Родня

- Расскажи, пожалуйста, что, по-твоему, главное в Ватанабэ Ватару? Фуси Дори-сэнсей мягко улыбнулась. Круглый стол, посвящённый гранд-сцене Роми Хацунэ шёл своим чередом. Было жарко и душно, Ро рассуждала о том, что Морито не понимает, что же такое любовь, сэнсей возражала... Обоси Рику мотнула головой, стряхивая сонное оцепенение, и ответила: - Он не завидует. - Вот как! - в глазах сэнсей мелькает весёлое удивление. - И ты полагаешь, это главное? - Конечно. Если бы он был тем же воином, поэтом и мужем Кэса, любил бы её и всё такое, но завидовал бы - тому же Морито, или другим более успешным людям - он бы ничем не отличался от своего соперника. Но ведь Кэса из двух достойных выбрала именно его, умерла за него. Значит, было за что! - Да, пожалуй. - И потом... - Обоси Рику торопится закончить мысль, пока та не ускользнула, - и потом, понимаете, зависть - это ведь самое страшное в жизни. Хотя плохо от неё в первую очередь самому завистнику, он ведь и другим жизнь отравит - именно потому, что ему плохо. Рику хорошо знала, о чём говорила: когда-то она пробовала завидовать старшей сестре. У неё был другой отец, мамин первый муж, она была на четырнадцать лет старше, стреляла из лука и была топ-звездой в Такарадзуке. Мама её не одобряла - говорила, что Маюми мужиковата и вообще вся в отца (здесь следовала долгая речь о пороках и недостатках полицейского Кано), что занимается нехорошим делом и вообще что весь этот театр - один бардак с лесбиянками. Рику - тогда ещё Мэгуми - маму слушала, но не проникалась и наоборот, в мечтах воображала себя на большой лестнице с хвостом из перьев... а лучше - в кимоно, в самурайском парике и с мечом за поясом. И отчаянно завидовала незнакомой сестре, у которой всё это есть - и пояс, и меч, и хвост из перьев, и слава, и поклонники, и любовные приключения. Которая вообще звезда из телевизора и немножко не человек. А потом они познакомились - мама заболела, и Маюми приехала о ней заботиться. Потому что Мэгуми была ещё слишком молода, а папа ушёл к другой. И оказалось, что сестра строгая, но добродушная и весёлая тётка с большими сильными руками, что она знает множество интереснейших историй и умеет стрелять из лука, что она здорово готовит рамэн, что её любят соседки и их собаки, что из театра пришлось уйти - пусть и с самой замечательной роли, - потому что мама болеет... Сперва это почти разочаровало: как же, она так старательно возвела Маюми на пъедестал, превратила в такого хорошего идола - а та взяла, и оказалась человеком. Потом... потом Мэгуми выросла. Именно Маюми сказала ей тогда, что зависть разъедает ум, иссушает сердце и портит любое хорошее дело и любого хорошего человека. Это когда Мэгуми спросила, разве та не завидует другим отставницам, у которых есть всё - и слава, и работа, и деньги, и в семье всё хорошо. Именно Маюми подготовила сестру к поступлению. В TMS Мэгуми шла уже не за славой, пайетками и прочими иллюзиями глупого детства - она просто хотела быть таким же хорошим человеком, как сестра. А ещё - немножко - всё-таки хотела самурайского парика и пояса с мечом. За пятнадцать лет пришлось очень часто вспоминать сестрины слова: Обоси Рику очень часто обходили - и более талантливые, и менее талантливые товарки. Сперва было тяжело. Потом она привыкла. - Если подумать, Рику-сан очень права, когда выделяет в главные качества Ватару-доно отсутствие в нём зависти. Я бы добавила, что это отличает и её героя из второго акта, Тайра Корэмори. Они оба не оглядываются на других, они признают их достоинства, но не пытаются кому-то подражать, оставаясь собой. И именно это делает их по-настоящему достойными людьми...