Вопрос веры

- Райс, минус пять очков с Рейвенкло, - мне не нужно отрывать взгляд от книги, чтобы заметить передаваемую через три ряда записку. Вот уже вторая неделя пошла, как я старательно вхожу в роль грозного профессора. В этом смысле весьма познавательным оказалось наблюдение за моими коллегами МакГоннагал и Снейпом. Конечно, обращать первогодок одним взглядом в соляные столбы я пока не умею, ну да какие мои годы, еще научусь. В целом, студенты хлопот доставляли немного. Во всяком случае, первые четыре курса. Так уж получилось, что я появлялась в классе то в разгар ссоры, то в самый что ни на есть драматический момент копания на моем столе на предмет ответов к написанной на доске контрольной, то как раз тогда, когда группа старшекурсников увлеченно обсуждали планируемую сверхсекретную вечеринку. Я всегда вежливо улыбалась, предлагала свою помощь и даже не снимала баллы, чем, кажется, всерьез пугала народ. В конце концов, решив, что я все равно предвижу все шалости и лишь выжидаю наиболее удобного момента для эффектного явления, студенты стали гораздо меньше резвиться на ЗОТС. И хотя я каждый раз входила в аудиторию, как в клетку с тиграми, отрепетировав перед зеркалом грозные взгляды и загадочные улыбки, преподавательская деятельность начинала мне нравиться. Каким-то чудом мне удавалось ни разу не заблудиться в хитросплетении ходов Хогвартса. Не особо заморачиваясь, я шла, куда глаза глядят, и неизменно оказывалась там, где надо. Еще большим чудом мне казалось, что студенты пока не догадываются, насколько моя компетенция не соответствует занимаемой должности. Стараясь не светиться лишний раз в коридорах, я старательно готовилась к лекциям, перечитав помимо конспектов Эммы кучу учебников, тайком от студентов таскала к себе в комнаты книги из запретной секции и старательно выискивала в пыльных томах способы защиты, требующие для применения минимум магических усилий. И если у малышей мысль о том, чтобы на практике применить ЭТО вызывала нервную дрожь, то удерживать от практических экспериментов старшекурсников стоило немалых усилий. Стараясь делать уроки увлекательными, я приводила много примеров из практики известных волшебников прошлого или даже нынешних авроров (кто б знал, сколько газет и заумных трудов мне пришлось для этого перелопатить), но никогда не разрешала использовать заклинания на уроках, прося потерпеть до практического занятия, которого сама ждала с суеверным ужасом. За нарушение этого требования баллы снимала нещадно, чем заслужила сравнение с Долорес Амбридж. Я, конечно, расстроилась, но разборки затевать не стала – в конце концов, дети не виноваты, что у меня слишком хороший слух. - Мисс Лавгуд, сосредоточьтесь на контрольной, винторогие прыткобрюхи переживут отсутствие Вашего внимания, - начальственным голосом брякнула я. Мерлин, что за чушь несет мой язык? Девушка отрывается от спрятанного под партой листка (неважно, надо сказать, спрятанного я-то знаю, что он там), ее большие прозрачные глаза выражают некоторое удивление. - Откуда Вы знаете о прыткобрюхах, профессор? Экспедиция папы их совсем недавно обнаружила. Статья только готовится к публикации… Теперь на меня взирают восемнадцать пар глаз. Раздраженно захлопнув книгу, медленно поднимаюсь из-за стола. - Вижу, вы уже закончили? – голос звучит так ласково, что студенты мгновенно утыкаются в тетради и начинают лихорадочно строчить, зная, что за этим последует. – Позвольте напомнить: те, кто провалит контрольную по теоретической части, к практическим занятиям не допускаются. Отложите перья. Тетради на край стола… Практические занятия… Всего два слова, а какую бездну эмоций вызывают они к жизни! Завтра – практические занятия у второго, четвертого и шестого курсов. Поэтому сегодня мне назначена первая аудиенция у Снейпа. Ей-богу, топаю, как студент на отработку. - Добрый вечер, господин Пивз. Как поживаете? – Притаившийся за люстрой с бадейкой воды (судя по запаху – болотной) полтергейст несколько растерялся и забыл выплеснуть заготовленную жидкость. Не дожидаясь, пока к нему вернется память, шествую дальше. Вредный дух прекрасно помнит мое предыдущее