной палаткой, а я шумно выдыхаю. Повезло. А ведь меня почти поймали с поличным. Надо быть аккуратнее. Когда я возвращаюсь к палатке, то понимаю, что Мигель принял Лексуса за моего поклонника. Забавно то, насколько сильно он ошибается. Если Дреер когда-то и был моим поклонником, то всё это в далеком прошлом. До этого просто так рукой не дотянуться. Как говорят люди? Имея - не ценим, а потерявши - плачем? Кажется, так. Только вот я видимо слишком глупа, чтобы полностью осознать, что я потеряла и когда. Видимо это случилось очень давно. Наверное, когда Нацу приволок меня в «Хвост Феи». Нет, конечно, я была тогда счастлива. Очень счастлива. Почему я забыла тогда, что ничто не вечно? В небольшом списке имён я нахожу Мигеля, напротив стоит пометка «грузчик 7 лет». Я оборачиваюсь, словно надеюсь увидеть там улыбчивого парня, но туда-сюда ходят разные люди, только не этот молодой человек. -Вот ты где, - кто-то хватает меня за локоть, и я оборачиваюсь. Это Милс. Она смотрит на меня снизу вверх, чуть прищурив свои красивые глаза. Они должны отдавать какой-то детской наивностью, но девчонка смотрит на меня удивительно по-взрослому. Ей должно быть лет десять, но глаза говорят мне о том, что она уже давно перешагнула этот рубеж, оставив детскую наивность своей старшей сестре. И как такое вообще возможно? - У нас перекличка. Идём. Даниэль собирает всех в шатре, - она не ждёт моего ответа, точнее он её вообще не волнует. Просто Милс тащит меня в нужную сторону, а я не сопротивляюсь. Эта девочка просто выполняет свою работу. И выполняет её хорошо. В шатре не так уж и много людей. Список казался мне длиннее. Милс отпускает мою руку и кивает в сторону стульев. Я замечаю красавицу Лилс, которая жестами показывает на свободное место рядом с собой. Я аккуратно пробираюсь к ней и падаю на стул. Младшая сестра танцовщицы скрывается за кулисами и что-то говорит Даниэлю. Рядом со мной садится Мигель. -Привет, - у него белоснежная улыбка, которая чем-то напоминает мне Нацу. Этот парень обаятелен, но мне он таким уж привлекательным не кажется. Я сдержанно киваю и бегло улыбаюсь ему, но, кажется, Мигель к такому обращению привык, поэтому особо не задумывается над моими жестами. Когда Даниэль поднимается на сцену, то люди перестают перешептываться. Всё внимание приковано к виновнику торжества. Даниэль рассказывает о дальнейших планах, о будущем, которое меня никак не касается. Его слова пролетают мимо меня, потому что я скольжу глазами по затылкам здесь присутствующих, желая хоть взглядом найти кого-нибудь подозрительного, однако таких не находится. -...через два дня, - Даниэль отрывает глаза от клочка бумаги и смотрит в зал, а затем улыбается. - Ведь нас ждут в других точках нашего любимого Фиора. Всем спасибо. Можете готовиться к выступлению, - он скрывается за шторами, а люди начинают расходиться по своим делам. Лилс срывается с места так внезапно. Я провожаю её взглядом, замечая, что она бежит туда, где скрылся их покровитель. Что-то подсказывает мне, что Лилс неровно дышит к своему командиру. Конечно, Даниэль хорош собой. Любая девушка могла бы вспыхнуть к нему чувствами, но Лилс действительно наивна. И мне отчего-то жаль её. -Жаль, что осталось всего два дня, - Мигель тоже поднимается со своего места. Я поднимаю на него глаза, не совсем понимая, о чём он говорит. Что-то прочитав на моём лице, парень заходится смехом. - Ты его просто не слушала, да? - наверное, это и правда очевидно. Мигель качает головой. - Через два дня мы отправляемся в другой город... Я сама не понимаю, как вскакиваю. Кажется, это удивляет не только меня, но и моего собеседника. Он смотрит на меня вопросительно. -Как через два дня? - кто