Два Мастера - одна судьба

Они свернули с дорожки и ринулись к ограде парка, но Лота споткнулась и растянулась на земле, а Мари стала лихорадочно искать в ограде такую желанную дыру. Какаши кричал им вслед, но эти дурынды неслись, словно на пожар. Ему вдруг стало смешно, когда он увидел, как Лота растянулась на земле, а тощая металась вдоль ограды неизвестно зачем. Со стороны они смотрелись забавно, и у Какаши даже настроение поднялось. Ему захотелось подшутить над ними. Лота попыталась встать, но ботинок зацепился за корень дерева. Сильные руки схватили за талию и подняли с земли. Хатакэ прижал девушку к себе и произнес ей на ухо: — Ууу, кто тут у нас такой сладенькииий? Лота вырывалась из его рук, но безрезультатно. Неужели она так его испугалась, подумал Какаши. Ему стало еще веселее. Лота же просто не ожидала, что он окажется так близко, да еще и будет так нагло ее лапать. Он дышал ей в ухо и посмеивался, как будто забавлялся ее слабостью. Лота перестала брыкаться и непроизвольно прижалась к нему еще сильнее. Никогда она не испытывала такого влечения, как сейчас. Как странно, подумала Рапиро, он только что уничтожил людей у нее на глазах, а она не капли его не боится. — А ну отпусти ее. — Иначе что? — Я пойду в полицию, — пригрозила Мари. Какаши усмехнулся и посмотрел на силуэт худенькой девушки. У ограды парка было совсем темно, так как небо затянуло тучами. Никто из троих почти не видел других — угадывались только силуэты. — Иди, но вряд ли ты успеешь до того, как я сделаю что-нибудь с твоей подружкой, — забавлялся Хатакэ. — Он шутит, Мари, — раздался хриплый голос Лоты. Какаши почувствовал, что девушка расслабилась, успокоилась. — Он не сделает ничего плохого. — Неужели? Так веришь в мою порядочность, даже после того, что увидела? — спросил он девушку. Мари и сама отчего-то не поверила в его кровожадность. Если бы он хотел их убить, ему бы не составило труда сразу их прикончить, а не точить лясы. Каран прислушалась к себе — отлично, сила в норме. Значит, можно уносить отсюда ноги. — Пошли Лота, мы и без дыры в ограде пройдем. Лота старалась рассмотреть лицо Какаши, который до сих пор держал ее в объятиях, но в этом уголке парка было совсем темно. Она провела ладонью по его щеке и дотронулась до губ. Хатакэ замер на мгновение — он не ожидал такого от почти незнакомой женщины, которая всегда конфузилась при его приближении. Прикосновения оказались нежными, настойчивыми. Какаши подумал, что он слишком долго не был с нормальными, порядочными женщинами — все шлюхи, да шлюхи. Он почти забыл, что такое нежность. Какаши почувствовал настоятельное желание познакомиться не только с руками девушки. Нет, эта девушка точно не на одну ночь — все, что он о ней узнал, говорило именно о том, что она порядочная. Адвокат отпустил Лоту, и она тотчас же об этом пожалела. Руки и ноги плохо слушали ее, а в области сердца разливалась приятная слабость. Какаши видел, как девушки взялись за руки и… прошли сквозь ограду. Ничего себе, вот это дар! Несомненно, Запрещенный! Любой домушник загнулся бы от зависти! — Ха, я завтра же пойду в полицию и все расскажу, — мстительно проговорила Мари с другой стороны ограды. Какаши быстро сориентировался: — Ты лжешь! Ты только что применила Запрещенный дар. Думаю, соответствующие органы заинтересуются этим. Он попал в точку. Девушка дернулась, как от удара кнутом. — Значит, ты тоже не зарегистрирована, как Запрещенный Мастер, так? Мари ничего не ответила. — Может вас проводить? — спросил барон. — Не стоит, я живу вон в том доме, с зеленой крышей, — произнес хриплый голос Лоты. Странный голос, подумал Какаши, как будто он его где-то слышал. Вот только девушка говорила с трудом, может это и мешало ему вспомнить ее голос. Какаши присмотрелся и в свете фонарей сумел разглядеть двухэтажный домик, что стоял рядом с набережной. — Да отпусти ты меня, — попросила Мари. Лота слишком сильно сжимала ее руку. — Он остался в парке, можешь расслабиться, — с усмешкой проговорила она. — Я у тебя останусь. Родители уехали, а одной ночевать мне не с руки. Лота