недолгое пребывание в школе, даже странно, что до сих пор не удосужился устроить преподавателю-бездарности какую-нибудь пакость. Не иначе, подействовало внушение директора, а сегодня срок его годности вышел. - Эй, а кудай-то ты направляешься, Ваше профессорство? – заинтересованный полтергейст догнал меня и пристроился рядом, поминутно корча рожи и делая вид, что вот-вот плеснет на меня из бадьи. - В подземелья, - поделилась я своей печалью, - И учти – после того, как ты меня окатишь этой дрянью, у меня не будет времени переодеться, а в этих норах холодно. Так что я неминуемо простужусь, умру, стану призраком, и буду опрокидывать мусорные корзины и доставать несчастных студентов вместо тебя. А ты – лишишься работы, впадешь в депрессию и развоплотишься. Пивз закудахтал, затем призадумался. - В школе говорят, что директору следовало взять тебя на место Трелони, - осторожно закинул удочку мой паранормальный собеседник. И голос его звучал на удивление осмысленно. Я представила себя в газовой шали, очках и бусах, карабкающуюся по серебряной лесенке в башню прорицаний и содрогнулась. - Нет уж, спасибо. Я четыре года "прорицаю", хочется уже сменить род деятельности. Не уловив в моем тоне иронии, полтергейст насторожился. - И часто ты ошибалась? Припомнив сияющую улыбку администратора заводящего книгу предварительной записи в "Пещеру Оракула", я честно призналась: - Ни разу не поймали. Дух как-то сник, метнулся в темноту одного из ответвлений школьного лабиринта, выметнулся обратно уже без бадейки и с улюлюканьем унесся по своим потусторонним делам. Мысленно посочувствовав тому бедняге, на голову которого опрокинется пристроенная Пивзом над дверью в какой-нибудь коридор емкость, я продолжила было свое печальное шествие в гордом одиночестве. - Прайвеси! – сначала из оставшегося позади бокового коридора донесся оклик, затем плеск и грохот. Робко выглянув из-за массивного напольного светильника, скрыться за которым меня сподвиг инстинкт самосохранения, я торопливо зажала руками рот, дабы не расхохотаться в голос: оказывается, не надеясь на мои навыки спортивного ориентирования в школе, профессор Снейп пошел меня встречать. И даже почти встретил. Мы разминулись на один коридор… - Добрый вечер, мисс Прайвеси, - Толстый Проповедник просто не мог выскользнуть из стены в более неподходящее время. Недоуменно уставившись на согнувшуюся от тщетно сдерживаемого смеха меня, призрак проследил направление моего взгляда и поспешно просочился на нижний этаж, оставив меня жалеть о невозможности повторить его маневр. - Здравствуйте, профессор Снейп, - пропищала я, стараясь подавить истерическое хихиканье. - Прайвеси… - видимо мое имя в его лексиконе уже попало в ряд самых страшных ругательств, раз уж именно оно пришло ему сейчас на ум. И без того бледное лицо зельевара благодаря тине приобрело зеленоватый оттенок, в повисших сосульками волосах запуталась ряска, а в нагрудном кармане основательно промокшей мантии отчаянно трепыхалось нечто квакающее. А черные глаза, горящие недобрым огнем, сулили страшную смерть всякому, кто посмеет сейчас улыбнуться. - Э-э-э, так что там с завтрашним практикумом? – с преувеличенным энтузиазмом поинтересовалась я. Бросив в мою сторону еще один испепеляющий взгляд – для профилактики – Снейп нырнул все в тот же темный коридор, жестом велев не отставать. Такими закоулками я до подземелий еще не добиралась. Понимая, что если отстану от своего мрачного проводника в этих затянутых паутиной катакомбах, не иначе как по ошибке именуемых коридорами, то останусь в сих малосимпатичных местах навеки, я так торопилась, что не успела затормозить и врезалась в него, когда зельевар внезапно остановился перед ничем не примечательной стеной. - Простите, - проигнорировав мой придушенный всхлип, он бормочет что-то неразборчивое, и стена услужливо отъезжает в сторону, открывая вход в жилую и вполне уютную комнату. - Проходите, - и хотя приглашение было брошено сквозь зубы, Снейп посторонился, пропуская меня внутрь первой. Быстро оглядевшись на предмет притаившегося под прикрытием арки голема с топором (такового не обнаружилось), я