бы мог подумать, что время на поиски нашего маньяка сократится до сорока восьми часов. В такие моменты понимаешь цену времени. Бровь Мигеля чуть приподнимается, а затем его губы кривятся в противной, но он наверное думает, что соблазнительной, усмешке. -Вот так. Даниэль редко понимает, сколько у нас тут ещё дел, но ему не объяснишь. Через два дня мы отчалим. Я пойду, Лейла. У меня так много дел, - он прощается как-то смазано, я провожаю его долгим взглядом. Какие дела могут быть у грузчика, если впереди ещё два представления? Может быть именно Мигель идеально подходит на роль того, кто убивает жителей Миллеса? Я судорожно достаю свой список. «Грузчик 7 лет». Я выбегаю из шатра и направляюсь туда, где в прошлый раз разговаривала с Фридом. Я надеюсь, что он придёт, чтобы найти меня, ведь я убежала, ничего никому не сказав. Удивительно, но он стоит там. Зеленые волосы, сложенные на груди руки и холодные глаза. Я прижимаюсь боком к ограждению, и смотрю на него через сетку. -Я так понимаю, что только Лексус может вытащить тебя отсюда? - Джастин недоволен моим поведением и тем, где я нахожусь. Я за ограждением. Можно лишь руку протянуть, чтобы коснуться меня. Но всё равно я ужасно далеко. Я отрицательно качаю головой, хотя сама прекрасно знаю, что Фриду нет до моего ответа никакого дела. - Эв сказала, что всё началось семь лет назад. В год по два трупа. Период смертей — пребывание цирка на территории города. Я не могу понять, причём здесь строительный комитет. -Я кое-что нашла, - достав список, я протягиваю его Джастину. -Что это? - Фрид перехватывает клочок бумаги, пробегается по нему глазами, отчего те удивленно расширяются. - Ты своровала список? -Переписала с оригинала, - я показываю на знакомое мне имя. - Он единственный, который здесь работает семь лет. Остальные дольше или меньше. Проверьте, чем занимался строительный комитет семь лет назад. Может это всего лишь месть? - мне хочется быть полезной настолько, что от этого желания сводит скулы. Я жмурюсь, когда Джастин понимающе кивает и убирает список в карман. - Но я не уверена, что это его настоящее имя. -Может и настоящее, - Фрид кивает. - Люси, я тебя прошу... - он на секунду поджимает губы, отчего фарфоровая маска на его лице трещит по швам, и я вижу эмоции. Бурю эмоций. Она захлёстывает его. Джастин боится за меня. -Я знаю... - понимая, как тяжело кому-то говорить такие слова, я предпочитаю прервать его. Джастин кивает, разворачивается и идёт прочь. И не оборачивается. Мне кажется, что если он обернётся, то не позволит мне здесь остаться. Снесёт ограждение к чертям и схватит меня, как Лексус. Но я бы вернулась сюда на следующий день, чтобы все думали, что это очередной поклонник.

***

Когда над городом начал сгущаться сумрак, я села на ступеньки одной из многочисленных повозок и уставилась в небо. За день я обошла всех оставшихся работников по списку. Это были милые люди со своими проблемами. У всех были свои причины оставаться в цирке. И почему-то самым подозрительным мне всё равно казался Мигель с его широкой улыбкой и открытым характером. В небе начали проступать первые звёзды, и я осознала, как сильно устала от всей этой суматохи. Кусая губы, мне казалось, что всё вокруг настроено против меня. Даже погода. И пусть не было ни одного облачка, ветер дул не попутный, а всё потому, что я сама никак не могла определиться с тем, что мне действительно в жизни нужно. -Ты готовишься к представлению? - Лилс опускается на ступеньки рядом со мной. Она одета в голубое платье с прозрачными рукавами. Мне кажется, что она выглядит почти воздушной. Я отрицательно мотаю головой и снова поднимаю глаза к небу. Девушка повторяет за мной и