откровенно рассмеялась: — Ты просто трусишь. «Одной ночевать мне не с руки», — передразнила подругу она. Лота никак не могла отойти от того, что он был так близко и обнимал так крепко. Сейчас она немного жалела о своей женской порядочности, иначе она не упустила бы возможность оказаться в его постели. Какаши стоял у выхода из парка и смотрел, как девушки входят в дом. Он с горечью подумал, что его-то дома никто не ждет. Но потом барон решил, что вечер оказался не таким скучным, как он думал еще час назад. Он угробил пятерых подонков, пообнимал девушку, ему не на что жаловаться… Лота тихо вошла в свою комнату и подошла к кроватке Исао. Сынишка спал на спине, раскинув руки и ноги. Девушка погладила его по щечке, переоделась и легла в постель. Сегодня выдался трудный день. Сдача последнего зачета перед зимними каникулами. Их с Мари побег из дома старой женщины, которая очень удивилась, увидев, как девушки проникли в ее дом прямо сквозь стену. Каран просто решила потренироваться. Она думала, что в доме никого нет — в окнах дома не горел свет. Девушки драпали от того дома так быстро, будто за ними гнались полчища огненных духов. Она проснулась от пристального взгляда, и сразу догадалась, кто на нее смотрит. Рапиро чувствовала на щеке прикосновение волос сынишки. Опять он проверяет, спит она или нет. Тааак, что он задумал на этот раз? Лота почувствовала, как Исао слез с кровати и потопал к выходу из комнаты. Сквозь ресницы она видела, как он то и дело оглядывается — проверяет, следит ли мама. Каков хитрюга, подумала Лота. Она тихонько встала и вышла за ним в коридор. Мальчик подошел к входной двери, что вела во двор, и повернул ключ. Это не очень хорошо, подумала Лота, он же и убежать может. Девушка испугалась. Надо завтра обязательно вставить второй замок — повыше. Тем временем Исао приоткрыл дверь. — Кися, кися, — позвал малыш. В приоткрытую дверь вошел толстый кошак рыжего окраса — Фикс. Кот принадлежал Мари, которая жила в соседнем доме. Исао потащил его на кухню. Мальчик огляделся, взял в руки швабру и включил свет, дотянувшись ручкой швабры до выключателя. Затем залез на стул и взял со стола леденцы. Лота в какой раз удивилась, что Исао довольно высок для своего возраста. Наверное, в отца. Малыш начал катать леденцы по полу, а Фикс ловил их. Поначалу Лота не подумала, как Исао узнал о том, что Фикс у двери их дома. Кот не гулял на улице, он был домоседом. Мать подошла к мальчику, а малыш от неожиданности выронил все конфеты. — Мам, гиди, гиди, как он умеет, — быстро проговорил Исао. Он лег на живот и перевернулся на спину и обратно. — Погиди на него, — мальчик показал на Фикса. Кот повторил в точности все движения мальчика. Лота изумленно посмотрела на сына. Неужели дар может проявляться в столь юном возрасте? Ему исполнится всего лишь два года послезавтра — тридцатого декабря. Лота посадила сынишку на колени.  — Как ты узнал, что Фикс около нашего дома? — Он мне сказай. Я спай, а он меня позвай, мам, — ответил Исао. Он встал на колени матери и заглянул ей в глаза. Малыш улыбнулся и обнял ее за шею. — Как позвал, Исао? — Вот тут, — малыш показал на голову. Лота осмотрела сына, но ничего нового в его внешности не нашла. Такие же русые волосы с серебристым отливом. Такие же темные глаза, которые ей улыбались. Такой же прямой носик с веснушками. Лота решила убедиться, что Исао действительно может управлять животным. — Пусть Фикс ляжет спать, Исао. Можешь его попросить лечь спать? — Конесьно, — ответил малыш. Мальчик посмотрел на кота, и тот, запрыгнув на стул, свернулся калачиком. Через минуту кот уже спал. Лота закрыла входную дверь еще и на засов, и только после этого взяла на руки сына и пошла в спальню. Лота не знала, что и думать. Радоваться или беспокоиться? Скорее всего, Исао может управлять животными посредством разума. Как это скажется на его умственном развитии? Не навредит ли? Она поглядела на сына. Тот делал вид, что уснул, но Лота видела, как трепещут его ресницы. Он приподнялся, посмотрел, спит ли мама. Потом опять лег. Затем встал с кровати и залез