Выходя за рамки канонов

Элизабет сидела в своей комнате, читая очередную книгу по истории. Да, она согласилась на предложение Македонского и теперь её оценка по двум предметам будет зависеть от того, как Рассел проведёт лекцию. Только главная проблема заключалась не в знаниях, а умении говорить на публику, кое напрочь отсутствовало у юной студентки. Её пугали большие скопления народу, даже если это относительно знакомые люди. - И что мне теперь, прикажете делать? - бубнила она себе под нос, пока преподаватель, видимо, спал в соседней комнате, - как я исправлю свою отметку? Сложно назвать Элизабет отличницей или человеком, который будет сидеть и убиваться из-за оценок, исключениями были любимые предметы. Ещё с детства девушка читала более серьёзные книги, благодаря которым сейчас может поспорить даже с преподавателем, при чём, поверьте, сумеет доказать свою правоту. А теперь появляется некий Даниэль, который, как говорится, рубит всё на корню, изрядно попортив репутацию Элизабет, а так же её нервы. Рассел стояла среди кухни, вещая лекцию для плиты со сковородкой, когда за спиной послышался шум. Элизабет абсолютно не придала этому значения, поскольку так увлеклась рассказом, что даже не заметила наступление вечера, не говоря уже об остальном. - Браво, - раздался сонный голос за спиной, - и что мешало так же выступить сегодня? - Вы... - глаза девушки округлились, а тетрадка выскользнула из рук, - только не говорите, что всё слышали! Даниэль достал сигарету и, прикурив, медленным шагом направился к ближайшему стулу. В очередной раз сделав затяжку, мужчина поднял голову вверх, устремив взгляд в потолок, и начал кольцами выпускать дым. - Слышал, - наконец ответил он, кивнув головой в знак подтверждения, когда Элизабет почти вжалась в открытое окно, вдыхая свежий и обжигающе-холодный воздух, - потому и спрашиваю, что помешало так же выступить на паре? - его взгляд отличался любопытством. - Я не привыкла выступать на публике! - заявила Рассел, достав с холодильника спагетти и мясные шарики. - Прочитай доклад. Сейчас. При мне, - твёрдо и отчетливо потребовал Даниэль, внимательно наблюдая, как собеседница разогревает еду на сковородке. - Зачем вам это нужно? - парировала девушка, не отвлекаясь от приготовления пищи. - Прочти доклад, - настаивал на своём Даниэль. Но Элизабет абсолютно не спешила следовать данным указаниям, скорее напротив, делала вид, что ничего не слышит. Спустя минуту, Македонский понял как ему стоит действовать, что бы хоть как-то расшевелить студентку. - Если ты сделаешь это сейчас - добавляю пол бала, - он приподнял плечи, склонив голову немного набок. Элизабет выключила плиту, раскладывая еду по тарелкам. Больше Даниэль её не торопил. Он сделал всё, что мог. Зачем насильно заставлять студента учиться? Толку ведь от этого не будет, а вот если дать стимул, так сказать, найти нужный катализатор, тогда можно добиться очень многого. Рассел поставила тарелки на стол, предварительно быстро одернув руки. Не хотелось ей повторения того, что произошло утром. Затем села напротив своего преподавателя, смотря изучающим взглядом в его глаза. - Хорошо, - как-то неуверенно ответила она, переплетая пальцы рук в замке, - я не отвечаю за то, что у меня получится. Даниэль даже отвлёкся от, между прочим, вкусной еды. Он немного сощурил глаза, поставив локоть на стол, нарушая все правила приличия, и поднёс большой палец к нижней губе, слегка потирая ее. - Я весь во внимании, - спокойно ответил он, пытаясь не разрушить существующую атмосферу. Элизабет не требовалось брать тетрадку, она и так прекрасно знала каждое слово, каждую фразу, и их порядок. Работая несколько часов подряд над докладом - сложно не запомнить. Рассел набрала полные лёгкие воздуха, а затем медленно выдохнула. Немного дрожа, девушка произнесла первую строчку, смотря при этом на свои руки. - Стоп! - оборвал её бесцеремонно Даниэль, одна его бровь удивлённо изогнулась, приподымаясь вверх, а другая съехала на переносицу, - вообрази себе, что ты выступаешь в конференц-зале. Перед тобой - доктора наук, скажем. Ты будешь рассказывать им что либо, смотря черт знает куда? Ты думаешь, хоть кому-то станет интересно слушать тебя? - Эванс говорил медленно, довольно спокойно, делая