улыбается. - Не хочешь отправиться с нами? Через два дня нас тут уже не будет... А что плохого в том, чтобы ездить по стране и развлекать народ? Конечно, здесь есть и свои минусы, однако плюсов больше. Я смотрю на Лилс внимательно. Скольжу взглядом по нежным чертам её красивого лица, хрупким плечами и тонким рукам. Нет, всё это не моё. -Меня, наверное, тоже, - я отвожу взгляд в сторону и тихонько выдыхаю. - Знаешь, Лилс... - мне почему-то хочется рассказать ей всю правду о себе. Что меня зовут Люси, что я из «Хвоста Феи», что я ищу убийцу. И я ставлю себя на её место. Наверное, у меня случилась бы паника. Я усмехаюсь. -Что? - она наивно хлопает своими длинными ресницами, а я отрицательно качаю головой. Нельзя ей ничего рассказывать. В этом цирке у меня совсем другое имя, совсем другая история. Выдуманная, но такая...правдивая. В этом цирке Лейла просто подрабатывает и наслаждается аплодисментами на сцене. -Накрасишь меня? В тот раз у тебя здорово получилось, - я поднимаюсь со ступенек и отряхиваю невидимую пыль. Лилс смотрит на меня снизу вверх, чувствует, что я халтурю, но ничего не говорит, лишь поднимается и кивает. Лучше без приглашения в чужую душу не лезть, видимо она об этом знает, поэтому не задаёт больше никаких вопросов. В нашей гримёрке Милс носится от вешалки к вешалке, пересчитывая костюмы. Когда мы появляемся на пороге, она подскакивает ко мне и грозно заглядывает в глаза. Наверное, к такой маленькой серьёзной девчонке тоже можно привыкнуть. Всё-таки в ней нет ничего плохого. Она просто выполняет свою работу. -Где остатки твоего вчерашнего костюма? - она злится, потому что нет той короткой юбки, в которой я вчера развлекала публику. Она злится, потому что в плане концы с концами не сходятся. -Тот поклонник разорвал, - я жму плечами и стараюсь сделать это, как можно беззаботнее. Пусть все и дальше думают, что Лексус — страстный новый поклонник. Это только всем на руку. Всем, кроме Милс. Она закатывает глаза и бежит прочь. Я провожаю её вопросительным взглядом, а затем смотрю на старшую сестру. -Побежала за новым костюмом для тебя, - Лилс присаживается на свою любимую софу и закидывает ногу на ногу. - Кажется, я знаю, какой костюм она тебе принесет, так что давай я тебя накрашу... И пока Милс ищет для меня подходящие шмотки, её сестрёнка вырисовывает чёрные стрелки на моих глазах. Я не шевелюсь и дышу через раз. У Лилс мягкая рука. Почти волшебная. Она наносит тонну косметики лёгко и непринужденно. Видимо, ещё до меня она занималась этим каждый день. Мне нравится, как она красит меня. Я почти не чувствую прикосновений. -Ну вот и всё, - Лилс наносит последние штрихи как раз в тот момент, когда в гримерку врывается Милс. В её руках чехол, в котором спрятано платье. Девчонка окидывает мое лицо взглядом, а затем усмехается, смотря на сестру. -Удачно, - это всё, что она говорит. Молния едет вниз, и я вижу настоящую роскошь. Это платье не похоже на то пошлое, в котором я выступала вчера. Оно длинное, темно синее, с открытыми плечами и спиной, но с высоким воротом. На нём не так много блесток, и это не может не радовать меня. - Одевайся... - Милс с не присущей ей аккуратностью вешает платье на спинку стула, а затем выскакивает вон из палатки. -Какое красивое, - я подхожу к стулу и провожу рукой по мягкой ткани, а затем поднимаю глаза и вижу своё отражение в зеркале. Лилс угадала с платьем и макияжем. Как же хорошо нужно друг друга знать, чтобы предсказывать такие тонкие вещи? Я сглатываю и снова смотрю на платье. - Это слишком шикарно для меня.... Мне кажется это неправильным. Я никогда не носила таких вещей, я никогда не выступала перед публикой. Я никогда не чувствовала себя