на постель Лоты. — Исао, не открывай больше дверь. Ни котам, ни людям, хорошо? — Посему? — Тебя могут украсть плохие люди. — Кто, гадя Кака? — спросил Исао, заглядывая в мамино лицо. Лота рассмеялась. Исао тоже засмеялся, глядя на маму. — Нет, господин Какаши тебя точно не украдет. — Он хоёсий? Лота задумалась, не зная как ответить сынишке. Хороший ли он? Она прекрасно знала о его способностях и видела, как хладнокровно он может избавиться от бандитов. Ее это успокоило — то, что он убирает только отъявленных негодяев. Он сам рассказал об этом Мари три недели назад. А Каран пересказала тот разговор Лоте. — Да, он хороший, Исао. А почему ты спросил о Какаши? — Майка сказая мне. Майкой он называл Мари, потому что не выговаривал ее имя. — И что она тебе про него сказала? — Мы пойдем в пайк, он там будет. Она закомит нас, мам. Лота заволновалась. Мари пообещала Исао познакомить его завтра с Какаши? Зачем? Что задумала эта задрыга? Лота села на постели. Она попросила Мари приглядеть завтра за Исао. Очередная няня уволилась, и за мальчиком некому стало присматривать. Родители уехали в Острок, к тетке Фаире, которая давно звала их погостить. Лота, конечно же, не смогла уехать из-за учебы и магазина. Так как Лота замещала родителей в магазине, она не сможет завтра остаться с сыном. Потом надо будет еще сходить за подарком для сынишки, а затем приготовить что-нибудь вкусненькое для праздника. На праздники даже слуги разъехались, но Лота была этому рада. Начало нового года — семейное торжество. Лота радовалась и отъезду родителей. В последнее время они настаивали на ее замужестве с Кюрэ, банкиром, который обожал Лоту и ее малыша. Но Лоте было глубоко плевать на чувства этого господина. Она ему так и сказала в последнюю их встречу. Лота была уверена, что Кюрэ только показывает свою благосклонность к Исао. Мальчик был ему безразличен. — Давай пать, мам, — попросил Исао, укладываясь рядом с ней. Лота обняла его и прижала к себе. Малыш положил свою ручку на руку мамы, и почти сразу заснул. Нужно обязательно расспросить завтра Мари, подумала Лота перед тем, как заснуть. Мари влетела в дом Лоты и с удивлением заметила Фикса, который уминал кусок сыра, сидя под столом в кухне. — Э, э, чего он тут делает? Эй, толстый, ты как тут оказался? — спросила Каран у кота, который не обратил на нее никакого внимания. — Он пришел поговорить с Исао вчера вечером, — ответила Лота, улыбаясь. Она заметила странный взгляд подруги и пояснила: — Исао может управлять животными посредством разума. По крайней мере, я так думаю, — неуверенно сказала Лота. — У него дар, понимаешь? — Ни-че-го се-бе. Ну, ты парень даешь, — с восторгом проговорила Мари и, схватив Исао на руки, закружила его по кухне. — Ну как, идем сегодня в парк качаться на качелях? — спросила девушка у своего маленького подопечного. — Кстати, о парке, — с угрозой проговорила Лота. Мари с удивлением увидела, как ее подруга подходит к ней, уперев руки в боки. — Ты чего? — Исао мне поведал, что ты собираешься его с Какаши познакомить. Ты когда с бароном успела договориться? И, вообще, зачем ему это? Или это ты предложила их познакомить? — спросила Рапиро. — Мама югаит тебя, — радостно поведал Исао, явно довольный тем, что мама ругает не его. — Да ладно тебе, что плохого, что ему интересно познакомиться с твоим сыном? — спросила Мари. — Мне кажется, у него вообще мало веселого в жизни. Вот он и развлекается, как может. Он сам мне сказал, что мы поднимаем ему настроение. Я его встретила два дня назад в парке, и он предл… — Не ври, ничего он не предлагал. Ты сама ему набилась на встречу? Решила меня сосватать? — строго спросила Лота. — А почему ты сказала, что у него мало веселого в жизни? Девушка видела, как замялась Мари. — Можешь ничего не говорить. Пробралась к нему в дом, и подслушала его разговор с женой? — Не очень приятно было все это слушать. Они просто ненавидят друг друга, я тебе точно говорю. Я поняла только то, что их брак связан с какой-то Клятвой, и пока они не выполнят Долг, они обязаны жить вместе. Я не очень поняла, что