паузы даже среди фразы, интонационно выделял каждую точку, каждую запятую, - Подыми голову вверх! - немного громче и по слову произнёс он, - а теперь сначала. Где-то внутри Элизабет появлялось раздражение. Да, преподаватель был абсолютно и всецело прав, но слышать от него подобные слова хотелось меньше всего. В голове разверзлась настоящая буря, сметающая всё вокруг. Девушка хотела доказать, что она лучше, что она не тот человек, коим её видят окружающие. Она сможет справится. Именно благодаря этим мыслям, Рассел подняла голову вверх, сосредоточив свой взгляд в одной точке. Теперь её гордо поднятый подбородок, сосредоточенный взгляд и, даже, легкий оскал выражали только одно - высокомерие. Элизабет снова начала произносить первые слова доклада, ни на минутку не запнувшись. Голос звучал, как никогда ранее, ровно, уверенно. Перед глазами Элизабет находился не Македонский, а книга. Она представляла каждую строчку и просто зачитывала их, время от времени меняя интонацию, добавляя эмоциональности в своём вещании. - Хммм, - донеслось от Даниэля, когда студентка закончила. Доклад длился почти час, хотя никто не заметил как быстро прошло время. Казалось, стрелки на часах совсем немного сдвинулись и прошло меньше десяти минут. - Это хорошо или плохо? - с опаской спросила Элизабет, вновь принимаясь за, уже холодную, еду. - Ты заработала полбалла, - равнодушно произнёс Эванс. Элизабет чуть не подавилась, когда услышала столь заветные и желанные слова. Она смогла! У неё получилось! Эти фразы плотно въедались в сознание, оставляя жгучее клеймо глубоко внутри. Хотелось встать, запрыгать, повеситься на шею к стоящему напротив мужчине в спортивных штанах и майке, громко закричать, но это возбуждённое состоящие развеялось столь же быстро, как эфир. - Когда будешь читать доклад, - с лёгкой улыбкой заговорил Эванс, даже не смотря на свою подопечную, - представь, что мы сидим на кухне и никого, кроме нас двоих, нет, - с этими словами Эиван вышел с кухни, насвистывая мелодию из какого-то фильма, а так же засунув руки в карманы. На его губах по-прежнему витала лёгкая улыбка и чувство удовлетворённости.

***

- Утречка! - завопили студенты, как только на пороге аудитории показался Даниэль. Мужчина приторно улыбнулся, не обращая внимания на последовавшие вздохи со стороны особей женского пола. - Минуту внимания, - Даниэль подошел к микрофону, - сейчас у нас потоковая пара по истории. Немного изменилось расписание. Вторую и третью пары поменяли местами. Кто-то в аудитории пожал плечами, кто-то продолжал и дальше спать, абсолютно всё прослушав, а остальным было, в общем-то, по-барабану. Какая разница, что первое будут рассказывать, всё равно одна и та же ерунда. Сегодня Элизабет добиралась до университета самостоятельно, ведь наотрез отказалась ехать вместе с Даниэлем, аргументируя это словами: "Мне нужно морально настроиться. Городской транспорт - лучшее лекарство". Бред? Да, бесспорно. Но Рассел не хотела лишний раз видеться с Македонским, особенно после его вчерашних слов на ночь. Странным он казался. Сначала доставал её, издевался, затем невинные прикосновения, которые не несли в себе никакого подтекста, но наносили огромнейший урон нервной системе девушки, ибо не может она это расценивать как простую случайность. А сейчас Эванс начал вести себя как нормальный человек, который вполне соответствует своему возрасту, а не ребёнку лет 15-ти, если не меньше. Вот это-то и было проблемой. Девушка не знала, чего можно ожидать от этого человека в дальнейшем. Оказавшись на пороге аудитории, Рассел медленно вдохнула и так же выдохнула, опустошив лёгкие от последней капли кислорода. Стало немного спокойнее, сердце забилось в своём привычном ритме. Достав маленькую шоколадку, девушка направилась к своему месту попутно отрывая кусочки своего "завтрака". Своими движениями она напоминала голодного зверя, который вырывает куски плоти со своей добычи. Не лучшее зрелище, скажем так. Но Элизабет было плевать. Шоколад всегда успокаивал её и поднимал настроение, и сейчас девушка надеялась на всё тот же волшебный эффект, рассчитывая получить очередную дозу эндорфина в своём теле. Звонок прозвенел неожиданно и настойчиво. Вслед за ним в аудиторию начали прибывать