любимой общественностью. Лилс перехватывает моё запястье и улыбается. -Я помогу тебе одеться, - она пропускает все мои попытки отказаться мимо ушей. Кажется, ей это даже доставляет удовольствие. Так что через несколько минут платье облегает мою спину и талию так, словно его по мне сшили. Лилс отходит в сторону и остаётся довольна своей работой. - Это именно тот образ, который был тебе нужен с самого начала. Я смотрю на себя в зеркало. И не узнаю. Разве это Люсьена Хартфилия? Нет, конечно. Это Лейла. Обманщица и актриса. И она прекрасна в своём образе. А я...а я не такая. Во мне всего этого нет. Наверное, Лейлу можно было бы полюбить. Уж она своего счастья не упустила бы. -Тебе скоро на сцену, - Милс заглядывает в палатку, но не заходит. Девочка остаётся довольна увиденным, а большего ей и не надо. Мы с Лилс переглядываемся, и та жмёт плечами. А кому из нас скоро на сцену? Когда мы пробираемся за кулисы, то тут же встаём около маленькой щёлки, чтобы видеть происходящее на сцене. Это красиво. Различные магические трюки завораживают, притягивают внимание. И народа в шатре, как всегда, много. В этот раз я нахожу блондинистую макушку моментально. Лексус сидит во втором ряду и смотрит на Даниэля, который толкает, уже привычную для себя, речь. Его слова музыкой льются по шатру, вызывая у зрителей восхищение и предвкушение. Я прижимаюсь виском к прохладному дереву, смотря, как Дреер хмурит брови. Настоящий хищник в засаде. И ждёт он меня. -Лейла, не стой столбом, - Милс оказывается около меня внезапно. Я вздрагиваю и почему-то прикусываю нижнюю губу. Хорошо, что помада у них супер стойкая, иначе меня пришлось бы красить заново. Девчонка качает головой, но не берется меня отчитывать. - Идём... Бросив на Лексуса последний долгий взгляд, я разворачиваюсь и иду за Милс. Даниэль сошёл со сцены, и вместо него вышло двое братьев-акробатов. В прямом смысле этого слова. Я видела днём их тренировку и осталась поражена. Даниэль стоит у стены и снова что-то отмечает в своём списке, заметив меня, он тут же отрывается от занимательной деятельности и улыбается. -Ты великолепна, - конечно, сказано это было искренне. Да, я великолепна. И пусть всего лишь один вечер. - Лилс сказала, что ты не останешься с нами. -Да, так оно и есть, - кривить душой не было смысла. Оставаться здесь я не собиралась. Кажется, это решение я приняла задолго до своего рождения. Конечно, здесь здорово. И срывать аплодисменты восторженной публики приятно, но всё это точно не моё. Я слишком далека от выступлений, зрителей и этого шикарного платья. У меня совсем другие цели в этом цирке. Удивительно то, что это всего лишь цирк. И лишь потому, что он магический, он такой замечательный. Кажется, я начинаю понимать, почему люди с таким нетерпением ждут его каждый год. А Элисон боится. Заказчице есть, чего бояться. -Тогда сегодня и завтра последние дни. Ты ведь выступишь завтра? - он снова берет список, чтобы что-то в нём записать. А я не знаю, что ему ответить. Совсем. Как бы там ни было, а я никогда не строила планов на будущее, потому что ничего не планировала. В моей жизни всё было спонтанно и непродуманно. -Да, - мне просто не хочется никого огорчать. А вдруг сегодня я умру? В жизни всякое случается. К примеру, я совсем недавно узнала, что Дреер был влюблен в меня, а я своими руками убила в нём что-то хорошее, из-за меня он напал на гильдию. Естественно, я молчу и ничего не говорю Даниэлю о своём прошлом, настоящем и смутном будущем. Я обещаю ему то, что, возможно, никогда не воплотится в жизнь. -Вот и замечательно, - ещё одна отметка в списке. - Удачно выступить, - он спешит куда-то в другую сторону, чтобы с кем-то переговорить. Оставляет