это значит, но их брак заключен точно по расчету, по соглашению. Не хотела бы я делить постель с человеком, которого ненавижу. Какой гадости они друг другу только не наговорили. Я не стала слушать до конца их ругань, противно стало оттого, что услышала, — быстро проговорила Мари. Мари посмотрела на печальное лицо подруги. — Ой, только вот не нужно его жалеть. Он сам вступил в брак по некому соглашению, сам и виноват. — Я так не думаю, — тихо проговорила Лота, — разные бывают обстоятельства. Так ты с ним встречаешься сегодня? Ты ведь не для того это делаешь, чтобы меня с ним сблизить? — Нет, конечно, — солгала Мари. — Только не смей приглашать его в гости. Я за себя не ручаюсь, вдруг что-нибудь не то сделаю с ним? — Больно надо его приглашать, сама пригласишь, если захочешь. Хватит уже бегать от него. Поговори с ним по-человечески! — вспылила Каран. А про себя подумала, что обязательно пригласит его. Тем более такой повод есть — день рождения Исао. Она усмехнулась. — Иди давай в свой магазин, а мы пока с Исао позавтракаем. Будем есть только сладости, да, Исао? — спросила девушка малыша. Мальчишка запрыгал по кухне, а Лота показала кулак Мари, поцеловала сынишку и вышла из дома. Мари только диву давалась, глядя на то, как барон общается с Исао. Мальчишка явно ему нравился, а Исао был в восторге от Какаши. Барон налепил снежков, и они с малышом забрасывали ими прохожих и Мари. Мальчишка покатывался со смеху, так же как и Какаши. Мари не могла понять, кому из них два года — Хатакэ или Исао? Хатакэ действительно очень приглянулся этот смышленый и веселый мальчуган, который так доверчиво смотрел ему в глаза и повторял слова, что произносил его новый знакомый. Какаши никогда не обращал особого внимания на детей, да и возможности общаться с ними не было. — Еще раз попробуй сказать — гос-по-дин Ка-ка-ши, — по слогам сказал адвокат. — Гадя Кака, — произнес малыш и улыбнулся, видя реакцию мужчины. — Да, это точно про меня — мой истинный словесный портрет. Ты умный парень, — произнес Какаши. — Видишь вон ту худую девчонку? — спросил барон, показывая на Мари. Та недовольно посмотрела на него. — Да, это Майка, — ответил Исао. — Точно, она похожа на пигалицу. — Майка, ти пигатя, — сказал мальчуган, возмущенной девушке. Потом посмотрел на Какаши и спросил: — Ти не пинес конфет? — Я тебе завтра принесу, — пообещал Хатакэ. — Нехорошо врать детям, — строго сказала Мари. — Я и не вру. Или вы завтра не пойдете гулять в парк? — Нет, у меня сденье, — ответил малыш. — День рождения, — перевела Мари. — Ти пиходи на сденье, — попросил Исао. — Да, насчет завтрашнего дня рождения. Я сказала Лоте, что мы встретимся с вами сегодня, и она попросила меня пригласить вас. Она хочет с вами поговорить, — соврала Каран. — Что-то не верится. — Это правда. Скажи, Исао, — попросила Мари малыша. Малыш с готовностью закивал. — Это правда, Исао, мама меня звала в гости? — Ага, будет пиёг, — сказал мальчик. Какаши посмотрел на малыша. Тот сидел у него на коленях, с надеждой смотря ему в глаза. Хатакэ подумал, что давно уже не чувствовал себя таким живым, как с этим малышом. На минуту он задумался о своей беспросветной жизни. Может быть, этот визит сможет скрасить его серые будни? А еще он подумал, что так ни разу и не смог увидеть лицо этой Лоты. Любопытно, что получится из этого приглашения. — А кто еще будет на празднике? — спросил барон. — Да никого больше не будет. Толька я, Лотка и Исао. Она никого не пригласила больше, а родители уехали к тетке. Мари с замиранием сердца ждала его ответа. Этот барон оказался совсем ничего, вон как с малышом легко сошелся. Только вот манерами не блещет. Да и фиг с ними — кому нужны эти манеры? Девушка надеялась, что встреча Лоты с Какаши может изменить их отношения. То есть, не изменить, — поправила себя Мари, так как отношений-то и нет никаких, — а положить начало их дружбе, а в последствие и чего-то большего. Возможно. Попытка не пытка, решила Каран. Мари довольно посмотрела на Исао. Молодец, все сказал, как надо. Так, как она его научила. — Ладно, но не приходить