студенты. - Все собрались? - неожиданно бодрым голосом заговорил Даниэль, оглядывая помещение, - ну и ладно. Мы никого ждать не будем. К Элизабет подошел Джейсон, садясь рядышком. Он кивнул головой в знак приветствия, не нарушая царившей вокруг тишины, время от времени прерываемой голосом преподавателя. - Элизабет Рассел сегодня проведёт часть лекции вместо меня, - Эванс кивнул в сторону девушки, почесав рукой затылок, - пожелаем ей удачи? - его глаза сузились, прожигая девушку насквозь. Элизабет встала со своего места, подходя к трибуне. В её голове крутилась всё та же фраза: "Мы сидим на кухне и никого, кроме нас двоих, нет". Рассел выглядела как-то уверенно, не смотря на то, что глаза метались из стороны в сторону, пытаясь выискать десятый угол, куда можно было бы спрятаться. Послышался тихий шелест листков открываемой Элизабет папки. - Начинай, - Даниэль отошел от микрофона, присаживаясь за широкий стол темно-коричневого цвета, а затем облокотился о спинку стула, повернувшись к студентке. Его большой палец был прислонён к нижней губе, глаза полыхали неистовым огнём, а на лице застыла ухмылка. Только она была не такой как раньше. В ней чувствовалась теплота и даже поддержка. Рассел посмотрела на своего преподавателя и прислушалась к зову встревоженного сердца. Её веки закрылись и перед глазами стала картина, как она стоит в своём доме, перед ней преподаватель и действительно никого кроме них двоих нет. Элизабет просто читает буквы, напечатанные черными чернилами на белоснежных листах бумаги. Вокруг царит тишина и никто не отвлекает её, не пытается сделать замечание. Только его тёплые взгляд, улыбка, которую она видела всего несколько раз. Та улыбка, которая согревает сердце, та, которая вызывает внутри бурю эмоций с которой невозможно совладать. Тишина в аудитории усиливала то ли фантазии, то ли воспоминания девушки. Глубоко вдохнув и открыв глаза, Элизабет принялась зачитывать лекцию. Она ни разу не посмотрела на бумагу, её взгляд целиком и полностью принадлежал Даниэлю. "И никого, кроме нас двоих, нет..." Эти слова надёжно засели в глубине сознания, заполняя рассудок густым вязким туманом. Вряд ли Элизабет осознавала, что сейчас она стоит в огромном помещении, где на ней сосредоточились около сотни пар глаз, при чём смотрели они завороженно, боясь отвлечься даже на секунду. Ровно как и не замечала какие либо изменения в лице Эванса. Его глаза действительно наполнились теплотой и удовлетворенностью, было похоже, что он рад таким переменам в поведении девушки. Привычная ухмылка надёжно стёрлась с уст довольно красивого мужчины, из-за чего его лицо выглядело загадочным. В аудитории послышались аплодисменты, которые и вывели Элизабет из состояния полного ступора. Девушка даже не заметила как уже минуту стоит и тупо смотрит в глаза Эвансу, не отводя взгляда. Чего таить, даже Даниэль, кажется, просверлил взглядом сквозную дыру в студентке. - Пожалуй, информация исчерпывающая, - тихо донеслось в аудитории, - садись. Отлично. Элизабет была готова прыгнуть к нему в объятия. Её рот приоткрылся, затем лицо осветила лучезарная улыбка, а глаза заблестели, словно бенгальские огни. Сам того не замечая, Македонский тоже сидел и беззаботно улыбался, наслаждаясь таким зрелищем. - Все свободны, лекция окончена, - весело произнёс мужчина, подходя к микрофону. До конца пары оставалось 15 минут, когда студенты покинули помещение с радостными взвизгами и поздравлениями, адресованными юной студентке. Когда помещение полностью опустело, девушка медленно, на дрожащих ногах, подошла к Даниэлю. Он стоял к ней спиной, расписывая что-то на доске, предназначенное всё той же группе, с которой ему предстояло пережить ещё одну пару. Руки Элизабет мягко легли на торс мужчины, а её хрупкое и маленькое тело прижалось к его спине. Даниэль лишь приподнял бровь, остановившись на половине слова, которое писал на доске. Не смотря на то, что он не видел лица Рассел, Эванс где-то внутри чувствовал как она улыбается. Руки девушки сильнее сомкнулись, полноправно прикасаясь к телу мужчины, а не наполовину зависая в воздухе. - Спасибо, - неизвестно за что поблагодарила девушка. В голосе чувствовались лёгкие всхлипывания, которые она так старательно пыталась подавить.