меня одну в этом платье. Я шумно втягиваю воздух, закрываю глаза и выдыхаю, напоминая себе о том, что я здесь для того, чтобы найти убийцу. А времени осталось совсем мало. Слишком мало. Два дня. -Лейла! Тебя там спрашивают, - Лилс машет мне рукой. Я нервно усмехаюсь и иду в её сторону. Оказываясь рядом с девушкой, я поправляю выбившуюся из причёски прядь волос, а Лилс шепчет мне на ухо. - Конечно, перед выступлением запрещено разговаривать с поклонниками, но он симпатичный... - и я понимаю, что это её слабость — симпатичные мальчики. Когда я выглядываю из шатра через задний ход, то вижу Фрида. Через секунду я задергиваю за собой вход и складываю руки на груди. -Что ты здесь делаешь? - мой голос больше напоминает шипение. - Как ты тут оказался? - мне могла бы позавидовать любая змея, но я впадаю в замешательство, потому что Фрид молчит, разглядывая меня. Я передергиваю плечами, а затем щёлкаю пальцами у него перед глазами. Джастин трясёт головой, скидывая с себя оцепенение. -Великолепно выглядишь, - он выдыхает, а я понимаю, что уже сбилась со счёта, сколько раз за сегодняшний вечер эта фраза была сказана в мой адрес. Я лишь киваю и выжидающе смотрю на него, все ещё надеясь получить ответ на свой вопрос. - Мы тело нашли. Нападение животного. -Они уезжают через два дня, - я выдыхаю, а затем тру разболевшийся висок. - Где нашли? -Недалеко от старого пригорода, - Фрид всё ещё разглядывает меня, не особо стесняясь скользить взглядом по моей фигуре. Я чувствую себя неловко, но ничего не говорю по этому поводу. -Выяснили, чем занимался комитет? -Да, они хотели снести тот самый пригород и построить его заново, - наконец-то Джастин смотрит мне в глаза, но почему-то от этого легче дышать не становится. - Они его действительно снесли, но строить новый не стали. Многие из-за этого погибли. Им негде было жить, а денег им в компенсацию не выплачивали... Я думаю, что ты права. Это месть. -Имена жителей? - я оглядываюсь по сторонам, словно опасаюсь, что нас могут заметить. Уже не опасаюсь. Мы тут важные вещи обсуждаем, между прочим. Возможно, спасём чью-то жизнь. -Да, но никакого Мигеля там не числится. Мы проверили всех по твоему списку, но никто не совпал. Есть там один парень, который семь лет назад потерял семью и уехал, но... -Как его звали? - я снова смотрю на него. Джастин понимает, к чему я веду, усмехается. У него тонкие губы, в которых нет и намёка на изящество. Фрид слишком мрачная личность, чтобы я могла понять его полностью, однако кое-что я всё-таки понимаю в его душе. Он так же одинок. -Адриан, - это имя врезается в мою память, и я киваю, чтобы отодвинуть штору и вернуться в шатер, однако Джастин хватает меня за локоть и не даёт это сделать. Я смотрю на него, вопросительно изогнув бровь. - Не делай ничего такого, последствия чего могут быть тебе не по зубам. Дождись нас. -Ты считаешь меня слабой, да? - я выдергиваю свой локоть из его хватки, хоть он и не сильно держал меня. Кажется, будто я скидываю какие-то оковы, не подозревая, что меня заполняет чувство собственного достоинства. Но ответить Фриду не суждено. - Если будет удобный случай, я сделаю то, что посчитаю нужным... Посмотри представление, - это гордыня. Она душит меня изнутри, но я не понимаю почему. И когда я скрываюсь в шатре, прячу своё эго среди разноцветных костюмов и фальшивых улыбок, мне плохо от того, что я почти беспомощна, но чего-то хочу достичь. Страх остаться слабой — это серьёзно. -Лейла, тебе на сцену, - Милс бросает эти слова через плечо почти небрежно, и я спешу на высоких каблуках туда, где свет заливает подиум. Я бегу к Лексусу Дрееру, чтобы позлить льва в клетке. Наверное, это теперь моя