вошла в личные покои Северуса Снейпа. Пока хозяин приводил себя в порядок где-то в глубине апартаментов, мне с лихвой хватило времени рассмотреть гостиную. Помещение, на мой взгляд немного не соответствовало обитателю. Комната не была ни мрачной, ни зловещей. Никаких чучел, мумий и заспиртованной живности поблизости не наблюдалось, массивная мебель темного дерева была вполне удобной, освещение – ярким, а книги, которым здесь было отведено значительное место, далеко не все относились к темным искусствам и зельям. Мне хватило ума не тянуть лапки к стеллажам (мало ли каких охранных заклинаний он там понаставил; да и не все литературные произведения так уж безобидны), но позабытую в кресле книгу не удержалась, схватила. Шекспир, комедии. С ума сойти! Любопытство заставило меня продолжить осмотр. По жилищу человека можно многое сказать о нем, и то, что я видела в данный момент, немного не совпадало с моим представлением о мрачном профессоре. Комната выглядела скорее уютной, чем строгой, противоестественно аккуратной – единственной находящейся не на своем месте вещью была позабытая в кресле книга, помещение выглядело так, словно им почти не пользовались. Очень качественная театральная декорация. А вот полное отсутствие колдографий, портретов и памятных сувениров вполне вписывалось в демонический образ моего коллеги. - Вот план завтрашних практикумов, - Снейп бесшумно возник в дверях с толстой тетрадью в кожаном переплете, - К сожалению, я не смогу провести вместе с Вами все три занятия, настолько перекроить расписание мне не удалось. - И кому я достанусь на съедение? – я с опаской сунула нос в протянутую мне тетрадь. Шестой курс! Все, мне хана! - Дадите им письменное задание, - покосившись на мое вытянувшееся лицо, предложил декан Слизерина. Ага, самое то! Они меня возненавидят! - С остальными несколько проще. Смотрите, что мы сделаем… Было уже довольно поздно, когда планы уроков второго и четвертого курсов были обсуждены и отрепетированы. Предполагалось, что Снейп будет объяснять и показывать действие заклинаний и страховать меня, на чью долю выпала демонстрация защиты от существ. Разумеется, тварюшек мы выбрали таких, с кем можно справиться без помощи волшебной палочки: гриндилоу для второго курса и экзотическую кикимору для четвертого. Шестой курс должен был получить тест на 125 вопросов. И этот последний урок у шестого курса не давал мне покоя. Я мерила шагами спальню, попутно пытаясь привести в порядок волосы и придумать хоть какое-то приемлемое решение для шестикурсников. Естественно, и мысли, и волосы безобразно путались. "Завтра же подстригусь, "- злобно думала я, выпутывая в очередной раз застрявший гребень, прекрасно зная, что вряд ли решусь обрезать любовно отращиваемые локоны. Пепельные пряди отросли почти до колен, собранные в пучок они нещадно оттягивали затылок, а ухаживать за ними и вовсе была сущая мука. Я отчаянно завидовала Эмме, щеголявшей с модной стрижкой, много раз собиралась избавиться от надоевшей гривищи, но в последний момент мне не хватало решимости. Вот как сейчас. И речь идет уже не о волосах. Конечно, я не могу швыряться заклинаниями и контролировать магические дуэли, но в моих силах доставить на практикум шестого курса хотя бы волшебное существо. Я устроилась на ковре перед камином и бросила в огонь щепоть летучего пороха. Пламя окрасилось зеленым. - Министерство магии, Отдел по контролю за магическими существами, пожалуйста. С самого утра я передвигалась по школе, как зомби, ничего не видя перед собой от волнения. Впрочем, после первой пары, когда я благополучно переломала пальцы несчастному гриндилоу (к восторгу второкурсников, успевших сунуться в аквариум и получить по рукам от водяного монстрика), да еще и умудрилась ни разу не попасться под руку пребывающему не в духе зельевару, меня слегка отпустило. Я даже смогла улыбнуться напарнику, вызвав новый приступ раздражения. С кикиморой мы тоже поладили (Снейп потом заявил, что она почувствовала во мне родственную душу, я же заметила, что вообще вызываю симпатию у всякой нечисти, кроме него), на радостях все участники коллективной борьбы с