же мне к ребенку на день рождения без подарка? Я не знаю, что тебе подарить, — произнес Какаши, обращаясь к малышу. — Подаи мне косяку, а? — попросил мальчуган. — Что? — не понял Какаши, и посмотрел на Мари. Та тоже поглядела на него непонимающе и пожала плечами. Мол, чего не знаю, того не знаю. — Косяку хотю, — улыбнулся мальчик. — Купи, а? — еще раз попросил Исао. Какаши вздохнул и посмотрел на падающий снег. — Завтра спросим у мамы, можно купить тебе косяку или нет, хорошо? — спросил Какаши. Малыш быстро-быстро закивал. Какаши подумал, не пора ли ему выбраться из болота, в котором он живет? В его жизни давно не было ничего хорошего, а этот маленький человечек заставил его улыбаться весь день. Так может не стоит отказываться от шанса, что-то изменить в своей жизни к лучшему. Какаши пошел домой и даже забыл, что хотел попросить Мари об услуге… Какаши стоял на пристани в главном порту столицы и ждал Сакуру и их дочь. Две недели назад ему пришло письмо от нее. Он тогда долго смотрел на черно-белый снимок, где были сняты его бывшая невеста и их дочь. Девочка была копией Какаши. Такие же светлые и волнистые волосы, такие же брови вразлет и даже глаза, как у отца. Барон был оглушен этим письмом и этим черно-белым свидетельством того, что Сакура просто бросила его и свою семью из-за какого-то мужика, которого она почти и не знала. Этот мужчина спас ее из реки, и она влюбилась с первого взгляда. А он в нее. Но этот Эдуард был капитаном корабля, который отходил тем же вечером, поэтому Сакура и согласилась уплыть с ним за Великое Море, на другой материк. Она решила, что пусть лучше все считают ее мертвой, чем предательницей. Сакура просто не смогла бы без Эдуарда, так полюбила его, как только увидела. Эдуард помог ей выправить новые документы, и теперь Сакуру звали Лииан Савади. Через месяц она поняла, что беременна от Какаши, так как он был пока единственным мужчиной в ее жизни, с которым она была близка. Это окончательно успокоило ее совесть. Значит, Долг исполнен, и она спасла семьи Харуно и Хатакэ. Позже она вышла замуж за Эдуарда, и они прожили вместе пять лет. Но полгода назад он бросил ее, так как полюбил другую. Сакура решила вернуться в Империю. Какаши посмотрел на розоволосую женщину, которая подошла к нему. Сакура почти не изменилась. Ей было 25, а она выглядела так же, как и семь лет назад. — Зачем ты здесь? — спросил барон. — Тут ничего не осталось твоего. Твой отец уехал в Пограничье, мать умерла еще два года назад, Катани и Олико разъехались кто куда. — А ты, тебе все равно? — спросила Сакура, посмотрев ему в глаза. Какаши раздирала обида, она просто разъедала его изнутри. Чувство, что тебя предали и бросили, заставили так страдать, было очень сильным. А вот любви или радости от их встречи он не испытывал. — Мне просто противно от осознания того, что ты попросту бросила всех, заставила так страдать. Не ты, не эта девочка, — он указал на их дочь, — ничего для меня не значите. У меня своя семья: моя жена, которую я так люблю, мои мальчики, ради которых я готов на все что угодно. Они и есть моя жизнь. Сакура посмотрела на него с такой болью в глазах, что Какаши захотелось задушить себя. Он сказал ей правду — у него своя семья, своя жизнь. Сакура слишком долго отсутствовала в его жизни, чтобы он испытывал к ней теплые чувства. Да и какие могут быть чувства после того, как она поступила с ним? Какаши резко развернулся и пошел прочь. Он не мог больше видеть ее прекрасного лица. Омерзительное чувство, что тебя предали, давило все сильнее. Хатакэ почувствовал, как тяжело ему стало дышать, и как немеют пальцы на левой руке. Он сел на скамейку и схватился за левую сторону груди, где неприятно защемило. В глазах потемнело, и Какаши пожалел, что не может проститься с Лотой и их мальчиками. Неужели это конец, подумал Мастер Смерти. Разве Мастер Смерти может умереть от сердечного приступа? Перед его внутренним взором до сих пор стояло лицо Сакуры. Перед тем, как потерять сознание он произнес только одно слово, имя женщины, которая занимала сейчас его мысли: — Сакура…