слабость. Ведь между нами «ничего нет». И от этого печально, но значит, терять мне уже нечего. И я отдаюсь на сцене выступлению полностью. Вызываю всех по очереди или одновременно. Синее платье струится и мерцает из-за удачного освещения. И даже каблуки не могут испортить момент моего триумфа. Я встречаюсь глазами с Лексусом, когда вызываю Локки. Он демонстрирует собравшимся свою силу, отвлекает публику, пока я заглядываю Дрееру в глаза, почти смотрю в душу. У него глаза странные. Я ничего в них не вижу. Нет, они не такие холодные, как у Фрида, но привычной ярости или злости там нет. Я теряюсь. И аплодисменты возвращают меня с небес на землю. Я натягиваю улыбку и прячусь там, куда зрителям не пройти. Всем зрителям, кроме Лексуса. Он не зритель. Он хищник. Я вытаскиваю шпильки из причёски. Те летят на пол, кто-то проходится по ним ногами, а потом кто-то разворачивает меня к себе лицом. -Мигель? - я замираю с очередной шпилькой в руках, но его это не останавливает. Сейчас никому нет до нас дела. Show must go on. Со мной или без меня. Мигель тащит меня прочь из шатра, прочь с территории цирка. Я хватаюсь за ключи, но запоздало понимаю, что бессильна. Слишком много энергии ушло на представление. Как глупо. Когда я стала такой высокомерной? С чего я взяла, что могу использовать свою силу, чтобы веселить людей? Что я своими показательными выступлениями хотела доказать Лексусу? Что из меня может получиться хорошая актриса? Что я могу завести публику? -Я слышал твой разговор с тем зеленоволосым. Кто ты такая? На кого работаешь? - от того улыбчивого парня, который отнёс список Даниэлю, помогая мне, не осталось и следа. Сгорбленный мужской силуэт и ненависть в голосе. Я в платье и на каблуках мало что могу сделать. -А ты кто такой? Мигель? Адриан? - я пытаюсь вырваться, но это весьма проблематично. Как бы там ни было, а он сильнее. Я пытаюсь наступить «грузчику» на ногу, чтобы сделать как можно больнее, но оступаюсь. Каблук съезжает в сторону, и я начинаю падать, подворачивая ногу. -Ты сама знаешь ответ, - он не держит меня, лишь толкает, ускоряя моё падение. Я скидываю каблуки и хватаюсь за поврежденную ногу, смотря на парня снизу вверх. -Зачем ты всё это делаешь? - моё великолепное платье испорчено. Я думаю, что безвозвратно, но это волнует меня в самую последнюю очередь. -Они убили столько людей. Я просто успокаиваю свою душу, - Мигель почти рычит. Я пытаюсь отползти от надвигающейся опасности, но не получается. И кричать у меня тоже не получается. Мне страшно даже просто громко говорить. - Осталась последняя жертва. И я расправлюсь с ней. Элисон. Это ведь она вас наняла? Сколько вас здесь? Двое? Трое? - у преступника грация хищника, но он не нападает. Я всё ещё пытаюсь отползти. Он великодушно даёт мне такую возможность, но я понимаю, что это его просто забавит. Охотнику нужно преследовать, иначе никакого удовольствия. - Тебе не сбежать. Я убью тебя, как и всех остальных! - и он бросается на меня. Один прыжок, и я вижу не Мигеля, не Адриана, не человека. Настоящий зверь. Волк, собака, тигр. Я не знаю, кто он, но белоснежный оскал и горящие гневом глаза заставляют меня зажмуриться и прижаться к земле, словно это может меня спасти. -Тварь! - знакомый голос заставляет меня распахнуть глаза. Я не знаю, как мне себя вести. Бикслоу и Эвергрин работают сообща, отгоняя от меня опасность. И пока Бикслоу держит оборону, Эв подбегает ко мне, падает на колени. -Люси, встать можешь? - она смотрит на меня испуганными глазами. Я на её месте тоже была бы напугана. Приди они на секунду позже, то лицезрели бы, как это животное обгладывает мои кости. Лишь от одного представления подобного зрелища меня