домашней вредительницей получили баллы, а профессор Снейп, похоже, мигрень. Во всяком случае, удаляясь в свои подземелья вид он имел весьма разгневанный. Бедные студенты бледнели и шарахались. Шестикурсники, постепенно заполнявшие класс, имели вид притихший и загадочный. Но перспектива вести практическое занятие в одиночку доставляла мне определенное беспокойство, так что странное настроение студентов можно было пока и проигнорировать. - Добрый день, класс, - жестом фокусника я отдернула драпировку, за которой скрывался "запасной" аквариум. Сидящий в нем гибрид черепахи и обезьяны вытаращил и без того круглые глаза, разглядывая студентов. - Знакомьтесь, каппа, - я неспешно прошлась по классу, давая ребятам время насмотреться на диковину зверушку. – Место обитания – водоемы Японии, продолжительность жизни до ста лет. Являясь водяным демоном, считается весьма опасным и встреча с ним может окончиться плачевно… Продолжая рассказывать о японском госте и способах борьбы с ним, я аккуратно заперла дверь и спрятала ключ в карман. Еще не хватало, чтоб учебное пособие сделало ноги. В смысле, ласты. Раздобыть каппу всего за несколько часов мне помог знакомый из Отдела контроля за магическими существами, аквариум доставили только сегодня утром и очень скоро его надо будет вернуть в Министерство. А за учеников я не боялась потому, что хотя данный вид водяных демонов и опасен, но весьма прагматичен, в связи с чем имеется возможность полюбовного разрешения возможных разногласий. Например, каппы очень любят огурцы и если угостить их вожделенным овощем, на котором вырезано имя какого-то человека, водяник этого человека не тронет. Так что вчера я допоздна занималась художественной резкой по огурцам, и перед занятием каппе был скормлен весь список группы. - Ну что, кто-то хочет первым продемонстрировать усвоенные знания? Мистер Уизли? Нет, отрывать лапу не обязательно, имейте сострадание – вас в классе двадцать человек, где несчастной живности взять столько лап? Поклонитесь ему. Ну и что, что скалится? Ну же, смелее… Студенты по очереди с переменным успехом кланялись каппе, вынуждая тем самым вежливого японца сгибаться в ответ, проливая воду из углубления на темечке, после чего существо слабело, скучнело и норовило скрыться в аквариуме. Я периодически поливала каппу из лейки, а он явно жалел, что согласился на огурцы, не стребовав за каждого студента как минимум по дыне. Наконец, сжалившись над зверушкой, я отпустила студентов и хотела было уже связаться со знакомым и попросить его забрать блаженствующего в аквариуме водяника, но мне помешали. - Да, мисс Грейнджер? – девушка нерешительно оглянулась на дверь, за которой шушукались ее приятели. Та немедленно захлопнулась, заставив Гермиону вздрогнуть. Все-таки здесь ужасные сквозняки. - Скажите, профессор Прайвеси, - она замялась. Я удивленно уставилась на лучшую ученицу. Кому-кому, а мисс Грейнджер не была свойственна особая застенчивость, - Ходят слухи, что… Ну, что пр… Профессор Снейп пытался Вас убить… - ?!! Я увела в конец смущенную девушку в свой кабинет и подробно расспросила. Выяснилось, что накануне вечером внимание пуффендуйцев привлек подозрительно взгрустнувший Толстый Проповедник. После долгого уламывания и подхалимажа призрак признался, что стал свидетелем непонятной и оттого пугающей сцены, в которой загадочным образом фигурировали я и профессор Снейп. Далее сработало правило испорченного телефона и к утру вся школа знала, что зельевар пытался меня утопить прямо в школе, атаковав каким-то неведомым и наверняка запрещенным заклинанием. Но я – слава народному воображению! – успешно отбилась, и сам Снейп чудом остался жив, о чем горько жалели представители большинства факультетов. Гермиону же заслали ко мне с целью разведки ее друзья-гриффиндорцы, чья трепетная "любовь" к декану Слизерина ни для кого не была секретом. Отсмеявшись, я посоветовала девушке не верить сплетням и выпроводила ее к маявшимся под дверью товарищам. Эта история определенно обещала стать школьным анекдотом, из тех, что рассказывают по вечерам в учительской. Хотя я точно знала, что кое-кто смеяться не станет.