передергивает, и я отрицательно качаю головой. - Ладно, я сейчас, - Эв поднимается, чтобы помочь напарнику, потому что тот один не справляется. Адриан — не просто животное. Это магическое животное. Одной магией перевоплощения здесь не обошлось. Я чувствую это в вибрации воздуха. И атаки Бикслоу почти бессильны. И я ничем не могу им помочь. Эвергрин атакует, но это не помогает. Заряд Лепрекона не наносит Адриану никаких увечий. -У... - я набираю побольше воздуха в лёгкие. - Уходите! - я кричу, почти надрываюсь. Я не готова потерять их из-за своей глупости. Хватаюсь за свои ключи, пытаясь собрать остатки того, что у меня осталось. Ещё никогда в жизни мне не хотелось так сильно защитить их. - Бикслоу, Эвергрин, валите отсюда! - мне кажется, что я вот-вот сорву голос. Я сглатываю, но ком в горле никуда не девается. И дышать тяжело. - Проваливайте! - я жмурюсь и вскидываю вверх связку ключей, вызывая разом всех, кого только могу вызвать. Толпа духов — это то, что даст ребятам возможность сбежать. Эв бросается ко мне, хочет остановить меня. Я вижу слёзы в её глазах. Но Бикслоу перехватывает её и пытается оттащить. -Простите... - я проговариваю это одними губами, не издавая ни звука. Духи не смотрят на меня. Они знают, что должны делать. Мне нужно всего лишь продержаться как можно дольше. Мне нужно хотя бы попытаться защитить тех, кто мне действительно дорог. Да, я не смогу победить, но я выиграю для них немного времени, а там...Фрид что-нибудь придумает. Он всегда находит выход из ситуации, просто сейчас его рядом нет, поэтому всё идёт наперекосяк. Духи образуют собой что-то в роде стены. Прозрачной, но прочной стены, которая не пропускает взбесившегося Адриана. Силы вытекают из меня подобно воде из крана. Мне тяжело, но я стараюсь держаться. Из-за невероятного напряжения мне кажется, что кости трещат, а сухожилия рвутся. Боль адская. Словно из меня что-то вырезают. Больше я молча терпеть это не могу и начинаю кричать. Я слышу себя словно со стороны. Это даже не крик, а вопль. Всё заканчивается неожиданно. Всё, кроме боли. Духи исчезают, а Адриан, почувствовав запах свободы, снова скалится. Бикслоу удерживает Эвергрин, которая рвётся ко мне. Беги, дурочка. Сначала этот зверь разберется со мной, а потом займётся вами. Тобой, Бикслоу, Фридом. Всеми, кто мне так дорог. Я всхлипываю и тихо скулю, всё ещё ощущая ту невероятную боль. Мне хочется, чтобы Бикс увёл Эв как можно дальше. -Дура, - спокойный голос вытаскивает меня из омута боли. Я приоткрываю глаза и вижу перед собой знакомое лицо. - Фрид же тебе говорил... -Лексус... - я готова разрыдаться, лишь бы всё это наконец-то прекратилось. Откуда столько страдания в моих мыслях? -Лексус! - Эвергрин кричит, а затем вырывается из захвата Бикслоу и бежит к нам. Она верит, что рядом с Дреером им море по колено и горы по плечу. Она верит, и почему-то я верю вместе с ней. - Он нападает! -Отойди, Эв, - Фрид, который маячит за спиной Дреера, настроен вполне решительно. Он достаёт свой клинок и начинает что-то черкать в воздухе. Адриан нападает, но натыкается на ещё одну стену, из-за чего приходит в бешенство. -Лексус... - я снова зову его по имени, протягивая руку. Его пальцы перехватывают мои на половине пути. -Ты бестолочь, Хартфилия... - в его голосе нет издевки или привычной язвы. Ничего такого. Возможно, это даже сказано с какой-то особой теплотой, на которую способен только Лексус Дреер. Его рука кажется мне обжигающе горячей. -Мне...холодно, - я сглатываю и понимаю, что мир начинает темнеть. Лицо Лексуса плывет перед моими глазами, и последнее, что я вижу — это испуганные глаза Дреера и его тонкие губы, которые что-то кричат мне. Мгновение и темнота.